Читать книгу Вместе (не) навсегда (Элина Витина) онлайн бесплатно на Bookz (17-ая страница книги)
bannerbanner
Вместе (не) навсегда
Вместе (не) навсегдаПолная версия
Оценить:
Вместе (не) навсегда

5

Полная версия:

Вместе (не) навсегда

Глава 63

Кажется, верхнюю часть платья я потеряла еще где-то по дороге, потому что стоит Марату переступить порог своей спальни, его руки оказываются на моей оголенной груди. Он впивается в мои губы и я даже не пытаюсь сдержать стон. Все это время, больше года мучений и пыток, я не раз мечтала о том, чтобы снова почувствовать это… чтобы снова ощутить его руки и губы на себе. И несмотря на то, что я ярко ощущаю его прикосновения и покусывания, все равно щипаю себя за запястье, чтобы убедиться, что это не сон.


Марат шипит словно дикий зверь и резко стягивает с меня платье. Я остаюсь лишь в нижнем белье и на какую-то долю секунды он отстраняется чтобы пройтись по мне своим взглядом.

– Блядь, принцесска, что ты со мной делаешь?

Я впиваюсь взглядом в его глаза и сперва мне кажется, что он пьян. Не знаю нашла ли бы я в себе силы его оттолкнуть будь это правдой… Потому что даже если наутро он скажет, что произошла ошибка, что он ничего не помнит и искренне удивится моему присутствию в своей постели, я все равно хочу чтобы это произошло. Но от Марата абсолютно не пахнет алкоголем и зная его крайне негативное отношение к наркотикам, я уверена, что он не под кайфом. Тем более, еще несколько минут назад его зрачки были в нормальном состоянии.

А значит это я… это я так влияю на его. Снова или все еще… Неважно.

А важно то, что я не собираюсь останавливаться. Сегодня я возьму все, что он мне даст.


Марат продолжает неистово меня целовать и с каждой секундой я все больше теряю связь с реальностью. Неверие сменяется эйфорией и я окончательно прощаюсь со своим рассудком. Как бы мне ни было плохо утром, как бы Марат ни заставил меня пожалеть об этой ночи, я уже не способна остановиться.

Он падает на колени и стягивает с меня кружевные трусики, а у меня от этого зрелища начинают пылать внутренности, особенно когда я ловлю его жадный многообещающий взгляд. Марат Скалаев у моих ног. Смотрит на меня как богиню, вышедшую из пены морской. Будто не было между нами этого отчаяния и боли. Будто он все еще меня боготворит.

Вдоволь насладившись видом, он поднимается с колен, и я тут же срываю с него футболку и нетерпеливо провожу рукой по горячему животу, постукиваю пальцами по изогнутым мышцам в форме V и тянусь к пуговице джинсов.

Марат ждет ровно две секунды пока мои трясущиеся пальцы пытаются справиться с тугой застежкой, а затем решительно перехватывает инициативу в свои руки и одним рывком избавляется от джинсов и боксеров сразу.

– На кровать, на колени, – его хриплый приказ посылает пульсирующие волны по моим венам и мне приходится прикусить губу, чтобы не выдать что-то вроде “да, мой господин”. Потому что в этот момент я в его полной и безграничной власти.


Я повинуюсь и уже в следующее мгновение чувствую давление его члена между ног.

– Ты такая красивая, принцесска. Как же я тебя…

Он замолкает на полуслове и я даже радуюсь, что он не закончил фразу. Потому что вариант люблю вероятен с тем же процентом, что и ненавижу.


Тяжелая рука сдавливает мою шею, а второй он тянет меня за волосы и резко входит сзади. От такого напора я едва сдерживаю крик. В том, что мое тело готово, сомнений нет, я прекрасно знаю, что внизу все мокро и горячо. Однако, за все это время я успела отвыкнуть от его размера и сейчас его толчки внутри меня ощущаются как настоящая пытка. Которой я, однако, наслаждаюсь. Марат продолжает грубо двигаться во мне, а я понимаю, что кажется, близка к своему самому быстрому оргазму. Сколько длится наш секс? Минуту? Две? Но тем не менее, я даже закрываю глаза от интенсивности волны, которая накрывает меня с головой. И даже сквозь прикрытые веки меня ослепляют яркие вспышки фейерверков, спровоцированных мощным оргазмом.

– Моя девочка, – одобрительно шепчет Марат и перемещает руки на мои бедра.

Повинуясь мимолетному порыву, я выскальзываю из его рук и разворачиваюсь. Я хочу видеть его лицо. А еще хочу, чтобы он видел мое.

Марат подозрительно щурится, будто разгадал мой план, но решает не спорить. Я раскрываю ноги для него и едва он снова входит в меня, обвиваю ими его ягодицы.

С его губ срывается едва слышный стон и на секунду он закрывает глаза.

Я с трудом сдерживаю всхлип разочарования, но они тут же распахиваются и он впивается в меня взглядом будто только что проиграл очередную битву с самим собой.

Я сдерживаю победную улыбку и облокотившись на локти, начинаю двигаться навстречу ему.


Утром я просыпаюсь как только первые лучи солнца касаются моего лица. Вот только вместо привычного тепла они словно жидким азотом проходятся по моим щекам. Потому что я понимаю, что кровать рядом со мной пуста.

Резко опускаю ноги на холодный бетонный пол и прислушиваюсь, пытаясь уловить хоть какой-то шум. Но вокруг царит гробовая тишина. Я упрямо направляюсь к ванной комнате, отгороженной от спальни тонированной стеклянной стеной и заглядываю туда. Пусто. Прекрасно понимаю, что услышала бы шум льющейся воды, если бы Марат принимал душ, но я должна была проверить.

Рамзес в комнате тоже отсутствует, а значит скорее всего Марат отправился с ним на прогулку. Вот только они не появляются ни через час, ни через полтора…

Может, эта ночь и не входила в его планы, но тем не менее, Скалаев не упустил возможность превратить ее в очередную пытку. Он просто ушел. Оставил меня одну в своей постели…

Но как ни силюсь, не могу найти в себе силы на то, чтобы начать жалеть о произошедшем. Я прекрасно понимаю, что после этого мне будет еще сложнее поставить точку, но… чем больше я напрасно жду его возвращения, тем больше это походит на прощание с его стороны.

Что ж, мы всегда чувствовали друг друга на каком-то высшем уровне, так что неудивительно, что и попрощаться мы решили одновременно. Я хотела подарить ему прощальный танец, он же подарил мне прощальную ночь любви.

Мне хочется ошибаться, хочется почувствовать себя самой настоящей дурой когда через мгновение дверь откроется и Марат войдет с кофе и свежими круассанами наперевес. Но я знаю, что этого не произойдет даже если я решу провести в этой комнате всю оставшуюся жизнь. Марат не вернется. Он со мной попрощался.

Глава 64

Марат

Я ведь знал, что та ночь не пройдет без последствий. Не надо быть семи пядей во лбу чтобы понимать, что секс с той, которую вот уже больше года я пытаюсь вытравить из своей головы – не лучшая идея. Но в субботу у меня, видимо, закоротила последняя извилина и дальше все произошло как в тумане. Хотя, есть еще более логичное объяснение: увидев ее на этой сцене вся кровь от мозга резко направилась вниз и, соответственно, решение я уже принимал будучи полностью под влиянием ее танца.

Блядь, ну вот опять… Стоит мне только мельком вспомнить как она двигалась на той сцене, на моей сцене, как член стоит колом и, кажется, всерьез собирается сообщить в органы опеки о ненадлежащей заботе. Потому что дюжиной холодных душей и многократным напоминанием себе, что это была разовая акция, я ему явно дал понять, что повторения субботнего безумия не будет.


Но тем не менее, я уже час торчу под ее окнами и жду пока свет на первом этаже погаснет. И нет, я не противоречу сам себе. Я приперся сюда не за повтором, я пришел чтобы дать понять Алисе, что тот вечер ничего не меняет.

Сегодня принцесска не появилась в универе и не факт, что появится в ближайшее время. Видимо, произошедшее произвело на нее такое же неизгладимое впечатление как и на меня… И я не хочу, чтобы она надеялась на что-то. Эта ночь в очередной раз доказала, что игра затянулась. А значит, пора ее заканчивать. Как бы сложно это ни было, но сегодня я, наконец, готов поставить точку в наших отношениях. Как я ни старался доказать себе обратное, месть так и не принесла мне желаемого удовлетворения. Что горячей, что холодной – она оказалась отвратным блюдом от которого сводит кишки.


И я знаю, что для этого мне придется в очередной раз сделать ей больно. Наивно думал, что через какое-то время мне станет легче. Где там тот умник, который обещал, что время лечит? На мне это, видимо, не работает потому что каждое гребанное утро я продолжаю искать ее рядом на соседней подушке и каждый раз заново умираю, когда реальность накрывает меня холодной волной.

И я понимаю, что Алисе тоже тяжело. Судя по словам ее верной курочки-гриль, она с субботы не выходила на связь и велела охране никого не пускать в их дом. Эта безмозглая доброжелательница не дожидаясь команды “фас” от подруги, решила взять инициативу в свои руки и добилась того, что Дарью уволили с работы. Я знаю, что Алиса здесь не причем, но своей игрой мы стали вредить не только друг другу, но и окружающим. А это еще одна причина для того чтобы поставить, наконец, жирную точку.


Свет на первом этаже гаснет и выждав еще полчаса пока ее отец, в кои-то веки вернувшийся из очередной командировки, уляжется спать, я проделываю до боли знакомый путь к ее окну.

В принципе, даже если бы оно было закрыто, я уверен, принцесска бы пустила меня. Но радуясь эффекту неожиданности я довольно толкаю незапертую раму и проникаю в ее комнату.

От ночника у кровати исходит тусклый свет, но я легко могу различить ее силуэт. Она лежит под одеялом и судя по наушникам на голове, слушает музыку. В ночной тишине я слышу едва слышное жужжание динамика и замираю на месте боясь испугать ее.


Пользуясь тем, что она не догадывается о моем присутствии я бесстыдно рассматриваю ее лицо. Как же она красива. Сейчас на ней полностью отсутствует косметика и она выглядит даже младше своего возраста. Такая беззащитная, невинная… уже не моя. Густые волосы каскадом рассыпались по подушке и я с трудом сдерживаю порыв провести по ним рукой. Когда-то я любил засыпать уткнувшись в ее волосы, вдыхать ее запах… когда-то я имел на это право.

Мне приходится приложить огромные усилия чтобы напомнить себе о цели своего визита. Я пришел поставить точку. Закончить, наконец, этот театр абсурда в который превратилась наша жизнь.

Делаю решительный шаг к кровати и разом столбенею, заметив ее выражение лица. Брови слегка сведены вместе, рот приоткрыт и губы подрагивают. Я знаю это выражение слишком хорошо. Знаю что оно значит. Принцесска на грани оргазма.

Только сейчас до меня доходит, что легкое жужжание, которое я сразу услышал это не музыка из наушников. Нет, это звук работающего вибратора.


У меня окончательно сносит крышу и я в каком-то трансе тяну за край ее одеяла. Шелковая ткань легко соскальзывает с ее тела и мы встречаемся взглядами.

Она открывает рот в немом крике и пытается вырвать одеяло из моих рук, но я лишь крепче тяну его на себя, оголяя ее тело сантиметр за сантиметром. Это сильнее меня, сильнее любых правил приличия и что уж говорить… гораздо сильнее моего намерения поставить жирную точку.

– Скажи, принцесска, ты думала обо мне? – хрипло цежу не сводя глаз с розовой силиконовой игрушки в виде розы или какого-то другого цветка.

В ее глазах все еще плещется дымка почти достигнутого оргазма и она кивает, а после одними губами добавляет:

– Всегда.

И это признание, такое обыденное подтверждение стреляет прямиком в сердце и от него разносится по всему телу. Я падаю на колени и подтягиваю ее ноги к себе. Она горячая. Очень влажная. Притягательная. И пусть хоть на какое-то время… снова моя.

Глава 65

Моя жизнь снова превратилась в хаос. Не то чтобы он прекращался уже больше года, но сейчас он явно сменил вкус… Теперь мой хаос сладкий, порочный и не менее мучительный.

– Ты обещала подумать над моим предложением, – напоминает Алена делая очередной глоток кофе. – Давай по-чесноку, нас здесь ничего не держит и смена обстановки тебе явно не помешает.

– Не помешает, – киваю я, пытаясь заглушить в памяти увиденную утром картинку. Марат снова сидел с Дарьей недалеко от парковки и они выглядели… счастливыми. Ладно, допустим, лицо Марата я не видела, лишь его профиль, но Дарья точно светилась счастьем. Конечно, я могу малодушно списать ее настроение на то, что она заполучила работу мечты… Алена мне призналась, что после того как я пропала с радаров после субботней Фабрики, она запаниковала и добилась от своего нового отчима в конторе которого работала Дарья, чтобы он уволил свою лучшую ассистентку. Правда, в итоге выяснилось, что это лишь сыграло Савельевой на руку потому что она и сама хотела уйти заполучив более выгодное предложение… Но что-то мне подсказывало, что эта улыбка на ее лице связана не с профессиональными достижениями, а с каким-то чисто женским счастьем.

Еще на прошлой неделе я была уверена, что у Дарьи и Алекса был шанс. Но сейчас понимаю, что скорее приняла желаемое за действительное. Только в этот раз не только свое желаемое, но и Алекса. Я видела его интерес к Дарье и в лучших традициях человека с разбитым сердцем желала им счастья. Однако, судя по тому что Алекс продолжает обедать в нашей компании, а Дарью все чаще можно увидеть с Маратом, в чужих отношениях я такой же профан, как и в своих. Особенно если учесть, что еще несколько дней назад Марат благородно позаботился о моем личном “счастье”.


– Хочешь, я сама могу поговорить с твоим отцом? – предлагает подруга, не догадываясь, что мысли унесли меня уже слишком далеко.

– Он разрешил, – отстраненно произношу.

– Да ладно! – она практически визжит словно группа чирлидирш на матче футбола. – В Питер или Лондон?

– В Питер. Но честно говоря, я струсила спрашивать про Лондон.

Алена уже пару месяцев приставала ко мне с идеей-фикс перевестись в другой университет, показывала яркие брошюры, без устали твердила о перспективах… И после того что произошло в прошлую субботу, я сдалась. Смириться с “прощанием” было бы гораздо легче, будь между нами сотни километров. Отец тщательно изучил все данные, наверняка, проверил список выдающихся выпускников и… согласился. О Лондонском варианте я, впрочем, спрашивать не решилась.

Он хочет чтобы я была подкована именно в нашем законодательстве. Уверена, учеба за границей пошла бы на пользу тем, кто планировал какую-нибудь адвокатскую практику в будущем, мне же для того чтобы взять бразды правления в МиКрейте нужно разбираться в законах нашей страны. Это, конечно, в теории, на практике же мы с отцом оба понимаем, что юрист из меня выйдет посредственный и он запихнул меня на юридический исключительно потому что это самый престижный факультет в самом престижном вузе.

– Ладно, Питер, так Питер, – легко соглашается Алена. – Мне же лучше! Это ты у нас с детства с лучшими репетиторами занималась, а мне со своим “Лондон из зэ кэпитал оф Грейт Британ” было бы тяжко. Хотя, всегда есть язык любви, верно?

Алена смеется и я непроизвольно подхватываю ее смех. В этот момент я очень ярко представляю нашу совместную жизнь в новом городе, там где мы никого не знаем и никто не знает нас. Сколько раз я представляла каково это начать все с начала? Там, где за мной не будет тянуться кровавый след из совершенных ошибок?

Честно говоря, с отцом я об этом поговорила еще в прошлый понедельник. Но после того как Марат забрался в мою комнату, после того что тогда произошло… Вся моя решимость куда-то испарилась. И мысли о другом городе начали потихоньку испаряться под натиском сомнений в духе “а вдруг он снова захочет пробраться в мою спальню, а меня там не будет?”.

Но сейчас, глядя на то как Дарья сидит на подоконнике в коридоре, а Марат словно верный рыцарь стоит рядом и что-то ей увлеченно рассказывает, я полна решимости как никогда.

– Они только со второго семестра могут нас взять? Раньше никак?

Алена округляет глаза от такого напора, но проследив за моим взглядом, вздыхает:

– Боюсь, что нет. Осталось чуть больше месяца. Ты выдержишь. Я в тебя верю.

– Спасибо, – слабо шепчу, отворачиваясь от окна. Мне бы ее веру в меня.

Но как показывает практика, вся моя выдержка канет в лету как только на горизонте появляется Марат.

А ведь я уже готова была попрощаться. Точнее, даже уже попрощалась. Но потом произошла та ночь на Фабрике… И я была уверена, что Марат тоже пришел к выводу, что игра затянулась и пора сворачивать этот спектакль абсурда.

Но как тогда объяснить понедельник? Зачем он пробрался в мои комнату и главное, зачем он…

Понимаю, что щеки начинают гореть от смущения, а вот внизу живота становится горячо по другой причине. Я даже не успела толком понять что происходит, поначалу приняв Марата за плод моего воображения. Потому что я не соврала. Конечно, я тогда думала о нем. Как и все предыдущие разы, когда я помогала себе снять дикое сексуальное напряжение все это время с нашего расставания.

Что бы Марат ни сделал, в какую пытку бы он ни превратил мою жизнь, в моих фантазиях он навсегда останется таким же пылким и желанным мужчиной, которого я успела познать за время нашей любви. В своих фантазиях я могу позволить себе забыть о расставании, о куче яда, которым мы отравили друг друга… В них мы до сих пор счастливы и все еще вместе.

Глава 66 Марат

Принцесска снова не появляется в университете и это начинает меня по-настоящему беспокоить. Нет, мысли о ней все еще причиняют мне боль и легче со временем, к сожалению, не стало. Но как ни силюсь, я не могу ее ненавидеть. Хотя видит Бог, я пытался. Со стороны наверняка выглядело будто мои попытки были довольно успешными, но все те женщины, которыми я пытался заменить ее были лишь жалким суррогатом. И пусть я и до Алисы не брезговал случайными связями, наутро я всегда получал чувство глубокого удовлетворения. Те же, кто был “после нее” лишь увеличивали зияющую дыру в моем сердце. А удовлетворение я получал как раз от ее реакции. Отец всегда говорил, что я ненормальный, а я всегда подозревал, что он прав. И за последний год я в этом лишь убедился. Конечно, в свое оправдание я могу сказать, что “нормальным” выйти из того подвала я просто не мог, но кого это волнует? Меня уж точно нет.

Но даже будучи таким эгоистичным кретином, я прекрасно понимаю, что заигрался. Я ее почти сломал. И даже в те редкие дни, что она появляется в университете, ее отсутствующий вид и тусклые глаза бьют по мне не хуже слов мудака Грушевского.

Я понимаю, что отчасти такая реакция связана с моей дружбой с Дарьей. Каким дебилом надо было быть, чтобы вмешать ее в это? Обиженным дебилом. Эгоистичным дебилом. Все еще любящим дебилом. Я могу хоть целый день продолжать. Вот только лучше от этого не станет. Особенно Алисе.

Потому что Дарья не одна из “одноразовых баб”, она остается в моей жизни и мы общаемся каждый день.

Я не хочу оправдываться перед Алисой, но в то же время понимаю, что игра затянулась. Наивно полагал, что тогда на Фабрике мы попрощались, затем так же наивно думал, что смогу пробраться в ее спальню и спокойной оттуда выйти… Но словно в насмешку судьбы каждый раз я оставлял очередной кусок сердца на ее подушке словно на алтаре.

Сегодня будет последняя попытка. Я должен ее отпустить. Обязан.


На этот раз обходится без долгого выжидания в машине, ее отец укатил в очередную командировку, а значит путь свободен, даже ночи можно не дожидаться, благо темнеет сейчас рано. Не знаю сколько они платят охранникам, но любая сумма явно перебор, даже если они тупо работают за еду. Потому что обход территории в отсутствие хозяина они совершают только пару раз за день.

Я с легкостью проскальзываю на участок через соседский забор и влезаю в приоткрытое окно. В душе я надеюсь, что после сегодняшнего разговора она заколотит раму гвоздями, чтобы навсегда отрезать мне путь обратно. Потому что своему сердцу я уже давно не доверяю.


Алиса сидит за столом и пишет что-то в блокноте. Мне жутко интересно узнать что именно, но я одергиваю себя. Я больше не имею на это право. Уже давно.

– Тебя сегодня не было в универе. Опять, – вместо приветствия произношу я.

Она делает еще пару пометок, убирает блокнот в ящик и только потом разворачивается ко мне.

– Не было настроения, – на губах слабая улыбка, но взгляд… потухший. Разве не этого я добивался? Кажется, это и было моим изначальным планом. Так почему же мне сейчас так тошно и на душе кошки скребут? Потому что представлять ее сломанной и видеть вживую – разные вещи. И вместо победы я сейчас испытываю лишь горечь и отчаяние. Как мы могли? У нас были все шансы на “долго и счастливо”, но мы все прое… испортили, в общем.

Вставать с подоконника я не рискую, нужно оставить между нами как можно больше расстояния. Я бы с удовольствием поговорил с ней где-то за пределами спальни, вот только в последнее время она нигде не появляется, а если и приезжает на пары, то потом сразу едет домой. Но сейчас, оказавшись в ее комнате, где прошли лучшие моменты моей жизни, я понимаю, что разговор в университете был не такой уж плохой идеей. Потому что даже запах здесь особенный. Ее. А это, как выяснилось, мой персональный афродизиак.

– Игра затянулась. И надо признать, что она уже не приносит мне никакого удовольствия.

При этих словах Алиса морщится и я понимаю, что что бы я ни сказал сейчас, легче не будет. Нужно просто сорвать пластырь.

– Вместе мы не будем счастливы. Могли бы, но…

– Но я совершила ошибку, – едва слышно произносит она.

– Мы оба наделали много ошибок за это время, – пожимаю плечами. – Я тебя отпускаю, принцесска, – признаться, вслух эта фраза выходит более пафосно, чем я себе представлял, но главное, чтобы она поняла суть.

– Что, если я не готова тебя отпустить? – Она впивается в меня глазами, но несмотря на решительный тон, в них лишь боль. Она заранее знает ответ, но надеется. Всегда будет. И самое малое что я могу для нее сделать, это помочь ей отпустить.

– Ты словно цепь для меня, – голос звучит глухо, несмотря на то что внутри все вибрирует. – Тяжелая железная цепь. Я не могу тебя простить, никогда не смогу. Но и так продолжаться не может. Мы причинили друг другу достаточно боли, думаю, пора поставить жирную точку.

По ее глазам начинают скатываться первые капельки слез и мне приходится призвать все свое самообладание чтобы не стереть их пальцами. Я жду, что она задаст мне вполне логичный вопрос как мы сможем поставить точку, если нам предстоит видеть друг друга на учебе, но она молчит. А я решаю не говорить ей, что сегодня забрал документы из деканата. Скоро она и сама это заметит.

– Прощай, Алиса.

Глава 67

Марат остается верен своему слову. Он меня отпустил. И я это понимаю не столько по решительности его голоса во время нашего разговора, сколько по отсутствию в университете.

Несмотря на то, что прошло уже несколько недель, я все еще ищу его взглядом, будто как заядлой наркоманке мне нужна очередная доза боли и отчаяния, когда я увижу их с Дарьей. Вот только Савельева в основном одна, судя по слухам, она заполучила работу своей мечты и сейчас по коридорам передвигается исключительно глядя в экран телефона. Старшекурсницы утверждают, что она денно и нощно составляет важные договоры, но я, глядя на то с какой улыбкой она что-то печатает в своем смартфоне сидя на подоконнике, не могу не вспомнить наш секстинг с Маратом, особенно в то время когда мы скрывали наши отношения.

Я не знаю почему я продолжаю убеждать себя в их связи. Тогда, на Фабрике, я видела, что это была просто игра, что он использовал Дарью чтобы в очередной раз сделать мне больно. Но все это время я отчаянно пытаюсь найти причину по которой он решил попрощаться. В его альтруизм верится с трудом, а вот желание двигаться дальше более правдоподобно. Двигаться дальше с другой. С такой как Дарья. Умной. Серьезной. Далеко не наивной. И главное, не совершающей ошибки. И наверное, это очередное доказательство того, что моя любовь к нему никуда не делась, но я… принимаю это. Мне очень хочется, чтобы Марат был счастлив.

Потому что если он сможет… после всего что между нами было, если он сможет снова полюбить, снова быть счастливым, то значит смогу и я. Значит это реально.


До конца семестра остается совсем чуть-чуть и я с нетерпением жду нашего отъезда. По идее, если Марат не собирается появляться на учебе, то и уезжать нам с Аленой уже никуда не нужно. Но я понимаю, что никогда не смогу вздохнуть свободно, если останусь здесь.

Потому что за то первое лето я успела привыкнуть к жизни без него, а потом его возвращение выбило меня из равновесия. И я уверена, что стоит мне расслабиться, стоит перестать оглядываться по сторонам и всюду искать его взглядом, он тут же материализуется словно по мановению волшебной палочки… или скорее злого рока.

Нет, только когда между нами будут сотни километров, я, наконец, смогу почувствовать свободу. Потому что какой бы тяжелой ни была цепь Марата, моя тяжелее. Моя с шипами.


– Я вчера весь вечер на фотки залипала, – восхищается Алена. – Все-таки, твой отец крут! Там такая панорама… я, наверное, круглосуточно селфи буду делать!

bannerbanner