Полная версия:
Злата. Ангелы плачут в июне
Я посторонилась, пропуская девушку в комнату. Она решительно подошла к столу и взяла пузырёк. Он по-прежнему стоял на фотографии. Я к нему больше не прикасалась.
- Всё готово? - настойчиво уточнила Валя.
Я не знала, что сказать. Такого в моей практике ещё не было. Что же предпринять? Солгать и предоставить событиям идти своим чередом или…
- Э… Валя, а зачем тебе приворот, вы ведь и так встречаетесь? - последняя отчаянная попытка перевести стрелки. Увы, заведомо провальная.
Она одарила меня раздражённым взглядом и неохотно объяснила:
- Он спит со мной пару раз в месяц, когда очередь доходит. За ним ведь бегают толпы местных девиц, а я хочу быть единственной, ясно? И вообще, спасибо за заботу. Ты предупредила меня о последствиях. Всё. Тема закрыта!
- Не совсем. Что ты видела во время транса?
Девушка раздражённо закатила глаза, словно родитель, уставший от бессмысленных вопросов ребёнка, не желающего признавать очевидное.
- То, что ты мне внушила: он превратится в спившегося бомжа, я - в одинокую неудачницу без личной жизни.
Всё верно. Один из типичных вариантов действия приворота. Я бы назвала его щадящим, бывает хуже.
- Я тебе ничего не внушала. Всё это действительно произойдёт, если приворот сработает, - возразила устало. Вот как до неё достучаться?
Валя упрямо вздёрнула подбородок, рыжие пружинки локонов красиво заколыхались. Я не могла понять поверила она мне или нет, зато чётко осознала, что все уговоры бесполезны - решения девушка не изменит. Вот уж, воистину, любовь зла!
- Пусть так! Это моя жизнь! Я готова нести ответственность!
- А я - нет.
- Что?
- Извини, но речь идёт не только о твоей жизни. Я не закончила ритуал и не собираюсь заканчивать, - призналась честно, ожидая истерики. Всё-таки нужно было стразу ей отказать.
Глаза Вали презрительно сузились.
- Я поняла, ты просто ни черта не умеешь! - презрительно прошипела она. - Вот и тянула время. Ладно, я всё равно своего добьюсь, вот увидишь!
Валя схватила со стола фотографию возлюбленного, опрокинув на скатерть флакон с несостоявшимся приворотным, и стремительно выскочила на лестничную площадку. Входная дверь оглушительно хлопнула. Я вышла следом за посетительницей. Она сейчас слишком возбуждена, чтобы контролировать свои действия.
- Валя, подожди!
Девушка обернулась и посмотрела на меня с нескрываемой ненавистью, выплюнув:
- Отвали, шарлатанка!
Задев меня плечом, она быстро сбежала вниз по лестнице. Через несколько секунд внизу с грохотом захлопнулась дверь подъезда. Позади кто-то одобрительно хмыкнул. Я обернулась и узнала рыжеволосого рабочего из семнадцатой квартиры - Глеба. Он был главным из пятёрки, поэтому именно с ним мне приходилось ругаться чаще всего.
- Какие неблагодарные клиенты пошли, - насмешливо протянул он. - Только не говори, что это мы виноваты. Шум мешает разводить на бабки?
Я одарила его тяжёлым взглядом и сердито буркнула:
- Лучше заткнись.
- А то что?
- Козлёночком станешь!
Не собираясь продолжать дискуссию, я поспешила скрыться за дверью.
Необъяснимое чувство тревоги заглушило все остальные эмоции. Оно просочилось в мои сны и не отпускало до самого утра. Мне снилась незнакомая девочка из бабушкиного санатория. У неё почему-то было Валино лицо, и она умерла от приступа удушья...
Глава 4
Новый день не принёс облегчения. Тревожное ощущение из сна плавно перетекло в реальность. Оно нарастало, приобретая новые оттенки чувств. Примерно тоже я почувствовала восемь лет назад, перед тем как нас почти настигли родственники одной из жертв отца, мечтающие о вендетте.
Только теперь к тревоге и страху добавилось щемящее ощущение тоски и потери. Звонок бабушке ничего не прояснил. Не считая негодования по поводу того, что до разрешения конфликтной ситуации её отправили во внеплановый отпуск, у Василисы Аркадьевны всё было в порядке.
Девочка из санатория, по её словам, также пребывала в добром здравии. Став причиной невольного обострения её недуга, бабушка просто не могла не названивать сотрудникам и не интересоваться здоровьем маленькой пациентки каждые полчаса.
- Представляешь, с тех пор как я ушла у неё ни одного приступа не было, - обиженно ворчала бабуля. - Нет, я, конечно, рада, просто…
К обеду я выбралась на прогулку, надеясь, что променад на свежем воздухе поможет расслабиться. Увы, не помог. Я бесцельно бродила по лесу, наполняя зерном опустевшие за сутки птичьи кормушки. Плеер, включенный на полную громкость, безжалостно терзал слух мотивами хитов отечественной и зарубежной эстрады в стиле рэп и тяжёлый рок.
Нет, я не поклонница этих музыкальных жанров. Просто такая музыка хороша тем, что значительно снижает мою природную сверхвосприимчивость, но сейчас и это проверенное средство оказалось неэффективным.
Устав бороться с собой, я отключила плеер и вернулась домой. Да и небо снова неприветливо хмурилось, обещая с минуты на минуту разразиться очередной порцией осадков. Июнь выдался на редкость дождливым.
У дверей моего подъезда высокий молодой брюнет в форме полицейского беседовал с двумя рабочими из семнадцатой квартиры. Я почувствовала лёгкий холодок, пробежавший вдоль позвоночника. Неужели кто-то из соседей всё же пожаловался на этих возмутителей спокойствия? Было бы не плохо, но… интуиция подсказывала - дело не в них, а во мне. Они меня тоже заметили.
Один из рабочих, тот с которым я столкнулась вчера вечером, показал рукой в мою сторону. Полицейский обернулся и расплылся в широкой неприятной улыбке. Точнее улыбка была красивой, как и лицо, но и от того, и от другого за версту веяло фальшью наспех сбитых декораций. Он мне не понравился.
- Гражданка Мелихова, добрый день. Старший лейтенант Денис Владиленович Громов. Можно с вами побеседовать? - он показал удостоверение и, оглядевшись по сторонам, добавил: - Не здесь. В каком-нибудь тихом месте.
- Поверьте, здесь как раз самое тихое место в доме. У нас там затяжной, сложный и, похоже, вечный ремонт. - Я мило улыбнулась рыжему Глебу. Тот обиженно надулся в ответ и повернулся к Громову со словами:
- Мы пойдём, работать нужно.
- Секунду. Вы подтверждаете, что видели вчера эту девушку с гражданкой Мелиховой? - Громов сунул ему под нос фотографию.
Глеб криво усмехнулся и кивнул.
- Да, вчера примерно в начале девятого она выбежала из квартиры гражданки Мелиховой в расстроенных чувствах, - сообщил он, скрываясь в подъезде. Второй рабочий направился за ним.
Я почувствовала, как горло медленно сжимает спазм, словно чьи-то сильные руки или петля удавки, и буквально выхватила у полицейского фотографию. Изображённая на ней девушка была мне хорошо знакома.
- Валя? Где она? Что с ней?!
- Вообще-то я надеялся узнать это от вас, - хмыкнул Громов. - Последняя запись в её ежедневнике гласит: 20-00 - Злата. Приворот. Что бы это значило?
Я ничего не понимала.
- Подождите, что происходит? С Валей что-то случилось?
- Я тут навёл справки. Вы, говорят, ясновидящая. Не думал, что им приходится задавать вопросы. Разве вы не знаете ответы заранее? - съязвил старший лейтенант.
Я позволила себе слегка расслабиться. Он бы не тратил время на бессмысленные шутки, если бы с Валей случилось что-то серьёзное.
- У вас неточная информация. Я не Нострадамус. Где Валя? Зачем вы пришли?
Громов развёл руками и театрально вздохнул:
- Сам задаюсь этим вопросом. Я здесь неофициально. Валентина Смирнова не ночевала дома. Утром тоже не появилась и тётка, у которой она гостила, забила тревогу. Позвонила отцу. Он - капитан полиции, трудится в одном из московских РОВД, связался с моим начальством и попросил всё проверить. Возможно, девица просто где-то с очередным поклонником развлекается. Такое раньше случалось. А судя по слову «приворот», вам должно быть известно его имя.
Я поднесла руку к продолжающему саднить горлу.
- Известно, только...
Вспомнилось перекосившееся от боли лицо Вали из моего сна. Из её зелёных глаз медленно уходила жизнь. Я поспешила отогнать негативные мысли. Пророческие сны мне обычно не снятся, к тому же там была не совсем Валя. Плюс вчера она заглядывала в своё будущее, а у человека, с которым случилось непоправимое, его просто нет.
- Может, всё же зайдём в помещение? - настойчиво предложил полицейский.
Я механически кивнула и жестом пригласила его следовать за мной.
Как ни странно наверху было тихо. Мы смогли пообщаться в спокойной обстановке. Войдя в квартиру, Громов по-хозяйски осмотрелся и, не дожидаясь приглашения, плюхнулся в моё любимое кресло-качалку у окна.
- А где же хрустальный шар и метла? - насмешливо поинтересовался он, продолжая оценивающе разглядывать скромное убранство моего жилища.
Мне не понравился нагловатый тон старшего лейтенанта и фактически полное безразличие к выполняемой миссии.
- Хрустального шара нет, метлу одолжила Гарри Поттеру. По поводу Смирновой - найдите Руслана Василенко. Он певец, по вечерам выступает в «Тайне» или на школьных дискотеках. Думаю, Валя собиралась с ним встретиться.
- Думаете или знаете?
- Предполагаю. Она не говорила, что пойдёт именно к нему.
Скорее всего, она до сих пор там. Приводит в исполнение свой собственный план, раз уж я оказалась «шарлатанкой».
- Значит, приворот для него? - Насмешка в голосе брюнета сменилась сарказмом. Я предпочла не отвечать.
Громов поднялся из кресла и, засунув руки в карманы форменных брюк, неторопливо прошёлся по комнате.
- Н-да, обстановка небогатая. Кстати, а лицензия на столь специфическую деятельность у вас имеется?
Он попытался приоткрыть дверцу стенного шкафа, я её тут же захлопнула, едва не прибив его бесцеремонные пальцы.
- А у вас имеется ордер на обыск?
Полицейский поморщился, но руку убрал, заявив с фальшивой улыбкой:
- К чему такие крайности? Мы можем решить всё полюбовно.
- Решить что? Разве вы не должны сейчас искать Валентину Смирнову?
Лёгким пружинистым шагом Громов ещё раз обошёл комнату и, плюхнувшись обратно в кресло, закинул ногу на ногу. Уходить он явно не собирался.
- Это подождёт. Официально поиски не объявлены. Обсудим лучше вашу нелегальную профессиональную деятельность и формы нашего возможного сотрудничества.
Формы возможного сотрудничества. Так вот в чём дело!
- Отсутствие лицензии может создать определённые проблемы. А если кто-то из ваших, так называемых клиентов, не дай бог, пожалуется, то проблемы будут очень серьёзными. Словом…
Я понимающе улыбнулась.
- Словом, мне необходима помощь кого-то вроде вас.
Он вернул мне улыбку, милостиво кивнув:
- А вы и впрямь умеете читать мысли. Значит, мы поняли друг друга? Скажем, пятьдесят процентов за поддержку и юридическую защиту меня бы устроили. Договорились?
Я с трудом сдержала нервный смех. Ого! Да у меня тут «крыша» намечается. Правда, хлипкая какая-то: старший лейтенант - не генерал. Открыла холодильник и принялась выкладывать на стол яйца.
- Вам в пакет или в коробку положить?
Громов непонимающе захлопал ресницами. На удивление длинными для мужчины.
- Что положить?
- Пятьдесят процентов, - протянула ему яйцо. - Вот мой последний гонорар: двенадцать яиц за травяной настой от бронхита. Похоже, вы плохо представляете себе уровень моих доходов, Денис Владиленович.
Из голубых глаз мужчины мгновенно исчезли насмешливые искорки. Взгляд стал холодным, недружелюбным, угрожающим.
- А вы плохо представляете себе степень моей целеустремлённости, Злата. - Он поднялся из кресла и подошёл ко мне. - Главное - ваше желание сотрудничать, а доходы мы поднимем. Установим стабильные тарифы. Я в курсе, сколько можно с этого иметь.
Он протянул руку и взял яйцо, наши пальцы на мгновение соприкоснулись. Перед моими глазами замелькали картинки. Беспорядочные, но чёткие и… пугающие. Моя рука дёрнулась, яйцо упало на пол.
- Что? - Громов вопросительно приподнял правую бровь.
Я завороженно смотрела, как желток медленно растекается по полу. Посередине словно дыра зияло неровное алое пятнышко. Кровь зародыша, которому не суждено стать цыплёнком.
- Ничего. Не хочу вас задерживать, вы ведь на задании. Ищите Смирнову, а о доходах и тарифах мы поговорим позже.
Полицейский нахмурился, в его голосе зазвучал металл:
- Мне расценивать это как согласие или как попытку потянуть время?
От необходимости отвечать меня избавил телефонный звонок.
Не сводя с меня тяжёлого взгляда, Громов поднёс к уху пиликающий мобильник и ответил. Бросив пару отрывистых фраз, он отключил телефон и улыбнулся спокойной холодной улыбкой:
- Ну вот, торопиться больше не куда - её нашли. Хорошенько подумайте над моим предложением. Обещаю, мы очень скоро встретимся.
Что-то в его тоне заставило меня спросить:
- Где Валя? Она с Русланом?
Полицейский улыбнулся шире и бесстрастно сообщил:
- В данный момент она с судмедэкспертом… на вскрытии. Полчаса назад в лесу обнаружен её труп.
Глава 5
Передо мной материализовалась чашка с дымящимся кофе. Бабушка ободряюще погладила по волосам и пробормотала:
- Вот, я как чувствовала что-то неладное, вовремя приехала.
Я раздражённо передёрнула плечами, отстраняя чашку.
- Зато я ничего не почувствовала, экстрасенс называется! Валя вчера была у меня, я прочитала ей лекцию на тему морали и спокойно выставила за дверь. А через несколько часов её не стало!
Бабушка опустилась рядом на софу и поднесла к губам чашку с моим кофе.
- Ты не могла этого предвидеть, хотя…
Лучше бы молчала. Это «хотя» меня доконало. Я поднялась и порывисто подошла к окну. С неба уже срывались первые дождинки, но июньский воздух всё ещё был слишком тёплым и не принёс облегчения.
Солнце слепило, отражаясь от стекла. Я невольно отвернулась. Рассеянный взгляд скользнул по белой в голубую клетку скатерти и зацепился за злополучный флакончик - он по-прежнему лежал на столе. В памяти снова всплыли события вчерашнего вечера.
- Но как это возможно? - пробормотала я. - Вчера, когда Валя приходила, я показывала ей будущее. Она расстроилась.
Бабушка сразу забыла о кофе и напряглась.
- Думаешь, она видела то, что должно случиться?
- Да! Но через несколько лет, а не через несколько часов, понимаешь?
- Пока не очень, - призналась Василиса Аркадьевна.
- Вот и я не понимаю, - я нервно прошлась из угла в угол. - Валя точно видела своё отдалённое будущее. В нём она была несчастна, одинока, но жива. Как такое возможно?!
Мой взгляд снова остановился на флаконе. А вот и ответ. Я как подкошенная рухнула в кресло.
- Приворот! Она видела то, что ожидало её в случае воздействия приворота. Но его не было, в результате сложилась другая ситуация с иным будущим, точнее без него. Чёрт! Если бы я сделала этот проклятый приворот, она была бы жива!
Бабушка с тревогой наблюдала за моими метаниями.
- Злата, не преувеличивай, ты не господь бог! И не можешь влиять на чужую судьбу. Это невозможно!
- Очень даже возможно, будущее нестатично. Его может изменить любая нестандартная ситуация.
Бабушка упрямо покачала головой.
- Какие-то отдельные моменты, пожалуй, но не смерть! Если человеку суждено утонуть - от рака он не умрёт. - Она понизила голос, и в привычном шуме строительных работ я едва расслышала вопрос: - А Валя… Как она? Как её? Ну, ты поняла...
В голове отчётливо прозвучала небрежно оброненная Громовым фраза: «Тело с признаками насильственной смерти обнаружено в лесу, неподалёку от ночного клуба «Тайна». По коже пробежал неприятный холодок, кулаки сжались в бессильном отчаянии.
- Как её убили? - я не собиралась понижать голос. Какой в этом смысл?
Бабушка вздрогнула.
- Да, тот полицейский не говорил?
Я вспомнила холодную улыбку Громова. Сообщая о смерти Вали, он даже не потрудился изобразить хоть какое-то участие.
- Говорил, её… задушили.
Бабушка поднесла ладонь к губам, едва тронутым тонким слоем алой помады.
- Господи! Бедная девочка! Бедные родители! Какой зверь мог…
Она осеклась, бросив на меня виноватый взгляд. Не нужно было читать её мысли, чтобы понять о чём, точнее о ком подумала Василиса Аркадьевна. Зверь - второе имя моего отца. Правда, он предпочитал нож, а не удавку.
- А кто это сделал, известно?
Зверь, ты же сама сказала! Я едва удержалась от колкого выпада. Спокойно, Злата, возьми себя в руки.
- Если и известно - мне не сказали. Но… попытаюсь выяснить.
Я снова посмотрела на пустой флакончик. К сожалению, воды с Валиной кровью в нём не осталось. Ничего другого у меня нет. Значит, придётся наведаться в морг.
Я невольно поёжилась, представив последствия визита. Ненавижу посещать подобные места. В них накаливается слишком много негатива: остатки чужой боли, страха, отчаяния.
Всё, что когда-либо чувствовали люди, опознающие и забирающие тела родных и близких, обрушится на мою несчастную голову. Приятного мало. И почему придётся? Я не обязана этого делать. Меня никто не просил, в конце концов!
В памяти зашелестела листвой огромная роскошная ива, росшая за нашим домом много лет назад. Именно под ней обнаружили тело одной из жертв отца - молодой женщины с длинными светлыми волосами.
Я, девятилетняя, тогда забралась на окно и целых две минуты, пока бабушка не прогнала, заворожено наблюдала, как её извлекают из раскопанной ямы. Некогда белокурые волосы забились землёй и казались серыми. Но жёлтое платье покрывали яркие тёмно-бурые пятна, даже пыль и грязь оказались бессильны изменить цвет крови…
Увы, в морг идти всё же придётся. Шестнадцать лет назад я ничего не могла сделать, а сейчас могу хотя бы попробовать. Конечно, Валю уже не вернёшь, но Зверя нужно остановить!
***
Ещё меньше чем посещение морга меня вдохновляла перспектива новой встречи со старшим лейтенантом Громовым. Увы, её точно было не избежать. Во-первых, в морг без соответствующего разрешения меня просто никто не пустит, а во-вторых, в глубине души я надеялась, что убийцу уже поймали.
В небольшом и тесном полицейском отделении Лесогорска меня встретил пожилой мужчина в униформе. Он явно был моложе бабушки, но выглядел намного старше своего возраста. Представившись капитаном Синицыным, он поинтересовался целью моего визита.
С самым честным видом сообщила, что меня вызвал Громов по делу Валентины Смирновой. Это не было выдумкой, лейтенант ведь обещал, что мы ещё встретимся.
Услышав имя коллеги, Синицын презрительно поморщился (видимо, не только у меня тот не вызывал тёплых чувств) и объяснил, как найти нужный кабинет. Узенький тесный коридор вызвал в памяти чьи-то сетования о том, что на весь Лесогорск приходится одно отделение полиции, в котором трудятся всего семь человек!
Учитывая, что в городе, являющимся к тому же районным центром, проживают почти четырнадцать тысяч человек - жалобы вполне обоснованы.
Кабинет Громова был последним по коридору. Я постучала в серую с облупившейся краской дверь без таблички и вошла, не дожидаясь ответа. Старший лейтенант был не один. Напротив его стола сидел бледный поникший парень. Я с трудом узнала в нём звезду местных дискотек - Руслана Василенко.
Громов на моё появление отреагировал быстрым, едва заметным движением бровей, а Руслан вообще не обратил внимания. На его лице застыло странное отсутствующее выражение, а блуждающий взгляд выдавал неадекватность хозяина. Что с ним такое? Неужели Валя для него так много значила?
- Какие люди! - хмыкнул Громов. - Не ожидал увидеть вас так скоро, Злата Романовна. Чем обязан? Подумали над моим предложением?
- Пыталась - не получается. Неизвестность мешает думать. - Я покосилась в сторону Руслана. Он по-прежнему никак не реагировал на моё присутствие. - Что с ним?
Громов откинулся в кресле, скрестив руки на груди.
- Алкогольное опьянение, возможно, наркотики. Результаты анализов ещё не готовы.
Я снова перевела взгляд на бледного заторможенного парня. Теперь понятно, почему он похож на собственную тень.
- Он что-нибудь знает о том, что случилось с Валей?
Громов усмехнулся и покачал головой, заявив:
- Нет, так мы точно не договоримся. Отвечать на ваши вопросы я буду только когда вы ответите на мой, причём утвердительно.
- Он нас слышит? - я кивнула в сторону Руслана.
- Это тоже вопрос.
Вот ведь… Я картинно вздохнула:
- Просто не хотелось бы обсуждать… э… формы нашего возможного сотрудничества в присутствии посторонних.
- Вы застали меня врасплох. Сейчас я немного занят, - Громов кивнул в сторону Руслана. - Хотел поболтать с парнем, пока тот не оклемался и не привёл адвоката.
- Адвоката? - я подошла ближе и осторожно тронула певца за плечо. - Руслан, привет, это Злата. Ты меня слышишь?
Парень поднял на меня мутные глаза, видимо, рефлекторно отреагировав на звук, но взгляд оставался пустым и отсутствующим. Его тело мелко дрожало под моей ладонью. Никаких зрительных образов и эмоциональных всплесков - никакой информации от этого контакта я не получила.
Так бывает, когда сознание человека отравлено наркотическим дурманом. Даже мне сквозь него не пробиться. Точнее пробиться можно, вот только отличить реальные переживания от образов, порождённых опьянением, вряд ли удастся.
- Вы и с ним знакомы, - с непонятным мне удовлетворением отметил Громов.
- Лесогорск - маленький город, Денис Владиленович. Так зачем Руслану адвокат?
- Он последний, кто общался с живой Валентиной Смирновой. Свидетели видели их вместе прошлой ночью. По их словам, он уже тогда был неадекватен.
- А что ещё они видели?
Громов продолжал ухмыляться.
- Увы, как он её душил, они не припомнят, но прошлой ночью было очень темно, - цинично заявил он.
Мне стало не по себе. Да ведь этот оборотень в погонах уже всё решил! А если так, Руслану не отвертеться.
Глава 6
Я перевела взгляд на парня. Мог ли он задушить девушку? Не знаю и пока он в таком состоянии - узнать не смогу.
- Вернёмся, так сказать, к нашим баранам, Злата. - Меня неприятно удивила фамильярность Громова. Вот я уже и просто Злата, глядишь, к концу фразы мы и на «ты» перейдём. - Вам повезло, что последним с погибшей видели именно его.
Громов встал из-за стола и, небрежно ткнув пальцем в Руслана, словно в неодушевлённый предмет, медленно подошёл ко мне.
- Иначе вы тоже оказались бы в числе главных подозреваемых.
- Каким образом?
- Сосед слышал, как вы ссорились. Девушка обвинила вас в шарлатанстве.
- За это не убивают. - Не то, чтобы я так думала, скорее, хотела верить.
Громов нетерпеливо отмахнулся.
- Поверьте, убивают и за меньшее. У вас есть алиби на прошлую ночь? - Голубые глаза насмешливо блеснули: - Видимо, нет. Расслабьтесь, Злата. Это просто пример. Вам нечего бояться, если мы договоримся. Моё покровительство даст вам много преимуществ, а взамен я прошу лишь шестьсот долларов в месяц. Делаю скидку на провинциальность, в Москве я имел с этого гораздо больше.
Я медленно кивнула. В памяти замелькали недавно увиденные неприятные картинки с участием Громова.
- Точно, там вы требовали полторы тысячи. Но однажды Мериам отказалась платить, помните, лейтенант?
Брови мужчины медленно поползли вверх, и непроницаемая маска на мгновение уступила место растерянности. Он мазнул по мне странным нечитаемым взглядом, подошёл к Руслану и молча вывел парня в коридор, передав кому-то из сотрудников. А когда вернулся, выражение его лица снова было бесстрастным.
- Мериам сделала большую ошибку, - холодно улыбнулся Громов, ощупывая меня испытывающим взглядом. - Она оказалась недальновидной. Предсказывала по картам чужое будущее, а своё разглядеть не смогла.
