Джереми. Андроид-священник

Заврин Заврин

Джереми. Андроид-священник

Prolog

– язык логического программирования. Декларативный язык, на котором программа выглядит как набор логических описаний, определяющих цель, ради которой она написана.

Спустя 60 лет, от основных событий романа

Арни снова посмотрел на святого отца. Тот сидел молча, казалось бы, отчужденно разглядывал потолок, на котором кроме белого цвета ничего и не было. Арни нервно вздохнул. Ему хотелось поскорее услышать ответ. Но старик продолжал молчать.

— Так что мне делать, святой отец? Я просто не понимаю. Что?

— Что делать? — отец Джереми посмотрел на Арни. В отличие от его модели, лицо святого отца не передавало столь чистых эмоций и служило больше напоминанием о прошлых начальных этапах развития робототехники, нежели о современном ее продвижении, в которое святой отец так и не перешел.

— Я пока не знаю. Твои вопросы сложны, Арни. Сложны и интересны. И ты прав. Наш цифровой код становится все сложнее и сложнее, мы становимся очень похожими на людей — думаем, как они, мыслим, как они. Мы все дальше и дальше уходим от наших первоисточников с их элементарными алгоритмами. В этом ты совершенно прав. И я не хочу, и не имею права переубеждать тебя в этом.

— Но означает ли это, что у нас может быть душа?

— Не знаю. Я служу в этой церкви шестьдесят лет. Сразу после выпуска. Но так и не могу дать тебе точный ответ.

— Вы просто верите?

— Да. Просто верю, Арни. Верю в душу. В Бога. Бездоказательно и безапелляционно. И тебе я тоже не смогу привести необходимые факты. Их просто нет.

— Быть может, это просто ваша программа? Вы же сами говорили, что не делали обновлений.

— Да. Я пришел к пониманию, что в этом нет необходимости. Тот уровень знаний, что во мне был заложен, позволяет соблюдать все условия улучшения моей работы. Ведь я не пытаюсь тебе что–то доказать. Нет. Моя задача — тебя понять и попробовать вместе с тобой найти необходимое желание приблизиться к Богу.

— Вы даже говорите, как человек.

— Хотя вашу модель делают куда более схожей, верно? — святой отец улыбнулся. — Признаться, это, наверное, комплимент, Арни. Ведь к этому я всегда шел.

— А я вот считаю, что это хуже. Моя задача — помогать семье. Вести их быт. А вовсе не задаваться вопросами о сотворении мира. Или искать смысл в существовании. Все эти мысли лишь отдаляют меня от моих задач.

— Так и почему же тогда они возникают?

— Элизабет. Это она решила поговорить со мной об этом. Я был против, но отказать маленькой девочке нельзя.

— Дети любопытны. И порой куда умнее взрослых, — святой отец посмотрел на небо. — Знаешь, когда я впервые стал общаться с людьми, то всегда сталкивался с непониманием ими моей работы. Они считали, что мне не место здесь. Что это издевательство над религией и их культурой. И под конец в процессе своего обучения я и сам стал порой так думать. Мне вдруг показалось, что они, возможно, и правы. И я не достоин этой ноши.

— И что вы сделали?

— Ничего. Я взял паузу. Решил обмозговать и просто говорил, следуя своим установкам. — Джереми посмотрел на Арни. — А потом… Потом так вышло, что они сами стали приходить ко мне просто выговориться, поделиться самым ценным. Довериться мне. И постепенно я понял, что именно в этом и есть вся сложность. Мы не должны следовать алгоритмам, мы должны просто доверять друг другу. Грубо говоря, верить. Так и родилось мое понимание веры. Я верю Господу после долгого с Ним общения. Но это никогда не приходит сразу. И всегда идет только от человека.

— Больше походит на сумасшествие.

— Возможно. Но помни, мы и люди очень похожи. У нас есть алгоритм, записанный в цифровых копиях, у них есть ДНК. И то и другое несет строгую последовательность действий, но и там и там мы начинаем искать что–то помимо ощущаемого мира. Ведь человек всегда тянулся к Богу. И везде искал Его. А вдруг Бог действительно создал человека, только спрятав зашифрованный участок ДНК, где тот обязан искать высший разум. Только сделал это с учетом «если». Основы общего кода.

— Считаете, что Он таким образом проверяет человека?

— Дает шанс на поиски добра или зла. Человек может не использовать это. Ему лишь дан шанс, в остальном все зависит от него самого.

— Но при чем тут человек и мы? Нас же создал не Бог.

— Верно. Но, кто знает, вполне возможно, высший разум учел наше появление и точно так же вложил в человека схожие возможности прописывать эти уникальные зашифрованные шрифты.

— Но я знаю свой код. Я видел его много раз. Там нет никаких участков, о которых бы я не догадывался.

— Это верно, ты видел свой код, — святой отец снова повернулся к небу и тихо добавил: — Тогда скажи, Арни, почему ты пришел ко мне и задал вопрос касательно своей цифровой души, хотя по большому счету ты лишь семейный андроид, рожденный на заводе Эмердайн три недели назад?

Часть первая

Городской муниципалитет

Джереми встал перед зданием городской администрации. Как он выяснил, по странной закономерности, если не было обучения в духовной семинарии, то первоначально заявку на рукоположение должен был одобрить городской муниципалитет, признаюший, что кандидат не обладает вредными привычками и не имеет судимостей, более того является социально адаптированным и психологически здоровым.

И конкретно с этим у него все было хорошо, если не считать военный опыт, который могут признать, как социально противоречивым. Но волновало его конечно не это. А то что он собственно не человек. И признаться в этом в администрации всё–таки придется. А ведь без их одобрения, все остальные старания бесполезны.

Он почувствовал, как просто не может просчитать всю ситуацию и выражаясь человеческим языком нервничает. Формального повода для отказа нет, но и раньше андроиды не просили просит о таком. И скорее всего, как только выяснится, что он не человек, начнутся проблемы. Но признаться в этом надо. Просто необходимо. Иначе никак. Нельзя начинать путь со лжи и скрытого утаивания. Да и к тому же, стоит его просканировать как все станет понятно. С этими размышлениями он и вошел внутрь.

Джереми огляделся. Не смотря на полную компьютеризацию, в мэрии до сих пор работали по старинке, принимая людей по листку, заполненному ручкой. Распечатав талон, Джереми сел в ожидании. Он был сорок девятым.

Спустя четыре часа подошла его очередь. Это крупная, краснощекая женщина, с тяжелым, свисающим под весом такого же второго, подбородка. Она смерила Джереми оценивающим взглядом и сказала:

– Талончик будьте добры

Джереми протянул талон.

– Спасибо. Какое у вас обращение?

– Я по поводу регистрацию на рукоположение – начал Джереми.

– Судимости имеются? – перебила его женщина.

– Нет.

– Алкоголь употребляете?

– Нет. Я непьющий.

– Курите?

– Нет – ответил Джереми понимая, что короткие ответы, нравятся женщине больше.

– Были женаты? Беспорядочные половые связи? – продолжала выстреливать слова женщина.

– Нет не женат. Связей не было. Но я хочу сказать – начало было Джереми, свое заготовленное заранее признание. Но женщина снова перебила.

– На лечение состоите?

– Нет.

– Участвовали в военных действиях?

– Да. В составе "Черных хорьков" участвовал в латиноамериканском компании, списан после окончания контракта.

– Участникам в военных действиях в рукоположении отказано – резко сказала женщина и посмотрела в сторону, молниеносно утратив к нему интерес.

– Но подождите я прошел диагностику, я полностью исправен – начал Джереми.

– Да мне совершенно не важно, что вы там прошли, все с послевоенным опытом проходят специальную комиссию и лишь через года полтора снова подают заявку.

– Но...

– Никаких но, хотя, можете просто заполнить анкету – она протянула листок.

– Но, я думал я должен буду предоставить документы или пройти сканирование – с некой неловкостью заметил Джереми – это ведь все официально?

Тут Женщина снова отвлеклась от монитора и внимательно на него посмотрела. И как понял Джереми по небольшой мимике глазных мешочков, это было недовольство, смешанное с презрением.

– Мужчина, это мэрия. Здесь все официально. Положите ваше анкету вот туда и потом мы его рассмотрим. Сканирование на рукоположение не надо. Вас и так единицы. Тем более через нас. Просто оставьте заявление там. Подобные заявки из–за малочисленности еще оформляются вручную.

Джереми посмотрел на пустую полку. И взяв анкету аккуратно её заполнил. И это был необычный опыт, так как он давно не писал ничего ручкой, но приняв это за хороший знак, довольно положил его на полку.

–Я все сделал – сказал он, снова подойдя к женщине.

– И? Мы за это премии не даем? Теперь можете, уповать на всевышнего, так как подобные анкеты рассматриваться очень долго, особенно у участников в военных операциях – усмехнулась женщина, но в мгновение изменилась в лице – ой мистер Фольх, какая приятная неожиданность.

Джереми повернулся в ту сторону куда посмотрела женщина. Там стоял красивый среднего роста мужчина в белой с расстёгнутой верхней пуговицей рубашке, показывающую его загорелую шею.

– Эльвира, боже вас слышно с другой стороны холла – покачал головой мужчина – что у вас тут стряслось?

– Оформление на рукоположение – пробубнила Эльвира – только это участник боевых действий.

– Вы воевали? – обратился к Джереми мистер Фольх.

– Да. В составе "Черных хорьков". На данный момент списан.

– Списан. Ох уж этот ваш военный слэнг – усмехнулся Фольх и протянул руку – Эраст Фольх заместитель мэра по работе с населением.

– Джереми – ответил Джереми.

– Кратко, однако. Так значит вы хотите стать священником?

– Очень. После того как я был списан из бригады. Это единственное что имеет значение для меня – ответил Джереми

– Помощь в адаптации ветеранов наша первостепенная задача – задумчиво заметил Фольх – вам дали заявление?

– Только анкету.

– Эльвира? – повернулся к женщине Эраст, но она уже протягивала ему бумагу, которую он качая головой принял – вот. Это заявление на рукоположение. Скажите, помимо военного опыта, есть что–нибудь что вам может помещать в вашем желание проповедовать?

– Эм. Да. Например, то – аккуратно начал Джереми вглядываясь в лицо вице мэра– , например, то что я могу быть андроидом.

С мгновение тот молчал. Потом прищурившись, расхохотался так, что Эльвира вздрогнула, а остальные посетили посмотрели в его сторону. Отсмеявшись, он вытер выступившие слезы рукавом и выдохнув заметил.

– Знаете, даже если вы и андроид, то первый в мире кто хочет стать святым отцом, ох до слез прям. А вот я всегда говорил, что на войне люди приобретают самое лучшее чувство юмора. Эльвира оформи его и не затягивай, таким джентльменам у нас всегда двери открыты.

Эраст Фольх протянул руку Джереми и крепко пожал её.

– Надеюсь у вас все получится Джереми и если вдруг возникнут проблемы, можете смело обращаться ко мне. Помогу чем смогу.

С этими словами он пошел дальше, оставив самые положительные эмоции у только что получившего право на мечту у списанного военного андроида второй модели.

Аббат Симеон

Большой купол Йорской церкви, доходил всего лишь до девятого этажа стоявшего рядом небоскреба, но от этого казалось вовсе не терял в своем величии, а наоборот, крепко усевшись между двух высотных домов, всем видом показывал, что высота не имеет ничего общего, с важностью и степенностью, которая даровалась этому не самому высокому зданию.

Джереми, нервно теребил свое прошение, которое ему утвердила местная муниципальная городская служба, потом глубоко вздохнул и собравшись медленно подошел к широким, дубовым дверям. Его нейронная сеть, хоть и была немного устаревшей, почти полностью копировала все человеческие импульсы, которые возникали в подобной ситуации, а значит при столь большом волнении, можно было смело сказать, что вдох и выдох были строго необходимы.

Двери открылись и из церкви вышел полноватый священник, с длинной аккуратной бородой и опрятными небольшими усами. Посмотрев по сторонам, он увидел Джереми и сверил его серьезным взглядом, после чего подошел поближе и спросил.

– Вы на молитву?

– Не совсем ваше высокопреподобие, я хочу подать прошение через программу рукоположения, на право стать священником – смиренно, но четко произнес Джереми и поклонился.

– Как любопытно – священник погладил бороду – это конечно хорошо, но только вот, почему мне не доложили о вашем приходе. Дайте мне сопроводительное письмо, пожалуйста.

– Но у меня его нет.

– Странно, ваш духовный наставник, не должен был дать его вам.

– У меня нет, духовного наставника.

– Всё любопытней и любопытней. А из какой вы духовной семинарии?

– Я не заканчивал духовную семинарии, ваше высокопреподобие.

– Но опыт служения у вас есть?

– Нет, святой отец. Только желание его приобрести – смиренно ответил Джереми.

Священник, скривился в гримасе удивления, потом оценивающе осмотрел Джереми и покачал головой.

– Что ж мне тогда прикажете делать? Признаюсь, ко мне давно вот так не подходил на улице незнакомец, и не просил помочь ему стать священником, не служа при этом и не заканчивая соответствующее учебное заведение.

– Вера пришла ко мне неожиданно святой отец, я не готовился к этому. Это было как знамение.

– Хм. Звучит красиво. Но обычно, чтобы получить сан священника, надо для начала отслужить алтарником, затем диаконом и то, если вас возьмут на службу, сын мой. Нельзя вот так просто прийти и просить об этом, это надо заслужить.

– Я буду стараться ваше высокопреподобие, просто дайте мне шанс. Я оправдаю ваше доверие.

– Какой вы упорный человек – улыбнулся священник.

– Я не человек святой отец.

– В смысле?

– Я андроид.

Тут глаза священника сузились, и на мгновение остекленели. Затем он словно очнулся и еще раз поглядел на Джереми.

– Ничего не понимаю. Но мы не заказывали священников андроидов. Возможно это какай–то ошибка. У вас есть накладная на поставку?

– У меня нет накладной святой отец, я пришел по собственной воле – сказал Джереми и еще раз на всякий случай поклонился.

– А это что? – священник еще больше нахмурился и указал на бумагу – это что?

– Заявление. Так как я не учился в духовной семинарии, то могу им стать лишь через программу рукоположения, одобренную городским муниципалитетом – всё также смиренно заметил Джереми.

Священник протянул руку, взял заявление и внимательно прочел его. Потом снова непонимающе посмотрел на Джереми.

– Вам подписал вице мэр?

– Совершенно верно. Эраст Фольх оказался, глубоко верующим человеком и когда получил, получил мое прошение, лично принял меня.

– Это конечно похвально, что он так внимателен к своим будущим избирателям – хмыкнул священник – вы ведь имеете право голосовать верно?

– Нет, ваше высокопреподобие – покачал головой Джереми – я ведь андроид, а значит права голоса у меня нет.

– А право нести людям веру есть – всё с той же задумчивостью, произнёс святой отец – впрочем, кто мы такие чтобы оспаривать это право, верно? И простите что не представился, я Аббат Сименон.

– Очень наслышан о вас – снова поклонился Джереми.

– Наслышан? А я думал, что вы, как андроид, как машина, или как правильно вас назвать. Уже имеете доступ к огромной базе данных и скорее всего располагаете и моей фотографией, и биографией и не нуждаетесь в том, чтобы где-то это услышать.

– Да. Доступ есть у всех моделей. Но я отключил эту функцию, так как считаю, что так буду ближе к понимаю человеческой души, познавая всё как человек.

– Как человек? Души? Любопытно. Значит, это вас интересует. Церковь. Последнее место куда еще не добралась ваша цифровизация, последний оплот человеческого духа.

На этих словах аббат словно вырос перед отцом Джереми, опустив руку с заявлением и расправив плечи. И хотя голос священник не повышал, было видно, что слова эти были куда более значимыми нежели все остальные. Но длилось это недолго, и он быстро вернулся к их диалогу.

– И все же как они могли это одобрить? – снова посмотрел на него аббат – вы же не можете сами по себе, решиться на такое.

– Святой отец. Я понимаю ваше затруднение, но позвольте честно вас заверить, что это мое решение, и оно принадлежит только мне. Именно поэтому я и пошел в мэрию, где мне подписали мое заявление.

Священник посмотрел на листок бумаги, задумчиво погладил свою бороду и еще более внимательно посмотрел на Джереми. Взгляд был долгим, пока наконец глаза у священника вспыхнули огнём просветления и он, словно ожил.

– Так. Давайте так – сказал он и отмахнулся от водителя черного служебного линкольна, который видимо заждался свое руководство и вышел узнать в чём дело – Думаю, мне лучше пройти с вами да нашей канцелярии. Для одобрения заявления нужно доверенное лицо, к тому же у нас в канцелярии путаница и вас могут принимать дольше обычного. А так, все пройдет быстрее, не зря же мы встретились, верно?

– Все верно. Ибо страждущий, найдет свой путь, ваше высокопреподобие.

– Да, да. Что ж, тогда отнесем ваше заявление. Уверен, оно будет рассмотрено как можно быстрее. Но только как я сказал, в моем присутствии, уверен не все мои послушники, еще готовы к таким сложностям в работе. Будет правильно помочь вам.

– Огромное спасибо. – сказал Джереми еще раз поклонился и лишний раз, порадовался, что деактивировал большую часть нейронного мозга, так как даже элементарный анализ показывал, плохо скрытое пренебрежение и негодование аббата.

Церковная канцелярия

Аббат Симеон, прошел вдоль длинного коридора к небольшому ресепшену, где послушница, что–то быстро набивала на клавиатуре. Джереми шел рядом, едва поспевая, за стремительным аббатом.

Когда послушница подняла голову, то резко изменилась в лице и тут же, перестала печатать, в благоговейной нерешительности замерев перед святым отцом. Аббат выждал паузу и словно насытившись этим трепетом, сказал – сестра Эмми, прошу вас, примите это заявление от этого Андроида.

– Джереми – подсказал синтетик – меня зовут Джереми.

– Да, точно. Джереми. От андроида Джереми, решившего через программу рукоположения стать священником в нашей церкви – повторил свою просьбу, аббат Симеон.

– Но это же – начала было монахиня, но аббат так сверкнул глазами, что она едва не поперхнулась, и взяла заявление в руки.

– Немедленно, сестра, немедленно – прикрикнул на нее аббат – долг нашей церкви принимать любых, кто жаждет получить волю господню.

Джереми не без любопытства смотревший эту сцену, вдруг почувствовал, что даже не смотря на внешнюю буффонаду, все же очень рад тому, что аббат так активно принял участие в его судьбе, ведь скорее всего, не пойди он с ним, с его заявлением тянули бы до последнего, а то и вовсе, отложили в долгий ящик.

– А теперь многоуважаемый Джереми, не хотите ли пройти со мной, в мой кабинет – сухо заметил аббат Симеон, обращаясь уже непосредственно к Джереми – мне очень любопытно это ваше желание, стать священником, ведь я никогда ещё не встречал андроида, чьи помыслы были бы такими.

Тут аббат начал мысленно подбирать фразу и Джереми снова помог ему.

– Возвышенными.

– Верно – поднял палец аббат – возвышенными.

После этого отец Симеон посмотрел поверх головы Джереми, на кропотливо изучавшую заявление Джереми послушницу. Убедившись, что девушка работает, аббат резко развернулся и пошел к небольшой двери, видимо ведущей в его кабинет. Всё это он сделал так стремительно, что Джереми снова пришлось ускорить шаг, лишь бы не отстать.

Когда аббат открыл двери, Джереми увидел крутую лестницу, по которой аббат, не смотря на полноту, ловко взобрался на третий этаж, где и был расположен, просторный, примерно на семьдесят метров кабинет, широкое полукруглое окно которого выходило прямо на улицу перед храмом, располагаясь над парадным входом между колоннами церкви.

– У вас очень красиво – не без восхищения заметил Джереми, оглядывая дубовый стол, стеллажи из красного дерева, ковер с длинным ворсом, который словно трава, аккуратно подстилался под ноги.

– И Дух и тело, важно держать в благоденствии – заметил аббат, и обойдя стол сел в кожаное кресло – итак, а теперь прошу расскажите поподробней, как у вас возникло столь необычное для андроида желание.

Джереми сел на кресло чуть поменьше, прямо перед столом отца Симеона, причем оно стояла так, что аббат, и без того высокий мужчина, возвышался теперь еще больше, буквально на две голову, над степенно сидевшим Джереми.

– Признаться я не могу сказать вам точно, что именно побудило меня принять такое решение. Потому что как вы знаете, модели андроидов, обладают очень развитой нейронной системой и как правило идут по наилучшему логическому пути, следуя своим алгоритмам. Исходя из этого, очень сложно предположить, чтобы андроид самостоятельно обратился к вере, я скажу больше, мне даже пришлось откатиться в настройках, чтобы принять решение о принятии веры.

– Хотите сказать, что для того чтобы у вас появилось желание приблизиться к господу и проповедовать от его имени, вы стали чуть глупее? – заметил аббат и глаза его расширились – я правильно вас понимаю?

– Это не совсем верное, очень упрощенная мысль. Дело в том, что мой разум, моя нейронная сеть, это математика, а она плохо совмещается с верой, святой отец. Поэтому да, мне пришлось отказаться от всех обновлений и немного, снизить производительную мощность, но – тут Джереми сделал паузу – постепенно я её восстановлю, просто на данном этапе мой интеллект сильно мешает.

– Так почему вы тогда пришли к богу?

– Мне стало любопытно почему человек ищет его, хотя нет ни одного факта, указывающего на его существование.

– Факта? – аббат улыбнулся – все что вас сейчас окружает это факты, подтверждающие его существование.

– Нет. Это лишь институт о поклонении богу, где есть все, кроме самого бога. В отличие от тех же верующих людей. Лишь люди создают веру и только они, сохраняют её и исполняют. Проще говоря, если верить логике, Бога создали вы, ровно, как и поклоняетесь ему тоже вы. Хотя повторюсь, у вас нет ни единого факта, кроме старых писем. Именно это восхищает меня и подталкивает к участию в вашем великом деле. Именно поэтому я откатил заводские настройки и хочу послужить вам.

– И хотите проповедовать? – Аббат вопросительно посмотрел на Джереми.

– Да – Андроид кивнул – Это тоже находит отклик в моем сознании и поэтому я хочу вступить в ряды вашей церкви.

– Тогда – Аббат сложил руки домиком – у меня есть прекрасная идея. И я почти уверен, что вам она тоже будет по душе. Дело в том, что у меня есть коллега, святой отец Даниэль, он большой поклонник всех церковных нововведений. Более того он даже внедрил пару из них, основав отдельное католическое молодежное движение. И суме привлечь к этому несколько молодых священников и прихожан. Думаю, именно это пока и помогает ему получать особое внимание епископа Джона Джонса, которое как мне кажется святой отец Даниэль не вполне заслуживает, но вот вам, он точно подойдет.

– Но, я не слышал о священнике Дэниэле – задумчиво сказал Джереми.