
Полная версия:
Сильвия идёт ко дну
– Эллиот, – Сильвия вышла из воды по колено. Чувствовалось, как океан тянет её обратно. Мышцы уже сами собой готовились к боли и даже начинали понемногу ныть. Брат обернулся, а потом, увидев украшение в руках сестры, подошел.
– Это подарок? – Он с хитрецой взглянул на Сильвию.
Сильвия уже почти ответила «Нет», но захлопнула рот, едва оттуда вырвалось даже придыхание. Ожерелье помогло ей. Может, оно поможет и ему?..
Нет, не поможет. Он жив. Ожерелье помогало ей привыкнуть к смерти. Оно принадлежало русалкам, и, если Сильвия хотела спасти брата, ему нельзя больше было иметь дел с чем-либо, что связано с ними. С океаном.
– Подарили мне на новоселье, – отшутилась она. – Застегни, пожалуйста.
Эллиот послушно закрепил ожерелье на шее сестры и вернулся к бананам. Надо же, как проголодался. Украшение лежало на груди как родное. Сильвия уже успела забыть, насколько она скучала по его тяжести. По его мощности, по его жесткому характеру. Странно, что тогда, в самом начале Сильвия ничего этого не замечала.
Паззлы в голове стали складываться сами собой. Русалки – не более чем духи. Таких в религиях называли демонами. А что делать, если тебя преследуют демоны?
Сильвия побросала все свои небогатые пожитки обратно в карманы и вернула арбалет с колчаном на их законное место за спиной.
– Если ты сыт, нам пора.
Эллиот мгновенно поднялся и вошел в воду по пояс. Остановился, бросил на сестру вопросительный взгляд, а потом перевел его на оружие на её спине. Глупо получилось. Сильвия молча передала оружие брату. Если кто-то и нападёт на них, легче будет взять арбалет из рук, а не из-под живота брата. Да и задача теперь заключалась совершенно в другом.
Следить за дорогой приходилось по солнцу, что и у Сильвии, и Эллиота получалось с огромным трудом. Под вечер с дорогой стало понятнее, но, когда солнце село, до цели они не добрались. Куча мелких островов с маленькими, вычищенными до блеска домиками и самыми разнообразными лицами с самой разной, но одинаково бессмысленной речью, и вряд ли среди этого шика и блеска затерялась хоть одна ведьма. Хоть один священник. Ничего личного, только бизнес. Эллиот попытался остановиться и остаться на ночь в одном таком месте, но охрана не заставила себя ждать. Времени хватило лишь на очередной перекус. Листья начали портиться, не то от воздуха, не то от времени, и все больше на вкус напоминали удиличью ягоду. Среди множества мелких островов держать курс оказалось легче, чем в открытом море, и к новому рассвету брат с сестрой увидели впереди огромный полуразрушенный маяк и уже через несколько минут коснулись земли Кубы. Один – на суше, вторая под водой. Близость большой земли всё еще делала её слабее.
– Понял план? – в очередной раз спросила Сильвия, и кивок Эллиота её не убедил. – Ищешь кого угодно, местных ведьм, священников, кого угодно – и просишь защитить.
– Меня примут за сумасшедшего.
– Твоя сестра – русалка. Разве сам мир уже не сошел с ума?
Эллиот шумно вздохнул, Сильвия почувствовала его дыхание на своей коже. Легкий бриз, похожий на тот, что иногда давал глоток свежего воздуха в жару в Новом Орлеане.
Боковым зрением Сильвия заметила движение за пальмами.
– Ты видел?
– Что? – Эллиот непонимающе посмотрел на сестру, а потом проследил за её взглядом. – Пальмы как пальмы.
– Там кто-то есть, – Сильвия хотела пойти проверить, но боль не позволила забыться сильнее. – Черт…
Что может русалка сказать прохожему? Что, если он навредит Эллиоту?..
Русалка. Сильвия сама ответила на свой вопрос. В голову пришла лишь одна песня из самых ранних дней в Новом Орлеане, когда тетушка Джули успокаивала племянницу на новом месте.
Братец Жак, братец Жак,
Не спишь ли ты, не спишь?
Перезвон зовёт к нам день,
Динь, динь, дон, динь, динь, дон.
Сильвия забыла сказать брату закрыть уши, но с этим он справился сам. Она и не подозревала, что вообще способна петь, а тем более петь настолько красиво. Да еще и на чистейшем французском.
Она оказалась права. Мужчина, возрастом с отца, может, немного младше. Грязная бордовая майка вся в дырах, а кожа загорелая, будто он весь день проводил на солнце. Очарованный пением, мужчина подошел к Сильвии и Эллиоту.
– Ты прекрасна, – сказал он на испанском. Выглядел он точь-в-точь, как Эллиот в камере. Сильвии стало противно от самой себя. Она вздохнула. Если она хотела спасти брата, выбора не оставалось.
– Я буду твоей, мой любимый, – промурлыкала она, сама удивившись своему голосу и повадкам, вдруг ставшим гораздо мягче. – Ты же готов на меня на всё?
– На всё, любовь моя, – незнакомец упал на колени перед Сильвией, все его вещи разбросались по песку. Эллиот, отвернувшись, откровенно смеялся. Сильвия еле удержалась от того, чтоб швырнуть в него горсть песка.
– Я даю тебе задание, – мужчина навострил уши. – Твоя задача – защитить этого юношу, дать кров и делать всё, что он скажет. Спасти его от меня и от моих сестер. Даже ценой своей жизни, если это понадобится. Сделаешь это? Ради меня?
– Сделаю, – лишь прошептал он, пытаясь прильнуть к ногам Сильвии. Она сделала шаг назад.
– Эллиот, – обратилась она к брату. – Найди защиту поскорее. Лучше – церковь. Я не хочу, чтоб тебя опять кто-то околдовал. Как смогу – передам весточку, что всё пришло в норму.
– Будет сделано, мамочка, – Эллиот с полуулыбкой кивнул, и незнакомец потащил его подальше от берега.
Сильвия снова испустила вздох и упала в воду прямо там, где стояла. Едва из легких вышел весь воздух, она пустилась в обратный путь. Тревога в сердце становилась сильнее, но там, на земле, Сильвия не могла помочь Эллиоту. Пока не могла. И чем быстрее она найдет способ выбраться, тем меньше опасностей ему будет грозить.
Только добравшись до окрестностей дома Морриган Сильвия поняла, что понятия не имеет, где Альзара или хоть какой-то город, в котором ей могли бы дать даже малейшую подсказку. Возвращаться к Морриган – чистой воды самоубийство. Сильвия нашла неподалеку густые заросли удиличьей ягоды и, спрятавшись там, наконец задала себе простой и логичный вопрос.
Что делать?
Вроде бы всё предельно ясно: искать Оден. Но где? Атлантический океан огромен, Альзара, где они виделись в последний раз, могла находиться где угодно. Рядом с ней, в паре дней пути, можно было отыскать Галанею, там – Софи и Розали. Но они вряд ли пустят себе ту, за которой гонится старая русалка. Обе уже натерпелись от Сильвии. Только Оден из всех знакомых на дне была достаточно безумной, чтобы принять её и в таком положении.
К Морриган Сильвия пойти не могла. Но у неё было оружие Морриган. Были её умения. И если Морриган боялись, то и Сильвия может кого-то припугнуть. Она вздохнула. Если нападут, и придется отбиваться, любые последствия можно списать на самозащиту. Сильвия осторожно двинулась вдоль полуразрушенных домов со стороны, противоположной своеобразному проспекту. Каждый шорох заставлял её судорожно оборачиваться и хвататься за нож в кармане. И все же до площади она добралась без приключений.
Она пустовала… Почти. Там, за остатками разрушенной стены дома сестёр, развевалась темная, почти черная туго заплетенная коса. Сильвия мигом спряталась за ближайшим домом, от которого веяло загробным холодом. Сильвия продрогла, но посмела сдвинуться, лишь убедившись, что рядом никого нет. Дом за домом, она наконец добралась до особняка. Обойти его сзади ничего не стоило: все вокруг – выжженая земля, и такой она оставалась даже под водой. Водоросли окружали дом ровным полукругом сзади, дома – спереди. Интересно. Почему особняк выгорел именно так, ровным кругом?
Водоросли резко шевельнулись, и Сильвия мгновенно схватилась за нож. Ничего опасного – один стебель зацепился за другой. Сильвия закрыла глаза и хотела вдохнуть, но нет, не сейчас. Любое лишнее движение, случайный шум – и её обнаружат. И одному Богу известно, что с ней могут сделать.
Сильвия присела и резко прыгнула вверх. Схватилась за остатки окна – можно было бы пролезть, если бы не решетки – и оттолкнулась уже от них. Так, в два прыжка, она оказалась наверху.
Да, Сильвии не показалось. Она видела эту девушку, когда впервые прибыла в это место вместе с Морриган. Даже коса осталась той же, низкой, но плотной, будто из канекалона. И девушка продолжала упорно высматривать что-то среди домов. Или кого-то.
Сильвия легко спрыгнула на неё, и когда девушка догадалась, что что-то не так, было уже поздно. Нож оказался прямо у её горла, а оружие прижато к телу. От запаха зелья обеим становилось плохо.
– Помнишь ученицу Морриган? – спросила Сильвия. Русалка закивала. – Сейчас ты поведешь меня в Альзару, а взамен я оставлю тебя в живых. Договорились? – она снова закивала, еще активнее, чем раньше. Сильвия чувствовала, как она дрожит. Надо же. Она думала, что в этом месте все такие же отбитые, как её наставница, но нет. Пусть у одной, но чувства еще остались. – Тогда сейчас я тебя отпускаю, и ты выводишь меня из деревни. Обманешь – получишь стрелу в спину. Вперед.
Сильвия сделала то, что пообещала. Длинный кинжал остался в руках девушки, но она не решилась им воспользоваться. Имя Морриган возымело эффект. Когда Сильвия протянула руку, русалка без промедления отдала ей оружие.
Всю дорогу Сильвия то и дело оборачивалась на каждый шорох. То водоросли цеплялись друг за друга, то они извивались, подталкиваемые старательным течением, то одинокая заблудившаяся рыбка проплывала мимо, прямо как бесстрашный перекормленный голубь в парке аттракционов, и вся жизнь пролетала перед глазами. Русалка в темно-синем облегающем спортивном костюме из топа и леггинсов– такой Сильвия точно видела совсем недавно, там, наверху, в одном из масс-маркетов – послушно шла через водоросли, завалы и коралловые рифы. Сильвия осматривалась и удивлялась. Нигде, ни в одном месте на дне, где она уже бывала, живности почти не было. Лишь голый ил, дома да пара кустов удиличьих ягод.
– Тебя же зовут Сильвия? – подала наконец голос проводница.
– Да, – ответила Сильвия после небольшой паузы. С чего ей вдруг захотелось поговорить?
– Я Харлоу. Харлоу Джефферсон.
– Разве у русалок есть фамилии? – хмуро поинтересовалась Сильвия.
– И правда. Сглупила. – Харлоу отвела взгляд. – А почему у тебя волосы стрижены?
– Потому что мне нравится.
– Леди Меланта говорила, что короткие волосы для русалки – несмываемый позор.
– Да? А что еще она говорила? – Сильвия взглянула на русалку и усмехнулась.
– Многое, – уклончиво ответила Харлоу. – И про тебя она тоже говорила.
– И про моего брата. И про брата моего брата… – Сильвии стало интересно, поймает ли Харлоу в её словах сарказм, но она, видимо, слишком сильно переживала. Ещё бы. Ученица самой Морриган!
– Именно. Она чуть не убила Милисент и Дивейни, когда её попытка разобраться с тобой не удалась.
– Разобраться? За что?
– За непослушание. Морриган вступилась за тебя. Как мне рассказывали, такое раньше случалось лишь дважды.
– Лестно, – коротко ответила Сильвия и больше на расспросы не отвечала. Морриган вступилась за Сильвию, и теперь она обязана своей наставнице жизнью. Что она сделала вместо этого? Убила её сестру. Но, не убей она Меланту, Меланта убила бы её. У Сильвии не было выбора. Просто не было. Она не могла поступить иначе. Когда Харлоу коснулась её, она мгновенно выставила перед собой кинжал.
– Еще будут вопросы? – нарочито мило поинтересовалась Сильвия.
Харлоу помотала головой и, врезавшись в проплывавшую мимо рыбку со странным, почти пустым хвостом, вздрогнула и пошла дальше.
День мягко, но необратимо клонился к ночи. Сильвия заметила, что темнота здесь будто бы и не была настолько темной. Казалось, кто-то, как тогда, на съемках у кузена долгие десять лет назад, направил на пейзаж специальные неяркие лампы. Сильвия так и не запомнила их названия, хотя Дэмиэн повторял их не один раз. Даже не два. Она вспомнила, как режиссер уже на пятый дубль, в котором Сильвия перепутала слова, просто встал и ушёл. Дэмиэн пытался отшутиться, что девочка просто хорошо импровизирует, но на этом проекте её карьера кинозвезды и закончилась. В кабинете в отеле было уютнее. Там она интуитивно понимала, что нужно делать. Там было её место.
Было. Вот оно, ключевое слово. Когда-то, давным-давно. Не во времена сотворения мира, но настолько далеко, что Сильвия едва могла назвать все нужные администратору документы. Вряд ли она сейчас ответила бы на вопрос горничных, даже самый простой. Зато ей удалось то, что не удалось в её окружении только Мартину и отцу. Стрельба, казалось, у обоих была в крови. Получилось так, что и у Сильвии, как бы она не старалась быть похожей на отца как можно меньше. Судьба решила иначе. На тетушку Джули из всех пятерых похожим оказался только Эллиот.
Эллиот. Где он? Как он? Сильвия бы всё отдала за новость о брате. Нашел ли он помощь? Спасся ли? Её вина была в том, что он попал на дно, и, если судьба будет настолько благосклонна, что позволит ей вернуться, первым же делом она оградит Эллиота от всех опасностей, которым она его подвергала. Он не заслужил тех ужасных порезов. Он не заслужил сидеть в камере. Он не заслужил синяков под глазами и бледную, мертвенно белую кожу. Лучше бы на его месте оказался Мартин…
– Стоп! – прошептала Сильвия, и Харлоу, о которой она уже успела забыть, послушно остановилась и ожидала других приказов.
Сильвия уселась прямо там, где стояла. Не могла же она сказать прямо, что пыталась остановить неправильные мысли.
– Время перекуса. Однажды твоя хозяюшка почти заморила меня голодом, не хочу испытать дежавю.
Она бросила проводнице полдюжины листьев – сама разберется, сейчас их есть или потом – а сама сунула себе в рот две штуки и еще семь оставила на потом. Чёрт знает, сколько им еще ползти до города. Ночи и дни с мешком на голове перемешались в памяти и совершенно не помогали в расчетах. Глянув на Харлоу, Сильвия заметила, что она улыбается. Русалка поймала её вопросительный взгляд.
– Ты говоришь прямо как леди Морриган.
– Да ну, – удивилась Сильвия и сплюнула нежелающий прожевываться кусок стебля.
– Ага. Жаль, что я не попала к ней. Она классная.
Классная. Сильвия не помнила, чтоб кто-то еще говорил это слово на дне.
– Как давно ты здесь?
– С девяносто седьмого.
– Это же всего чуть больше двадцати лет.
– Ты быстро считаешь, – отметила Харлоу.
– Я родилась в девяносто седьмом.
Харлоу на мгновение перестала жевать и взглянула на Сильвию круглыми глазами. Потом отвела взгляд на водоросли, но лицо не утратило выражения удивления.
– Что-то не так?
– Видимо, двадцать лет – это всё-таки много, – она вздохнула. – Я не думала, что младенцы девяностых уже взрослые.
– Как ты попала к Меланте? – перебила её Сильвия. – Я думала, что в последнее время неофиток убивают.
– Их убивают. Я была её заказом, – взгляд русалки стал рассеянным, и она непроизвольно улыбнулась. – Она тащила меня до самого западного побережья, чтобы сделать русалкой.
– Выходит, ты не знаешь жизни за пределами города.
– Города?
– Ага. Того самого, где вы все живете, – пояснила Сильвия. – С площадью и домиками.
– Это не город. Это алтарь. Там Меланта приносит жертву, чтобы русалки могли выходить на сушу.
– Вот оно как, – Сильвия недовольно усмехнулась. И зачем Морриган нужно было устраивать весь этот цирк и тащить её наверх, если на жертвоприношении её не было? Хотелось помучить?
Вдруг в голове щелкнуло. Если Сильвия хочет на поверхность, кто-то должен умереть. Рыба? Русалка? Человек? Сильвия поднялась на ноги.
– А разве мы не будем спать?
– Спать? – Сильвия едва не рассмеялась. – Ты же русалка. Мы не спим, золотце. Тем более нам еще долго идти. Отоспишься в Альзаре.
– Там опасно спать, – Харлоу поднялась следом за Сильвией и двинулась вдоль кораллового рифа. То и дело мимо русалок проплывали маленькие рыбки и прятались в нём. С каждым шагом их будто становилось больше.
– Не могу не согласиться.
Образ Джемини напомнил о себе, и желудок тут же сжался. Хотя, казалось бы, чему? Он остался где-то на суше, может, где-то рядом с ней в воде, как и всё остальное тело.
– Но я знаю место, где нас никто не тронет. По крайней мере, по-настоящему. Так что топаем, милая моя, топаем.
– Мне так говорил папа, когда я была маленькой…
Сильвия не ответила. Ей отец только говорил, что руки у неё растут не из плеч.
– Хочешь к ним?
– Придет время, и мы увидимся, – Харлоу улыбнулась одними уголками губ.
Она отвела взгляд, и улыбка мгновенно стерлась с её лица. Сильвия не слышала её, но по губам прочла быстрое и резкое «Ложись!».
Времени думать не было, Сильвия рухнула на землю, как подстреленная, нож больно уперся в бедро. Но это потом – едва тело Сильвии коснулось ила, над ней проплыло что-то очень похожее на китайского дракона, искупавшегося в нефти. Всё вокруг было заляпано чем-то темным и вонючим, но радужных кругов, как от бензина не было. Что это, черт подери?
Харлоу закричала, будто призрак на кладбище, желавший напугать так, чтобы получить на своей территории свежую могилу. Вода дрожала от её голоса, но чудище, казалось, совсем этого не замечало. Оно развернулось и мощным змеиным рывком двинулось к ней. Ил вокруг становился всё чернее и чернее. Сильвия не рискнула подняться. Она смотрела на черную, как смоль, тушу, и думала. Думала. Слишком долго думала, и, если она не хотела остаться без проводника где-то посреди разноцветного ничего, нужно было вставать и бороться.
Сильвия схватила ножи и бросилась наперерез монстру, но слишком поздно поняла, что сделала не так. Он сбил её с ног, как пушинку. От удара в глазах потемнело. Сильвия не могла позволить себе такую роскошь. Пока монстр проплывал над ней, она вонзила в него оба ножа, пытаясь вспороть брюхо. Рык монстра стал музыкой для ушей. Когда чудище отдалилось для очередного нападения, Сильвия поднялась и бросила поднимающейся с ила Харлоу её кинжал. Как раз вовремя. Она успела отпрыгнуть и прорезать змее улыбку Глазго до самой середины брюха под душераздирающий рёв. Этого хватило. Монстр развернулся и, так же оставляя после себя мутную воду и пятна грязи на иле, исчез в кораллах.
Харлоу подплыла к Сильвии. Юбка порвалась, и было видно, как сильно её нога просвечивала. Странно, всё остальное тело осталось таким же, как и было.
– Что за чертовщина?
– Местный угорь. Не знаю, как их называют на поверхности.
Сильвия не удержалась и засмеялась. Угорь. Просто местный угорь. Она смеялась и смеялась, пока Харлоу смотрела на неё с явным беспокойством. Она было протянула руки, но так и не решилась прикоснуться.
Сильвия смогла остановиться только через несколько минут.
– Прости, – сказала она, всё так же улыбаясь. – Похоже, у меня нервный срыв.
Она сделала пару глубоких вдохов, как учил её психотерапевт. Смысла в этом действии было мало, но, если плацебо работает благодаря силе мысли, почему пара вдохов-выдохов под водой не могли сделать свое дело.
– Я думала, он тебя укусил, – пробормотала Харлоу. – Я только один раз видела укушенную им русалку, и она тоже смеялась, – её заметно передёрнуло. – Пока её не унесли на алтарь и не зарезали.
– На алтарь? – спросила Сильвия, и через пару секунд память наконец позволила вспомнить разговор до побоища. Не город. Место для жертвоприношений. – Правильно. Нечего русалке пропадать даром.
– Морриган сказала то же самое. Почти слово в слово.
– Яблоко от яблони, – Сильвия пожала плечами. – Идти можешь? Долго до Альзары?
– Если что, доплыву. Если найдем тропу, дней пять. Уже четыре.
Резонно. В конце концов, они русалки, им положено плавать.
Глава 9.
Уже под конец второго дня запасы листьев кончились. Сильвия хотела помочь Харлоу хотя бы рвать удиличью ягоду, но, когда она в очередной раз собрала вместо них что-то ядовитое, Харлоу вежливо попросила её просто стоять настороже. Сильвия не видела разницы между ядовитым и пригодным для еды листом, как бы Харлоу не пыталась извернуться в объяснениях.
Знакомые черные пятна на земле заставили обеих русалок заволноваться, но монстра рядом не было. Урок пошел ему на пользу.
Пятый день начинался так же, как и все остальные: перекус – и снова в путь. Но едва сделав пару шагов, Харлоу упала. Сильвия было протянула ей руку помощи, но вдруг замерла в нескольких футах, уставившись туда, где была нога. Точнее, должна была быть. Штанина лежала так, будто никакой второй конечности там и не предусматривалось. Харлоу подняла руку – несмотря на хорошую порцию еды, она тоже становилась прозрачнее.
– Вот дерьмо, – пробормотала Сильвия.
– Оно самое. – Харлоу сидела присела на ил, всматриваясь туда, где раньше была её нога. – Не факт, что я доберусь до Альзары.
Сильвия, высматривавшая поблизости кусты удиличьей ягоды, обернулась.
– Тогда какого черта мы расселись?
Она перевесила арбалет на грудь и усадила Харлоу так же, как Эллиота, но русалка стала сопротивляться.
– Я, может, и погибаю, но смогу пройти еще немного сама. Спасибо за помощь, Сильвия.
– Пойдешь сама – и мы просто не дойдем до города, – парировала Сильвия. – Ты умрешь, а я… Тоже умру, но чуть позже. Твое дело – проводить меня, не забывай.
Сильвия похлопала себя по карманам, отозвавшимся звенящим шумом, и повторила попытку. В этот раз Харлоу без возражений послушалась.
Сил уходило больше, и Сильвии то и дело приходилось останавливаться, отпускать проводницу и есть, но два дня пролетели почти незаметно. Рука Харлоу становилась прозрачнее и прозрачнее, а через низкий разрез на спине было видно, как поражалось и туловище, обнажая, хоть пока и мутно, сердце. В голову Сильвии закралось сомнение, что они и на самом деле могут не успеть.
Ходьбу она почти сразу сменила на плавание – с грузом так было куда быстрее, хоть и выматывающе. Но и этого было недостаточно. Сердце, небьющееся, но еще существующее внутри Харлоу, обнажалось сильнее с каждым часом. Сильвия скармливала ей листья десятками, но без толку.
Когда Сильвия очищала от грязи очередной лист, Харлоу дернула её за рукав к себе. Слабо, но намек Сильвия поняла сразу. Мимо просвистел гарпун, распугав мелкую рыбу и одну, кажется, он даже убил. Но главной цели он так и не достиг. Сильвия обернулась, и очень вовремя. Незнакомая русалка уже снова прицеливалась, хотя гримаса и выдавала, что она надеялась попасть сразу. Второй гарпун прошел рядом с головой, задев ухо. Может, из-за скорости, может, из-за грязи, рану жгло, будто огнем.
На третий раз русалка попыталась спрятаться, но безуспешно – и Харлоу, и Сильвия её уже видели, а кораллы в этом месте росли настолько редко, что за ними могла спрятаться разве что аквариумная золотая рыбка. Сильвия стащила с груди арбалет и зарядила его, запрыгивая на камень.
Первая же мысль: не успела. Незнакомка направила оружие не на подвижную цель, а на легкую. На Харлоу. Выстрел не гарантировал её выживание. Выставив арбалет перед собой, будто очень странный меч, Сильвия прыгнула на противницу и свалила её с ног.
Гарпун всё-таки успел улететь. Сильвия будто в замедленной съемке следила, как он летит к телу Харлоу, как раз к обнажающемуся сердцу. Или нет? Харлоу, как и Сильвия, ожидала худшего. Она следила за ним взглядом, пока он не врезался в камень над её плечом и не переломился. Течение на такое не способно. Сильвия смогла. Она спасла Харлоу.
Сильвия засмеялась прямо в лицо русалке, вырвала из её рук арбалет и отбросила в сторону. Та пыталась вытащить нож, но её руки Сильвия прочно прижала ногами.
– Не получилось, да, – Сильвия чувствовала, как её лицо напряжено в улыбке. Всё тело было напряжено. – А как хотелось! Что вам сделала бедняга Харлоу? Она и так на пороге смерти, а тут на неё напали свои же.
– Не твоё дело, стриженая, – бросила русалка, пытаясь освободить руки. Безрезультатно.
– Да, стриженая. Завидуешь? – Сильвия достала из кармана нож. Руки дрожали. Либо Сильвия и Харлоу, либо она. Эта русалка не задалась бы вопросом, оставить им жизнь или нет. Почему Сильвия должна?
Нож прошел гладко, будто по маслу, раскрывая зияющую рану в сердце во всей красе. Странно, Сильвия всегда думала, что сердце красное, но у этой русалки оно будто… Испортилось? Оно было серым. Совершенно бесцветным. Неужели у Сильвии оно стало таким же?
Нож выпал из дрожащих рук. Она снова это сделала. Да, на кону была её жизнь. И что с того? Религии, как одна, твердят «Не убей». Сильвии не видать рая. Она и на суше туда не стремилась, вытворяя с Диланом всё, что им хотелось. Объедаясь. Завидуя. Наслаждаясь тем, что смогла достичь. Она и тогда не заботилась о будущем.
Но раньше она и подумать не могла о том, чтобы отобрать у кого-то жизнь, пусть даже такую, неполноценную.