Иллюзоросияние. Книга третья

Индра-Джала усмехнулся сухим, бюрократическим смешком.

— Хотя я другого мнения.

Никто вообще не знает, что делать.

Знаю только Я.

А ты, Баларама, даже если бы и знал, что делать, все равно бы не знал, что делать.

Но если случайно узнаешь — лучше никому не говори.

Все равно не поймут.

Даже тебя.

Он махнул рукой.

— Ладно.

Дверь знаешь где?

Или не знаешь?

— Знаю, — проскрипел Баларама-Амритович.

— Вот и отлично.

Я наблюдал, как запуганный агент вышел, чтобы начать поиски невидимого автолета, уже полностью забыв о поврежденном нейроимпланте и о том, что хотел взять больничный.

Скрипт был запущен.

Ловушка для нулеразумных, расставленная Антисуществователями через их же Механизм Родительского Принципа, начала захлопываться.

Мне нужно было решить: наблюдать за этим как за чистым экспериментом или найти в этом хаосе точку для собственного вмешательства. Пока что я фиксировал данные. Война в Гандхарва-Локе, управляемая Буддой-Марой, была идеальным стресс-тестом для всей системы. И, возможно, — идеальным отвлекающим маневром.

Выйдя на улицу Баларама-Амритович уронил электронный ключ, и, поднимая его, больно ударился ушами о невидимый контур автолета.

Нашел с первого раза.

Идиотизм иногда демонстрирует невероятную эффективность.

Мысль «ничего со мной не кончено» проскочила в его поврежденном нейроконтуре как оправдание сбоя.

Он приложил ключ к пустому пространству.

Перед ним материализовался, точнее, стал видимым для его узкого спектра восприятия, кокон пилота.

Баларама забрался в кресло и снова уронил ключ. Наклоняясь, он снова ударился — теперь о невидимый штурвал. И заметил конверт с надписью «Секретная инструкция».