
Полная версия:
Володя — 2. Шестая повесть из цикла «Волчара»

Володя — 2
Шестая повесть из цикла «Волчара»
Владимир Виноградов
Иллюстратор Платная версия GPT image
© Владимир Виноградов, 2026
© Платная версия GPT image, иллюстрации, 2026
ISBN 978-5-0071-5988-3 (т. 2)
ISBN 978-5-0071-5989-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Цикл «Волчара»
Волчара
Становление
Взросление
Выбор
Володя
ВОЛОДЯ-2
18-я весна
— 1-
Со второго этажа ресторана небольшая эстрада просматривалась более чем хорошо. Там, внизу, Бэрик с Валерой расставляли инструменты, соединяя провода микрофонов и звукоснимателей с микшерским пультом и усилителем, время от времени тестируя колонки.
Сначала Вовчик помогал на сцене, но вскоре понял, что помощи от него немного, а вот лишний человек на такой маленькой площадке — это серьезное препятствие для передвижения остальных. Поэтому он просто поднялся наверх за столик и, выключив из розетки освещающий стол фонарь, положил поближе шнур от старого фильмоскопа.
Фильмоскоп принес из дома Валера и провел Вовчику подробный инструктаж, как светить и на что светить. А главное, в какое время светить. И теперь нужно было дождаться третьей песни, когда выключат центральный свет и в зале останутся только фонари над столами посетителей.
Нет, фонари над столами тоже хотели выключить, Валера настаивал, но Юра был против, сказав, что тогда у людей возникнет паника и все выступление сорвется. К тому же, если выключить фонари, то выключится и та розетка, в которую Вовчик будет включать фильмоскоп, луч которого должен выхватить из темноты дверь в глубине сцены.
Вовчик посмотрел на дверь и улыбнулся, вспомнив, как убегал через нее, когда еще Оля выступала на этой самой сцене.
— Смотри, что у меня есть! — прозвучал голос вернувшегося за стол Юры. — Из Китая на той неделе привезли…
В руках у Юры была видеокамера. Вовчик видел такие только по телевизору, а вот так в живую видеть хитрый прибор не доводилось. Юра же с деловым видом включил камеру, откинул небольшой экранчик и показал Вовчику картинку.
— Здесь сразу видно, как снимает и что снимает. Можно вот так приблизить… — Вовчик не видел, как конкретно приближал Юра, что он поворачивал, но сосредоточенно смотрящий на пульт Валера вдруг приблизился настолько, что стал виден почти каждый волосок на его голове. — А можно уменьшить, чтобы захватить всю картинку… Я буду снимать выступление, для истории.
— Какая вещь! — Вовчик обернулся на голос и едва не ударился о возникший прямо на столе японский двухкассетный магнитофон, а возле Юры уже сидел восторженный Слон. — А я буду звук записывать! Вот даже микрофоны раздобыл, только их надо чуть в стороны расставить, чтобы они как будто стерео ловили!
— Для всей аппаратуры у нас мало розеток, — заметил Вовчик.
— Камера может снимать и без розетки, там свои батарейки есть, — гордо заявил Юра, — мы ездили в лес, снимали видео, как Жорик гуляет, Люся стол накрывала… В общем, почти на полтора часа хватило!
— А я тройник принес, — победно посмотрел на Юру Слон, — чтобы наверняка.
В зал ресторана вышли даже те, кто пришел только искушать судьбу за рулеточным столом или побороться с автоматом. Едва заиграла музыка и Бэрик поздоровался со зрителями, игроки постепенно оставили столы и вышли в зал. Но стульев всем не хватило, поэтому некоторые просто вставали между столами на втором этаже, облокачиваясь на перила, другие стояли широким полукругом внизу.
Трое охранников переместились ближе к сцене. Вовчик видел, как напряглась сидящая за первым столиком, за которым сидел когда-то и сам Вовчик, Наташка. Всё верно, среди слушателей достаточно и женщин, одетых по случаю посещения ресторана в вечерние платья, и все впервые видят Бэрика вживую, ведь обычно он говорит и поет по радио.
Валера из-за своего пульта посмотрел на Вовчика и махнул одному из охранников, который отошел в сторону и, открыв щиток, щелкнул автоматом, выключая свет. В зале все дружно выдохнули. А Вовчик включил вилку фильмоскопа в розетку тройника и, направив луч на дверь, крутнул объектив, уменьшая диаметр луча.
В динамиках раздался скрип открываемой двери, и дверь в самом деле открылась. Из двери вышла Шурочка. Нет, Вовчик знал, что это будет Шурочка и что она будет одета в белый халат ни то врача, ни то повара, но от увиденного застыл и на миг забыл, как дышать.
Халат был короткий, белый халат едва доходил до коленей девушки, белые гольфы и туфли на высоком каблуке. «Цок-цок-цок» — Оля озвучила синтезатором шаги Шурочки. Распущенные волосы подпрыгивали в такт шагам, а луч из фильмоскопа отражался в черных солнцезащитных очках.
Фильмоскоп стал горячим. Он нагрелся настолько, что Вовчик едва не выронил прибор из рук. Слон молча положил на руку Вовчика сложенное в несколько рядов полотенце, и Вовчик постарался так перехватить прибор, чтобы его луч не делал больших скачков.
Тем временем Шурочка подошла к стоящей на краю сцены колонке и, взяв лежащую на ней гитару, перекинула ремень через голову. В наступившей тишине Шурочка отошла к микрофону, посмотрела прямо в объектив светящего на нее фильмоскопа и ударила по струнам и резко остановила звучание, прижав струны ладонью…
— В этот вечер снова ждет тебя другой… — прошептала Шурочка в микрофон.
— Сандра, давай! — крикнул кто-то со стороны.
Шурочка картинно ударила по струнам, а охранник возле щитка переключил автоматы, включив свет только над сценой. К гитаре Шурочки присоединились остальные инструменты ансамбля, еще одна гитара, синтезатор и ударная установка, а зрители хлопали в такт, задавая ритм.
Вовчик выключил фильмоскоп и поставил его на большое блюдо, которое придвинул к нему Слон. В ответ Вовчик указал Слону на свое место и, быстро поднявшись, поспешил вниз, за столик к Солдату и Наташке.
— Сила, — проговорил, наклонившись к Вовчику, Солдат, — как настоящий концерт.
Девушка-официантка поставила перед Вовчиком высокий стакан с пивом. Солдат попытался сказать, чтобы ему тоже принесли. Но не успел, девушка уже отошла. Вовчик сделал глоток и передал стакан другу. Сам же стал наблюдать за Шурочкой, поэтому и не заметил, как вернувшаяся официантка поставила перед ним новый стакан.
— Вот как это работает! — воскликнул Солдат и посмотрел в свой стакан, в котором было еще больше половины холодного напитка. — Жаль, Оля не видит…
— Там Юра камеру принес, видео, — Вовчик кивнул на второй этаж, — он весь концерт запишет, мы потом копию себе сделаем.
— А меня видно?
— Наверное, — предположил Вовчик, — когда всю сцену снимает, столик должен попадать в кадр.
— Тогда я сейчас Оле рукой помашу…
— Не надо, — остановил Вовчик и пояснил, — ты потом не докажешь, что это ты ей помахал, а выглядеть будет, будто ты кого-то увидел.
— Точно, — согласился Солдат.
Радио негромко пело что-то на английском, спокойное и размеренное, как раз для ночного прослушивания. Вовчик перелистнул страницу тетради, поставил вверху новое число. Стало немного грустно, уже ноябрь… Из раздумий вывел телефонный звонок.
— Квартира, — Вовчик поднял трубку уже после второго гудка.
Это раньше, давно, чтобы снять трубку нужно было бежать в коридор, сейчас всё проще, и трубка с кнопками, динамиком и небольшой антенной стоит тут же на столе, воткнутая в специальное гнездо базы.
— Бессонница? — спросила трубка знакомым мужским голосом.
— Только домой пришел, — Вовчик улыбнулся, — а ты чего не спишь?
— Договорился на один звонок, а кому еще можно позвонить среди ночи? Как вы там?
— Нормально. Ездили на соревнования в область, пояса защитили… Я тебе говорил, у нас теперь свой спортзал, в подвале, где раньше видак был. Наташка группу ведет, Оля две, аэробику и ушу.
— Я здесь тоже тренируюсь, качаюсь, — Марат вздохнул, — здесь больше и делать нечего, только качаться или учиться… Я на права выучился, легковые и грузовые сразу. Сварного корочки получил, с разрядом. Хочу еще тракториста сделать, экскаваторщика, чтобы на колесных экскаваторах работать.
— Вернешься с чемоданом разных корочек, — заметил Вовчик.
— Кто учится, тех от работы освобождают, а учиться интереснее, чем работать. Хотя я работаю как сварной, сварочный пост, все дела… Решетки варим, арматуру для строителей.
— С сыном тебя! — вспомнил Вовчик. — Мы еще не решили, что Татьянке подарить… Может быть, для ребенка что надо? Коляску, кроватку?
— Вроде все есть, — Марат вздохнул, — ты забрать из роддома помоги, их в понедельник выпишут.
— Я на практике буду. Но Бэрика на машине отправлю, утром ему скажу, он у меня сегодня ночует… У них концерт сегодня был, в казино, мы только час назад до меня добрались… Вообще классно получилось! Юра на видео снимал, покажу потом.
— Во! Придумал! Ты видеокамеру Татьянке подари и кассет чистых, чтобы Вовчика нашего снимала, а я потом… — голос Марата дрогнул, и он замолчал.
— Хорошо, — согласился Вовчик, — я завтра шмон по городу устрою, если где продается, сразу куплю, чтобы Бэрик выписку снял… Раз Юра купил, то кто-нибудь все равно на продажу привез…
— Ладно, брат, время…
— Держись там, — проговорил Вовчик, — самому надо чего?
— Вроде всё есть. Всё, бывай!
В трубке раздались короткие гудки. Вовчик посидел еще с минуту, держа трубку в руке, но краем глаза заметил движение. Обернулся.
— Не спишь? — в дверях стояла Шурочка. Одетая в розовую пижаму, состоящую из рубашки и штанишек.
— Марат звонил, — Вовчик попытался одновременно подняться и вставить трубку в базу, но сделать и то и другое, не сводя глаз с Шурочки, не смог, поэтому трубку просто положил на стол. — А ты чего такая нарядная?
— Ты мне кресло одолжишь на сегодняшнюю ночь?
— А чего кресло? Вон, падай к стеночке, не подеремся, поди… А чего от своих сбежала?
— Ну их, — Шурочка поморщилась, — понимаешь, одно дело прикалываться и изображать семью на троих, и совсем другое, когда они решили попробовать…
— Султан ваш разошелся, — качнул головой Вовчик. — Падай. Я сейчас допишу и тоже спать.
Шурочка нерешительно потопталась, потом присела на край кровати. Вовчик посмотрел на нее, подошел к креслу, поднял сиденье и, достав из ящика одеяло, бросил его на колени девушке.
— Так нормально? Завернись и спи.
— Спасибо, — Шурочка расстелила одеяло вдоль стенки, потом на один его край легла, а другим укрылась, и в самом деле завернувшись так, чтобы выход был только со стороны стены.
— Спокойной ночи, — буркнул Вовчик, проследив за ее манипуляциями. — Музыку выключать не буду…
— 2-
Еще не включая свет и даже не подходя к окну, Вовчик понял, что на улице выпал снег. Просто за окном было непривычно светло, а так не бывает в это время года, и, если вчера так светло не было, а сегодня есть, значит, в мире что-то изменилось. Просто сам мир за окном стал светлее, белее и чище, укрывшись снежным одеялом.
Из комнаты Шурочки тихо играла музыка. Девушка призналась, что так ей просто спокойнее и привыкла она к этому в общежитии, где постоянно слышны посторонние звуки, которые мешают спать.
Дверь в большую комнату была открыта, Наташка помирилась с родителями и вернулась домой, устроив вечером в комнате тотальную уборку. Теперь, Вовчик был в этом уверен, в комнате не осталось ни одного намека на ее присутствие. Девушка даже дверные ручки помыла и экран телевизора протерла. Может быть, хотела стереть свои отпечатки пальцев, как это показывали в кино, или просто решила создать первозданную чистоту.
Идти до остановки по снегу, став первопроходцем, вовсе не хотелось. Поэтому, прежде чем выйти из-под козырька подъезда, Вовчик осмотрел тропинку. Следы были, но шли они в другую сторону, навстречу, и проходили вдоль дальнего края выложенного плиткой тротуара.
Конечно, до следов можно было и допрыгнуть, но, решив, что все равно в снег наступать придется, Вовчик смело сделал два шага до следа и только потом повернул в сторону остановки. Идти по встречным следам было не очень удобно, как будто даже не с ноги, и даже пришлось немного приноровиться к более маленькому расстоянию между отпечатками, сделав свою походку несколько семенящей.
В автобусе Антона не было. Там вообще никого не было, если не считать двоих в самом начале салона, остальные или снега испугались, или просто решили, что в понедельник можно и позже приехать. Зато никто не мешал развивать баланс, и, встав по центру большой задней площадки автобуса, Вовчик закрыл глаза и опустился от поручня. Правда, через остановку в автобус подсели еще трое, но они не мешали.
Антон к началу смены не пришел. Не было его и через час, и Вовчик уже начал переживать за наставника, решив, что тот опять связался со своим старым другом.
— Так, студент, — Вовчик обернулся на голос, перед ним стоял начальник цеха, — Антоха заболел, простудился. Говорит, ты вполне сможешь его заменить.
— Конечно, — кивнул Вовчик, отвечая скорее на вопросительный взгляд, чем на вопрос, — он же уже в основном только наблюдает и контролирует…
— Держи, — начальник цеха протянул Вовчику два тетрадных листка, — сразу посмотри, что непонятно, спрашивай, чтобы потом не бегать.
На тетрадном листке была нарисована замысловатая деталь, толстая пластина, сплошь покрытая прорезями и отверстиями. Ничего особо сложного Вовчик в ней не увидел и развернул второй листок. Здесь тоже была пластина, только отверстия были словно отраженные в зеркале от первой детали.
— Вот так? — Вовчик руками показал, как должны будут стоять напротив друг друга стенки.
— Да, — кивнул начальник цеха, — это стенки, между ними встанут валы, распорки и прочее, а всё вместе станет лебедкой. Там специалисты порвали лебедку, вывернули валы из креплений.
— Валы тоже будем делать? — деловито спросил Вовчик.
— Нормально всё с валами, а вот крышки… Работай, я буду за тобой поглядывать, — начальник цеха указал пальцем на видимое от станка окно на втором этаже.
— И ты вот так всю смену один работал? — не поверил Жека. — Сам себе… Мне наставник так не доверяет, смотрит за мной, за спиной стоит.
— В затылок дышит, — дополнил Толян. — Даже если он ничего не подсказывает и я всё правильно делаю, он всё равно не отходит.
— У вас один наставник на двоих? — усмехнулся Вовчик, наблюдая, как с трассы свернула машина и, развернувшись на стоянке для автобусов, — Я с сегодняшнего дня учусь на права.
— Я тоже хотел, — признался Толян, — но времени нет совсем. Да и зачем? Отец машину не даст, а своей пока нет.
— Будут права — и машина появится, — философски заметил Жека, открывая дверь и пропуская вперед Толяна. — А без прав она и вовсе не нужна.
— Ладно, — согласился Толян, — после Нового года, когда группу будут набирать, я пойду учиться. Оно же и в армии пригодится… Лучше уж генерала возить, чем строем ходить.
— До Валеры доедем, — усаживаясь на переднее кресло, объявил Бэрику Вовчик, — пацанов по пути высадим… Потом нас с Валерой в ДОСААФ, а сам покатаешься пару часов… Пейджер с собой?
— Да, — подтвердил Бэрик, — пока вы занимаетесь, я Наташку заберу, у нее сегодня ударная тренировка со старшей группой.
— Хорошо, — Вовчик обернулся в сторону заднего сиденья, — Толян, а как у нас с газетой? Девочку нашел?
— Нет, — Толян вздохнул, — где я ее найду… Такую, чтобы…
— Время есть, — Вовчик посмотрел на пейджер, — Бэрик, тормозни возле кулинарии… Пошли, Толян. Будем девочку тебе искать.
— Где? — не понял Толян.
— Вон идут, — Вовчик указал на двух девушек лет двадцати, которые только что вышли из кулинарии, — пошли. Девушки, можно вас на одну минуту… Здравствуйте, девушки! Меня Володей зовут, а это Анатолий. А вы?
— Вика, Света, — одна из девушек указала пальцем сначала на себя, потом на подругу.
— Очень хорошо, — Вовчик потер ладони, — девушки, хотите работать в газете? Вы будете редакторами женской части молодежной газеты.
— И о чем писать в газету? — с интересом спросила Вика.
— О чем хотите, — пожал плечами Вовчик.
— Рецепты можно? — уточнила Света.
— Можно, — разрешил Вовчик, — рассказы можно, истории, размышления… Всё, что захотите, это же ваша газета, вы редакторы, что захотите, то и пишите.
— И конкурс красоты можно? — засомневалась Вика.
— Даже нужно, — заверил Вовчик. Достал пейджер, посмотрел на экран, — я побежал, а вы с Анатолием топайте в редакцию и начинайте работать. Всё остальное сами, Анатоль?
— Я понял, — ошарашенно кивнул Толян.
— А платить будете? — вслед Вовчику спросил кто-то из девушек, Вовчик не видел, кто именно.
— Конечно, — Вовчик обернулся и сделал пару шагов задом наперед, — если будет за что, то обязательно! Идите и начинайте, а я завтра проверю!
— Ты их знаешь? — встретил Вовчика вопросом Жека.
— Нет, конечно, — погнали, время…
— А если они не смогут? — не унимался Жека.
— Найдем других.
— А если у них будет медленно получаться? Будут один номер две недели делать…
— Еще одну группу соберем. Потом перемешаем, добавим или убавим, пока не соберем нормальную команду. Но это всё равно лучше, чем вот так, как Толян, сидеть в кухне редакции и надеяться на чудо. Парней тоже доберем.
— Тогда они будут меньше получать, — заметил Бэрик, — вы же на них одну зарплату раскидаете?
— Сделаем ставку за каждую часть материала, за статью, за отзывы… Кто захочет больше получить, тот будет больше работать.
— Я тогда тоже буду Толяну помогать, — предложил Жека, — например, спортивный уголок вести буду, про качалку рассказывать, про упражнения, я же знаешь сколько знаю.
— Вот и хорошо, — согласился Вовчик, — так с миру по букве и наберем на тираж.
Пока ждали, когда откроют кабинет, за ключами от которого побежал преподаватель, Вовчик посмотрел на собравшуюся группу. Группа была большая, насчиталось двадцать пять человек, и не только мужики, но и несколько женщин. Выделялись две девушки, одна из них громко себя вела, пытаясь перекричать надетые на голову наушники и играющую в них мелодию. Ее подружка вела себя скромнее, и казалось, что ей даже немного неудобно.
— Надо будет сесть за первую парту, — заявил Валера, — здесь же учителя нет, и никто рассаживать не станет, а значит, что кто куда сядет, тот там и будет всю учебу сидеть. А с первой парты мы всё услышим. Ты тетрадку взял для записей?
— Нет, — признался Вовчик, — я же с работы…
— Я тоже не с дискотеки, — Валера протянул Вовчику тетрадку с пристегнутой к ней авторучкой, у которой было два стержня, один синий, а второй красный. Но Валера предупредил: — Там не красный, а зеленый. Это если ты захочешь что-то выделить, подчеркнуть.
— А красным я бы не подчеркнул?
— Красный — это цвет учителя, — возразил Валера, — а зеленый…
Договорить он не успел, мимо прошел преподаватель и, громко щелкая замком при каждом обороте ключа, открыл дверь, после чего первым прошел в кабинет и включил там свет.
Раньше в этом месте кабинета вовсе не было, это потом тупиковую часть фойе отделили стеной и сделали кабинет, поэтому пол оставался каменным, и старые школьные парты легко скользили по нему, стоило лишь слегка подтолкнуть. Стулья тоже были школьные, железные с фанерными сиденьями. Уже не заводские, но самодельные, просто крашенная фанера со шляпками болтов в местах крепления. Еще в напоминание о школе была доска, часть школьной доски, обычно такие закрывали основную доску, а все остальные стены были завешаны разными плакатами, изображениями дорожных знаков и схемами дорожных ситуаций.
За первую парту сесть не удалось, ее успели занять две женщины, которых Валера галантно пропустил вперед на входе. Так и получилось, что Валера занял вторую парту, заняв оба места, для себя и для Вовчика. Девушки тоже вошли в кабинет, но уселись на заднюю парту, а та, которая была в наушниках, сняла их и, поставив плейер на парту, включила музыку через динамик.
— Здравствуйте! — поздоровался преподаватель, — меня зовут Леонид Ильич, и я буду вести у вас теорию… Девушка, музыку уберите.
— Не «девушка», а Алла Федоровна Степанова, — гордо объявила девушка, — мне музыка не мешает.
— Остальным мешает, — заметил Валера.
— Я младшая дочь мэра, — гордо заявила девушка, — кому мешает, можете выйти.
Вовчик молча встал, подошел к парте, за которой сидели девушки.
— И че? — нагло спросила дочь мэра.
— Ничего, — Вовчик вздохнул, подхватил с парты плейер и со всей силы приложил его об бетонный пол, посмотрел на обломки, к ногам подкатилась кассета, и, не удержавшись, Вовчик с силой пнул ее в сторону, — уберешь всё потом.
— Да как… Да ты… — девушка подскочила и попыталась что-то сказать. Но, увидев полное безразличие в глазах наглого парня, просто схватила свою куртку и выскочила из кабинета.
Вовчик развернулся и пошел обратно к своей парте, сопровождаемый молчаливыми взглядами группы. Как ни странно, вторая девушка, которая пришла вместе с дочкой мэра, осталась сидеть за партой и не побежала вслед за подругой.
— Давайте продолжим, — предложил Вовчик.
— 3-
Занятие больше было ознакомительным и организационным. Леонид Ильич рассказывал, как будет проходить обучение, когда начнется вождение. Оказалось, что вождение начнется уже к середине недели, потому что машин всего две, а каждому курсанту нужно накатать определенное количество часов, что сделать до Нового года очень трудно. А теория и ознакомление с правилами дорожного движения будет проходить не каждый день, а только два раза в неделю и то факультативно, то есть большую часть изучать придется самим, разбирая на занятиях только сложные моменты.

