Проект «Феникс»

Вуаль Фрост

Проект «Феникс»

Пролог.

– Как ты смог допустить то, что они сбежали? – голос звучит твёрдо, грубо и холодно, словно этим же холодом, можно заморозить человека насмерть.

Они были давно знакомы, настолько, что оба решились пойти на этот безумный план. На такое, что никто во всём мире не одобрит, ссылаясь на права человека и гуманность. Рашмут уже давно прославился свои странным президентом, поэтому, у спикера был прекрасно проработанный план на его счёт. На то, что всю затею можно будет полностью скинуть на главу Рашмута, если вдруг что-то выйдет из-под контроля. Но, этого бы не хотелось. Очень не хотелось.

Однако сейчас, сам спикер стоял в лаборатории, где всё чуть не рухнуло в один миг из-за мелкой оплошности его старого друга. Им, пора переходить на другой метод общения, только рабочий, забывая постепенно про былую дружбу. Однако, такое если и произойдёт – то явно не скоро, ведь, вместе они чуть ли не с пелёнок.

Ответ спикеру, на его вопрос естественно не поступил, лишь короткое пожатие плечами, а после и вовсе отмашка. Старый друг точно знал, что ему ничего не сделают, кроме того, как просто словесно «отругают», словно мальчишку, что нашкодил. Именно поэтому, сам спикер уже думал прекратить дружеские взаимоотношения, ради дела, что они затеяли, однако, было слишком много рисков. Материалы, чтобы сдать друг друга были у обоих, однако и власти над биотехнологом у спикера так таковой не было, чтобы управлять им, чтобы тот беспрекословно слушался.

– Ты ведь понимаешь, если бы я не спонсировал наших «защитников», то наши с тобой планы давно бы сорвались? – мужчина продолжил давить на «виновника», но и сильно возникать на его ответ до этого не стал. Бесполезно.

– Я понимаю, поэтому, будь добр, замолкни и покинь мой дом. Мне нужно продолжить работу с этими беглецами, – ворчание было сварливое, раздраженное, словно здесь был не мужчина средних лет, а старикашка, которого только что оторвали от его наиважнейших дел.

В ответ от спикера поступил лишь вдох возмущения, но после послышались тяжёлые шаги и входная дверь сильно хлопнула.

Учёный тяжело вздохнул и наконец расслабился. Да, они были друзьями, но сам мужчина уже давно понял, что дружба между ними лживая.

План спикера был идеальным.Никто и предположить не может, что в старом домике, может развернуться целая лаборатория, о которой знают только близкие люди. Люди, перечисляя которых, хватит пальцев одной руки. Именно благодаря им, тайна была сохранена по сей день.

Однако, не всё и всегда может идти гладко.

Кто бы мог подумать, что ожившие мертвецы смогут так легко передвигаться по городу, да ещё и устроить побег? Никто это не предвидел, даже их «некромант», который вернул их к жизни.

Человек, что пришёл в этот домик, был частым гостем здесь, тем, кто сохранял все тайны и отчасти был прав на тот счёт, что, если бы не связи, то всего этого бы не существовало. Как и того, ради кого учёный решил продолжить свои опыты.

Стимул заниматься чем-то подобным не был таким огромным, но, любопытство брало верх, как и желание сохранять и поддерживать такую маленькую юную жизнь, что сейчас мирно спала в другой комнате, также, скрытой от чужих глаз.

Сейчас на операционных столах лежало два человека, что стали причиной прихода спикера в этот дом. Они были снова мертвы. Удивительно, что они смогли пройти на поверхность, не создав лишнего шума. Возможно, стоило создать определенные меры безопасности ради того, чтобы удерживать людей, что возвращаются в этот мир. Обычно эти существа первое время совершенно не способным хоть как-то мыслить, как и ориентироваться в пространстве. Первое время они словно новорожденные котята, что потеряны. Только из-за этих факторов технолог отказывался от того, чтобы ему ставили какие-то ограничения или людей, что буду наблюдать за его рабочим процессом и «образцами», что возвращались в этот мир.

– Что при жизни хотели быть вместе всегда, что после перерождения, мерзость, – мужчина вздыхает, роясь по чужом мозгу. Нужно было выяснить причину этого побега и что вообще повлияло на это.

Технологии сегодняшнего дня, позволяли выяснить как можно больше. Именно благодаря им, Блэйк уже понял причину, по которой мертвецы, так быстро «пришли в себя».

Оказывается он переборщил с дозировкой адреналина и кокаина, вперемешку с модафилином, что вызвало такую быструю реакцию и приспособленность к окружению. Теперь всё вставало на свои места. То, как смогли так быстро адаптироваться существа и то, почему они растерялись и потерялись, когда вышли в город, поднимая панику окружения. Благодаря связям спикера, кроме очевидцев, никто больше об этом не знает. Государство замяло информацию, как и полиция, а президент и вовсе остался в неведении о том, что происходит. Снова.

Мужчина и женщина, что сейчас лежали на столе, при своей жизни очень любили друг друга, настолько, что когда один оказался смертельно болен, было предложено парное самоубийство. Они отравились ядом, лежа в своей постели, обнимая друг друга до самой смерти.

Но, даже после смерти их не могли оставить в покое. Их тела доставили сюда, чтобы создать из них нечто лучше, чем просто человек.

Парочка ничем не навредила, но вызвало беспокойство своим видом – потёкшие слюни, неразборчивая речь и шатающаяся походка, словно сами зомби вылезли, учитывая их смрадный запах могильной земли.

Сейчас, биотехнолог убирает эти тела в криокамеру, чтобы женатые не стали разлагаться в его кабинете, чтобы запах не разошёлся по всему домику. Самого же учёного спасало то, что он не чувствовал никаких запахов так остро, лишь отдалено он улавливал запах гнили, что ему не мешало при работе.

Дальше будет больше. Он на пути к тому, чтобы дальше возвращать людей к жизни, давая им иные и новые модификации. Начиная с чистого разума и заканчивая вещами, которыми обычные люди никак не смогут обладать. Лучшее его творение слишком мало, для чего-то грандиозного. Поэтому, основываясь на этих опытах, было написано уже не мало научных статей.

Именно благодаря этим опытам, он может в скором прекратить сделку со своим старым другом, другом, что постепенно начинал сходить с ума из-за власти, что ему дана.

Глава 1

Поездка выдалась тяжелой, даже несмотря на то, что ехал он в самых лучших условиях. Личный водитель, хорошие отели по дороге и отличное питание, такое, какое могут позволить себе лишь уважаемые люди.

Различие заключалось лишь в том, что Блейк являлся простым журналистом, который, не так-то уж много зарабатывал. Прославился он своими яркими и, в то же время, скандальными статьями. И, именно из-за них ему теперь запрещён въезд в ряд стран, но в целом, у журналиста разочарования не было на этот счёт. Однако из-за всего происходящего, никакое агенство не хочет, чтобы кучеряшка работал у них, дабы не портить свою репутацию. Лишь чудом на него снизошло милосердие о котором он и не просил.

Причиной столь долгой и дорогой поездки стало то, что произошло в Рашмуте, причиной и того, почему мужчину выдернули из его безработной рутины. Из-за слуха о том, что на улице столицы были замечены люди. Мёртвые люди. Те, что совсем недавно покинули этот мир и должны были отправится в иной, однако что-то пошло не так. СМИ, политики, врачи и все остальные инстанции отрицают данные слухи, говоря, что это вымысли пропагондистов. Никто ничего не знает, как и полиция, что вылавливала «мертвецов». Данным инцидентом заинтересовалось правительство Дорбера. И, кто бы мог подумать, что вынюхивать информацию направят никого иного, как «Скандального журналистика», который уже сам давно потерял надежду хоть на что-то. Блейк уже нутром чувствовал, что список стран, в которые ему запрещен въезд пополнится в ближайшие дни, а если будет осторожнее, то спустя пару месяцев.

Если бы интерес не был на уровне верхушек и элит, то «журналистика» бы так не кормили и берегли. Именно из-за этого подхода он понимал, что ввязался в серьёзные игры, в которые никогда бы самостоятельно не влез, даже со своей удачей.

Границу Рашмута они прошли налегке. Пограничники не задавали так много вопросов, лишь, банальные: «на какой срок вы приехали? И с какой целью?». Туристов в это местечко не так много, Рашмут обладал суровым и изменчивым климатом. Например, сегодня ты будешь греться в тёплых лучах солнца, а завтра будешь кутаться в тёплые вещи, прячась от ледяного и сильного ветра. Местные привыкли, а вот таким мимолётным проезжим чаще всего адаптация даётся не так легко из-за чего сюда приезжают лишь ради бизнеса или дипломатичных дел, изредка сюда ездят к родственникам или на их похороны.

– Слушай, Михей, а ты привезёшь меня в отель и уедешь обратно? – ухмыляется журналист, когда они покинули пост на границе, направляясь теперь в центр столицы.

– Нет, я буду жить в соседнем номере. Мне сказали приглядывать за тобой, чтобы тебя не депортировали сегодня же. И, по большей части я буду с тобой везде, как бы тебе не нравилась моя компания, – ответ был сухим и холодным настолько, что Блейк слегка поёжился, но спорить с этим великаном он не стал. Себе дороже.

Рашмут и Дорбер не особо ладили и участвовали в гонке научных открытий. Радовало лишь то, что науку во благо войны никто из них не использовал, иначе пришлось туго всем. Абсолютно всем на этом несчастном шаре. А началось всё с того, что президенты решили поспорить друг с другом, помериться силами друг друга и достоянием своих учёных. Только после начала этой «гонки», президента Рашмута особо больше и не видно.

Сам Михей тоже не был так прост, но узнать и спросить на этот счёт журналист не мог, лишь по той простой причине, что «водитель» терпеть не мог разговоры по пустякам, лишь по делу и то, если ему это интересно. Самое тяжелое было даже не незнание, а утомительная поездка в такой суровой компании и то, что это ещё не конец их взаимодействия. Им придётся работать, делиться информацией и самое главное, то, что Михей вряд ли станет хоть капельку добрее, очень маловероятно, что, естественного, кучерявого журналиста никак не радовало.

До отеля они добирались ещё около получаса, а с самим заселением проблем не возникло как и на границе. Возможно, дело в суровом виде водителя, а может, им и правда верили, что они не из Дорбера и имена у них иные. Либо, сотрудники как отеля, так и пограничники, слишком измучены переработками, из-за чего им было просто плевать на всё происходящее вокруг.

Отель был хорош. Словно попадаешь в какой-то античный дворец, в котором есть свой ресторан, своя галерея, бар и казино. Блейк уже предвещал хорошее времяпровождение поздно вечером, когда сплавит своего надзирателя куда подальше. Вот только он и представить не мог, что даже нормально поесть здесь не сможет.

Стоило Блейку только расположиться и немного выдохнуть после такой длительной поездки – как в его дверь постучали, а после и вошли, не особо выжидая. Это был Михей. Снова. И его визит не предвещал ничего хорошего судя по его серьёзному выражению лица.

– Собирайся, сейчас поедем по адресам родственников тех людей, что видели неделю назад. По источникам они мертвы, по словам очевидцев – ходили, но были заторможены и практически ни на что не реагировали, – он слегка разминает плечи, а журналист приподнимает слегка свою левую бровь и хмыкает.

– Так может мы сперва к очевидцам наведаемся, зачем сразу к родственникам? Или ты хочешь составить портреты тех, кого видели? Не думаешь, что это подкосит психику людей, что были близки с уже мёртвыми?

В ответ раздаётся лишь раздражённый вздох и отрицательный кивок головой. И, именно после него журналист решил больше не спорить. Это будет бесполезная трата времени, в которой он явно ещё и останется лохом.

Мужчина лениво поднялся с постели, – на которой планировал хорошо отлежаться, после тяжёлого пути, – и направился следом за «верзилой», тихо ворча себе под нос о том, что никакого покоя ему не будет за всё это время.

Блейк вряд ли так быстро раскусит все идеи и планы, которые уже вьются вокруг него. По крайней, явно не в ближайший месяц.

Когда они снова сели в машину и только журналист пристегнулся, как это положено, Михей тут же на него снова наехал. Но, в этот раз о том, как они вообще будут работать.

– Твоя задача, не раскрывать все карты сразу. К родственникам мы едем сразу, потому что они как раз в шоке и в их памяти мы долго не задержимся. Горе сильнее, той же злости на журналистов. Для всех остальных, мы просто изучаем инфраструктуру Рашмута. Больницы, парламент, самих людей. Не выдавай никакой информации всему что движется. Иначе я лично тебя пристрелю. У меня есть разрешение на это.

Закончив свой монолог Михей наконец завёл машину, увозя своего временного подопечного на взятие интервью с одним из родителей погибшего.

В отличие от их первой поездки, эта закончилась намного быстрее, но ехали они теперь в мёртвой тишине. Тишине, которую сам кучеряшка боялся нарушать, теперь начиная опасаться за свою жизнь и понимая, что он даже сбежать не сможет в случае чего. Это будет бессмысленно.

Встретил их небольшой белый дом с садом. Вот только сад словно умер, словно умер тот, кто этот сад и держал живым.

На пороге их встретил старик. Такой, что уже повидал всё, что только возможно и нет. Встретил он их не так гостеприимно, как хотя бы немного хотелось. По седым и косматым бровям, а также хмурому взгляду, было прекрасно видно, как его замучили подобные визитёры. Дедушка усадил их на диван, а сам уселся в своё большое кресло, стоящее напротив них.

Дом был весь в пыли, но выглядел солидно. Однако, никому кроме хозяина не было известно, что творится на втором этаже, куда не ступает нога непрошеного гостя. Ремонт был старым, как и мебель винтажной оттделки.

– В молчанку так и будем играть или расскажете, на кой хер вы припёрлись в мой дом? – голос был грубым, скрипучим и противным на восприятие. Голос самого дряхлого старика, который только мог существовать.

Мужчины слегка поёжились, а после Михей заговорил первым, не давая Блейку хоть слово вставить изначально. Однако, второй и противиться не стал. Ему нужно ещё окончательно понять, как общаться с людьми, которые несут в себе кучу ценной информации.

– Спасибо за ваше гостеприимство, мистер Роббинсон, много времени мы у вас не отнимем. У нас лишь, есть пару вопросов о Вашей дочери и её супругу. Можете, описать их? – мужчина слабо улыбнулся, пытаясь хоть как-то добиться расположения этого противного старикашки, но в ответ услышал лишь цыканье, а буквально через мгновение, тот начал добавлять травы в курительную трубку.

Раритет, такого уже давно не сыщешь.

– Я терпеть не мог этого сосунка, только и знал, как вытаскивать душу из меня и моей дочурки. Вот только, та полюбила его, черта. Возможно, это я его просто невзлюбил, но считаю, что в её смерти виноват именно он, даже не смотря на то, что он сам сдох к чертям, – дед вдохнул табак, а после серым облачком обратно выдохнул его. Запах бы противным. Даже не от самого табака, а в целом. Пахло старостью и смертью.

Старик, после короткой паузы продолжил.

– Они возвращались в город, но в какой-то момент выяснилось, что они попали в ДТП, без шансов на выживание. Хоронили их строго закрытом гробу. Настолько их тела были изувечены. Моя милая Джуди не выдержала и спустя пару месяцев легла рядом с ними. Я потерял всех за два, чёртовых месяца.

Блейк делает себе пометку, на возможную зацепку. ДТП, закрытый гроб, нет шанса на спасение. Джуди, о которой сказал старикашка, была его женой, с которой они в браке прожили около пятидесяти лет. Больше, они там не стали задерживаться, узнав причину смерти влюбленной пары.

Они заехали ещё, к двум семьям, где их мёртвые родственники внезапно восстали из мёртвых. Блейк, в каждом доме, делал себе пометки на счёт каждой смерти.

Пояивлась одна важная деталь. То, что никто из этих семей и понятия не имел о том, что их родные, совсем недавно гуляли на улице. Живые. Ну или, почти. Совершенно никто. Либо, все они, просто молчат о том, что случилось недавно. Однако, помимо этой детали выяснилось и то, что все умершие – погибли в катастрофах. ДТП, падение с высоты и даже пожар. Во всех семьях были похороны в закрытых гробах.

Журналист и «водитель-надзиратель» вернулись уже довольно поздно. Разговаривать они так и не стали больше тех слов Михея в машине. Оба устали, но помимо этого, Блейк всё ещё был напуган. А после сегодняшнего визита был напуган ещё больше.

Что-то здесь явно не чисто. А что именно, ему было ещё не ясно. И выяснять он начнёт уже с сегодняшней ночи, не давая себе возможности хорошо выспаться на следующий день.

Глава 2

Ночь, это прекрасное время не только, чтобы поспать, но и для того, чтобы побыть наедине с собой или вовсе, заняться чем-то о чём скорее всего пожалеешь.

Именно поэтому, Блейк сейчас не спал, а неспешно, но осторожно, расхаживал по улице. Именно по той, где были обнаружены те, кто уже давно должен был кочевать в могиле. Слишком много чего не сходилось. Начиная со слов очевидцев, заканчивая поведением родственников и их ответами на вопросы. Они словно боялись. Боялись что скажут что-то не то. Если верить описаниям родственников, смерти их родных были очень трагичны и травмирующие. Тела были изуродованы настолько, что всегда требовался закрытый гроб. Вот только, есть противоречия, которые и заставили журналистика оказаться здесь. Слова очевидцев говорили о том, что видели абсолютно здоровых и не «уродов», которые могли пострадать в катастрофе. Травм не было.

«Лишь бы это не было напрасно,» – думает кучерявый, поправляя свои круглые очки и тихо, еле слышно, тяжело выдыхает.

Улица была пустая, это был спальный район в благополучной части столицы Рашмута. В окнах домов почти не горел свет, все адекватные люди уже давно спали, однако Мартинес – не был адекватным человеком. Он был человеком, что всегда лезет в самое пекло и гущу событий, производя свои личные расследования. И никогда его действия не заканчивались хорошо, чаще всего на следующий день он уже был депортирован с международным скандалом.

Как и сейчас. Он всем своим нутром чувствовал то, что находится здесь не один. Он старался не обращать внимания на своё предчувствие и направился лишь дальше по улице, пытаясь расследовать весь маршрут, которые проделали «мертвецы».

Всё было словно идеально убрано, настолько, что Блейк уже начинал понимать, что всё это совсем зря.

Однако, стоило его пониманию только появится, как что-то тяжёлое треснулось о его голову. Настолько тяжёлое, что тот сразу рухнул наземь, потеряв сознание.

Очнулся он лишь спустя двадцать минут, если не больше. Удивительно было и то, что очки его заботливо болтались на носу и давали возможность хотя бы немного осмотреться вокруг.

На улице уже начинало светать, вот только, сам кучеряшка и понятия об этом не имел. Глаза он открыл на каком-то брошенном складе, который, судя по всему находился за городом ну или в самом центре того, просто, оставленный на реставрацию и восстановление, судя по валяющимся стройматериалам вокруг.

– Надо же, а мы думали что уже убили тебя, – раздался тяжёлый басистый голос, из-за чего журналист напрягся, всматриваясь в темноту.

Долго всматриваться не пришлось, ведь после собственных слов вышел владелец этого голоса. Это был высокий мужчина, который явно своим хобби называет «качалка».

– Сильно не рыпайся, а то голова разболится, – он усмехается, смотря на свою жертву. Лица не было видно, оно было скрыто чёрной рогатой маской. Казалось, чёрт вылез из своего укрытия.

– Что вам нужно? – выдаёт свой вопрос уже Блейк, стискивая зубы, чтобы не издать никакого писка от боли. Голова не просто болела, она трещала, а судя по мокрой одежде в области спины, да и самим волосам – приложили его хорошо, настолько, что будет здорово потом зайти в больницу, дабы проверить состояние своего мозга.

Незнакомец явно хотел что-то сказать, но его остановили похлопав по плечу. В ответ на это действие последовало недовольное ворчание, но верзила смирился, замолкнув. Тонкая, высокая и костлявая фигура появилась из-за широкой и крепкой спины. Сразу было видно, кто умеет махать кулаками, а кто работает исключительно головой.

– Мы здесь, чтобы показать, чем может закончиться существование того, кто суёт свой нос в чужие дела, – послышался смешок. Лицо также скрыто маской, такой же чёрной, но с очертаниями крысиной морды. Рельеф, продолговатая мордашка и уши, всё как у крысы.

Судя по всему, у этих двоих есть мастер, что делает эти маски и вряд ли такие маски продаются в обычных карнавальных магазинчиках.

Голос второго говорящего был намного противнее, нежели первого. Писклявый и хриплый. Видимо, маска была таковой не просто так.

Казалось бы, стоило напрячься, начать вырываться из верёвок что сковывали тело, кричать проклятья – но это не первое похищение Блейка. Он лишь скучающе склонил голову в бок и немного приподнял бровь, словно спрашивая тех: « Это ваш максимум? ».

– Слушайте, давайте быстрее, мне нужно вернуться до утра, чтобы мой «напарник» не открутил мне голову окончательно, потому что я нарушил наш с ним договор, – Журналист слегка нахмурился, ожидая чужую реакцию, которая последовала очень даже быстро.

– Ты, блять, за кого себя считаешь? – к нему сразу двинулся верзила, явно недовольный тем, что ему только что сказали. – Ты отсюда будешь выползать, паршивец.

Только ему стоило подойти достаточно близко и уже замахнуться, как его снова остановил мужчина с крысиной маской, говоря ему о том, что нет нужды марать руки.

И только после этого, Мартинес напрягся, понимая, что если и будет умирать, то умирать он будет долго и мучительно. У этих двоих явно были свои замыслы. такие, что их так нелгко не раскусишь.

Костлявый подошёл быстро, а после попросил своего напарника отойти чуть подальше, чтобы тот не мешал ему. Из внутреннего кармана пиджака, Крыса достал маленький шприц. Шприц, что уже заполнен жидкостью, неестественного бирюзового цвета. Лекарства такими не были, яд тоже. Это что-то другое. Блейк даже пискнуть не успел, как этот шприц вонзился ему в шею, заставляя хрипло застонать от такого действия. Было больно. Очень больно. Рана на затылке начала сильно пульсировать, напоминая о себе с новым потоком боли, но к ней присоединилась и противная боль в шее.

А дальше снова была лишь темнота и боль.

Его бросили на этом складе в надежде что тот просто откинется и не придёт в себя. Стухнет и все про него забудут. По крайней мере это будет первая мысль журналиста, когда вернётся в реальный мир.

Вот, только у похитителей был иной план, о котором очкастый догадается не очень скоро.

Он очнулся спустя ещё несколько часов, но уже лёжа на холодном полу этого проклятого помещения. Свернувшись в позу эмбриона и поджав колени ближе к подбородку, он сжался, терпя всю свою боль, дрожа всем телом, словно только что вылез из купели.

Здесь никого не было кроме него, есть возможность прийти в себя хотя бы немного. Но, он не стал себя баловать и вскоре, со стоном поднялся, слегка покачиваясь. Голову снова пронзила острая боль, а вместе с ним заболели и суставы.

– Видимо решили добить, чтобы точно отсюда не вышел, – цыкает тот, выдавая свою догадку вслух и направился к выходу отсюда. Здесь нельзя больше задерживаться. Неизвестно, что будет спустя те же пять минут. Снова явятся «похитители»? Снова попытаются его убить? Одному чёрту и то неизвестно.

Блейк уже начинал раздумывать над тем, как ему объяснить то, куда он исчез среди ночи своему «водителю-надзирателю», надеясь, что с помощью обратной дороги оттянет этот момент.

Однако, надежда умирает последней, ведь, стоило журналисту только покинуть здание, как перед ним оказалась машина Михея. Пассажирская дверь открылась, показывая сурового мужчину до жути злым, судя по тому, как он сжимал руль. Тяжело вздохнув, кучерявый залез в авто, пристегнулся, а после осторожно поднял руки, что подрагивали.

– Сдаюсь, я виноват, но не добивай меня. Больше я не вынесу, – он говорил без лжи, искренне, прекрасно осознавая то, что тело уже было измотано и любой дополнительный удар лишь добьет его.

В ответ было молчание, а после они тронулись, но, в отель они уже не вернулись. Они приехали к старому домику, что стоял наотшибине города. Уже подъезжая к нему Михей сказал лишь:

– В больнице сейчас опасно, как и в отеле. На наш след явно напали, особенно благодаря тебе, – уже привычный и строгий взгляд окинул журналиста, прикидывая и то, насколько тот ранен. – Тебе повезло, что я знаю основы медицины, так легко не сдохнешь.