Тупик

Это как раз то, чего она и хотела. Но особой радости не испытала. В глубине души она почувствовала нарастающие угрызения совести, считая, что не заслуживает эту оценку. Хотелось даже возразить, но про стипендию тогда можно точно забыть.

– Согласна! – На чаше весов чувство справедливости проиграло любви к матери.

– Отлично. Не смею вас больше задерживать, Нина Викторовна. Успехов в учебе!

Сергей протянул свою правую руку. Девушка крепко ее пожала, а когда отпустила, то почувствовала, что в ладони что-то лежит.

– До свидания… – едва слышно проронила она.

Выйдя из аудитории, она быстро отделалась от назойливых одногруппников, которые обсыпали ее тонной вопросов, и поспешила на выход из здания. Сев на скамейку возле академии, она несколько раз обернулась, боясь, что ее могут увидеть. Аккуратно разжав ладонь, она обнаружила в ней деньги, которые утром оставила в бардачке машины.

Глава 5

– Ну и погода… По радио говорят, это просто какая-то аномалия. В это время уже должен снег лежать, а тут дождь! Если температура опустится ниже нуля, то на улицах будет сплошной каток! А на следующую неделю уже передают…

Голос друга едва доходил до его ушей. Сев в машину, Сергей засунул правую руку в карман пальто и не вынимал.

– …промок, наверное, до самых трусов. Сейчас я печку прибавлю. – Алексей повернул тумблер на приборной панели, и горячий воздух стал наполнять машину. – Ну что, так лучше?

– Нормально, – невнятно ответил Сергей. – Хотел спросить: ты сейчас не видел женщину, выходящую из здания?

– Женщину? Какую женщину?

– Невысокого роста, одетую во все черное.

– Во все черное? Нет, я никого не видел. Ты первый, кто вылетел из подъезда. А что с этой женщиной? Кто она?

– Да так, никто. – В центре правой руки ощущалось легкое покалывание. Хотелось бы начать думать о чем-то другом, но все никак не выходило.

– Так нам что, подождать, пока выйдет эта женщина?

– Нет, не надо. Поехали.

– Как скажешь, шеф.

Как обычно, Алексей не поехал по кратчайшему маршруту до гостиницы. Машина медленно катилась по пустым улицам. Сергей все старался унять боль в руке. Надо было хоть немного расслабить мышцы, сжимающие кулак, но не получалось. Казалось, пальцы стали каменными.

– …у меня не было выбора! Так что скажешь? Поедем?

– Что? Куда? Прости, я что-то сам не свой…

– Я говорю, Таня уже в который раз приглашает тебя на ужин. Сегодня она приготовила тефтели по особому рецепту. Говорит, что должна получиться «бомба», но я бы не был так уверен. Ну и ты знаешь ее кулинарные способности…

– Прости…

– И еще Виталька меня уже достал, каждый день: «Когда приедет крестный! Когда приедет крестный!» Я уже не знаю, что ему говорить.

– Лех, я…

– Серый, послушай! – непривычно серьезным тоном сказал Алексей. – Я знаю, как тебе тяжело, через что тебе пришлось пройти за эти четыре месяца. Я понимаю, что не могу в полной мере осознать всю твою боль. Но я готов хоть немного, хоть чуть-чуть попытаться разделить ее с тобой. Ты отвернулся от всех. Так же нельзя! Друзья нужны не только в хорошие времена, но и в плохие. Честно скажу, мне больно видеть тебя таким! – Он выключил жужжащее на фоне радио.

– Хорош уже, Серый! Ты всеми силами пытаешься делать вид, что остался совсем один. Закрылся от всех в этом отеле, на звонки не отвечаешь. Но ты не одинок! Меня каждый день по сто раз на работе спрашивают, когда ты вернешься. И это не просто любезности. Люди беспокоятся о тебе. Ждут тебя! Таня каждый день спрашивает о тебе. Ты для нас не просто друг, ты – член нашей семьи! Вспомни, сколько раз ты был у нас? Сколько раз мы встречали праздники вместе? Неужели для тебя все это – просто ерунда?

– Нет, конечно…

– Ну так докажи! Поехали к нам! Поедим, поболтаем. Если хочешь, можем просто молча поесть. Главное – поехали. К черту этот отель и всю эту терапию! Мы тебе такую терапию устроим! Поехали?! Пожалуйста…

«Ведь будь он на моем месте, я бы тоже его не бросил. Я бы боролся. А может, и правда хватит? Может, я смогу существовать таким? Хотя бы ради других».

В этот момент Сергей вспомнил детство. Как они с Алексеем, тогда еще «Булочником», воровали клубнику у соседей по даче, как вместе играли в футбол, как мечтали стать моряками, как после выпускного друг тащил его пьяного к бабушке, как радовались, когда оба поступили в медицинский, и как он был свидетелем на их свадьбе.

«Все это и правда было!»

И вдруг, всего на мгновение, ему захотелось поехать. Посидеть в теплом семейном кругу, поесть вкусной еды и забыться. В голове рисовалась красивая картинка, за которую хотелось ухватиться. Но правая рука горела огнем, и с этим нужно было разобраться.

Они стояли на перекрестке. Уже несколько раз сменились сигналы светофора, но машина никуда не торопилась.

– Я дам тебе обещание. – Сергей положил свободную руку другу на плечо. – Завтра я пойду и куплю себе новую одежду. И обязательно куплю какой-нибудь подарок своему крестнику. Что он, кстати, сейчас любит?

– Сейчас он фанат Хаги Ваги.

– Без понятия, что это, но я найду и куплю ему это. А еще возьму бутылочку вина. Таня все так же предпочитает красное сухое?

– Да. – Алексей смотрел на друга смешной, можно сказать, детской улыбкой, полной неподдельного счастья.

– Отлично! Завтра после работы ты заедешь за мной, и мы поедем к тебе. К черту эту терапию!

– Туда ее! Пусть горит в аду!

Заходя в отель, он и не заметил, что впервые идет с поднятой головой и улыбается. Даже кивнул парню на стойке регистрации, который неуверенно, но тоже кивнул в ответ. Подойдя к номеру, он стал искать ключ-карту, который находился на дне правого кармана. Медленно, словно боясь, что она может взорваться, Сергей достал правую руку из кармана. Вытянув ее в сторону, открыл дверь левой рукой и зашел в номер.

Не раздеваясь, сразу нырнул в ванную, включил свет и закрыл за собой дверь. Сидя на унитазе, он пристально смотрел на правый кулак. Костяшки побелели, кожу пробирало легкое покалывание, а пальцы изнывали от боли. Сделав усилие, он все же смог разжать кулак. На ладони были словно вытатуированы координаты. Широта и долгота.

Глава 6

Экзамен растянулся на четыре с половиной часа. Сергей никогда не представлял себя преподавателем, но первый опыт стал для него удачным. Он объективно оценивал ответы студентов, отмечая их сильные и слабые стороны, так что никто не стал оспаривать выставленные оценки, даже те, кто получил «неудовлетворительно». В целом все прошло намного лучше, чем он ожидал.

Отчитавшись наконец перед деканатом, он чувствовал себя уставшим, но довольным. На часах было начало первого. Впереди ждал долгий день в клинике. Несколько десятков пациентов пришлось сдвинуть на послеобеденное время, так что работать предстояло до самого вечера.

«Ни обеда, ни ужина сегодня не видать».

По пути к машине он пытался найти ближайшие точки с фастфудом, все еще не теряя надежды хоть немного успеть перекусить.

– Еще раз здравствуйте, Сергей Александрович!

Оторвавшись от телефона, он с удовольствием посмотрел в уже знакомые зеленые глаза.

– Здравствуйте, Нина Викторовна. Или уже можно просто Нина? Экзамен ведь прошел.

– Можно.

– Тогда и я уже просто Сергей.

– Хорошо.

Чувство злости охватило ее, когда она обнаружила деньги у себя в ладони.

«Да он просто издевается!»

Было желание прямо сейчас вернуться в кабинет и при всех студентах кинуть деньги прямо перед ним на стол, требуя обжаловать поставленную оценку. Но эта идея показалась чересчур детской.

«Кому от этого станет легче? Плевать!»

Положив деньги обратно в кошелек, она направилась в сторону остановки. Пропустив два или три автобуса, идущих в нужную сторону, она все же решила, что не уйдет, пока не выскажет все недовольство ему прямо в лицо.

Оставшееся время ушло на подготовку обвинительной речи. В ней бы Сергей предстал человеком слабохарактерным, который ни в коем случае не должен был помогать ей на экзамене и поставить ту оценку, какую она заслужила.

«… и мне не нужны подачки! Чтобы вы знали, я намерена пойти к Петру Семеновичу и заявить, что моя оценка незаслуженная и я пойду на пересдачу. Так-то!»

В ее голове речь звучала очень убедительно. Перекладывая деньги из одной руки в другую, девушка ходила туда-сюда по парковке.

«…я не принимаю милостыню! Я привыкла за все платить, а не жить за чужой счет!»

Все было отрепетировано «от» и «до». И в тот самый момент, когда нужно было произнести речь, глядя в глаза, она стушевалась. Язык прилип к небу, и девушка не могла выдавить ни единого звука.

– Ты что-то собиралась мне сказать?

«Собиралась! И скажу! И вообще, что вы мне тут „тыкаете“! Хотя мы же только что решили, что перешли на „ты“. Как же глупо все выходит…»

– Да, собиралась…

– Так, полагаю, ты не согласна с оценкой, которую я тебе поставил? Находишь ее незаслуженной?

– Вот именно, что незаслуженной! Я считаю, что…

– Прости, что перебиваю. – Его голос был предельно спокойным, отчего становилось тяжело находить в себе злость, что давала силы для обвинительной речи. – Когда мы с утра ехали, ты обмолвилась, что для тебя этот экзамен очень важен. Наверное, это связано со стипендией, или, может, ты претендуешь на красный диплом. Но в любом случае меня это не касается. Я поставил тебе не завышенную оценку, а ту, на которую ты бы ответила, попадись тебе любой другой билет. Ведь так?

– Возможно…

– К тому же, прочитав мой небольшой конспект, ты сама мне все прекрасно объяснила. Значит, у тебя сложилось правильное понимание по этому вопросу. И даже в случае, если у Петра Семеновича вдруг возникнут какие-то сомнения, ты сможешь еще раз все рассказать. Верно?

– Верно, но…

– Я понимаю. – Было чувство, словно адвокат знал, что его подзащитный виновен, но для того, чтобы оправдать его перед присяжными, его самого следовало убедить в обратном. – Я поступил не совсем честно. Но кому от этого стало хуже? Ты получила то, что заслужила. Я рад, что смог помочь тебе. Не терзай себя. У тебя впереди еще будет уйма времени, чтобы доказать Петру Семеновичу, что твоя оценка заслужена.

Непонятно как, но все, что он говорил, казалось Нине обоснованным и правильным.

– Спасибо, Сергей. Я просто не хочу быть перед тобой в долгу. Уже дважды.

– Дважды?

– Вы… То есть ты вернул мне деньги за то, что подвез меня.

– Нина, ты же понимаешь, что я ехал в ту же сторону. И то, что моя бабушка тебя посадила в машину, – это лишь счастливое стечение обстоятельств. – Девушка лишь пожала плечами. – К тому же, если я сейчас возьму деньги, кто-то может решить, что это взятка за экзамен, и меня могут посадить в тюрьму.

Очаровательная улыбка озарила ее лицо. При взгляде на нее ему захотелось шутить и шутить, чтобы как можно чаще видеть эту улыбку. Сергей еще не осознавал, но, общаясь с Ниной, он совершенно забыл о том, что впереди ждал длинный и тяжелый день и что этот разговор отнял единственную возможность успеть перекусить. Ему сейчас было приятно смотреть и говорить с ней. И вечером, когда он без сил повалится на кровать, первым, о чем подумает, будет этот разговор, как самое прекрасное, что случалось с ним за очень долгое время.

– Да. Не хотелось бы, чтобы ты из-за меня попал в тюрьму. – Деньги исчезли в сумочке. – Я тогда еще раз скажу тебе спасибо.

– Еще раз скажу – не за что.

– Я тогда пойду.

– А я тогда поеду.

Девушка повернулась и пошла в сторону остановки. Легкий ветер развевал ее волосы, оголяя светлые плечи, от которых так красиво отражалось июньское солнце.

– Нина! – сам не зная почему, выкрикнул он.

– Да!

Хотя теперь, похоже, знал. Ради этой улыбки.

– Почему именно невролог?

В этот момент улыбка девушки исчезла. Ее взгляд стал пустым, она, казалось, всего на мгновение куда-то улетела. Она пристально посмотрела на Сергея, будто на что-то решаясь. Но затем снова улыбнулась, немного мрачнее, чем раньше, словно через силу, и сказала:

– Не знаю.

Глава 7

Алексей прождал около часа. После нескольких безуспешных звонков он решил зайти в отель. На стойке регистрации ему сказали, что Сергей отсутствует уже пару часов. Как он сумел убедиться позже, на терапии в тот вечер его тоже не было. Уставшим и обеспокоенным было вдвойне обидно возвращаться домой, ведь там ждал праздничный ужин, на который жена потратила уйму времени. Именно он настоял на том, что завтра Сергей обязательно появится и необходимо подготовиться как следует. И жена ему поверила. Снова. Невозможно было описать ее лицо, когда она увидела его одного. Она не стала скандалить, не стала расспрашивать и понапрасну беспокоиться. Последняя капля надежды покинула ее. Молча уйдя смотреть телевизор, она оставила отца наедине с плачущим сыном, который все никак не мог понять, где же его крестный.

На следующий день Алексей отпросился с работы пораньше. Во что бы то ни стало он решил найти друга и высказать ему все, глядя в глаза.

«Как ты мог нарушить слово! Ты же обещал! Мы тебя все так ждали, а ты…»

Прямым ходом он направился в гостиницу. Потратив около пятнадцати минут и пригрозив крупными проблемами, он все же смог узнать нужный номер.

Стучал минут десять. Несколько раз звонил на телефон, мелодия которого доносилась из-за двери. Потихоньку злость сменилась паникой. Чем сильнее кулаки били о дверь, тем все более страшные картины рисовало воображение. Алексей был уверен, что за дверью его ждет нечто ужасное и любая минута промедления может стоить Сергею жизни.

В коридоре показался работник отеля, которому уже позвонили, жалуясь на шум в коридоре.

– Что тут происходит? – как можно спокойнее спросил портье.

– Что происходит?! Это я у вас хочу спросить! Мой друг заперся в номере и не открывает дверь!

– Может, он просто не хочет вас видеть? Давайте пройдем на стойку регистрации и тихо и мирно решим этот вопрос.

– Что?! Никуда я не пойду! Открывай мне дверь!

– Я не могу…

– Прямо сейчас! Открывай! Может, с ним что-то случилось! Пока ты тут стоишь, уходит время!

– Но у меня нет ключа.

– Тогда отойди! Мне и ключа не надо! Я сейчас к черту снесу эту дверь!

– Не смейте портить имущество отеля!

Алексей уже не слушал.

Отойдя на несколько шагов, он размял шею и потер правое плечо, как бы настраивая себя на то, что сейчас предстоит проломить дверь собственным телом. Однако этого не потребовалось. Дверь открылась, а за ней стоял Сергей.