скачать книгу бесплатно
Я добралась до столицы, отстояла полдня в очереди из безработных (в основном – бездомных с бегающими глазами и шаловливыми ручонками). После битый час мне оформляли направление. Затем престарелый колдун-эксперт ощупывал мои магические силы: не обманываю ли; нынче любой шарлатан назовется магом, а коль диплома нет – и не уличишь в обмане.
– Годна к труду и обороне! – хохотнул эксперт, показав напоследок большой палец.
Его энтузиазм мне бесовски не понравился.
И, наконец, я предстала перед нанимателями, где забыла упомянуть об образовании. Точнее – об его отсутствии.
– Обучались у столичного колдуна?
– Почти… – уклончиво ответила я, потупив взор аки не целованная дева.
– Почти обучались, почти у столичного или почти у колдуна? – хохотнул первый наниматель, не понимая, что трижды попал в цель.
Я неоднозначно ухмыльнулась.
– Рекомендательные письма предоставите?
«Если дадите перо с бумагой – обязательно», – подумала, дернув плечом.
– Что насчет темной магии? Применяете? – Второй наниматель продолжил заполнять форму.
Покачала головой.
– Чудно. Уровень резерва у вас приличный, – первый наниматель сверился с заключением эксперта. – Преобладает чародейство бытовое, стихийная магия не проявляется. Вы бы подошли… Готовы ли служить при княжестве?
В ответ я закашлялась, потому как ожидала должность в поселке, старушек с освященной водицей (дабы избавиться от лютой ведьмы), тяжелые роды местных женщин и неурожай пшена.
Но княжество? Мор у них там или вурдалаки бушуют – дело нечисто.
– А позволите?
– Лерейское княжество давно запрашивает мага для обучения министерских детей основам бытового чародейства. По показателям вы соответствуете – давненько у нас не было столь подходящего результата.
– Другие претенденты на хлебосольное место не воспротивятся?
– Да кому оно надо? – задал резонный вопрос первый наниматель. – Княжество это в трех неделях от столицы, холодина там постоянная, ещё и избалованные отпрыски под вашей опекой.
– Зато плата стабильная, – вмешался его напарник, заметив, как я напряглась, – дом предоставляется вместе со всей утварью. С князем познакомитесь, при дворе будете числиться, опять же работодатель серьезный. Соглашайтесь, пожалуйста. А то мы уже, право слово, замучились отправлять им извинительные письма.
– Сложности в работе, конечно, имеются, но ничего критичного, – добавил первый. – Со всем можно разобраться, коль голова ясная, а резерв бурлит.
В серых глазах читалась мольба. Возможно, это ключевой момент в моей судьбе, и ведет он к чему-то важному? Книжка с чарами есть (уперла у учительницы), теоретические навыки – тоже. Глядишь, окажу пользу обществу. А нет – сбегу, как сбегала раньше.
Наниматели определенно недоговорили что-то важное, и глаза их бегали влево-вправо ну очень уж честно. Но после они огласили приблизительный оклад (окончательный обсуждался на месте) – и сомнения отпали.
За такие деньжищи я пинками всех вурдалаков вытурю!
– А давайте! – Хлопнула в ладоши.
Стул предательски пошатнулся.
– Когда готовы выехать? – облегченно спросили оба нанимателя разом.
– Да хоть сейчас.
Мешок со скудным скарбом валялся под стулом, иных пожитков или накоплений не наблюдалось. Последние недели я ночевала в лесах или заброшенных лачугах, воюя с местными бродяжками за теплое местечко. И, признаться, частенько терпела поражение.
– Лошадь у вас есть?
Отрицательно мотнула головой.
– Знаете, выпишем одну из государственных, чтобы доехать до княжества. Но, ради богов, отправляйтесь сие же мгновение. Вас там будут ожидать к концу месяца. Не доедете – увы и ах, лавочка прикрыта.
– Но я ведь могу продать лошадь и никуда не поехать?..
– Дело ваше, – наниматель скривился. – Но там такие лошади, что даже на конину не продадите, ибо мясо старое. И не забывайте: у вас ситуация безвыходная, а в княжестве прилично платят. В общем, поступайте по совести.
Мне передали направление и спровадили с такими почестями, что стало ясно – от одного гиблого задания служащие благополучно избавились.
Так молодая чародейка вступила в новую веху жизни. Впереди ждало долгое путешествие до княжества, хромая лошадка гнедой масти с редкой гривой и куча открывшихся передо мной перспектив.
Куча – правильное слово.
ПУНКТ ВТОРОЙ
Не стоит недооценивать её спутников
«Если на вас напал мертвяк, расслабьтесь.
Незачем омрачать последние секунды жизни бесполезными переживаниями».
Из свитка по выживанию.
Весь первый день я тщетно пыталась слиться с лошадью и не вывалиться из протертого седла. Хромоножка тяжко вздыхала после каждой кочки и норовила, подмахивая задом, выпихнуть меня на землю.
Лошадка была прирожденной актрисой: она то сильно покачивалась, грозясь завалиться на бок, то замирала и печально рассматривала безоблачное небо, часто дыша, то разгонялась так, что позавидовали бы скакуны при дворе правителя. Хромота ей мешала лишь отчасти. После полудня она зашлась в надрывном кашле и встала, навострив маленькие рыжие ушки и подогнув плохо сросшуюся от давнего перелома ногу. Весь её вид выражал скорбь вселенских масштабов.
– Решишь помирать – предупреди. Хоть пообедаю. – Я щелкнула лошадку по носу.
Хромоножка пронзительно чихнула, а затем понеслась на трех ногах как на четырех, и ветер взвыл в ушах.
Радовало лишь то, что из сотен развилок, множеств мелькающих полей и манящих пролесков животинка выбирала те дороги, указатели рядом с которыми отсчитывали версты до Лерейского княжества.
Ночевала я как придется. Чаще укладывалась ближе к лесу или водоемам, где и заедало комарье. Хромоножку, кстати, отказывались есть даже паразиты. Реже останавливалась в селах и продавала свои услуги всем желающим.
На третью ночь, например, выпросила лежанку за небольшую ворожбу, которая таковой не являлась. Хозяин маслобойни, добродушный пузатенький старичок, упросил потравить клопов. Я старательно обследовала все углы, пошептала в ладонь, сплюнула через левое плечо, обогнула дом, обстучала его стены – короче говоря, убедительно доказала причастность к миру чародейства, истратив минимум резерва. Ночью нас никто не искусал (либо клопы померли от чар, либо не рискнули высовываться к ненормальной чародейке), а поутру старичок кланялся мне в ноги и откармливал золотисто-желтым маслицем. А после печально заключил, что лошадь моя не сегодня-завтра отправится в лучший мир.
Ох, как же, должно быть, гостеприимный хозяин обомлел, когда лошадка пустилась в грациозный галоп на своих трех.
На тринадцатый день моя спутница в очередной раз решила проявить характер. Она очень по-женски прислонилась к стоящей у дороги березке и отказалась двигаться. Хлеб, найденный на дне сумки сахарок, ласка и угрозы – ничто не заставило упрямое животное сдвинуться с облюбованного места. Ничего не оставалось, как усесться с другой стороны той же березы и поискать в книге чары против несговорчивых лошадей.
Внезапно позади нас раздался пронзительный свист. А вскоре из-за высокой полевой травы появился рыжеволосый парень, самой приятной наружности: передние зубы отсутствовали напрочь, а под глазами сияли два одинаковых синяка. В пальцах парень крутил ржавый ножичек.
– Эй, девка, не желаешь познакомиться с красным молодцем? – полюбопытствовал, надвигаясь на нас.
Лошадь отрицательно помотала мордой, а я навесила на лицо маску безразличия.
– Да не тушуйся, я весь твой, – загоготал парень. – Что такая начитанная красавица забыла в наших краях?
Он подошел совсем близко. По ноздрям ударил едкий запах пота и бражки.
– Лучше не приставай, – кривясь, посоветовала я. – Или тебя не пугает знакомство с колдуньей?
– И что она мне сделает? – Заплывший синевой глаз разбойника подернулся, очевидно, в лукавом прищуре.
– Книгой ударю, – честно призналась я.
Парень заржал. Хромоножка в это время нерешительно подобралась к нему и задумчиво принялась жевать ворот меховой жилетки. От такой наглости обомлел не только он, но и хозяйка всеядного существа.
– Эй! – заверещал парень. – Убери свою скотину! Она ж, тварь такая, парадную одежду сожрет.
Он отбивался, но тщетно. Ножичек выпал из пальцев, когда лошадка попыталась надкусить волосы завидного жениха. Я перехватила оружие и сунула за пояс – пригодится. Разбойник в немом удивлении осел на землю, мигом забыв про похабные мыслишки. Моя обида на Хромоножку испарилась, и мы отправились дальше, оставив красного молодца осматривать ощипанную жилетку.
Кстати, от настоящих разбойников боги миловали. Впрочем, на кой им немытая девчонка на издыхающей лошади? Чем тут поживишься?
Тот день закончился без происшествий. В очередном селе «несчастную девоньку» щедро накормили (не забесплатно) и предоставили кишащий мышами сеновал.
Не спалось. В зубах скрипела солома, раздражала духота. В дверь скребся пузатый хозяйский кот, не желающий ловить грызунов и свято верящий в то, что заезжая чародейка изловит их лично для его плешивой персоны.
Всё-таки как несправедливы боги! Угораздило же мне родиться колдуньей. Я никогда не думала о другой судьбе, надеялась жить как мама: наплодить детишек, завести хозяйство, встречать муженька с сенокоса кринкой молока и наваристой кашей. Но лет в пятнадцать грянул гром. В прямом смысле. Однажды от злости на паренька, не замечающего моих знаков внимания, я едва не спалила дом обидчика тремя прицельными ударами молний. Местная убогая распознала во мне чародейку, после чего среди деревенских ребят я приобрела небывалую известность, а взрослое население единодушно решило отдать меня на растерзание священнослужителям.
Родители, узнав о магических способностях дочери, предложили выгнать бесовские происки из тела раскаленным прутом. Бесы воспротивились изгнанию и спешно удрали из родительского дома. К сожалению, меня они прихватили с собой.
«Вы ещё вспомните, от кого избавились!» – горько ревела я, но отправилась куда подальше.
В отличие от деревень, где нашего брата страшились как чумы, в городах колдунов ценили. Набирали классы, обучали бытовым или целительским чарам и отправляли в свободное плавание. Но увы. Я получала отказ за отказом. Все или были «завалены учениками», или «перестали передавать знания, дабы насладиться покоем», или «не заметили искры таланта», или «не верили в мои возможности».
Возможности, ха! Помнится, как-то в пути захотелось мне покрасоваться перед ребятней. Решила сотворить крохотную тучку посреди ясного неба. Ни заклинаний, ни рун я тогда не знала – действовала исключительно по ощущениям.
Дождь лил неделю.
В итоге меня подобрала старая болотная ведьма, поток желающих учиться у которой почему-то оказался крайне мизерным. Нулевым, если честно. Семь лет в пустую голову вбивали знания, заставляли шататься по кладбищам, ночевать в чащобах. Ведьма не учла, что ребенок ей попался апатичный и в меру глупый.
Первая встреча с мертвечиной настигла меня через месяц обучения – в обвалившемся склепе на разрушенном погосте.
До сих пор помню, как в загробной тишине на меня надвигался разложившийся мертвец. Провал его рта напоминал засасывающую бездну, сквозь сгнившее мясо виднелись кости. Факел выпал из моих онемевших пальцев. Не знаю, каких действий ожидала ведьма, но я прижалась к стене и решила не брыкаться.
«Шестнадцать лет – тоже жизнь», – подумалось мне.
Труп, с хрустом склонив голову, задумчиво посмотрел на покорную жертву уцелевшим глазом, а после почесал голый череп.
– Почему ты не защищаешься? – прошелестел он.
– А на кой? – смиренно поинтересовалась я, не совсем понимая, зачем он общается с жертвой.
После выяснилось, что мертвец был хорошим знакомым ведьмы, а я – бездарной личностью с неистребимой склонностью к самоубийству.
Уже покинув дом учительницы, я отказалась чародействовать на крови и предпочла направить силы в мирное, бытовое русло.
Старуха хоть и проклинала меня за уход, но не оставила без прощального подарка. Отныне на запястье болталась широкая полоска железного браслета, в котором сверкал рыжий камень размером с монету. Вряд ли драгоценный, но контролирующий мои силы. Дома больше не горели, но без браслета я, как и прежде, представляла опасность для всех, включая себя.
Ведьмы из меня не получилось. Чародейки, впрочем, тоже.
Напоследок учительница заявила, что я всё равно вернусь к ней. И, более того, от силы крови отказаться невозможно. И когда-нибудь я это пойму.
Жаль, что в том трактире пришлось воспользоваться темной магией. Я сдерживала её в себе многие месяцы, подавливала порывы. Но, увы, дала слабину.
В первый и последний раз!
Оставшиеся дни, однообразные и скучные, стерлись из памяти. От графика я отставала, поэтому подъехала к княжеству только к концу третьей недели. Заметно похолодало, солнце скрылось за сплошным полотном из туч. Потянулись голые поля с чернеющими крестами тряпичных кукол, отпугивающих ворон, и, собственно, сами вороны, гадящие прямо на пугала. Впереди виднелись остроконечные башенки единственного крупного города княжества – Капитска.
Хромоножка всё чаще надрывно чихала, шатаясь из стороны в сторону при малейшем порыве ветра. Пришлось спешиваться и идти рядом с наглым животным, умело давящим на жалость.
– Я тебя волкам скормлю, – пригрозила я.
Гнедая лошадка не ответила. Она не особо любила общаться с хозяйкой. Только печально посмотрела на меня, в очередной раз натужно вздохнула, завалилась на бок и…
Благополучно издохла, оставив растерянную чародейку в полнейшем одиночестве. До города было ещё три часа пешей прогулки.
ПУНКТ ТРЕТИЙ
Не доверяйте ей
«Лерейское княжество самое холодное и неприветливое из всех.
Не ходите туда».
Из путеводителя по Рустии.
Волкам несчастное существо я, конечно, не отдала. Наоборот, заприметила вдалеке фигурку работающего в поле мужичка и слезно попросила того присмотреть за лошадкой до моего возвращения из города. Мужичонок почесал окладистую бородку и почти свалил подальше, но с помощью слезной мольбы, разбавленной обещанием проклясть за отказ, согласился скоротать время весьма необычным способом.
Колдобистой дороге не было конца. За три часа ходьбы я возненавидела окружающую природу: редкие лесочки, осунувшиеся хижины, чахлые придорожные кусты. Мимо не проехала ни одна телега, не проскакало ни единого путника.
Почему кто-то безмятежно посапывает на печи, а я вынуждена добираться до будущего места работы едва ли не ползком? Где справедливость? Даже Хромоножке повезло – она отправилась в Кущи богов. Или где проводят вечность лошади?
Рядом с городом началась жизнь. Тощие собаки приветливо помахивали обрубками хвостов; конопатые дети, улюлюкая, носились за псами с вытесанными из веток ножами; воняющие брагой мужики спали по обочинам. Мрачные дружинники вальяжно расхаживали по вытоптанным в грязи дорожкам. Один из них, нескладный и сутуловатый, похлопал меня по плечу.
– Это… Ты куда?