Пьесы. Три комедии

Вадим Петрович. Ты готова?

Елена Сергеевна. А ты не видишь?

Вадим Петрович. Тогда поехали.

. Поехали. Одну секунду. Кстати, у нас гость.

Елена Сергеевна выходит из комнаты.

Вадим Петрович. Здравствуйте.

Антон Николаевич. День добрый Вадим Петрович.

Вадим Петрович. Мы знакомы?

Антон Николаевич. Да я ваш сосед.

Вадим Петрович. Что-то знакомое… А-а, у вас белая девятка?

Антон Николаевич. Была. И борода тоже была.

Вадим Петрович. Что? продали?

Антон Николаевич. Бороду?

Вадим Петрович. Машину.

Антон Николаевич. Да. Решил изменить отечеству.

Вадим Петрович. Это правильно, отечеству можно изменить. Я давно изменяю.

Антон Николаевич. Понимаю, свобода наивысшая ценность.

Вадим Петрович. Ещё бы. Не мы такие жизнь такая. Все стремятся к лучшему. Ленка, поторопись.

Антон Николаевич. Большое событие?

Вадим Петрович. Да. Уже опоздали.

Антон Николаевич. Догоните.

Вадим Петрович. Точно. Штрафная, тост вне очереди, я подготовил небольшой спич.

Антон Николаевич. Вы всегда готовитесь?

Вадим Петрович. А как же, на импровизации далеко не уедешь.

Антон Николаевич. Тогда всё в порядке, к опоздавшим больше внимания.

Входит Елена Сергеевна.

Елена Сергеевна. Внимания к нам будет предостаточно. Нас ждут с величайшим нетерпением.

Вадим Петрович. Отлично, это как раз то, что мне нужно.

Елена Сергеевна. Ты уверен?

Вадим Петрович. Абсолютно.

Елена Сергеевна. Тогда поблагодари Антона Николаевича, это он постарался.

Вадим Петрович. Да? Спасибо. А… как вам это удалось?

Антон Николаевич. Я сказал правду.

Елена Сергеевна. Редчайший случай, заметь, когда посредством правды, человек добивается внимания. Машка телефон оборвала, ждет, не дождется нашего появления.

Вадим Петрович. Да ты что! Едем!

Телефонный звонок.

Елена Сергеевна. Это наверняка она.

Вадим Петрович хватает трубку.

Вадим Петрович. Слушаю. Да Маш, едем, едем. Уже выходим. Что? Что ты говоришь? Не понимаю…

Елена Сергеевна. Что-то вы Антон Николаевич неправдоподобно скромны?

Антон Николаевич. Видите, как всё в этом мире не однозначно. Болтливость и лёгкая неадекватность вашей подруги в данной ситуации явное достоинство. Сейчас она ему скажет главное, а мне останется лишь уточнить детали.

Елена Сергеевна. Машка вывалит. А вы продолжаете меня удивлять.

Антон Николаевич. Это означает, что я вам уже не безразличен.

Елена Сергеевна. Удивлять, но не больше.

Антон Николаевич. Я и не рассчитывал, что вы сегодня падете в мои объятья.

Елена Сергеевна. Не падите сами, куда ни будь. Машка свое дело знает.

Вадим Петрович медленно опускает трубку.

Пауза.

Через несколько секунд быстро выходит в другую комнату. Возвращается, выходит. Ищет.

Елена Сергеевна. Что ты мечешься как тигр в клетке?

Антон Николаевич. Общаясь с людьми, животные очеловечиваются, люди – звереют.

Елена Сергеевна. Так едем или нет?

Антон Николаевич. Вадим Петрович, Елена Сергеевна спрятала пистолеты и ваш, и мой.

Елена Сергеевна. Ты, кстати, зачем пистолет купил? И почему мне не сказал?

Вадим Петрович падает в кресло.

Вадим Петрович. Объясните мне, что происходит? Елена?

Антон Николаевич. Вадим Петрович…

Вадим Петрович. Помолчите, вас не спрашиваю. Лена, что это значит?

Елена Сергеевна. Да ничего не значит и ничего не происходит. Если нужно ехать, поехали. Ты что Машку не знаешь? Она наговорит.

Вадим Петрович. Что здесь делает этот человек?

Елена Сергеевна. Да ничего не делает.

Антон Николаевич. Вы знаете, я люблю ничего не делать.

Вадим Петрович. Помолчите!

Вадим Петрович. Как он сюда попал?

Елена Сергеевна. Антон Николаевич, почему я должна за вас объясняться?

Вадим Петрович. Я тебя спрашиваю!

Елена Сергеевна. А что ты меня то спрашиваешь? Я здесь совершенно не при чём. Вот, Антон Николаевич готов тебе всё объяснить, говори с ним, а не со мной.

Вадим Петрович. Я его не знаю, и знать не хочу.

Елена Сергеевна. И я не знаю, но говорила. И тоже чувствую себя не лучшим образом. А ты меня ещё допрашиваешь. Понятно, с незнакомым человеком говорить труднее, но ты же мужчина.

Антон Николаевич. Вадим Петрович, позвольте мне, пожалуйста, всего несколько слов.

Вадим Петрович. Ну!

Антон Николаевич. Спасибо. Елена Сергеевна абсолютно ни при чём. Правда. Это моя инициатива. Знаю, знаю, наказуема инициатива. В общем, я готов претерпеть. Вот.

Елена Сергеевна. Антон Николаевич перестаньте паясничать. Говорите толком, не до шуток уже.

Антон Николаевич. Извините, Елена Сергеевна, но я тоже такие беседы не каждый день провожу. Приходиться на ходу учиться.

. Елена Сергеевна Так, у меня предложение. Вадим едем, Антон Николаевич, вы пока потренируйтесь, а завтра поговорим. Завтра будет легче. Вадим едем, после банкета лучше соображается.

Вадим Петрович. Так мы что втроем должны ехать?

Елена Сергеевна. Почему втроем?

Вадим Петрович. Маша сказала нас троих ждут?

Елена Сергеевна. Она… Она пошутила. Всё поехали, вставай. Молчите Антон Николаевич, это глупо, в конце концов.

Вадим Петрович. Нет, я хочу понять, что происходит. Пусть он объяснит мне, если ты не можешь, что он здесь делает?

Антон Николаевич. Я и пытаюсь, просто легче говорить, чем сказать.

Вадим Петрович. Ну, говорите, говорите.

Елена Сергеевна. Может быть завтра.

Вадим Петрович. Нет сейчас.

Антон Николаевич. Случилось следующее. Я влюбился в вашу жену. Давно. Ещё три года назад. Сначала думал, пройдет, но нет. Не проходит. Я пытался, как-то с этим справиться, не получилось. Вот такая ситуация. Вот такое наваждение. Может быть, вы и правы, Елена Сергеевна, что глупо, очень глупо. Но я не знаю, что делать. Вот.

Небольшая пауза.

Вадим Петрович. Ну и любили бы себе на здоровье. Я, в общем, не против. Но на расстоянии! Что вы сюда приперлись? В таком виде? И ещё на банкет собираетесь!

Елена Сергеевна. Вадик, не распаляйся. Я же говорила, что ты нормальный муж, очень нормальный.

Вадим Петрович. Кому говорила?

Антон Николаевич. Мне говорила, но я это знал. А на банкет я не собирался, боже упаси, я не люблю, когда много людей. Это шутка.

Вадим Петрович. Шутка? А почему не смешно? Лена тебе что, смешно? И что это за дурацкое определение нормальный муж?

Елена Сергеевна. А как надо?

Вадим Петрович. Любимый муж, как же ещё?

Елена Сергеевна. Вадик, ты меня извини, но мы так давно об этом не говорили, очень давно.

Вадим Петрович. О чём?

Елена Сергеевна. Об этом самом. Десять лет брака? Вадик? Я вижу тебя два, иногда три раза в неделю, после девяти? Выходные ты проводишь, Бог знает где, это не упрек, но и я тоже хочу быть любимой женой, если ты претендуешь на звание любимый муж.

Вадим Петрович. Лена! При посторонних…

Елена Сергеевна. Антон Николаевич любит меня три года! Он уже не посторонний! Так что ты нормальный муж, а я нормальная жена и поехали на нормальный банкет, послушаем нормальные речи, пообщаемся с нормальной Машкой, абсолютно нормальной женой твоего начальника, вообще, проживем ещё десять нормальных лет! И мне уже будет всё представляться нормальным! Всё!

Выбегает из комнаты.

Пауза.

Вадим Петрович. Как вы не вовремя со своей любовью.

Антон Николаевич. С чужой я бы не пришёл.

Вадим Петрович. Это вы виноваты. Такой день и на тебе! Не думал, что так получится.

Антон Николаевич. Это хорошо.

Вадим Петрович. Что? Что хорошо? Чёрт возьми!

Антон Николаевич. Что не думали. Это большое человеческое счастье, не знать, что и как. Вообразите, на минуту, как бы нам жилось, если бы мы представляли себе всю нашу жизнь в перспективе и подробностях?

Вадим Петрович. Что теперь делать? У неё и так комплекс неполноценности, а вы ещё ей любовью голову морочите!

Антон Николаевич. Что вы Вадим Петрович, любовь для головы не предназначена.

Входит Елена Сергеевна.

Елена Сергеевна. Ладно, мальчики, повеселились и хватит. Пора ехать.

Вадим Петрович. Да поехали. Подхватывает букет цветов. Ну? Ленок? такой день? Я готовился. Не сердись. Поехали. Ты поведёшь.

Елена Сергеевна. Нет. Антон Николаевич, вы поведете, вы как я помню, не любитель?

Антон Николаевич. Могу.

Елена Сергеевна. А я сегодня тоже, пожалуй, напьюсь. Такой день!

Антон Николаевич. С удовольствием Елена Сергеевна!

Вадим Петрович. Ты что? Так не пойдет.

Елена Сергеевна. Почему? Ты мой законный муж, Антон Николаевич меня любит и сделал мне сегодня предложение, что тебя смущает? Мы как супруги напьемся, Антон Николаевич, галантно воздержится, положение жениха обязывает, и отвезет наши тела домой. Что-то не так?

Вадим Петрович. Значит, Маша не пошутила? Я прибью вас!

Антон Николаевич. Елена Сергеевна, выдайте нам пистолеты. Я готов. Вадим Петрович тоже.

Елена Сергеевна. Сейчас. Положи цветы.

Елена Сергеевна выходит в другую комнату.

Антон Николаевич. Главной ценностью у человека почему-то считается жизнь. Но сейчас мы ещё раз продемонстрируем, что это не так.

Вадим Петрович. Вы что совсем охренели?

Возвращается Елена Сергеевна с двумя пистолетами.

Елена Сергеевна. Совсем и давно. Держите.

Антон Николаевич. Елена Сергеевна у вас есть пустые пластиковые бутылки?

Елена Сергеевна. Сейчас посмотрю.

Антон Николаевич. И скотч. Смастерим глушители, чтобы стрельбой не напугать соседей.

Елена Сергеевна выходит и быстро возвращается с пустыми бутылками.

Елена Сергеевна. Такие подойдут.

Антон Николаевич. На раз любые подойдут.

Антон Николаевич, берет со стола нож, отрезает от бутылки дно и приматывает скотчем горлышко бутылки к своему пистолету.

Антон Николаевич. Вот так видите? Что вы стоите Вадим Петрович?

Елена Сергеевна. Положи цветы Вадик?

Звонит телефон. Вадим Петрович берет трубку.

Вадим Петрович. Да. Да. Да. Что делаем? Готовимся. Нет, не к свадьбе.

Елена Сергеевна. Кто там? Антон Николаевич мастерит второй прибор для стрельбы. Вадик? Кто там?

Антон Николаевич. Наверное, моя жена.

Елена Сергеевна. А… они что? Знакомы?

Антон Николаевич. Мы все, так или иначе, знакомы, а на соседнем деле, тем более. Вадим Петрович закругляйтесь. Приступим.

Вадим Петрович вешает трубку.

Вадим Петрович. Мне легче вам морду набить.

Антон Николаевич. Не легче, уверяю вас. Вы, конечно, покрупней меня и потяжелей, но я вырос в плохом районе. У нас там, спортивных залов не хватало, и мы себя отстаивали в уличных потасовках, а это иной опыт, поверьте. Кроме того, я, так получилось, служил в морской пехоте, три года и вообще, что это за метод бить морду? Давайте стреляться. Хороший обычай.

Вадим Петрович. Идите вы к черту!

Елена Сергеевна. Вадик, ты знаком с женой Антона Николаевича? Вадик?

Антон Николаевич. К барьеру! Возьмите оружие!

Антон Николаевич вручает пистолет Вадиму Петровичу, а сам перемещается в противоположный угол комнаты.

Вадим Петрович. Лена, он издевается, у меня в пистолете резиновые пули.

Антон Николаевич. У меня тоже. Но мы же отстаиваем лишь идеалы с иллюзиями, а для этого резиновые пули в самый раз.

Елена Сергеевна. Резиновые? Тогда валяйте. Мне при любом исходе необходимо привести себя в порядок. Вдруг судьба распорядится сделать меня вдовой и сразу же невестой, а если нет, останусь нормальной женой.

Елена Сергеевна выходит из комнаты.

Антон Николаевич откладывает прибор для стрельбы и начинает раздеваться.

Антон Николаевич. Что вы стоите, Вадим Петрович, раздевайтесь.

Вадим Петрович. Это зачем ещё?

Антон Николаевич. Чтоб больней было, пули то резиновые. В одежде даже синяков не останется. Раздевайтесь.

Вадим Петрович. Это… глупо, глупо. Смешно, в конце концов.

Антон Николаевич обнажился до трусов.

Антон Николаевич. Вот, и вам стало смешно. Раздевайтесь. Проведем дуэль, отстоим честь и достоинство.

Вадим Петрович. Мы же современные, цивилизованные люди, обойдемся без…

Антон Николаевич. Как? Вы знаете, как обойтись? Морды бить? Не очень-то современно. А, потом простите, подозревать некоторые исторические персонажи, выходившие к барьеру в не цивилизованности, просто неприлично. Это традиция, зачем же мы с вами пистолеты припасали. От настоящих бандитов они не помогут, пожалуй, наоборот. Давайте стреляться, чего уж там, раздевайтесь.

Вадим Петрович. Бред.

Антон Николаевич. Символ. Не все дуэли заканчивались смертоубийством, главное участие. Раздевайтесь, долго я в трусах стоять буду.

Вадим Петрович. Одевайтесь, будем стреляться в одежде.

Антон Николаевич. Тогда совсем не опасно. Так хоть синяки останутся. Я же посватался к вашей жене. Теоретически вы должны быть оскорблены.

Елена Сергеевна. Из другой комнаты. Вадим будь мужчиной.

Вадим Петрович. Вот чёрт!

Быстро снимает с себя одежду.

Антон Николаевич. Готовы.

Вадим Петрович. Готов.

Антон Николаевич. К барьеру!

Персонажи расходятся по углам комнаты.

Антон Николаевич. Что-то в этом есть.

Вадим Петрович. Что?

Антон Николаевич. Как сейчас говорят, сакральность. Я чувствую себя настоящим воином. Почти неандертальцем.

Вадим Петрович. Я тоже чувствую себя идиотом.

Появляется Елена Сергеевна.

Елена Сергеевна. Дайте-ка я на вас посмотрю в таком состоянии? Вы не похожи на неандертальца, Антон Николаевич.

Антон Николаевич. Спасибо, Елена Сергеевна.

Вадим Петрович. А я похож?

Елена Сергеевна. Ты Вадик похож.

Вадим Петрович. Точно. Если пуля попадет в глаз, это может плохо кончится.

Елена Сергеевна. А я вам, витязи, сейчас шеломы принесу.

Выходит из комнаты.

Вадим Петрович. Вы это серьёзно затеяли?

Антон Николаевич. Дуэль?

Вадим Петрович. Нет, это… чёрт… сватовство.

Антон Николаевич. Вас что-то смущает? Вы же за свободу.

Вадим Петрович. Да. Но…

Антон Николаевич. А свобода Вадим Петрович, гарантирует только свободу и больше ничего, поэтому ей так часто и пренебрегают.

Вадим Петрович. Вы либо дурак, либо очень умны.

Антон Николаевич. Это вы о чем?

Вадим Петрович. О вашей… непосредственности, откровенности.

Входит Елена Сергеевна, у нее в руках две кастрюли.

Елена Сергеевна. Может быть, Антон Николаевич просто честный человек. Я принесла. Подойдет?

Антон Николаевич. Сгодится.

Елена Сергеевна выдает кастрюли дуэлянтам.

Вадим Петрович. И что делать?

Антон Николаевич. Надевайте на голову, вот так.

Антон Николаевич нахлобучивает кастрюлю себе на голову.

Вадим Петрович. Вот так, значит. Вадим Петрович делает тоже самое. И как мы будем стрелять.

Антон Николаевич. На звук. По очереди. Я уступаю вам право первого выстрела. Елена Сергеевна покиньте турнирное поле.

Елена Сергеевна. Ухожу. Вадик тебе удобно?

Вадим Петрович. Удобно. Закрой плотно дверь и включи телевизор погромче.

Елена Сергеевна. А как я узнаю о результате?

Вадим Петрович. Из новостей.

Елена Сергеевна выходит и закрывает дверь.

Антон Николаевич. Сделаем так, я буду постукивать пистолетом по каске, а вы в это момент стреляйте, договорились?

Вадим Петрович. Договорились.

Антон Николаевич стучит пистолетом по кастрюле, затем ещё раз.

Пауза.

Антон Николаевич. Что же вы не стреляете?

Звонит телефон. Вадим Петрович снимает с головы кастрюлю и берет трубку.

Вадим Петрович. Да. Нет, Маша ещё не выехали. Елену пригласить? Сейчас.

Вадим Петрович проходит к двери, открывает её.

Вадим Петрович. Елена. Елена?

Входит Елена Сергеевна.

Елена Сергеевна. Вы ещё не закончили?

Вадим Петрович. Лена тебя к телефону.

Елена Сергеевна. А я, было, подумала, что сватовство не состоялось и я остаюсь при нормальном муже нормальной женой.

Вадим Петрович. Вы я вижу, сговорились!

Елена Сергеевна. Успокойся, кто там?

Вадим Петрович. Машка.

Елена Сергеевна берет трубку.

Елена Сергеевна. Алле. Что происходит? Дуэль у нас происходит. Представь себе, стоят в трусах, с кастрюлями на голове, пистолетами в руках. Что ты, какие шутки. Отложить? Что отложить? Дуэль? Зачем? А? Компания хочет посмотреть. Ещё бы. Я сама хочу посмотреть, но меня не допускают. Что? Алло? Пропала. Елена Сергеевна опускает трубку. Ну что? Передумали?

Антон Николаевич. Ни коим образом.

Вадим Петрович. Я чувствую себя идиотом.

Антон Николаевич. Это с вами впервые?

Вадим Петрович. Да, впервые.

Антон Николаевич. Вы счастливый человек, при нашей жизни я давно и беспробудно чувствую себя идиотом.

Вадим Петрович. Это ваше личное дело, а в чём мое счастье?