Первые акционерные компании: от Ост-Индской компании до железнодорожных магнатов

Третья ошибка касается доверия к форме как таковой. Крах Барди и Перуцци произошёл не потому, что их организация была плохо устроена, а потому, что они вложили слишком много в одного заёмщика, который отказался платить. Никакая юридическая конструкция не спасает от неосторожного управления капиталом. Когда вы читаете о компании с образцовой, на первый взгляд, структурой собственности, полезно помнить, что форма лишь распределяет последствия решений, но не делает сами решения верными. Этот урок будет повторяться в разных обличьях, и мы ещё не раз увидим, как красивая конструкция рушилась из-за людей, которые ею управляли.

Есть и ещё одна деталь, которую легко упустить, но которая станет понятной в следующих главах. Почти все формы, о которых мы говорили, существовали в рамках одного города или одной семьи, где люди знали друг друга в лицо. Доверие обеспечивалось репутацией, соседством, родством, церковным приходом. Когда капитал понадобится собирать у тысяч незнакомых людей из разных городов, личное доверие перестанет работать, и его придётся заменить чем-то другим. Этим «другим» станут законы, хартии, публичные книги записей и, в конечном счёте, биржа с её правилами.

Марина, читая об истории куксов, наверняка вспомнила бы о дополнительных эмиссиях, которые иногда проводят компании. Когда компания выпускает новые акции, у акционера нет обязанности их покупать, однако если он не купит, его доля в компании уменьшится. Это далёкий и смягчённый потомок обязательной доплаты: вас не лишают акций, но ваш вес в компании падает. Современное право придумало способы защиты акционеров от такого размывания, и мы обязательно вернёмся к ним в последней главе книги. Пока же достаточно заметить, что проблема, с которой столкнулись саксонские горняки, никуда не исчезла, она лишь сменила форму.

Наконец, обратите внимание на географию этой главы. Мы побывали в Риме, Венеции, Флоренции, Тулузе, Генуе, в горных городах Саксонии, в ганзейском Любеке и в голландских портах. Опыт объединения капиталов накапливался по всей Европе, разные народы находили разные решения, и купцы, путешествуя, перенимали удачные идеи друг у друга. Голландцы, которые через несколько десятилетий создадут первую настоящую акционерную компанию, торговали со всеми этими регионами и хорошо знали их обычаи. Их изобретение стало сплавом векового европейского опыта, а не вспышкой гениальности на пустом месте.

Подведём итог этой главе так, чтобы он пригодился вам на практике. Акция — это не просто запись на брокерском счёте, а результат многовекового поиска ответа на три вопроса: как сделать капитал долговечным, как позволить владельцу выйти из дела, не разрушая его, и как разделить владение и управление. Римляне, итальянцы, французы, немцы и голландцы нашли частичные ответы, каждый в своём углу Европы и для своей задачи. Ни одна из найденных форм не объединила все ответы сразу, потому что ни одна задача до XVII века не требовала этого. Когда такая задача появилась, мир получил акцию.

Прежде чем мы отправимся в Амстердам, нам предстоит заглянуть в Англию середины XVI века, где купцы впервые попробовали создать постоянную компанию с общим капиталом для дальней морской торговли. Их путь лежал не на юг, к пряностям Индии, а на север, через ледяные моря, и привёл он их, к удивлению самих путешественников, в Москву. Эта история особенно интересна для российского читателя, потому что одна из первых акционерных компаний мира была связана с нашей страной с самого рождения. Там мы увидим, как хартия короля превращала группу купцов в юридическое лицо, которое могло пережить своих основателей. Именно с этого бессмертия компании начнётся следующая глава.