Светлана. Лирика и баллады

Варвик

Никто не зрел, как ночью бросил в волны    Эдвина злой Варвик;И слышали одни брега безмолвны    Младенца жалкий крик.От подданных погибшего губитель    Владыкой признан был —И в Ирлингфор уже, как повелитель,    Торжественно вступил.Стоял среди цветущия равнины    Старинный Ирлингфор,И пышные с высот его картины    Повсюду видел взор.Авон, шумя под древними стенами,    Их пеной орошал,И низкий брег с лесистыми холмами    В струях его дрожал.Там пламенел брегов на тихом склоне    Закат сквозь редкий лес;И трепетал во дремлющем Авоне    С звездами свод небес.Вдали, вблизи рассыпанные села    Дымились по утрам;От резвых стад равнина вся шумела,    И вторил лес рогам.Спешил, с пути прохожий совратяся,    На Ирлингфор взглянуть,И, красотой картин его пленяся,    Он забывал свой путь.Один Варвик был чужд красам природы:    Вотще в его глазахЦветут леса, вияся блещут воды,    И радость на лугах.И устремить, трепещущий, не смеет    Он взора на Авон:Оттоль зефир во слух убийцы веет    Эдвинов жалкий стон.И в тишине безмолвной полуночи    Все тот же слышен крик,И чудятся блистающие очи    И бледный, страшный лик.Вотще Варвик с родных брегов уходит —    Приюта в мире нет:Страшилищем ужасным совесть бродит    Везде за ним вослед.И он пришел опять в свою обитель:    А сладостный покой,И бедности веселый посетитель,    В дому его чужой.Часы стоят, окованы тоскою;    А месяцы бегут…Бегут – и день убийства за собою    Невидимо несут.Он наступил; со страхом провожает    Варвик ночную тень:Дрожи! (ему глас совести вещает) —    Эдвинов смертный день!Ужасный день: от молний небо блещет;    Отвсюду вихрей стон;Дождь ливмя льет; волнами с воем плещет    Разлившийся Авон.Вотще Варвик, среди веселий шума,    Цедит в бокал вино:С ним за столом садится рядом Дума:    Питье отравлено.Тоскующий и грозный призрак бродит    В толпе его гостей;Везде пред ним: с лица его не сводит    Пронзительных очей.И день угас, Варвик спешит на ложе…    Но и в тиши ночной,И на одре уединенном то же;    Там сон, а не покой.И мнит он зреть пришельца из могилы,    Тень брата пред собой;В чертах болезнь, лик бледный, взор унылый    И голос гробовой.Таков он был, когда встречал кончину;    И тот же слышен глас,Каким молил он быть отцом Эдвину    Варвика в смертный час:«Варвик, Варвик, свершил ли данно слово?    Исполнен ли обет?Варвик, Варвик, возмездие готово;    Готов ли твой ответ?»Воспрянул он – глас смолкнул – разъяренно    Один во мгле ночнойРевел Авон – но для души смятенной    Был сладок бури вой.Но вдруг – и въявь, средь шума и волненья,    Раздался смутный крик:«Спеши, Варвик, спастись от потопленья;    Беги, беги, Варвик».И к берегу он мчится – под стеною    Уже Авон кипит;Глухая ночь; одето небо мглою;    И месяц в тучах скрыт.И молит он с подъятыми руками:    «Спаси, спаси, Творец!»И вдруг – мелькнул челнок между волнами;    И в челноке пловец.Варвик зовет, Варвик манит рукою —    Не внемля шума волн,Пловец сидит спокойно над кормою    И правит к брегу челн.И с трепетом Варвик в челнок садится —    Стрелой помчался он…Молчит пловец… молчит Варвик… вот, мнится,    Им слышен тяжкий стон.На спутника уставил кормщик очи:    «Не слышался ли крик?» —«Нет, просвистал в твой парус ветер ночи, —    Смутясь, сказал Варвик.Правь, кормщик, правь, не скоро челн домчится;    Гроза со всех сторон».Умолкнули… плывут… вот снова мнится    Им слышен тяжкий стон.«Младенца крик! он борется с волною;    На помощь он зовет». —«Правь, кормщик, правь, река покрыта мглою,    Кто там его найдет?»«Варвик, Варвик, час смертный зреть ужасно;    Ужасно умирать;Варвик, Варвик, младенцу ли напрасно    Тебя на помощь звать?Во мгле ночной он бьется меж водами;    Облит он хладом волн;Еще его не видим мы очами;    Но он… наш видит челн!»И снова крик слабеющий, дрожащий,    И близко челнока…Вдруг в высоте рог месяца блестящий    Прорезал облака;И с яркими слиялася лучами,    Как дым прозрачный, мгла,Зрят на скале дитя между волнами;    И тонет уж скала.Пловец гребет; челнок летит стрелою;    В смятении Варвик;И озарен младенца лик луною;     И страшно бледен лик.Варвик дрожит – и руку, страха полный,    К младенцу протянул —И, со скалы спрыгнув младенец в волны,    К его руке прильнул.И вмиг… дитя, челнок, пловец незримы;    В руках его мертвец:Эдвинов труп, холодный, недвижимый,    Тяжелый, как свинец.Утихло все – и небеса и волны:    Исчез в водах Варвик;Лишь слышали одни брега безмолвны    Убийцы страшный крик.

Баллада, в которой описывается, как одна старушка ехала на черном коне вдвоем, и кто сидел впереди

На кровле ворон дико прокричал:    Старушка слышит и бледнеет.Понятно ей, что ворон тот сказал:    Слегла в постель, дрожит, хладеет.И вопит скорбно: «Где мой сын-чернец?    Ему сказать мне слово дайте;Увы! я гибну; близок мой конец;    Скорей, скорей! не опоздайте!»И к матери идет чернец святой:    Ее услышать покаянье;И Тайные дары несет с собой,    Чтоб утолить ее страданье.Но лишь пришел к одру с Дарами он,    Старушка в трепете завыла;Как смерти крик ее протяжный стон…    «Не приближайся! – возопила. —Не подноси ко мне Святых Даров;