Код Святого Лазаря

Мои ноги, словно забыв о контроле, начали двигаться сами по себе. Или, вернее, они стали продолжением движений ног Сержа. Мы попали в какой-то невероятный резонанс: каждое па, каждый поворот совпадали с такой точностью, будто мы репетировали этот танец целую вечность.

В какой-то момент музыка захлестнула меня с головой. Тело, требуя полной свободы, само подалось назад, и я, сбросив с плеч голову, доверчиво прильнула к плечу Сержа. Он подхватил меня, крепко обняв, и в этот миг мир вокруг перестал существовать.

Мы больше не следили за темпом, который диктовал нам из Америки Луи Армстронг.

Мы просто растворились друг в друге, превратив этот вечер в наш собственный, личный ритм.

Важный разговор

Недели на борту лайнера таяли в густом, обволакивающем тумане, словно растворяясь в молочной дымке. В каюте Дамианы и Сержа царил творческий беспорядок, но разбросанные вещи никого не смущали. Казалось, что им было совершенно все равно, ведь сам воздух здесь в каюте был пропитан любовью, а каждый предмет светился едва уловимым волшебным светом.

Влюбленные не все время проводили в объятиях друг друга.

Дамиана была спокойна, ведь Пьер заверил ее, что ее болезнь пока неактивна и не представляет опасности для окружающих. Этот безопасный период должен был продлиться еще несколько месяцев, как раз достаточных, чтобы добраться до места лечения.

Чем ближе к горизонту проступали очертания Нью-Йорка, тем чаще Дамиана вспоминала об истинной причине своего путешествия. Она старалась не думать о плохом и прожить до дна все, что ей отмерено богом.

Однажды вечером они с Сержем стояли на палубе, глядя на темную, уходящую в бесконечность воду. Неожиданно Серж осторожно заговорил о будущем. Он с воодушевлением рассказал о своем процветающем бизнесе, о том, что может позволить себе не жить в душном центре мегаполиса. Потому что мечтает о милом домике в пригороде, о жене и детях. На слове «жена» Серж бросил на Дамиану долгий, полный надежды взгляд.