Девочка для Беса

Яна Власенко

Девочка для Беса

Глава 1

Ты только посмотри, какой мужчина только что зашёл. Кира тронула меня за рукав, привлекая моё внимание, я едва слушала болтовню старшей сестры.

Мои мысли витали далеко, с самого утра и до позднего вечера меня подташнивало, и даже любимый салат не шёл в горло.

Какие у него ноги, разворот плеч, какое тело, о щетина! Она просто сводит с ума. Ты только посмотри на глаза, Ника, ты просто обязана посмотреть! Хватит летать в облаках, пора устраивать личную жизнь.

Сестра подстригала меня, чтобы я посмотрела на какого-то мужика, но я не хотела ни с кем знакомиться. По правде говоря, я жуткая трусиха, сейчас я была не способна мечтать о красивых мужчинах, думать и знакомиться с ними, потому что на завтра мне назначена процедура аборта . Медикаментозное прерывание беременности.

Я беременна от мужчины, которого не знаю совсем. Это тайна, о которой не знает даже моя сестра. Обычно я доверяю ей абсолютно всё, каждую мелочь, но в таком признаться не могу.

Сохранила всё в своём личном секрете. Более того, планировала избавиться от этой тайны и забыть обо всём, если получится, конечно.

Какой мужик пропадает! Мама дорогая, я бы такому мужику десятых детей родила! Кира продолжала бурно восторгаться.

Мне кажется, ей не следовало пить столько вина. Так громко восхищаться незнакомцам было просто неприлично.

Я бы с таким из постели вообще не вылазила.

Я сморщилась, похоже, пора уходить.

Вечер совсем не задался, я ничего не ем. Хотела развеяться и разогнать тёмные мысли, но ничего не получается. Всё выходит наоборот, гнетущее настроение только ухудшилось. Моё состояние было не самым хорошим, я хотела лечь на кровать, свернуться калачиком и забыть обо всех проблемах.

Пожалуй, я пойду, Кира, у меня что-то голова разболелась, – сказала я.

Ой, он смотрит на наш столик, завизжала она.

Сестра крепко вцепилась мне в руку, не желая отпускать. Она потянула меня вниз, сердито шипя: "А ну-ка, сиди!

Он смотрит сюда, глаза не отрывает, точно тебе говорю, он хочет с тобой познакомиться." Свободной рукой Кира поправила локон и распрямила плечи. Может быть, у такого красавчика найдётся и друг ещё. Сестра уже распределила нам роли, значит, красавца она решила отдать мне, а себе щедро пообещала какого-то мифического друга, которого, скорее всего, вообще не существует. Впрочем, мне было абсолютно всё равно.

"Он смотрит на тебя, да-да, да точно на тебя, гипнотизирует тебя просто!"

Теперь голос Киры был уже не таким довольным. По моей спине бежал холодный пот и мурашки, как будто кто-то не сводил с меня глаз.

"Не может быть, ты ошиблась!" – мне было интересно, но вопреки своим желаниям я медленно повернулась.

Кто-то невидемый, он дёрнул меня в правильном направлении. Мой взгляд безошибочно нашёл того, кто сверлил меня взглядом всё это время. Натолкнувшись на взгляд чёрных пугающих глаз, я вздрогнула от страха, мгновенно сковало всё тело. Эти глаза это рот, эти острые скулы, о которых можно порезаться. Тёмные волосы жёсткие на ощупь. Я знала это. Внутри задрожали невидимые струнки от вибрации его низкого хриплого голоса:

"А ты красивая, выглядишь восхитительно."

Наверное, из-за такого, как он, это выглядит сногсшибательным комплиментом. Воздуха вокруг стало совсем мало, горло словно сдавило невидимыми руками, я начала задыхаться, и просторное помещение недорогого, но очень любимого кафе резко сжалось.

Светло-серые стены внезапно двинулись на меня со всех сторон, сдавливая в тиски.

– Ника, ты что, его знаешь? – недоверчиво спросила сестра. Она не могла поверить, что я заинтересовала такого, как он, взрослого, серьёзн"Надо бежать!" – отчаянно думала я, но тело отказывалось двигаться, каждая клеточка замерла в ожидании надвигающейся беды. Я не могла шевелиться, смотрела в тёмные пугающие глубиной глаза и провалилась в прошлое, в ту самую частую ночь, когда лишилась девственности с этим самым мужчиной.Он медленно улыбнулся, как кот, словно понял, о чем я думаю. Сейчас щеки налились красным и начали гореть – признак того, что моё лицо полыхает, как цвет лака на ногтях Киры.

– Привет, давно не виделись, – сказал он, – он смотрел только на меня, и ни в каких сомнениях не было, что именно я его интересую. По какому вопросу он подошёл, я отчаянно боялась, что он бросит наглую фразу с вызовом, что-то типа:ого с хищным взглядом. Его костюм был из самых дорогих. Я не эксперт в моде, но вещи из мира люкса чувствуются сразу. На мужчине был надет прекрасно скроенный по его фигуре костюм, возможно, даже сшитый на заказ, потому что всё смотрелось просто шикарно. Он поднялся лениво, отряхнул брюки и двинулся в нашу сторону. Нет, только не ко мне, пожалуйста, только не ко мне, пожалуйста, только не это, – молила я. Я думала, что сгорю со стыда. Внутри все сжималось от страха перед неизвестностью, перед этим пугающим, но вместе с тем привлекательным мужчиной. От него исходила волна, и я чувствовала это очень хорошо. Недорогие, не роскошные аксессуары в виде массивного перстня, золотых запонок или других золотых вещей на нем не могли сгладить острые углы его характера и хищной натуры. С каждым его шагом расстояние между нами сокращалось, а сердце билось все быстрее и быстрее, как будто сейчас выпрыгнет из груди. Кажется, Кира что-то говорила мне, просила познакомить или что-то в этом роде, но я не понимала ни слова из того, что она говорит; я видела только его и тонула во мраке его опасного и холодного взгляда. Он проникал мне под кожу, парализуя меня. Незнакомец стал против света, и его массивная фигура бросила на меня просто огромную пугающую тень.

"Давай-ка повторим ту жаркую ночь".

По несчастью, я понимала все, хоть и была под действием каких-то одурманивающих веществ. Мне было отчаянно стыдно за то, что произошло, что я поддалась на все это и отдалась ему, хотя и боялась. Но все же? Я сбежала, да, я бежала раньше, чем он проснулся, надеялась, что больше никогда не увижу его. Но сейчас он стоял передо мной и оценивал меня взглядом. Причём он раздевал меня, он снимал все мои барьеры, врывался мне в душу слой за слоем. Мне было некомфортно под тяжёлым, испытывающим наглым взглядом мужчины, значительно старше меня, может быть, почти вдвое, а то и в трое. Но его глаза такие глубокие, словно он прожил не один десяток жизней, и каждая оставила в нем глубокий шрам.