скачать книгу бесплатно
–Что добавить?
–Тьфу! Все забываю, с кем общаюсь. Рост цен при отсутствии роста зарплаты, обеспечивает скрытое незаметное ограбление лохов. Так вот, для того, чтобы современные рабы не требовали своей доли прибыли, не требовали отдать заработанное их отцами, дедами, прадедами, прапрадедами, является умалчивание фактов разграбления по карманам рабовладельцев ресурсов, которые были созданы многочисленными поколениями рабов на протяжении тысячелетней истории. Теперь понял, куда попал?
–П-понял! Владимир Иванович, а вот вы как же?
–А, что я? До недавнего времени я простым бандитом был. Ну не совсем простым… А когда дошло, что так жить нельзя, стал малость корректировать все до чего могу дотянуться. Наверху тоже дошло. Вот, охоту на меня объявили…
После состоявшегося разговора по душам, прошла неделя. Удобно умостившись на Мишкином локте, Вика мурлыкала ему на ухо сегодняшнюю новость, касающуюся ее недалекого будущего:
–Папа хочет меня в Испанию отправить. У нас там дом на побережье. Поедешь со мной?
Задумался. Выпал из реальности. Растормошила.
–Что?
–Поедешь со мной? Здесь стало не безопасно. Вчера троих папиных «гвардейцев» Сизарев на предательстве подловил. Если даже эти… – внезапно перескочила на тему, соответствующую возрасту нимфетки. – Ты любишь меня?
Любовь! Любовь слишком дорогое по таким временам понятие. Мишка его себе позволить не мог. Молодая женщина в его постели, считай малолетка, ничего хорошего ему не даст. Не нужна она ему. Тем более ехать в Испанию… Тут здесь-то разобраться… Выжить! Чувствовал, как жареным пахнет, а она про какую-то Испанию лепечет. Не-ет! Когти рвать нужно. Владимир Иванович ему не помощник, как кстати и он Ненашеву. Разные они.
Ответил:
–Конечно люблю, солнышко. Спи!
Что-то промурлыкала устало и… засопела. Хорошо быть такой непосредственностью по возрасту. Тем более с таким папой и карманами полными денег. Мишка не мальчик, жизнь била его по-разному. Привык. И это его попадалово в другое, совсем хреновое время, переживет, главное… Мысль скакнула в другом направлении. И чего он тут разлегся? Не хватало еще, чтоб добрые люди по адресу о связи с девчонкой донесли На нерве вскочил с кровати, судорожно напяливал на себя одежду.
«Черт! Что же делать?»
Краем уха слышал о событиях вокруг банды Князя. Кого-то завалили. Кого-то отловили. Кого-то, свои на крысятничестве взяли. А все вместе подсказывало, «трон» под седалищем Ненашева качается, как маятник с элементом принудительного вмешательства – непредсказуемо и разноциклично.
Утром Князь вызвал к себе. Когда шел, в окно выглянул. Кавалькада черных четырехколесных «мастодонтов» импортной сборки, «под парами» стоит при выезде из «поместья». Народу понагнали, «стволами» маячат. Ехать куда-то хозяин намылился? Похоже на то.
Только вошел в кабинет, а Ненашев уже из кресла поднимается. Рядом Сизарев столбом стоит, с интересом уставился на вошедшего Михаила. Будто первый раз видит. Князь приказал:
–Выезжаем.
Ну, надо так надо! Уже в машине узнал, что к «норе» едут…
Глава четвертая. Первые страхи, первый опыт, первое разочарование и первые потери Мишки Вишнякова
Любовь к преступному делу Ефим Кошельков унаследовал от отца, вора-рецидивиста старой закалки, который в свое время специализировался на ограблениях ювелирных салонов и потрошению банковских сейфов. К 1987 году Ефим уже проходил по сводкам в статусе опытного криминального авторитета, имевшего несколько судимостей. Когда до развала страны оставалась пара лет, Фима Сармак «откинулся» и вроде бы как «завязал». Но это только видимость для других. На самом деле Кошельков масть сменил. Время такое было, что всем подпольным делаварам, масти теневиков, волю дали. Решив расширить поле криминальной деятельности, Фима переехал в столицу сибирского края, где открыл свое дело. Деньги на раскрутку были, и он основал… хлебопекарню. Да-да! Не нужно смеяться. Предприятие по выпечке хлебобулочных изделий… Тогда многие воры отвернулись от того, кто был для них своего рода «передовиком криминального труда». Кошелькову это только на руку стало.
Не слишком большой персонал выпекал хлеб на предприятии, бухгалтерия платила налоги, но никто, ни сном ни духом не знал, что в тени этого производства создавалось другое, мало афишируемое, но приносящее колоссальный доход. Кошелькову удалось сколотить собственную банду, члены которой не «трясли» обывателя, не участвовали в разбоях и кражах. Посредники брали заказ, а люди Сармака успешно устраивали убийства конкурирующих структур и физических лиц. Они брались за отправку богатых «пассажиров» в Мир иной, иногда за похищения и передачу клиентов заказчику. Но это стоило еще дороже. «Тени» наводили страх даже на воров в законе.
Работники Уголовного Розыска с ног сбились, вычисляя убийц, но все нити обрывались где-то на полпути к банде. Все дело в том, что среди сколоченных в криминальную организацию людей, прослеживалась совершенная структура нового типа. Под руководством Кошелькова собрались спецы от аналитиков до боевиков. Отдельно стояло подразделение «быков» – расходного материала, который не жаль и который периодически должен оставаться на месте преступлений в виде трупов, заслоняя основной контингент. Получалось, организация всякий раз уходила от преследования, оставляя за собой горы трупов – как чужих, так и членов собственной банды, оставаясь в тени событий. Заказ на Князя пришел от одного из столичных посредников и на первый взгляд ничем необычным не выделялся. За исключением… Платили, ну очень большие деньги и… сам Кошельков в городе в это время отсутствовал. Организация работала как отлаженный механизм, когда у ее боса случилась семейная неприятность, которую нужно было решать при личном присутствии. Заказ был принят вторым лицом банды.
Единственный ребенок – дочь, училась на первом курсе московского ВУЗа и что-то там не сложилось с учебой, грозило отчисление. Вот и поехал папаша разобраться с непоняткой. Дело житейское, кажется – нарочно не придумаешь. Только все боком вышло. Организация дала сбой. Один доверил дело другому, тот дело передоверил. В результате контракт не исполнен, а среди погибших почему-то оказался младший брат Кошелькова.
Ефим Андреевич навел справки, собрал всю информацию. Железной рукой навел порядок среди своих, наказал тех, кто так бездарно спланировал и провел операцию. Только ведь контракт не выполнен, репутация подмочена. Нужно исправлять ситуацию.
Телефонный звонок вырвал из размышлений.
–Слушаю!
Услышал знакомый голос в телефонной трубке:
–Он выезжает.
Ждал. Именно этого сообщения он с нетерпением ожидал, на него и планы строил. Спросил лишь:
–Охрана?
–Стандарт, но усиленный «пехотой».
–Второй?
–Передал, что второй при нем.
–Принял. Оплата наличкой в договоренном месте. Забрать сможет после шестнадцати часов.
Вторым был тот, кто убил брата. Кошельков поклялся отомстить, и выезд Князя с убийцей был ему на руку. Одним махом две цели! Тут же вызвал Стасова, одного из двух своих помощников, приказал:
–Парней срочно на точку…
–Они там со вчерашнего дня. Ждут в дежурном режиме.
Кошельков не удивился, ему вольготно жилось среди бывших военных, пригретых, проплаченых и всегда готовых к действию. С ворами бы такой фокус не проканал, как раз воры братишку и профукали. Глеб сам виноват, больше к деклассированному элементу тянулся, а нужно было вот к этим зубастым волкам дорогу топтать. Потому-то сейчас на кладбище и лежит. Нет! Нужно пересмотреть свои позиции в бизнесе и от «быков» отказаться совсем. «Теням» проще в тишине свое инкогнито сохранять.
–…Стас, мы с тобой тоже выезжаем.
–Не успеем, Сармак. К шапочному разбору доберемся только. А лицами светить ни тебе, ни мне не надо. Парни по сотовому телефону задачу получили, без нас справятся.
–Хочу на убийцу Глеба глянуть.
–Чего глядеть-то на труп?
–Поехали…
* * *
Взрыв где-то впереди колонны стал для Мишки неожиданностью, хотя с раннего утра цыганское чутье голосило о том, что день будет необычным. Подсознание через взгляд устремленный с переднего сидения машины вперед, отметило сам момент подрыва. Водитель у Князя среагировал моментально, при этом грубым фальцетом на одной ноте раненым носорогом орал, с испуга наверно:
–А-а-а!
Машина содрогнувшись всем корпусом, качнувшись на амортизаторах, встала. Михаила одним толчком на лобовое стекло бросило, ощутил себя букашкой ударившейся в лобовуху шедшего на скорости автомобиля.
–О-х-х! – торпедой выбило воздух из груди, мордой приложило, заставив какое-то время уйти в прострацию. Справился быстро. По счастью ничего не сломал. На заднем диване Князь завозился. Живой значит, Владимир Иванович!..
Через миг, позади садануло. Мишка еще не совсем в «этом мире» освоился, показалось, из пушки пальнули. Стекла целы, поэтому видел опрокинувшуюся набок большую легковушку с охраной, которая «подвинувшись» уступила место микроавтобусу.
Г-гух! Тряхнуло. Сдетонировал бензобак и опрокинутая машина объятая пламенем отлетела в кювет. Как через вату в ушах донесся чей-то крик:
–Атас!
Ага! Понял! Срочно выбираться из машины нужно, иначе те кто напал, их точно кончат. Открыл дверь, рывком выпрыгнул из салона. Хоть и город, а все ж окраина. Дорога в этом месте как раз в ложбину втягивалась. Если передние машины в эпицентр засады угодили, то их «тачка» на самой периферии остановилась. Сибирь! Издали городские кварталы многоэтажек видны, кирпичные трубы кочегарок дымят, а рядом по обеим сторонам дороги лес, только он метров на сорок «пострижен», до него еще добежать предстоит.
По остановившимся из-за «завала» впереди машинам стреляли не жалея боеприпасов, дорожный участок между холмов превратив в подобие тира. Люди Князя не военные, в бой вступать не рвались, а вот стадному чувству подчинились – метнулись наутек. Так ведь дадут разве? Тем более что у напавших, не просто бойцы буйствуют, а еще и снайперы зверствуют.
Бух! Бух!.. Дело у нападавших дошло до карманной артиллерии, в ход пошли гранаты, а значит, пленных велено не брать. Ор, матерщина и стоны вместе с какофонией боя наполнили пространство ложбины.
В армии Мишка не служил, выживал в этой кутерьме на чистых инстинктах. Под прикрытием дыма горевшей трахомы, смог прошмыгнуть ближе к «выходу», по пути увидел мертвыми, хорошо знакомых ему водителя с охранником. Пламя на сквозняке уже перекинулось им на одежду и «лизало» лица и бритые головы. Ё-пы-ры-сы-ты! Кто-то чувствительно толкнул, лишь на миг обдав запахом перемешанного с потом парфюма. Споткнулся, падая заметил, как мимо него Ненашев разбуженным носорогом пробежал. Фьють! Фьють! Пропело над головой. Но о том, что мог навечно лечь на дороге, даже не подумал сейчас, лишь чертыхнулся в душе – организм непривычно сбоит. Ноги ватные, голова не варит, в ушах звон, а во рту противный железный привкус. Ко всему прочему он еще и язык прикусить умудрился. Скатился в канаву, на четвереньках скоренько как мог «потрусил» по ней, напрягая какие были силы. В пустой голове лишь одна мысль: убежать подальше от этого места, а лучше правдами и неправдами домой – в свое время вернуться. Там тоже недоброжелатели имеются, но они хотя бы не такие безумцы как эти.
Высунув голов из канавы, увидел как выживший пока что народ, ломится к лесу. Один из бежавших получил пулю между лопаток, с приданным ускорением, покатился по высокой осенней траве. Нужно рискнуть, иначе… Побежал зигзагом, преодолевая расстояние рывками, рваным бегом. Заскочил в кустарник, и снова споткнувшись, упал.
Усевшись, осмотрелся. Это он о тело Владимира Ивановича ногой зацепился. А ведь Князь почти уйти смог! На груди дыра зияет, кровью одежду и лицо благодетеля заполоскала. Мертв точно, мертвее не бывает!
Поднявшись на ноги, наклонился над телом, то и дело оглядываясь по сторонам, ловя звуки в лесу. Из наплечной кобуры извлек такой родной и знакомый ТТ, покойнику он не нужен, а ему пригодится. Красавин еще в первый же день отобрал у Мишки его стилет. Как тут жить без оружия? Передернул затвор, вогнал патрон в патронник, приводя ствол в боевое положение. Даже, полегчало слегка. Что дальше?
Мысли прервал резкий клекот автомата. Над головой очередь срезала ветки на невысокой сосенке… Значит, уже до леса добрались или заблаговременно ожидали. Заметили? Нет. Скорее оставшихся беглецов зачищают. Бросился вглубь леса, а через десяток шагов сменил направление бега, повернув в сторону.
Тах-тах-та-тах!.. Вовремя! Нарушая конспирацию шумом, за Михаилом увязались двое мужиков, одетых в пятнистую одежду. В лесу их не сразу-то и распознаешь, но оба бежали напролом, изредка постреливая в его сторону.
Давно он так ни от кого не бегал.
–О-о! О!
Чуть в овраг не влетел. Поляна совсем небольшая, обрывавшаяся кручей вниз. У самой кромки остановился. Шею сломать, нефиг делать! Трава высокая, скос совсем не пологий. Брошенный назад взгляд привел в ужас. По траве за Мишкой проделан след. Даже если б как кабан не ломился, все равно заметно. Лес! Еще минута, ну от силы две и эти злые дяди его угандошат.
Изгаляясь в своей никчемности, цепляясь за корневища, кустарник и пучки травы, кое-где зависая на руках, сколько мог, сколь времени себе отмерил, пробрался вправо. Подтянувшись, вполз в куст. В иное время может так бы провернуться и не получилось, но тут время поджимало и кровь в жилах бурлила. Еще отдышаться не успел, а эти уже здесь.
Двое парней, возрастом даже чуть постарше Михаила будут. Первый – след контролирует, второй с автоматом навскидку – страхует. Так просто от таких волков не уйдешь, но…
Куст чуть в стороне от их перемещения. Затаил дыхание, кажется даже не дышал совсем. Первый с кустом поравнялся, второй нацелил ствол, показалось точно на Мишку. Ф-фух! Прошли! Миновали заросли. Отпустил чуть вперед, но рисковать и нашуметь, чтобы зайти за спину, не отважился, только позу сменил, на ногах укрепился. Держа пистолет на вытянутых руках перед собой, прицелился в страховавшего. Палец подушечкой впился в металл спускового крючка. Пора!
Один за другим, два выстрела произвел. В спину и в голову. Подвинув руки, переводя ствол на второго убийцу, нажал на спуск. Снова «двойкой» отстрелялся. Опоздал. Товарищ дураком не был, успел с обрыва сигануть еще при первом выстреле.
Мишка проломился через ветви кустарника, в пяток прыжков подскочил к круче.
Б-бах! Б-бах! Б-бах! Мимо. Ох и крученый попался! Мало того, что шею не свернул, руки-ноги не поломал, так еще и смылся, будто сквозь землю провалился.
А первый, в кого стрелял, живым оказался. Одна пуля, выходит так, что в бронежилет угодила, а вторая точно в голову угодила, но… Кровищи много, только это из-за того, что череп царапнула и слегка контузила. Не моргая, какое-то время смотрели друг другу в глаза. Мишка наклонился, отобрал автомат из руки раненого, из кобуры пистолет извлек. После раздумья кивнул, сказав вслух:
–Живи!
В ответ услышал лишь одно слово.
–Дурак!
–Может быть. Но не моя война.
Развернувшись, пересек поляну в обратном направлении, сориентировавшись, пошел по лесу. Проходя мимо заболоченного участка, обходя его стороной, сбросил в воду автомат и пистолет бывшего преследователя. ТТ выбросить не рискнул пока, хотя в нем всего два патрона осталось.
* * *
На кладбище Мишка не поехал по настоянию Сизарева. В тот же вечер, уже когда за окном стемнело Сизый вызвал его в кабинет Князя и с места в карьер спросил:
–Михаил, куда вы в день нападения ехали с Ненашевым?
Мишка пожал плечами, сделав удивленные глаза, про себя отметил скрытность благодетеля. Ну а если не сказал, значит и он не расскажет. Кто знает, кому верить? И не повредит ли это знание лично ему? Ответил:
–Понятия не имею, Николай Иванович. Хозяин просто позвал и сказал, что в город едем. Я не спрашивал. Что дальше будет?
Сизарев как влитой, обосновался в кресле Князя. Со стороны никакого дискомфорта у него не ощущалось. Мишка впервые наблюдал смену главаря. Оказывается ничего особенного, все обыденно до неприличия. Только лично для него эта смена несла перемены, сейчас узнает, какие. Сизарев ждать не заставил:
–Ладно. Какие у вас с Князем терки были – ваше дело. У меня перед покойным должок остался. За два дня до его смерти, поручил мне тебя легализовать. Свое обещание я всегда выполняю…
Отодвинул ящик стола, извлек тонкую стопку бумажек, бросил на стол перед Мишкой.
–…Ты у нас из Ростовской области будешь? Вот туда и поедешь, здесь тебе делать нечего. Документы подлинные, через все ведомства именно с твоей фотографией проходят.
Мишка рассмотрел предложенное. Удостоверение личности прапорщика, только что выпущенного из школы. Васильев Владимир Иванович. Гм!.. Как насмешка. Предписание. Бумажки на довольствие. Ну, еще, кое-что по мелочи. Поднял глаза на улыбавшегося Сизарева. Издевается?
–Так ведь я…
–Не служил. – Подвел итог Сизый. – Ничего. Теперь послужишь. С Князем мы в расчете. Форма твоего размера уже у тебя в комнате. На сборы полчаса. Котик вывезет тебя на сороковой километр, там перед переездом посадит на поезд.
–А просто на вокзал…
–Нельзя. В городе тебя ищут. Уж не знаю, на чью мозоль наступить угораздило, но для многих ты, как красная тряпка для быка стал.
Попросил:
–С Викторией попрощаться можно?
–Нельзя. – Сказал резко, как отрубил.
Кивнул, соглашаясь с новым хозяином криминальной организации. Уже от двери спросил:
–С ней что будет?
Сизарев ответил на вопрос:
–С ней-то как раз все нормально. Молодая наследница. Богатая, привлекательная. Как отец и хотел, в Испанию поедет. – Подмигнул. – Тебя забудет быстро, поверь. Ее интересы здесь есть кому защищать. Потери конечно неизбежны, но в целом основные активы отобьем. Поторопись, поезд ждать не будет.
Мишку классически спровадили прочь. Через двадцать минут из ворот усадьбы выехала машина, в кабине которой гражданский водитель вез военнослужащего.
* * *
С похоронами хозяина и отъездом Найденыша жизнь в городе продолжалась по устоявшемуся руслу, только ощущалась какая-то нервозность. Николай Иванович можно сказать кожей ее чуствовал. Пришлось один раз съездить на толковище к Князевым паханам, выдержать не хилый такой наезд от них. Подчиниться бывшему вояке, хоть и топтавшему зону, не все хотели, потому намечался развал отлаженного механизма, что влекло возможный конец империи, играло на руку варягам из Москвы. Урки! Отморозки безбашенные! Разбежавшись, ведь перегрызутся. Привыкли в узде ходить, самостоятельно думать, принимать правильные решения разучились. И еще… Обнаружив пропажу ростовчанина, наследница устроила истерику. Сизый сдержался, чтоб просто не пристрелить истеричку. Может никогда не имевший семьи, Сизарев так бы и сделал, но вовремя сдержался. При ней живой, он сам имеет статус как при живом Князе. А вот если эту нить оборвать…