Исторический журнал «History hobby». Выпуск 6

Лето 1518 года, Страсбург, Священная Римская империя. Жара, голод и болезни… И тут происходит нечто невероятное — сотни людей пускаются в пляс, словно на дискотеке дьявола. Они танцуют до изнеможения, падают замертво, и знаете, что делают местные власти в ответ? Они нанимают музыкантов и строят танцпол. И это не сценарий хоррор-комедии, а реальные события, которые были задокументированы как минимум тремя источниками.

Вид на Страсбург сегодня.

Учёные до сих пор не могут прийти к единому мнению о том, что же это было: массовый психоз, наказание божье или воздействие грибов, попавших в хлеб? Давайте попробуем разобраться, как одна из средневековых акций протеста привела к гибели людей.

1. Исторический контекст

Европа в начале XVI века — это неурожаи, эпидемии сифилиса и поголовная уверенность в том, что ваша соседка — ведьма. Голод был не только следствием холодных и дождливых летних сезонов, которые оставались частым явлением на протяжении всего XV и начала XVI века. Даже на юге Европы зимой наблюдались снегопады и заморозки. Сегодня историки полагают, что главным фактором недоедания в этот период истории являются фактором перенаселения и неэффективностью феодального хозяйства. Франция в течение XVI века пережила тринадцать голодовок в масштабе всей страны.

Кроме этого, в начале XVI века Европу охватила эпидемия сифилиса, которая привела к разорению (спасибо Колумбу за эту американскую болезнь). По подсчётам исследователей, число смертей во время пандемии сифилиса достигало 5 миллионов человек.

Всё это по итогу — голодные бунты, болезни и навязчивая охота на ведьм — создали идеальный шторм для коллективного помешательства.

Но это не было единственным случаем подобного помешательства. Еще в 1374 году в городе Ахен произошла самая настоящая танцевальная эпидемия, которая охватила множество городов Германии, Фландрии и Восточной Франции. Люди присоединялись к «флэшмобу» везде — в своих домах, на улицах и даже в церквях, прыгая и выкрикивая различные слова. Свидетели этих безумных танцев отмечали, что танцующие испытывали настоящее отвращение к остроконечным ботинкам и красному цвету, при этом приговаривая, что тонут в «красном море крови». Вероятно, это было связано с мигренью, ведь именно при мигрени усиливается головная боль при восприятии яркого красного цвета. Врачи разводили руками, а церковь винила во всём грешников и бесов.

2. От одиночного танца до Страсбургского вальса

Всё началось с фрау Троффеи — домохозяйки, которая 15 июля вышла из дома за мукой, но, проходя через центральную площадь, вдруг остановилась. Лицо фрау внезапно исказилось гримасами, а тело начало дёргаться. Прохожие, которые пытались привести женщину в чувство, попали под влияние этого безумного танца и сами пустились в пляс. Всего за неделю набралось чуть больше тридцати участников танцевальной чумы.

Городской совет Страсбурга, последовав совету врачей, решили установить сцену, нанять барабанщиков и объявить танцы официальным лечением. Врачи заявили, что танцы являются результатом «перегретой крови» головного мозга, поэтому танцующие могут излечиться от болезни, если предоставить им возможность танцевать круглосуточно. К чему это привело? Эпидемия разгорелась еще сильнее, к концу июля в танце «Святого Витта» участвовало уже до 400 людей. Городской совет пытался потушить пожар бензином.

К августу люди уже падали как мухи — до 15 смертей в день. Власти спохватились: запретили музыку, а танцоров отправили в карантин. Их начали принудительно лечить кровопусканием и другими сомнительными методами, либо отсылали в церковь. К сентябрю чума стихла — видимо, все, кто мог танцевать, уже лежали в могиле или в постели с температурой.

Причины: грибной трип, истерика или божья дискотека?

Сегодня у учёных есть несколько версий, и я начну с наименее значимых.

— Эпилепсия. Некоторые учёные высказывали, что «танцевальная чума» могла быть спровоцирована редкой формой эпилепсии. Однако эпилепсией заразиться нельзя, и это заболевание наследственное. Если бы эпилепсия действительно бы захватила Страсбург, то он превратился бы в город падающих, а не танцующих.

— Религиозный экстаз. Люди в те времена верили, что танец отпугнёт святого Витта — покровителя эпилептиков и танцоров. Что это, постметаирония времён Ренессанса? Похоже, святой и был зачинщиком этих танцев. Считалось, что если 15 июня станцевать перед изваянием этого святого, то можно было избавиться от всех болезней на целый год. Но в этом случае не бьются даты. Во время эпидемии 1518 года жители Страсбурга направились к часовне святого Витта в Саверну, где якобы проходило исцеление.

— Коллективная истерия. Клиническое недоедание, страх и постоянный стресс — это идеальный коктейль для массового психоза. Это как массовая истерия на фоне пандемии COVID-19, но с плясками. Ну а если серьёзно, то коллективная истерия скорее стала фоном для подобного психоза, а не его причиной. По моему мнению, настоящей причиной могло стать:

3. Спорынья

Спорынья на ржи

Историки склоняются к мнению, что причиной «Танцевальной чумы» 1518 года было отравление спорыньёй. Спорынья — это грибок, который поражает пшеницу и рожь, злаки, которые были основой рациона европейцев в XVI веке. Грибок спорынье содержит токсины, которые действуют на центральную нервную систему, вызывают галлюцинации, нестерпимое жжение в руках и ногах, судороги. Однако, возникает вопрос, почему люди танцевали в ритме, а не дрыгались в конвульсиях?

Этот вопрос довольно сложный. Этот грибок содержит химические вещества, аналогичные тем, которые используются в синтетическом препарате ЛСД. Препарат вызывает различные симптомы, в том числе и нервные расстройства, что казалось бы, на фоне постоянных недоеданий, голоданий и стресса могли увеличиться в геометрической прогрессии. Стоит посмотреть на примеры официально задокументированных в истории, где фигурировала спорынья.

— Украина и другие части РСФСР. В 1932—1933 году в этих и других союзных республиках произошёл массовый голод. Одна из причин голода — употребление в пищу зерна пшеницы и ржи, которые были заражены спорыньей. Употребление в пищу зерна пшеницы и зерна, которые содержали лизергиновую кислоту, вело к заболеваниям, которые сопровождались галлюцинациями, психическими расстройствами и нередко заканчивались летальным исходом. В ряде регионов Украины спорыньей было поражено до 70% урожая. Алколоиды вызвали сокращения мышц, причём высокие их дозы приводят к мучительной смерти, а низкие — к сильным болям, умственным расстройствам и агрессивному поведению.

— В конце лета 1951 года в городе Пон-Сент-Эспри на юге Франции произошла эпидемия массового безумия. Жители стали жаловаться на тошноту, боли в желудке, низкое давление и температуру, холодный пот и слабый пульс. Однако помимо этого пациенты страдали от бессонницы, галлюцинаций, головокружения и неприятного запаха.

4. Заключение. Танцуйте осторожно и без спорыньи!

Танцевальная чума 1518 года — это не просто забавный исторический факт. Она служит нам предостережением о том, как опасно может быть поведение толпы. Этот случай является ярким примером массового психогенного расстройства и напоминает нам о том, как уязвимо общество перед стрессом и внушением.

Сегодня мы можем смеяться над странностями наших предков, но кто знает, к чему может привести очередной «вирусный» тренд, который охватит общество. Сравнение этого случая с более поздними и современными примерами массовой истерии, включая цифровые эпидемии, демонстрирует, насколько важен комплексный подход к изучению человеческого поведения на стыке истории, медицины, психологии и социологии.

Почему победил Рим, а не его соседи? Как город-пастух превратился в имперского хищника

До того как Рим стал столицей мира, он был окружён более могущественными соперниками. Но пока этруски строили храмы, самниты воевали друг с другом, а греки праздновали Пифийские игры, римляне создавали свою империю — из чужих кирпичей.

1. Введение

Тёплый пыльный полдень — Италия, VIII век до нашей эры. На прибрежных холмах Тарквиний женщины-этруски спорят о цене алебастрового флакона с торговцем из далёкой Финикии. В городе Кумы умелый ремесленник капает оловянной слезой в расплавленную бронзу, с мечтами подороже продать будущий шлем греческому воину. А на крохотном Палатинском холме латинский земледелец торопливо загоняет скот во двор: угасающий дым от очага смешивается с запахом нового урожая проса — скромное поселение между рекой и болотами ещё даже не называют городом. А высоко в Апеннинах самнит-пастух, укрыв лицо шерстяным плащом, ожидает ясную погоду, чтобы провести быков через каменистый перевал на новые пастбища.

Сотни поселений, деревень, городов и портов, десятки языков и богов, тысячи разных племён, но какое из этих племён сможет создать не только государство, но и целую Империю?

Читая о Древней Италии, нельзя не заметить, что полуостров представлял из себя «стартап-площадку», где одни владели металлами, другие морскими путями, третьи горными крепостями. Почему же победил именно римский «проект» латинян — народа без флота, без рудников и без оазисов греческой культуры? Было ли это неизбежно, или история Европы могла протекать под этрусским штандартом?