
Полная версия:
Мой ненавистный пациент
— Ну что? — поинтересовался Олег Викторович, когда они вернулись в кабинет. — Готовы присоединиться к нам?
— Вот так сразу? — удивилась и даже немного испугалась Вика.
— А чего тянуть? Рекомендации у вас прекрасные, опыт работы есть. Испытательный срок всё равно будет, конечно. Вы посмотрите на нас, а мы посмотрим на вас.
Вика улыбнулась. Звучало в общем-то, логично.
— Мне нужно подумать.
— Конечно. Неделя у вас есть, — кивнул главврач. — Но дольше затягивать не советую. Врач нам нужен сейчас, и другие кандидаты тоже имеются.
— Я понимаю. Спасибо!
На улицу Вика вышла примерно через час и сразу остановилась возле входа. После тепла клиники холодный осенний воздух заставил её невольно поёжиться и плотнее запахнуть куртку. Небо с утра затянуло серыми тучами, ветер гонял по тротуару последние мокрые листья. Люди куда-то спешили, пряча лица от ветра в воротники и шарфы, по дороге ползли машины, неподалёку сигналил нетерпеливый водитель. Обычный поздний осенний день. А Вике почему-то казалось, что за последний час в её жизни что-то кардинально изменилось. Хотя ведь пока ничего толком и не произошло. Она всего лишь сходила на собеседование. И всё-таки отказаться теперь было намного сложнее.
Вика прекрасно представляла, что скажет мама. Да и Злата наверняка уже вечером начнёт названивать и требовать подробностей. И ведь обе в чём-то правы. Зарплата больше, условия лучше, возможностей тоже больше. Максим растёт. Денег постоянно не хватает. Сколько можно делать вид, что её всё устраивает?
Вот только при мысли об уходе неожиданно стало грустно. Восемь лет она приходила в один и тот же кабинет, ворчала вместе с Ларой на начальство, пила растворимый кофе между пациентками, ругалась из-за опозданий и радовалась, когда бывшие беременные приходили показать детей. Там всё было знакомым и привычным, почти родным. Вот и Мария теперь тоже останется там. А значит, Вика больше не будет её врачом. И Влада, скорее всего, тоже больше не увидит.
На этой мысли Вика немного напряглась и сразу же разозлилась на себя. Ну при чём здесь вообще Влад?! Она выбирает работу, а не мужчину. Тем более никакого мужчины у неё нет. Есть всего лишь брат пациентки, которого она знает меньше двух недель и который почему-то в последнее время слишком часто лезет в голову.
Вика решительно направилась к остановке. Вот и отлично! Может, если они перестанут постоянно встречаться, вся эта ерунда сама собой и закончится.
Глава 13
Домой Вика вернулась только вечером. День выдался длинным, голова гудела, а думать о чём-либо хотелось меньше всего. Но стоило переступить порог своей квартиры, как из кухни появилась мама.
— Ну и? — Ирина Сергеевна посмотрела на дочь с таким нетерпением, будто сама весь день просидела возле телефона. — Что сказали?
— Здравствуй, мама, — устало отозвалась Вика, снимая сапоги и пуховик.
— Здравствуй! Так что? — еще более нетерпеливо потребовала мама.
— Предложили работу.
— Я знала! — лицо матери тут же просияло. — Когда выходишь?
— Мам, я ещё никуда не выхожу. Мне дали неделю на подумать.
— О чём тут думать?! — мгновенно возмутилась Ирина Сергеевна. — Зарплата больше?
— Больше.
— График лучше?
— Лучше.
— И условия наверняка тоже!
— Мам!..
— Что «мам»? — не сдавалась та. — Я просто пытаюсь понять, какие ещё тебе нужны аргументы.
Вика вздохнула и прошла на кухню. Спорить сил не было. Мама, конечно, рассуждала со своей колокольни. Для неё всё выглядело просто: если в одном месте платят мало, а в другом много, нужно идти туда, где много. И никакие восемь лет работы, привычные пациенты и Лара в эту нехитрую схему не вписывались.
— Я подумаю, хорошо? — попросила Вика, наливая себе воды. — Мне правда нужно немного времени.
— Думай, — неожиданно легко согласилась мама. — Только не вздумай опять отказаться из-за своей вечной любви к человечеству.
— Постараюсь, — невесело хмыкнула Вика.
В прихожей зазвонил домофон.
— Я открою! — тут же донеслось из комнаты Максима.
— Ты хоть спроси сначала, кто там! — крикнула Вика сыну.
Через минуту послышался щелчок входной двери, а потом удивлённый голос Максима:
— Мам! Это к тебе!..
Вика нахмурилась. Злата бы сначала позвонила. Лара тем более. Кто ещё мог заявиться к ней вечером без предупреждения? Она вышла в прихожую и остолбенела. На пороге её квартиры стоял Влад. В одной руке он держал букет белых роз, а во второй — небольшой бумажный пакет. И выглядел при этом непривычно неуверенно. Вот уж последнего Вика никак не ожидала увидеть на лице Владислава Стрельникова.
— Добрый вечер! — первым поздоровался он. — Я ненадолго.
— Влад? — только и смогла произнести Вика. — Откуда вы знаете, где я живу? — тут же опомнилась она.
— Маша сказала.
Ну конечно. Кто бы сомневался.
— А номер телефона тоже Маша дала?
— Тоже, — признался он. — Вы сердитесь?
— Да я пока не знаю, что и думать, — призналась Вика.
— Тогда я, наверное, успею вручить это до того, как вы определитесь, — появилась на его губах знакомая едва заметная усмешка. И он протянул ей цветы.
Вика машинально приняла букет и тут же пожалела об этом. Розы были красивые. Белые, с крупными тугими бутонами, ещё влажными после воды. И пахли так, что вся прихожая моментально наполнилась тонким сладковатым ароматом.
— Не нужно было, — проговорила она, стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойнее.
— Нужно. Это от Маши. И от меня. За то, что вы с нами возились.
— Я не возилась, а лечила вашу сестру.
— А со мной?..
— А с вами пришлось именно повозиться, — невольно усмехнулась Вика.
Влад неожиданно рассмеялся. Негромко, но совершенно искренне. И Вика вдруг вспомнила слова Марии о том, что раньше брат много смеялся и шутил. Надо же. А она ей тогда не поверила.
— Мам, а кто это? — Максим, до этого молча наблюдавший за происходящим, наконец не выдержал и проявил себя.
— Это… Влад, — на секунду запнулась Вика. — Брат моей пациентки.
— Влад Стрельников, — представился тот и протянул Максиму руку.
Сын с серьёзным видом пожал её. И именно в этот момент в прихожую вышла Ирина Сергеевна. Сначала она посмотрела на Влада. Потом на цветы в руках дочери. А потом снова на Влада. Вика слишком хорошо знала собственную мать, чтобы не понять, какие именно выводы та сейчас сделала.
— Мама, — предупредила она.
— А я что? — совершенно невинно поинтересовалась Ирина Сергеевна. — Человек пришёл, а вы его на пороге держите. Влад, проходите. Чай будете?
— Он уже уходит, — быстро сказала Вика.
— Я могу и уйти, — спокойно отозвался Влад, хотя глаза его откровенно смеялись.
— Вот ещё! — возмутилась Ирина Сергеевна. — Максим, убери рюкзак с дивана. Влад, проходите.
— Мам!..
— Вика, не позорь меня перед гостем.
Через несколько минут Влад каким-то совершенно непостижимым образом уже сидел у них на кухне, перед ним стояла чашка чая, а рядом лежало мамино печенье. Вика устроилась напротив и всё ещё не понимала, как это вообще произошло. Особенно её раздражало, что Влад чувствовал себя вполне комфортно. А вот она — совсем нет.
Белые розы стояли в вазе на подоконнике. Мама время от времени поглядывала то на них, то на гостя и явно была довольна происходящим. Максим тоже уходить не собирался. Сидел рядом и рассматривал Влада с таким интересом, словно тот был как минимум известным блогером.
— А у вас «Мерседес»? — наконец спросил сын.
— Максим, — предупреждающе произнесла Вика.
— А что? Я просто спросил.
— «Мерседес», — подтвердил Влад.
— Я так и знал! — оживился Максим. — Я в окно видел. С-класс?
— С-класс, — улыбнулся Влад. — Разбираешься?
— Конечно! Я почти все машины знаю. А сколько там лошадей?
Ну всё. Это теперь надолго. Вика вздохнула и потянулась за чаем. Максим засыпал гостя вопросами, Влад совершенно спокойно отвечал, а Ирина Сергеевна наблюдала за ними с таким выражением лица, что дочери захотелось чем-нибудь в неё запустить.
— Он у нас машины любит, — наконец вставила мама. — Весь в отца.
Вика замерла с чашкой возле губ. Вот только этого не хватало.
— Мам, — тихо попоросила она.
Но Ирина Сергеевна уже понеслась дальше.
— Денис тоже в машинах прекрасно разбирался. Правда, больше никаких полезных качеств у него не обнаружилось.
— Мам!
— Да что я такого сказала? — удивилась та. — Чистую правду.
Вика почувствовала, как начинают гореть щёки. Господи, почему именно сегодня? Почему именно сейчас? И почему её мать совершенно не умеет вовремя остановиться? Влад, надо отдать ему должное, ни о чём не спросил. Только уткнулся взглядом в чашку, явно пытаясь сделать вид, что вообще ничего не слышал. Но маму и это не остановило.
— Зато Максим замечательный получился, — продолжила как ни в чём не бывало Ирина Сергеевна. — Так что хоть какая-то польза от этого брака была.
— Всё! — Вика резко поднялась. — Мам, хватит!
На кухне стало очень тихо. Даже Максим наконец понял, что бабушка сказала лишнее, и уткнулся в телефон.
— Я выйду ненадолго, — проговорила Вика и направилась в прихожую.
Ей действительно срочно понадобился воздух. Желательно как можно больше. На лестничной площадке было довольно прохладно, но зато тихо. Вика прикрыла за собой дверь и прислонилась спиной к стене. Ну почему мама всегда так? Ведь прекрасно знает, что Вика терпеть не может обсуждать Дениса. Тем более при совершенно постороннем человеке.
Дверь тихо открылась.
— Можно? — спросил Влад, выглядывая из квартиры.
— Вы уже вышли, — устало заметила Вика.
— Логично.
Он прикрыл дверь и остановился рядом, но не слишком близко. И за это Вика была ему благодарна.
— Простите за маму, — первой проговорила она. — Она иногда сначала говорит, а потом думает.
— Бывает…
— Нет, у неё это практически образ жизни.
Влад усмехнулся, а Вика всё-таки улыбнулась в ответ. Вот и злись после этого.
— Она просто за вас переживает, — сказал он.
— Знаю. Только от этого не легче.
Несколько секунд они молчали. Вика смотрела на лестницу, лишь бы не на него. Потому что Влад сейчас находился слишком близко. И потому что она прекрасно помнила его вчерашнее предложение выпить кофе, на которое так и не ответила.
— Я сегодня вам писал, — напомнил он.
— Видела.
— И?
— И ничего.
— Очень содержательный ответ.
— Какой есть, — пожала Вика плечами. Что-то устала она сегодня как никогда. И сильнее всего морально. Просто измотана. А мамина выходка стала последней каплей.
— Виктория, — вздохнул Влад, — я вообще-то поэтому и приехал.
— Поэтому? — непонимающе посмотрела она на него.
— Ну не только поэтому. Я действительно хотел поблагодарить вас за Машу. Но ещё хотел понять, почему вы меня избегаете.
— Я вас не избегаю.
— Конечно. Просто не отвечаете на сообщения и отказываетесь выпить со мной кофе.
— Ну вообще-то я работаю.
— Я тоже.
— И у меня ребёнок.
— Это я заметил, — хмыкнул он. — И я не предлагаю вам бросить работу, ребёнка и уехать со мной на край света. Я всего лишь пригласил вас выпить кофе.
И ведь возразить было нечего. Вика с досадой отвела взгляд. В этом и заключалась проблема. Ничего страшного в чашке кофе действительно не было. Только она почему-то уже несколько дней думала об этом человеке намного больше, чем следовало.
— Вы мне нравитесь, — вдруг совершенно спокойно произнёс Влад.
Вика замерла. Вот теперь можно было начинать паниковать.
— Что?
— Вы прекрасно слышали.
— Влад…
— А что Влад? — пожал он плечами. — Мне и самому это не особенно нравится. Но факт остаётся фактом.
— Вот спасибо! — не знала Вика, как и реагировать на такое признание.
— Не за что, — хмыкнул он. — Я вообще пять лет прекрасно жил один и ни с кем не собирался связываться. А потом появилась одна вредная женщина, которая сначала чуть не выгнала меня из кабинета, потом заставила есть больничные пирожки и ещё постоянно объясняет, как мне воспитывать собственную сестру.
— Я не объясняю, как её воспитывать, — тут же прикусила Вика губу, чтобы не улыбнуться. Вот ведь невозможный человек. — Хорошо! Я вам нравлюсь, а дальше что? — в упор посмотрела она на него.
— Да что б я знал, — запустил он пятерню в волосы. — Наверное, хочу познакомиться с вами поближе. Не как с врачом Маши. А именно с вами. Сходить куда-нибудь. Выпить тот самый кофе. А дальше… не знаю.
Вот это «не знаю» почему-то подействовало на Вику сильнее любых красивых слов. Он не обещал ей вечную любовь. Не рассказывал, что она особенная и изменила его жизнь. Просто стоял рядом и честно признавался, что сам понятия не имеет, что из этого получится. И именно поэтому хотелось согласиться. Очень хотелось. Но перед глазами почему-то возникла Кристина. Её идеальный костюм, ухоженные руки, уверенность в себе. Потом она подумала про «Медлайф». Мрамор, стекло, дорогая аппаратура… Мир, в котором Влад чувствовал себя совершенно естественно. А потом он оказался на её кухне. Ел мамино печенье. И Максим с вечными школьными проблемами засыпал его вопросами про его дорогущий автомобиль. И все эти мысли разом пришли в голову, что она чуть не лопнула.
— Нет, — тихо сказала она.
— Почему? — перестал Влад улыбаться.
— Потому что мне сейчас это не нужно.
— Мне кажется, вы врёте.
— А мне кажется, вы слишком много на себя берёте.
Несколько секунд он смотрел на неё, и Вике пришлось приложить немало усилий, чтобы не отвести взгляда.
— Хорошо, — наконец произнёс Влад. — Не буду на вас давить.
Почему-то от того, что он так легко отступил, стало ещё хуже.
— Спасибо.
— Но предложение остаётся в силе.
Вот тут Вика улыбнулась против воли.
Глава 14
Две недели отработки в консультации тянулись мучительно долго. Вика подала заявление об увольнении, и реакция коллег оказалась вполне предсказуемой. Новость разлетелась по консультации буквально за один день, и уже к вечеру на неё смотрели так, словно она не просто решила сменить работу, а как минимум бросала всех на произвол судьбы.
Особенно тяжело новость восприняла Лара.
— То есть ты меня бросаешь? Просто так? После стольких лет?
— Лар, я не тебя бросаю, я просто меняю работу, — устало объясняла Вика в сотый раз. — Это нормально.
— Нормально — это когда предупреждают заранее! А не выдают за неделю до ухода! — демонстративно отвернулась Лара. — Ладно, иди в свой «Медлайф». Там тебе богатые клиентки будут жемчугами платить.
— Какими ещё жемчугами? — не выдержала Вика.
— Крупными. Отборными. Вместо зарплаты.
Лара сердито застучала по клавиатуре, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Вика только вздохнула. Она понимала подругу. Они столько лет проработали бок о бок, знали привычки друг друга, могли по одному взгляду понять, когда лучше не лезть с разговорами, а когда срочно требуется кофе. Даже ругались уже как-то привычно и ненадолго. Конечно, Ларе было обидно. Вике и самой при мысли, что скоро за соседним столом будет сидеть кто-то другой, становилось не по себе.
Заведующая Нина Петровна тоже не скрывала недовольства.
— Морозова, вы понимаете, что теперь мне врача искать? В конце года? Да ещё и с вашей квалификацией?
За окном её кабинета висело низкое серое небо. Поздняя осень в этом году выдалась особенно промозглой. По стеклу медленно сползали капли дождя, голые ветки старого тополя раскачивались от ветра, и даже днём в кабинете приходилось включать свет. Вика смотрела на всё это и почему-то особенно остро чувствовала, что действительно уходит. Совсем скоро не будет ни этого кабинета, ни Нины Петровны с её вечным недовольством, ни привычного коридора за дверью.
— Понимаю. Извините, Нина Петровна, но это важно для меня.
— Деньги важны, я понимаю, — кисло усмехнулась заведующая. — Ну что ж. Удачи вам в частной медицине.
Вика поблагодарила и вышла. Объяснять, что дело не только в деньгах, не стала. Тем более что сама до конца не понимала, в чём ещё.
Но хуже всего оказалось дома. Ирина Сергеевна, узнав о согласии дочери на новую работу, тут же взяла ситуацию под свой контроль. Уже в первый вечер усадила Вику за кухонный стол, вооружилась каким-то листком и объявила, что составила план подготовки к новой жизни.
— Значит так, — заявила она. — Во-первых, тебе нужен новый гардероб. В этих твоих тряпках ты в приличную клинику не впишешься.
— Мам, у меня есть нормальная рабочая одежда, — попыталась возразить Вика.
— Есть! — фыркнула мать. — Джемпер десятилетней давности и юбки из секонд-хенда. Вика, ты будешь работать с богатыми людьми! Тебе нужно им соответствовать!
— На какие деньги? — устало вздохнула Вика. — Мам, я ещё не получила ни одной зарплаты на новом месте, а ты уже тратить деньги собралась.
— Я дам в долг. С пенсии отложила немного. Вернёшь потом, — отмахнулась Ирина Сергеевна. — Во-вторых, маникюр. Посмотри на свои руки! Ногти обгрызенные, кожа сухая. Вика, ты же врач, а выглядишь как...
— Мам, хватит! — не выдержала Вика. — Хватит меня критиковать! Я и так вся на нервах, а ты...
— Я тебе добра желаю! — обиделась мать. — Хочу, чтобы ты выглядела достойно. Чтобы наконец-то устроила свою жизнь!
— Моя жизнь уже устроена!
— Ах да? — Ирина Сергеевна скрестила руки на груди. — Одинокая мать, живущая с мамой в двушке? Это, по-твоему, устроенная жизнь?
— Мам, не начинай...
— Да что тут начинать? Тебе тридцать лет, Вика! У тебя должен быть муж! Семья! А не эта твоя вечная работа!
— У меня есть Максим!
— Максиму нужен отец! — отрезала мать. — И вот, кстати, о Максиме. Он вчера снова тройку по математике получил. Я проверила дневник.
Вика зажмурилась и потёрла виски. Отлично. Просто прекрасно! Ещё одна проблема, о которой она сегодня даже не успела подумать. Последние дни вообще превратились в какую-то бесконечную гонку: заявление, документы, работа, пациенты, новая клиника, мама со своими планами… Теперь ещё и Максим.
— Я с ним позанимаюсь.
— Когда? — саркастически спросила Ирина Сергеевна. — Ты же работаешь с утра до вечера! А теперь ещё и работу меняешь, будет ещё больше суеты. Максим совсем без присмотра останется!
— Мам, ну пожалуйста, — почувствовала Вика, что ещё немного, и она действительно разревётся. — Не дави на меня. У меня голова и так раскалывается.
— Вот именно — голова! — не унималась мать. — Ты вообще головой думаешь? Работу меняешь, от хорошего человека отказываешься...
— Какого человека? — не поняла Вика. — И про работу… ты же сама мне всю плешь проела…
— Этого, Влада! — перебила её Ирина Сергеевна. — Приличный мужчина, состоятельный, вежливый. Пришёл, цветы принёс. А ты его прогнала в шею!
— Мам, мы это уже обсуждали...
— Ничего мы не обсуждали! Ты просто испугалась! Как всегда! — повысила голос мать. — После Дениса ты вообще на мужчин смотреть боишься! Но, Вика, не все же они козлы! Бывают и нормальные!
— Достаточно! — резко встала из-за стола Вика. — Хватит лезть в мою личную жизнь! Хватит указывать мне, что делать! Я взрослый человек!
— Тогда веди себя как взрослый человек! — огрызнулась Ирина Сергеевна. — А не как испуганная девочка!
Вика развернулась и ушла к себе, слишком громко хлопнув дверью. Даже самой стало стыдно за этот почти подростковый жест, но возвращаться и извиняться сейчас она точно не собиралась. Села на край кровати, потом откинулась на подушки и закрыла лицо руками.
Обиднее всего было то, что мама отчасти права. Вика действительно испугалась. Только не самого Влада. Скорее того, что происходило с ней рядом с ним. Ещё две недели назад он был всего лишь невыносимым братом пациентки, который ворвался в её кабинет и решил, что за деньги может получить всё, что ему захочется. А потом оказалось, что он умеет переживать, извиняться, слушать. Может сидеть на их кухне и совершенно спокойно разговаривать с Максимом о машинах. Умеет искренне смеяться. И смотреть на неё так, что потом этот взгляд совершенно некстати вспоминается перед сном.
Всё это Вику и пугало. Она слишком хорошо помнила, чем однажды закончилась уверенность в том, что рядом находится человек, которому можно доверять.
В дверь тихо постучали, а потом в комнату заглянул Максим.
— Мам, ты плачешь?
Вика быстро провела ладонями по лицу и села.
— Нет, солнышко. Просто устала. Иди, делай уроки.
— Я уже сделал, — присел сын рядом. — Мам, а правда, что ты работу меняешь?
— Правда.
— А зачем? Тебе же там нравилось.
Вика посмотрела на сына. В последнее время он как-то незаметно вытянулся, и детской округлости в лице почти не осталось. Иногда ей всё ещё казалось, что перед ней тот самый маленький Максим, которого она когда-то носила на руках, а потом он задавал вот такие вопросы — и Вика вдруг понимала, что сын давно уже не малыш.
— Потому что иногда нужно что-то менять, — осторожно отозвалась она. — Чтобы стало лучше.
— А станет лучше? — тихо уточнил Максим.
— Не знаю, — честно призналась Вика. — Но я хочу попробовать.
Максим подумал немного, а потом просто обнял её. Вика крепко прижала сына к себе и уткнулась носом в его макушку. Вот ради чего она всё это делает. Не ради красивого кабинета, дорогой аппаратуры или желания доказать кому-то, что тоже чего-то стоит. Ради Максима. Чтобы не считать каждый месяц дни до зарплаты. Чтобы спокойно купить ему новые зимние ботинки, когда старые внезапно окажутся малы. Чтобы не думать, где взять деньги на репетитора, если он всё-таки понадобится. И чтобы у её сына было немного больше возможностей, чем она могла дать ему сейчас. И от этой мысли становилось спокойнее.
Глава 15
Последующие дни пролетали в какой-то бесконечной суете. За окном окончательно облетели последние листья, по утрам асфальт покрывался тонкой корочкой льда, а темнело теперь так рано, что после работы Вика выходила из консультации уже в ночь. Холодный ветер забирался под воротник, заставляя сильнее кутаться в шарф, и всё чаще в воздухе чувствовалось скорое приближение зимы.
В самой консультации тоже будто шёл обратный отсчёт. Нужно было оформлять документы, передавать дела, заканчивать карты, объяснять пациенткам, что дальше их будет наблюдать другой врач. Многие расстраивались, узнав, что Вика уходит.
— Доктор, а к кому теперь? — спрашивали они. — Вы же нас столько лет наблюдали!
— К доктору Кузнецовой, — успокаивала Вика. — Она отличный специалист. Не переживайте, вас не бросят.
Говорила уверенно, улыбалась, объясняла. А потом закрывала за очередной пациенткой дверь и ловила себя на том, что внутри неё что-то неприятно тянет. Восемь лет — это всё-таки огромный кусок жизни. Сколько женщин прошло через этот кабинет? Сколько беременностей она вела от первых двух полосок до самых родов? Некоторые потом возвращались со вторым ребёнком, а одна пациентка совсем недавно пришла уже с третьим.
Лара к концу второй недели всё-таки немного оттаяла. В последний понедельник принесла утром две чашки кофе, одну молча поставила перед Викой и только потом буркнула:
— Ладно. Прости, что наехала. Просто буду по тебе скучать.
— И я по тебе, — улыбнулась Вика, обнимая подругу. — Но мы же не в разные города уезжаем. Будем видеться.
— Ага, когда у тебя будет время между богатыми клиентками, — хмыкнула Лара. — Вик, а как насчёт того мужика? Влада? Ты с ним так и не встретилась?
— Нет, — коротко ответила Вика.
— Дура, — покачала головой Лара. — Такого упустить. Я бы на твоём месте...
— Ты не на моём месте, — резко оборвала её Вика. — И это моя жизнь.
Лара удивлённо подняла брови, и Вика сразу пожалела о своей резкости. Но извиняться не стала. Потому что обсуждать Влада не хотелось. Ни с Ларой, ни с мамой, ни даже с самой собой. Тем более что он больше не звонил. И не писал. Сам ведь сказал, что давить не станет. Вот и не давил. Не понятно только, почему она каждый раз, услышав сигнал сообщения, машинально тянулась к телефону и испытывала какое-то совершенно глупое разочарование, увидев очередную рекламу или сообщение от Златы? Но об этом, наверное, лучше вообще не думать.
В последний день работы Вика с утра разбирала стол. За восемь лет в ящиках накопилось столько ненужного, что она сама удивлялась. Старые ручки, упаковки пластыря, какие-то записи, давно потерявшие смысл, фотография с новогоднего корпоратива пятилетней давности. За окном с самого утра моросил мелкий холодный дождь, и серый свет едва пробивался сквозь стекло. В кабинете горела лампа, батарея едва грела, а Лара время от времени жаловалась, что к вечеру они здесь обе околеют.
Когда в дверь постучали, Вика даже не сразу подняла голову.

