Развод и девичья фамилия

- Сам сутками, неделями на своей работе. Не стесняешься изменять мне с какими-то девками, или думаешь, что я об этом не знаю? Пять лет я на тебя угрохала! Всю свою молодость, лучшие годы на тебя и твоих детей положила, а в благодарность за это ты меня бросаешь?

- Дура, это не измены, а вынужденная мера – напряжение снять! – рыкнул Александр. – У тебя вечно то голова болит, то нет настроения, а я здоровый мужик! Зачем, спрашивается, женился, если вместо жены приходится искать разрядку на стороне? Тем более что ты в выборе досуга себя совсем не ущемляешь. И что ты там угрохала, если все пять лет ничем, кроме себя не занималась? По клубам и бутикам ездила. А, ещё на мужской стриптиз.

- Мне всего двадцать семь, а тебе пятый десяток! - фыркнула Стелла, презрительно скривив губы. – Тянет на молодое тело, уж извини! Жалею, что позволяла себе только посмотреть, а до большего не допускала, а надо было не стесняться, ты-то себе ни в чём не отказываешь! Сам по ресторанам и саунам катаешься, а я должна дома сидеть? Один раз за месяц отлучилась на встречу с подругой, и ты меня вышвыриваешь, как нашкодившую кошку?

Стелла завелась, и слышала только себя.

- Ты-то один не останешься, мигом какая-нибудь стерва приберёт к рукам. Не молод, но деньги не пахнут. Надеюсь, она обдерёт тебя, как липку и украсит развесистыми рогами! – Стелла перевела дух и сменила направление упрёков. – Мне теперь что – одиночкой век куковать? Кому я нужна буду с двумя довесками? Обломись, не собираюсь хоронить себя, выращивая твоих детей. Расходимся? Отлично! Сейчас же съезжаю! Квартира на Королёва, машина и счёт, - супруга небрежным движением забрала со стола бумаги, - пойдут мне в компенсацию за пять впустую растраченных лет. Если захочешь развод, то добавишь к ним ежемесячные перечисления, чтобы мне на всё хватало, иначе никакого развода я тебе не дам!

- Не зарывайся! Разводом адвокаты займутся. Захочу – в одних трусах уйдёшь. Не доводи меня, соглашайся на мои условия, пока не передумал! Если бы не дети, я тебе ни копейки бы не оставил. Когда замуж выходила, разница в возрасте тебя не смущала, - мужчина сжал кулаки, еле сдерживаясь, чтобы не ударить. – Потом, причем тут ты и какие-то компенсации? Квартира и деньги для моих детей! Или ты уверена, что сможешь вырастить их без моей материальной поддержки? Не собираюсь экономить на дочери и сыне, они ни в чём не будут нуждаться.

- Я вырастить? – рассмеялась супруга. – Привыкли мужики все проблемы решать за счёт женщин! Просто классика жанра – они разошлись, он живёт, как сыр в масле катается, баб меняет, на курорты ездит, а она бьётся одна с ребёнком. Хорошо, если не с двумя или тремя. Работает на двух работах, света белого не видит, никакой личной жизни – детей поднимает. Даже не надейся, Воротаев, что сумеешь повесить на меня детей! Хочешь разойтись? Не возражаю, только спиногрызы остаются с папой! У тебя дом, средства, все возможности, а я безработная.

- Ты что несёшь? – севшим голосом произнёс Александр. – Какая же ты после этого мать?

- Такая же, какой ты отец! Я их не одна делала, и своё уже отстояла – полтора года ходила беременная – ещё то удовольствие! А потом рожала – сутки Лизку, и чуть меньше – Артёма. Порвалась вся, два месяца нельзя было сидеть! Что глаза отводишь? Попробуй-ка, роди! Да ты от простого пореза впадаешь в панику, а когда у тебя температура тридцать семь и два – реанимацию вызываешь! После родов два года сплошные подгузники, кашки, колики и режущиеся зубки. Я молода, у меня вся жизнь впереди, а ты хочешь, чтобы я себя похоронила? Потом, дети – твоя инициатива, вот теперь сам их и расти. Можешь оставить себе, сдать в детдом, купить им новую маму – вариантов много, выбирай! А я умываю руки.

Александр сжал кулаки, еле сдерживаясь, чтобы не сорваться. Ему настоятельно требовалось выплеснуть возмущение и что-нибудь разрушить – в щепки, вдребезги, в осколки! Но ничего подходящего под руку не попадалось – всё, что оказалось в близком доступе или жалко, или его потом привлекут по статье 112 УК РФ, за телесные повреждения средней тяжести. Адвокаты, конечно, вытащат, но портить репутацию из-за желания стереть с красивого лица Стеллы злорадную усмешку, не стоит.

Между тем супруга высказалась и, напоследок облив Воротаева презрительным взглядом, хлопнула дверью кабинета. Мужчина с трудом разжал кулаки, отрешённо отметив красные полоски на ладонях – достала, да. Настолько сильно стиснул пальцы, что умудрился травмироваться достаточно короткими ногтями.

Несколько секунд просто стоял, опустошённый, будто его выжали, а потом ещё катком проехались. Потом решительно открыл стол и извлёк из нижнего ящика бутылку Hennessy Paradis. Поискав подходящую ёмкость, плеснул напиток в высокий стакан – на два пальца. Ему сейчас не до смакования и соблюдения традиций, коньяк идёт, как лекарство, поэтому, пофиг, из какой посуды пить, лишь бы помог.

Первая порция ухнула в желудок комком, но уже спустя пару минут по организму пошло расслабляющее тепло, и Александр решил закрепить результат. Добавку он уже не стал глотать, будто изнывает от жажды, а медленно прихлёбывал, размышляя над несуразностью ситуации и абсурдностью претензий супруги.

Через минуту мелькнула мысль – может быть, пусть катится, а дети останутся здесь? Наймёт ещё одну няню или двух – чтобы и по ночам за мальками был присмотр.

Подумал и тут же эту идею отбросил – малы ещё. Тёмка вон без мамы спать не ложится, и всё время старается быть с ней рядом. Сколько раз замечал – Стеллка бродит от спальни к гостиной или от гардеробной к ванной, а мелкий от няни убежит и за матерью таскается, как привязанный. Лиза, та больше к отцу тянется, но у него на неё времени совсем нет. Бесконечные «почему?», «эточё?», «чтокупил?» - невозможно ни отдохнуть, ни сосредоточиться. Потом, дети вечно всюду лезут, хватают всё без спросу. Один раз зазевались – Лизка на договоре с финской компанией маркером уродцев нарисовала. Человечков ей приспичило изобразить, твою… Как вспомнит – до сих пор в жар бросает. Хорошо, тогда обошлось, а мог контракт и сорваться! И всё из-за ребёнка. Мало ей бумаги, карандашей да фломастеров в детской, забралась в кабинет. Конечно, он тоже виноват, надо или убирать всё ценное в ящики, или дверь запирать, а тут расслабился. Сколько ей тогда было? Около трёх, Тёмка ещё не ходил, на него няня и отвлеклась.

Нет, решено - лет пять-семь пусть поживут с матерью, а как войдут в разумный возраст, он их у Стеллы заберёт. К тому времени они уже будут разведены, Стелла освободится от обузы и может спокойно устраивать личную жизнь. Он ей, так и быть, отстегнёт подъёмные. И дальше Александр за детьми проследит сам. Отправит их в Великобританию, в лучшую школу-пансион. Кстати, надо заранее позаботиться об этом, забронировать места, а то он слышал, что доля детей-иностранцев в таких пансионах не превышает пятнадцати процентов, при этом, если всё занято, англичане ни за какие деньги не введут дополнительные места. Язык мелкие уже знают, Лизка свободно говорит, Тёма ещё нет, но он и по-русски не всё понятно произносит. Ничего, подрастёт и заболтает так, что не остановишь. Вон, как сестра. Сейчас главное, что иностранную речь оба прекрасно понимают. Хорошо, что в своё время у него хватило сообразительности найти им няню со знанием английского. После обучения в Англии они заговорят с оксфордским акцентом – будет им в жизни дополнительный бонус к полученному образованию.

Довольный, что всё так хорошо продумал, Воротаев допил третью порцию коньяка, прислушался – в доме тихо, все спят. Несколько секунд размышлял, идти в спальню или не стоит, и решил, что прекрасно выспится в кабинете на диване.

Утром мужчина проснулся, на удивление, бодрый и полный сил. Покосившись на часы – есть ли у него время на разговор с женой, а то они вчера так и не пришли к общему знаменателю – Александр наскоро принял душ и отправился в спальню, чтобы выбрать костюм и поставить Стеллу в известность о принятом им решении.

В конце концов, его жена не совсем идиотка, когда замуж шла, они брачный контракт подписали. Знает, что он может её с голым задом оставить, поэтому побегает и успокоится. Как бы то ни было, муж дарит ей квартиру, машину, даёт деньги на всякие женские хотелки. И обязуется оплачивать еду, одежду, врачей, игрушки и что там ещё им может понадобиться. Само собой – он продолжит платить зарплату няне. Если не захочет переезжать в квартиру Стеллы, то он увеличит ей гонорар, потому что с тем образом жизни, к которому привыкла Стелла, няня должна находиться в круглосуточном доступе. Стеллка, конечно, заартачится, дескать, тесно, но ей же самой с няней лучше, поймёт. Ничего, поместятся – квартира четырёхкомнатная. Гаражное место за квартирой закреплено, его секретарша следит, чтобы все счета вовремя оплачивались, так что вопрос – куда девать на ночь автомобиль, тоже не стоит.

В спальне супруги не оказалось.

Прислушиваясь, как за дверью о чём-то щебечет Елизавета, Воротаев выбрал себе рубашку, галстук, костюм, и, едва натянув брюки, немедленно выскочил в холл, одеваясь на ходу, стоило со стороны детской задёргаться дверной ручке. Прилипнут же – не отвяжешься!

Наверное, это Артём проснулся и отправился искать маму. Вот, о чём он и говорил – слишком мелкие они, чтобы обходиться без матери! Никакая няня не заменит, тем более вечно занятой отец.

В столовой жены тоже не оказалось.

- Александр Александрович, подавать? – спросила Валентина Сергеевна.

- Да, и побыстрее, - кивнул он домоправительнице. – И пусть Галина поторопит Стеллу Леонидовну, у меня времени в обрез.

- А Стеллы Леонидовны дома нет, она сегодня рано встала и уже давно уехала, - женщина махнула горничной, и та проворно поставила перед хозяином дома тарелку с пышным омлетом.

- Уехала? – Воротаев даже жевать перестал. – Куда? На чём?

- Мне Стелла Леонидовна ничего не сказала, - ответила Валентина Сергеевна. – И я всё время была занята и не заметила, на чём она уехала. Могу позвать Славу, я видела, что он поднимался вместе со Стеллой Леонидовной.

- Зови, - позволил хозяин и положил вилку.

Жена никогда не была ранней пташкой, предпочитая понежиться в постели минимум до десяти, а если вечером поздно легла, то и до обеда. Что-то тут было не то…

- Александр Александрович, звали? – в дверях столовой стоял Вячеслав.

- Слава, когда и на чём уехала Стелла Леонидовна?

- Так… на Ауди своей. Часов шесть было, может быть, шесть пятнадцать.

- Она ничего не говорила – куда едет или когда вернётся? – продолжил допрос Воротаев.

- Нет, ничего. Только приказала мне спустить вниз чемоданы и поставить их в машину.

- Чемоданы?

- Да, два больших, и один поменьше.

- Хорошо, иди, выезжай к воротам, я буду готов через пять минут.

Александр смял салфетку и рывком встал из-за стола. В несколько шагов поднялся наверх, толкнул дверь в гардеробную жены, окинул взглядом частично опустошённые полки с вешалками и, грязно выругавшись, саданул кулаком по дверному косяку.

Ах, стерва! Решила, что самая умная? Вещи-то не все забрала, значит, уверена, что скоро вернётся. Надеется, что он станет упрашивать, просить прощения? Ну-ну…

Воротаев взглянул на циферблат Rolex Daytona - чёрт, время поджимает. Ладно, деваться Стелле всё равно некуда, адрес известен. Сейчас ему нужно в офис, так как на утро запланировано несколько важных дел. К сожалению, из разряда – «нельзя отменить». Зато потом…

Мужчина вытащил сотовый, набрал номер, дождался ответа.

- Да, Александр Александрович?

- Доброе утро, Ирина! Перенеси на другие дни все дела и визиты, которые назначены сегодня на послеобеденное время. Согласуй с Потаповым и Сергеем Игоревичем.

- Хорошо. Александр Александрович, в четыре у вас встреча с Тарским, - напомнила секретарь. – Её тоже отменить?

- Павлу Петровичу я сам позвоню, - решил Воротаев – важный клиент, лучше поговорить напрямую, а не через третьих лиц. – Остальные все на тебе. Мне нужна полностью свободная вторая половина дня, чтобы никто, - понимаешь? – совсем никто не дёргал меня с часу и до семи-восьми вечера. Только экстренные случаи, вроде извержения Кракатау. Поняла?

- Да, Александр Александрович. Всё сделаю.

Хороший работник, понятливая, расторопная, ненавязчивая. Надо премию выписать, поощрить, - подумал Воротаев и отложил сотовый.

- Валентина Сергеевна, - подозвал он домоправительницу. – К двум соберите детские вещи, игрушки, в общем, всё, что нужно. И детей, конечно же. Няня тоже пусть соберётся. Галине поручите упаковать все вещи Стеллы Леонидовны. Совсем все – от одежды, до заколок и зубных щёток.

- Хорошо, - женщина ждала дополнений или пояснений.

- Лиза с Тёмой некоторое время поживут отдельно, с матерью, - объяснил он и добавил. – Как освободитесь, обзвоните агентства – нам нужна ещё одна няня.

- С проживанием?

- Нет, приходящая – на вечера и выходные дни Татьяны. Обязательно свежая медицинская справка, рекомендации, опыт работы, свободное владение английским, чистоплотность, порядочность и любовь к детям. Возраст – от двадцати пяти-шести до сорока пяти. Сами знаете, насколько подвижны наши дети, няня в возрасте или с радикулитом сломается в первый же день. Оклад – пятьдесят – шестьдесят. Да, доставлять её на работу и с работы будет мой шофер.

- Хорошо, - коротко ответила Валентина Сергеевна.

Так и не позавтракав, Воротаев сел в машину и погрузился в мрачные размышления.

Глава 2

Охлаждение Саши она почувствовала давно.

Пожалуй, - Стелла задумалась, – да, особенно заметно это стало с её второй беременности. Можно сказать, она в какой-то мере этому сама поспособствовала – как только узнала, что снова беременна, тут же отказала мужу в сексе и устроила ему пару сцен. Или не пару, а больше? Сложно вспомнить, почти три года прошло! Но она тогда немного перестаралась с битьём дорогого фарфора. Кажется, она грохнула несколько бесценных тарелок Де Ламери… Валентина Сергеевна тогда аж посерела, хотя ей-то какое дело?

Стелла – хозяйка в доме, значит, била свой фарфор, а то, что он стоит внушительную сумму в ненаших деньгах, так у богатых свои причуды! Хочу – ем с них, хочу – бью.

Воротаев тогда злющий был – приятно вспомнить! Бесился, но ничего сделать не мог – у неё было оправдание – беременность!

Хотел второго? Распишитесь, получите и терпите беременные закидоны супруги! А кому сейчас легко?

Положим, Саша был прав – большой карьеры модели ей не светило. Везде, где замешаны серьёзные деньги, и существует высокая конкуренция, в том числе – в модельном бизнесе, главную роль играют связи, а за Светку Рогозину замолвить словечко было некому. Природа её щедро наградила, подарив яркую внешность и сексапильную фигурку, но молодость, как и красота, достаточно быстро проходят. Нет, за внешность ещё можно побороться, но это стоит таких средств… В общем, она достаточно быстро осознала, что «спасение утопающих – дело рук самих утопающих». Единственный способ обеспечить себя – удачно выйти замуж. Плевать на возраст и наличие пивного брюшка, ведь главный сексуальный орган мужчины вовсе не то, о чём думают наивные девочки. Главный орган мужчины – его кошелёк.

Решив ловить будущего супруга «на живца», первым делом Светка переименовалась в Стеллу – как-то благозвучнее для жены состоятельного человека, верно? Вторым делом она решила принять участие в городском конкурсе красоты. И выиграла его!

Правда, для этого ей пришлось переспать с парой влиятельных членов жюри, но результат того стоил – конкурс «Мисс Энск» показали на Первом канале. Короткий сюжет мелькнулв Новостях, но личико и фигуру победительницы показали крупным планом. По счастливому стечению обстоятельств, ролик попался на глаза Воротаеву, девочка ему приглянулась, и откладывать дела в долгий ящик он не стал.

Несмотря на свои сорок лет – в глазах двадцатидвухлетней Стеллы почти предпенсионный возраст – Александр пивного брюшка и лысины не нажил. Зато имел довольно подтянутую фигуру, и его кошелёк радовал душу приятной наполненностью. Стелла ни секунды не колебалась. Она провела свою партию виртуозно, вполне убедительно изобразив вспыхнувшую страсть, и через полгода стала законной супругой весьма небедного человека.

Всё, как она мечтала – куча денег, море свободного времени, наёмные работники, одежда лучших мировых брендов и много других приятностей.

И в нагрузку – пожилой муж, да. Правда, она знала, на что шла, а полежать и постонать несложно. Но супругу, как оказалось, жена нужна была не только, чтобы было на кого тратить деньги. Воротаев захотел наследника.

С первой беременностью она не стала вставать в позу – всё-таки статусы просто жены и жены, которая родила мужчине ребёнка, несколько разные по весу. Во втором случае уверенности в завтрашнем дне больше.

Беременность закончилась глубоким разочарованием – родилась девочка, а Воротаев, как большинство богатых мужиков, считал, что ему нужен сын. Лизка росла крикливой, Стелла, несмотря на няню и штат прислуги, постоянно хотела спать, потому что новоиспечённый папаша жутко раздражался, если ребёнок орал, а дочь вопила по любому поводу. Можно сказать, весь первый год жизни Лиза почти не лежала в кроватке, проводя дни и ночи на руках – у няни, у Стеллы, у всей прислуги по очереди. Только отец полностью самоустранился.

Ей стоило таких усилий привести после родов фигуру в порядок, что она и слышать не хотела о других детях. Но Воротаеву был нужен сын. Зачем, спрашивается? Видимо, чтобы был, потому что особо тёплых чувств к детям она у мужа не замечала. Александр смотрел насвоих отпрысков, как на очередное капиталовложение и негодовал, если дети шумели и – о, ужас! – приставали к отцу! Неважно – с просьбами, поцелуями или капризами, он тут же звал жену и няню, выговаривая, что не уследили.

Рожать второй раз она категорически не хотела, муж настаивал. Тогда Стелла грозилась уйти, забрав Лизку – пугала, конечно, но Воротаев исправно пугался и шёл на попятный. Как же – развод, это такой урон репутации! И здрасьте! – новая беременность. Как, откуда, ведь Стелла всегда собственноручно надевала мужу презерватив? Не иначе – проколол заранее, прямо в упаковке, а она не заметила. Сволочь!

Пришлось вынашивать и рожать, но она по-своему наказала предателя, полностью отлучив его от своего тела. Правда, Саша немедленно завёл любовницу, но так было даже лучше – меньше будет доставать супругу. Потерять мужа Стелла не боялась – двое детей! Куда он теперь от неё денется?

Тёмка дался ей тяжелее, чем Лиза, и если бы и на этот раз получилась девочка, то третьей попытки Воротаев ждал бы до морковкина заговенья: Стелла собиралась поставить спираль. Надо было раньше это сделать, да всё откладывала, надеясь на резиновые изделия.

Нельзя сказать, чтобы Стелла совсем не любила детей. Может быть не так, как другие матери – она видела женщин, у которых все разговоры только о спиногрызах, будто с их появлением у женщины больше не осталось никаких интересов! – но её заботило, что они ели, как спали и почему плачут. Она честно пыталась быть хорошей матерью, но временами срывалась.

Почему она должна сидеть дома и заниматься детьми, не имея возможности лишний раз повеселиться с друзьями, а Саша живёт, как жил, не ограничивая себя в развлечениях?

Позавчера, конечно, не очень хорошо получилось. Дети ещё не спали, когда позвонила Лариса и предложила хорошо оттянуться в весёлой молодёжной компании общих знакомых. И Стелле так захотелось отвлечься, расслабиться, потанцевать, что она, приказав Лизе лежать с закрытыми глазами и ни в коем случае не вставать, а то придёт бабай и украдёт! – ушла до того, как отпрыски уснули. Понадеялась, что в темноте мелких быстро сморит сон. Виновата, чего уж! И пыталась извиниться.

Но супруг на этот раз удивил – он не только проигнорировал все попытки примирения, но и огорошил, заявив – «мы расходимся».

Стало так себя жалко! Нет, ну реально попользовался, спиногрызов получил и выбросил. А кому она нужна, с довесками? Кто на неё посмотрит, если узнает про двоих детей?

Правильно – никто. И что ей делать – похоронить себя, поставить крест на возможности найти другого мужчину, который оценит её фигуру и… остальное? Который пожелает провести с ней оставшуюся жизнь, подарит ей мир и себя в придачу?

А Александр настроен решительно, она неплохо изучила его за пять лет. Видно, вожжа под хвост попала, не отступит! Что ей оставалось? Выбор невелик – остаться брошенкой с двумя детьми на руках или самой бросить недостойного её мужчину, оставив ему совместно нажитое «имущество» - сына с дочерью. А что тут такого? С отцом детям будет лучше, ведь у Стеллы нет работы, нет собственных доходов. Она ещё молода, только жить начинает, и не готова положить свою жизнь на алтарь, пожертвовать будущим счастьем и перспективами ради прихоти Воротаева. Муж хотел наследников, заставил её рожать? Пожалуйста, родила. Теперь пусть воспитывает и радуется!

Но муж от удовольствия оказаться в роли брошенного отца-одиночки в восторг не пришёл. Стелла, не будь дурой, не дожидаясь, когда Воротаев очухается и всё сделает по-своему, собрала чемоданы, документы, карты, наличку и покинула особняк.

Понятное дело, обнаружив поутру её пропажу, муж примется искать и возвращать. Не жену – детей ей возвращать, поэтому самым разумным с её стороны было скрыться подальше. Сначала она поехала в дом на Королёва, Ауди поставила в подземный гараж и поднялась в квартиру. Чтобы супруг подольше думал, что она сюда переехала и просто вышла по делам, Стелла переворошила кровать, будто на ней валялись, загрузила в холодильник купленные по дороге в Глобусе продукты, выставила в ванной баночки и флаконы с шампунем, кремами, тоником и остальной дребеденью. Приняла душ, небрежно бросив на стиралку снятое бельё. И развесила в шкафу часть своих вещей. Самые дорогие и необходимые она упаковала в небольшой чемодан, а два опустевших больших вытащила на одну из лоджий. Дескать, переехала и теперь живу тут.

Если она хорошо знает своего супруга, то ещё до окончания дня он соберёт детей и притащит их к ней в квартиру на Королёва.

Сашенька, сюрпри-и-из!

В последний раз осмотрев комнаты, Стелла вызвала такси и продолжила воплощать в жизнь свой план. Первым делом заехала в банк и сняла всё до копейки со счёта, который ей с барского плеча подарил супруг. В другом банке опустошила свой собственный счёт, о существовании которого Воротаев и не подозревал, как не подозревал, что жена давно сделала себе и именную карту. Затем почти все деньгиона положила на Визу, а остаток налички потратила на приобретение пяти тысяч долларов, оставив на непредвиденные расходы несколько тысяч в рублях.

И уже в два часа пополудни Стелла прихлёбывала вино, посматривая в иллюминатор на проплывающие внизу облака. Пока Воротаев спал, она полночи штудировала интернет, бронировала отель и билеты на самолёт. Израиль – хорошая страна, давно хотела там побывать. Предварительно получать визу туристам с российским паспортом не нужно, всё оформляется по прилёту прямо в аэропорту.

Отдохнёт, позагорает, нервы полечит, а потом махнет куда-нибудь ещё. Денег пока хватит, а потом она что-нибудь придумает!

***

Александр, конечно, был зол, но больше на себя, чем на дуру-жену. Знал же, что у Стеллы в голове ветер гуляет? Знал. Надо было запретить ей уезжать из дома, предупредить охрану, отнять ключи от машины, а он накануне ей всё сам отдал. Теперь перекраивай распорядок, таскайся по городским пробкам с вопящими наследниками…

Злился – да, но всерьёз не переживал. Куда она денется с подводной лодки? В смысле – с денежной капельницы? Положим, не совсем капельницы – тратить Стелла умела и любила, этого не отнять. И замер, через секунду потянувшись к телефону – надо было с утра заблокировать счёт, а то с жены станется, назло супругу, спустить деньги на любую ерунду. Лишь бы ему досадить.

И…

Разговор с банком не порадовал – уже всё сняла! Шустрая, однако.

Скомкав последние из сегодняшних неотложных дел, Воротаев поехал на Королёва, надеясь, что успеет отобрать так неосмотрительно презентованное супруге: когда всё устаканится, начнёт возвращать их Стелле небольшими суммами, чтобы у той не было возможности выбросить их разом на ветер.

Но в квартире жены не оказалось.

Александр походил по комнатам, тронул влажное полотенце, покосился на белые трусики, валяющиеся в ванной, отметил развешенную в шкафу одежду, заполненный йогуртом и фруктами холодильник и только головой покачал. Дура, что с неё взять? Уехать и то не может, или это показательное выступление? Нет, больше никаких внушительных счетов, жена привыкла ни в чём себе не отказывать, посадить на сухпаёк, сразу перестанет выделываться!