Имперский пёс 3. Оскал зверя

– Это "Анэнербе" что ли? – спросил Петр Семеныч. – Почитывал я на досуге в лагере про них.

– "Анэнербе", – утвердительно кивнул Незнански. – Так вот, им удалось раскопать в каком-то могильнике старого вампира, и каким-то образом заставить его работать на себя. Так вот, этот вампир – штандартенфюрер СС Генрих Киндред и есть Патриарх. Силищи немеряной… Не знаю, скольких он людей до смерти засосал, но мне до него, как до луны пешком! Сейчас вампиров в Рейхе – целый полк! Мы столовались с ними несколько раз в Освенциме… А вообще наша группа кормилась в Дахау…

– Ты тоже людей до смерти засасывал? – брезгливо скривился Вольф.

– А куда деваться – жажда вампира, это похуже, чем ломка у наркомана! Да и какая разница? Вспомни, сколько мы с тобой евреев положили? А китайцев, вьетнамцев и прочей швали – не счесть!

– Ну, так то в честном бою! – не сдавался Вольф.

– Вовка, кому ты рассказываешь? Вспомни, как было в Калифорнии, когда расстрельная команда не приехала? Сколько мы тогда евреев собственноручно расстреляли? А? Молчишь? То-то!

– Значит, ты не можешь нарушить приказ вашего гребанного патриарха? И если я тебя развяжу, ты в глотку вопьешься?

– Там не мог нарушить, а здесь… Я его не чувствую!

– Еще бы ты его чувствовал! – усмехнулся Петр Семеныч. – Он сейчас в другой вселенной, а ты здесь!

– Точно! Я не чувствую его присутствия, поэтому и стал опять сам собою, – подтвердил Незнански.

– Только для этого мне пришлось тебя топором по темечку как следует приложить! И как часто ты должен питаться? – опомнился Вольф.

– Перед заброской нас накормили до отвала, чтобы мы быстрее регенерировали после ранений…

– Значит, нас в расчет все-таки взяли?

– Да. Ты, Вовка, у них как гвоздь в заднице. Знаешь, в какую сумму обошлись последние заброски диверсантов? Штрудель, тот так на гавно и исходит, как о тебе вспомнит!

– А вы, значит, должны были…

– Прикинуться мертвыми, – закончил мысль егеря Петер, – мы и так, в некотором смысле, мертвецы. Только одного Патриарх и бригаденфюрер в расчет не взяли – мороз!

– Да уж, – рассмеялся Петр Семеныч, – постоянно фрицам наши морозы поперек горла встают! А все никак не научатся!

– Тело на морозе задубело – не двигалось совсем! Это вас и спасло! А для вампира в боевой трансформации справиться с тремя смертными – пустячок! А тебя....

– Паша, – подсказал Вольф.

– А тебя, Паша, воротник спас! Ну, никак не мог я его прокусить – длины зубов не хватило, только шерсти нахватался. Так что, повезло вам!

– А какого лешего вас сюда на этот раз закинули? – осведомился банкир.

– Причина та же, – ответил Незнански. – Точит фюрер на ваш мир зубы. Ну не дают ему ваши коммунисты с евреями, спокойно спать!

– Так и нет у нас уже коммунистов, и СССР уже почти как двадцать лет развалился! – произнес Петр Семеныч.

– Фюрер боится, чтобы вы первые не нанесли упреждающий удар по Рейху. Он бы уже сегодня сюда войска ввел, не дают ему покоя лавры Адольфа Гитлера. Да вот только ворота Штруделя слишком много энергии жрут, а лабиринт пришельцев за раз больше звена простить не может! А после вообще несколько месяцев не работает!

– А вас с каким заданием забросили? – спросил Петр Семеныч. – Ведь насколько я понимаю, в разведке фюрер теперь не нуждается. Ему наша пропавшая троица ситуацию нарисовала.

– Цель – подготовка пятой колонны, – без утайки ответил Незнански.

– Умно, – согласился банкир. – Фрицы перед Второй Мировой так же поступали. А ты вот что скажи, мил человек, почему ты нам все это, вот так запросто, выложил?

– А чего мне скрывать? У меня был лишь один близкий человек – Вовка, верный товарищ и командир. – Я против него даже пальцем не пошевелю, пускай для этого мне тоже придется дезертиром стать!

– Спасибо, друг! – прослезился Вольф. – Я знал, что на тебя можно положиться!

– А твои хлопцы? – продолжал допытываться Петр Семенович. – Они тоже упыри?

– Да, наша группа – модифицированные солдаты нового поколения, – ответил Незнански.

– Вот как по-умному у вас упырей величают, – не сдержался банкир. – Солдаты нового поколения? Почти бессмертные, как и все вампиры?

– Почти, но осиновые колья – действуют, пули серебряные, чеснок…

– Так твои бойцы могут сейчас к нам нагрянуть? – поинтересовался Вольф.

– Навряд ли, – ответил Незнански. – У каждого из нас свое, индивидуальное задание! Скорее всего, они уже далеко отсюда.

– А у тебя какое задание? – прищурился Петр Семеныч, пытливо уставившись на связанного вампира.

– Я должен был осесть здесь, в лесу. Поблизости от переходной зоны. И уничтожать всех, кто приблизится к ней.

– А чем бы ты питался? – спросил Вольф. – С людьми тут не густо.

– Мне подходит и кровь животных. Правда она не столь вкусна и питательна, как человеческая, но силы поддерживает. К тому же я должен запугивать жителей близлежащих деревень, чтобы никто сюда и носа не совал!

– А как ты должен выходить на связь с другими членами своей группы? Ведь ты же старший?

– Каждый член группы полностью автономен и не зависим. Операция рассчитана на долгий срок. Первая встреча не ранее, чем через год.

– Какие задания у других членов твоей группы? Почему тебя оставляют здесь, в лесу?

– Задание остальных диверсантов я знаю лишь в общих чертах. С нами работали разные люди из 6 управления СД и АБВЕРА. Знаю только, что один из них должен внедриться в криминальную среду, другой – в националистические бригады профашистски настроенных скинхедов, из которых он должен со временем воспитать боевиков, подобных штурмовым отрядам СА.

– Хм, – задумчиво хмыкнул Петр Семеныч, – ты прав! Насчет криминального диверсанта я справочки наведу, благо остались еще старые связи. А вот со скинхедами… С этими отморозками воры стараются не связываться. Ты поглянь, Вольфыч, а твой корешок дырку в башке почти залечил!

– Питание перед заброской было усиленным, – пояснил вампир. – Регенерирую практически мгновенно! Если бы не мороз, тормозящий процесс, я бы уже давно восстановил форму.

– Значит, говоришь, повезло нам? – не унывая, заметил Петр Семеныч. – Так, за это надо выпить! Да за чудесное воскресение из мертвых… Хм… – неожиданно поперхнулся банкир, – но не мертвый же он! Хотя, и не вполне живой… Ладно, за чудесное возвращение с того света моего тезки Петра Незнанского! Паша! Начисляй! Ты, как, водочку употребляешь? – спросил вампира Петр Семеныч.

– Нет! Не действует она на меня, чего продукт переводить, – отозвался вампир.

– Ну, тогда извиняйте – бананьев нема! Может свинячью будешь? Вольфыч, у нас же осталась кровь из кабанчика? Мы же пожарить её так и не успели! Нацеди корешку кружечку…

– Только зачерпни мороженой, – попросил Петер. – Та, что в доме, наверное, свернулась…

Вольф сходил на улицу, отковырнул охотничьим ножом несколько кровавых ледышек и вернулся.

– Ты их как, словно леденцы сосать будешь? – хохотнул банкир. – Или разогреть?

– Лучше растопить. Теплая лучше усваивается.

– Черт возьми! – подскочил со своего место доселе молчавший Паша. – Что мы делаем? Поим вампира свинячьей кровью? Чтобы он нас потом на десерт пустил? Валить его нужно! – воинственно взмахнул Паша осиновым колом.

– Паша! – строго прикрикнул на телохранителя банкир. – Ты чего истерику опять закатил, словно базарная тетка? Я думал, что в охранники нанимаю настоящего мужика… Уж не расстаться ли нам с тобой, Паша? Это мне по чину положено истерить… А ты всегда должен оставаться невозмутимым! – монотонно отчитывал телохранителя Петр Семеныч.

– Виноват, Петр Семеныч! Нервишки расшатались…

– А мы чего с тобой в тайге делаем? Нервишки лечим! Здесь же тишина и благодать, не то, что в городе… А этот чувачок, даром, что упырь, но за него Вольфыч ручается! А Вольфыча я уважаю! Так что развязывай, Вольфыч, своего корешка, пусть он вместе с нами за стол садится!

– Петр Семеныч, – попытался предостеречь шефа Паша, – может, не надо?

– Надо, Паша, надо! Достойных людей, даже упырей, уважать надо! Давай, Вольфыч, разматывай бедолагу! Он же не по своей воле упырем стал. А фрицам мы еще покажем!

– Петь, ты уверен… В себе… – спросил друга Вольф.

– Уверен, – твердо ответил Незнански. – Я полностью держу себя в руках. Если что – проткни меня колом!

– Ну, со свиданьицем! – произнес Петр Семеныч, когда Незнански присоседился к ним за столом.

Паша тискал в руках осиновый кол, не выпуская из поля зрения освобожденного вампира. Он брезгливо сморщился, когда Петер одним глотком опустошил кружку подогретой свиной крови, после чего облизал языком окровавленные губы.

– А клыки у тебя чего, выдвижные? – заплетающимся языком поинтересовался Петр Семеныч. К настоящему моменту он уже принял на грудь изрядную дозу спиртного. – Ну-ка, закажи!

Вампир послушно выдвинул острые клыки.

– Мать-перемать! – охнул банкир. – Где же ты их все время прячешь? Никогда не думал, что у меня знакомый упырь появится! – язык у банкира заплетался все сильнее и сильнее. – Нет, вы не подумайте чего. Упырей в нашем бизнесе пруд пруди! Акулы… Но с таким, как в ужастиках… Вот ей-ей первый раз… Паша, н-наливай!

– Петр Семеныч, вам уже хватит! – укоризненно произнес Паша.

– Ты со мной не спорь! – банкир оперся локтем на стол, а на подбородок положил в раскрытую ладонь. – Ты вот чего скажи, а вы на солнце, как в киношках показывают… пых, и сгораете?

– Простые вампиры не переносят солнечный свет, – ответил Незнански.

– А ты, значит, не простой? Крутой! Круче вареных яиц?

– Не простой, – согласился Петер. – Я высший вампир! И могу некоторое время находиться на солнце, хотя никакой радости мне это не приносит.

– А в летучую мышь, можешь превращаться? Ну, можешь, нет?

– А вот это враки, – сказал вампир. – Я могу навести морок, и вы подумаете, что я превратился в летучую мышь…

– За… Загипнотизировать?

Локоть Петра Семеныча соскочил со стола, его голова бессильно упала на грудь. Он захрапел, пуская слюни.

– Вырубился, – сказал Паша. – Петр Семеныч, давай я тебя на кровать…

Он подхватил грузное тело шефа под мышки и с трудом дотащил до кровати. Вскоре Петр Семеныч уже мирно посапывал, уткнувшись носом в подушку.

– Пашь, ты еще будешь? – Вольф качнул бутылкой водки.

– Не, Вольфыч, ты пей, а мне она уже чего-то в глотку не лезет.

– Как знаешь, – Вольф не скупясь, вылил остатки из бутылки себе в стакан. – Петька, знаешь, как я рад, что мы снова вместе? Будь здоров! – он залпом выпил и занюхал рукавом. – Как ты себя чувствуешь… Таким…

– Упырем, как изволил выразиться мой тезка? – понятливо усмехнулся Петер.

– Угу.

– Как тебе сказать… Легкость в теле такая… Силы столько, просто словами не передать… Ночью, как днем все вижу, каждую веточку в лесу, каждую хворостинку! И не болит ничего! Вот только жажда… Которую терпеть мочи нет! Пока сыт – почти человек! Но без свежей крови, неважно чьей, такие ломки начинаются. Патриарх говорил, что он без крови несколько столетий обходился, правда, не по своей воле… Он триста лет провел скованным в осиновом гробу, абсолютно без пищи! А сейчас ничего, живехонек!

– А что там… ну твориться… Я ведь здесь уже больше трех лет. И ты знаешь, ничуть об этом не жалею. Только здесь, в этом мире, я себя почувствовал настоящим человеком! Человеком, а не презренным унтерменшем! А это дорого стоит! За это не грех и собственную кровь пролить! – повторил слова старика-егеря Вольф. – Ты тоже это скоро поймешь… Хотя я не знаю, насколько ты изменился в этом своем… новом состоянии…

– Генерал, я тот же, – заверил Вольфа Незнански. – Я постараюсь обуздать свою тягу к человеческой крови. Единственное…

– Что? – вскинулся Вольф.

– Если в этот мир забросят Патриарха, я не смогу с ним тягаться! Он прихлопнет меня в два счета! Или, что еще хуже, прикажет мне убить тебя… И я не смогу отказаться! Его власть надо мной безгранична.

– Ну, это мы еще посмотрим! Пусть только попробует сунуться!

– Послушай, а как ты узнал о нашей заброске? Мы-то сами точной даты не знали, не говоря уже о времени.

– А у меня после первого перехода развилось какое-то болезненное чувство, признался Вольф. – Едва только портал открывается, меня так ломать начинает, что хоть волком вой! И не важно – Штрудель ли свою машинку завел, или как-либо еще… Но когда ворота открываются, я это чувствую. Посмотрим, может и у тебя…

– Боюсь, что со мной ничего не получится, я боли практически не чувствую, – возразил Незнански. – Так что…

– Тебе еще крови принести? – спросил Вольф старого друга. – А то в одиночку выпивать мне как-то не с руки.

– Не откажусь, – согласился вампир. – Нам еще с тобой о многом нужно поговорить!

– Зимние ночи длинные, – сказал Вольф, выскакивая из избушки за новой порцией крови.

Когда первые лучики солнца коснулись верхушек заснеженных елей, Вольф спросил старого приятеля:

– Петь, а тебе днем как, лучше поспать?

– Вообще-то, как Высший вампир, я не боюсь солнца. Но, честно говоря, я бы зарылся куда-нибудь, потемнее и поглубже. Силы не только от чужой крови восстанавливаются…

– Давай в подпол, – предложил Вольф. – Там темно и прохладно. Да и мешать никто не будет. Только куда же тебя положить? – егерь задумчиво почесал затылок.

– Гроб в подпол войдет?

– Легко.

– Вот в нем я и покемарю.

Тихо, стараясь не разбудить задремавшего тревожным сном Пашу, Петра Семеныча сейчас никто бы не разбудил, даже пальнув над его ухом из пушки, они опустили гроб в подпол. Пристроив кособокую домовину между банок с соленьями и запасами картошки, Незнански влез в гроб.

– Может подушку дать или одеяло? – спросил Вольф.

– Не надо, я все равно ничего не чувствую…

– Ну, тогда до вечера, – Вольф закрыл гроб крышкой и вылез из подпола.

Застелив лаз в подпол полосатым половичком, он обессилено рухнул на кровать – события последних часов его сильно измотали. Да и изрядно принятое на грудь спиртное, начавшее понемногу отпускать, гулким набатом отдавалось в висках. Едва он закрыл глаза, как его накрыло. Спал он крепко и без сновидений. Вольф проснулся от одуряющего запаха жаренного мяса. Он приоткрыл один глаз – возле плиты, зажав в руке шкворчающую сковороду, уже хлопотал Паша. Вольф открыл второй глаз и осторожно сел на кровати. К его радости голова была в норме и абсолютно не болела. Спиртное у Петра Семеныча, как обычно, было выше всяких похвал.

– А, – услышал Вольф довольный возглас банкира, – вот и наш хозяин проснулся! Как себя чувствуешь, Вольфыч?

– Отлично! – ответил егерь.

– Ну, давай, садись к столу, позавтракаем. Хотя, – он взглянул на часы, – уже и отобедаем заодно. А гость наш где?

– В подвале схоронился, – ответил Вольф. – Хоть и говорит он, что солнышко ему нипочем, а видать все-таки не сладко ему днем приходится!

– А тож! – воскликнул Петр Семеныч. – Упырь все ж. А они твари ночные! – налегая на жареное мясо, произнес банкир. – Ты вот чего лучше скажи, что делать-то теперь будешь?

– А что делать? Как и раньше буду переход сторожить! Теперь-то мы вдвоем с Петрухой… С нами так просто не сладить!

– Это, конечно, здорово… А вот как быть с молодчиками его?

– Ну, рано или поздно, они все равно здесь появятся. Доложить командованию об успехах. Тут мы их и прищучим!

– Да, только, как бы они раньше делов не натворили! Ладно, действуем, как и договаривались: вы с Петром держите проход под контролем, а я их на своей территории попытаюсь вычислить… Хотя они так сразу себя, наверное, не проявят. Ну, ничего, мы тоже ждать умеем!

Глава 4

15.04. 2007 года.

Россия. Владивосток.

На разбор полетов к начальнику убойного отдела капитану Мысливчику жутко не хотелось идти. Он и без того знал, что ничем хорошим этот разбор не закончится. Начальник отдела, подполковник Сергей Михайлович Плотников, был человеком жестким, способным устроить хороший разнос своим подчиненным. В общем-то, нервозность Плотникова Мысливчик мог понять, как никак, а у подполковника над головой своего начальства пруд пруди, которое точно так же устраивает разносы и Сергею Михайловичу, благо есть за что!

– Вот ведь год начался! – в полголоса сокрушался Мысливчик, шагая по мрачному коридору управления. – Что ни день – то новый труп, а то и два! И все, словно братья близнецы: убиты одинаково, двойным уколом в область сонной артерии! Опять какой-нибудь психопат орудует, а нам отдувайся! – бурчал он, проходя в кабинет подполковника.

– Ну что, товарищи офицеры, начнем? Капитан Мысливчик у нас по обыкновению последним приходит!

Капитан не среагировал на колкость начальства, давно уже привык к его едким замечаниям. Он же не опоздал, просто пришел последним. Но ведь вовремя пришел, а точность – вежливость королей! Ничего этого в слух он, естественно, не сказал. Зачем злить и без того метающее молнии начальство? Зачем наживать себе лишний геморрой?

– Итак, господа оперы, поздравляю! – с недовольной миной произнес Плотников. – У нас завелся маньяк! Вот, почитайте-ка, что пишет пресса! – он бросил на стол перед оперативниками ворох свежих газет.

– Опять маньяк в Ленинском районе! – прочитал броский заголовок Мысливчик. – Куда смотрит милиция? – гласила другая газета. – Вампиры оккупировали парк Минного городка! – пугала обывателей третья. – Сатанисты… Вурдалаки… Судный день… – неутомимо листал газеты капитан. – Сергей Михайлович, вы же понимаете, что эта желтая пресса…

– Какая мне разница? – вышел из себя подполковник. – Желтая она, красная или белая! Мне нужны результаты! С начала года у нас уже несколько десятков дел! Им конца края не видно! Все случаи похожи друг на друга, словно братья близнецы! И уже ясно, что здесь орудует шайка психопатов! Вы уже в курсе, что произошло сегодня утром?

– А что произошло сегодня утром? – переспросил Мысливчик, уезжавший на выходные к теще в деревню.

– А то! – брызжа слюной, крикнул Плотников. – Утром случайный прохожий обнаружил в парке тела наряда ППС! Три молодых милиционера – в морге! Их убили тем же способом, как и всех остальных! Две дыры в шее, и полное отсутствие крови!

– Какой-то бред! – воскликнул Мысливчик. – Ну не вампиры же это, в самом деле?

– Капитан, не говорите ерунды! Журналюги нас уже давно с говном смешали, теперь еще и сожрут не поморщившись! Вы знаете, что наш город в числе претендентов на проведение саммита стран АТЭС? И как вы думаете, после всех наших ЧП, кому достанется на орехи? Да, в связи с чрезвычайностью ситуации, к нашим поискам присоединяются товарищи из ФСБ. Нужно как можно скорее вычислить эту секту психопатов! Какие-нибудь версии остались?

– Мы исчерпали почти все версии, – признался Мысливчик. – В разработке последняя… У всех, без исключения, трупов откачана кровь. Пробиваем медицинские учреждения, пути сбыта…

– Что говорят врачи? Каким способом можно в кустарных условиях быстро откачать кровь, не разлив при этом ни капли? А то, что откачивают они её на месте преступления – бесспорно!

– Врачи лишь пожимают плечами. Возможно, применяется какой-то портативный переносной компрессор… Такие в ходу в некоторых ритуальных конторах, для заполнения тел формалином.

– И как успехи?

– Таких контор у нас всего две. И у всех алиби…

– Вот что… Давайте-ка все за работу! Напрягайте извилины, подключайте агентуру, ищите свидетелей! Ну не может такого быть, чтобы не было свидетелей! Все, работайте!

Мысливчик вышел на улицу и, закурив на ходу, подошел к своей старенькой "Тойоте Корона", на которой ездил последние три года. Напротив неё, загородив выезд, стоял, сверкающий никелированными дугами, ухоженный "Ленд Крузер" сотой модели, купленный явно не на "Зеленом углу", а где-нибудь в фирменном автосалоне. Дверь японского чуда техники распахнулась, и на асфальт выпрыгнул, игнорируя удобную подножку, полный респектабельно одетый мужчина.

– Александр Александрович Мысливчик, если не ошибаюсь? – осведомился мужчина.

– Не ошибаетесь, – сухо ответил капитан Мысливчик. – Чем могу помочь?

– Александр Александрович, у меня к вам серьезный разговор.

– Я вас внимательно слушаю! Э-э…

– Извините, не представился! Мистерчук Петр Семенович! Может быть в машине? – предложил банкир.

– А чем вас не устраивает улица? – поинтересовался Мысливчик.

– Уважаемый Александр Александрович, – укоризненно покачал головой Мистерчук, – уж вам-то не знать, что даже стены имеют уши! А уж на улице…

– Хорошо, давайте в машине!

Петр Семеныч услужливо распахнул дверь, приглашая опера в просторный салон джипа. Едва только капитан устроился на богатом сиденье, Петр Семеныч резво заскочил внутрь и плотно захлопнул за собой дверь.

– Так о чем вы хотели поговорить? – решил расставить все точки над "и" Мысливчик.

– О странных трупах, с не менее странными ранами в области шеи… Ведь вы же занимаетесь этим делом, не так ли?

– Вам что-то известно?

"Неужели хоть какая-то информация?" – обрадовался опер.

– Кое-что известно, – ответил Петр Семеныч. – Только это что-то настолько выбивается за рамки обычного, что вы, пожалуй, можете счесть меня сумасшедшим!

– А вы совершенно здоровы?

– Хоть сейчас на прием к психиатру! – улыбнулся банкир. – Вы знаете, Александр Александрович, что некоторые газеты желтой прессы, как ни странно, не далеки от истины. В Ленинском районе действительно орудует вампир…

– Всего-то? Обычный вампир? – воскликнул капитан, а про себя подумал:

"Черт, а я так надеялся получить хотя бы одну зацепочку!"

По его мгновенно изменившемуся лицу Петр Семеныч понял, опер ему не верит ни на грамм.

– Это не обычный вампир, – произнес Петр Семеныч. – У меня есть доказательства!

"Определено у него не все дома!" – подумал Мысливчик.

– Какие могут быть доказательства? Извините, у меня много дел, а в вампиров я, к моему глубочайшему сожалению, не верю! – произнес он вслух. – Разрешите откланяться!

– Как знаете, Александр Александрович, – с горечью в голосе произнес Петр Семеныч. – Но если вдруг захотите узнать… Вот моя визитка. Позвоните!

Капитан нехотя взял визитку и вылез из "Ленд Крузера". Едва он очутился на улице, джип взревел и умчался, обдав опера на прощание сизыми выхлопными газами. Забравшись в салон "Короны", разительно отличающийся от роскошного салона джипа, Мысливчик задумчиво покрутил в руках визитку, насильно всунутую в его ладонь Мистерчуком.

– Больной! – Капитан небрежно бросил визитку в подстаканник, но тут же достал её обратно. Что бы там не говорили, а он был настоящим опером. Профессионалом своего дела, привыкшим отрабатывать любые, даже совсем безумные версии. Он вновь покрутил визитку в руках, затем достал из кармана телефон и набрал номер лейтенанта Шихова. Вместо ожидаемых длинных гудков в трубке звучала какая-то песня. Капитан чертыхнулся, он не признавал всех этих новомодных примбамбасов и наворотов, типа услуги "хэппи кол".

– Сан Саныч, я на проводе! – наконец раздался в динамике голос лейтенанта.

– Коля, срочно подними данные на некоего Мистерчука Петра Семеновича, генерального директора Примсоцтрансбанка…

– Год рождения? – уточнил Коля.

– Нет, года рождения не знаю. Подними все, что сможешь! Кто, чего, чем дышит и вообще… Ну, ты понял, да?

– Так точно, Сан Саныч!

– Буду к вечеру, до встречи!

В пятом часу Мысливчик вернулся в отдел, где в дверях столкнулся с лейтенантом:

– Ну?

– Все готово, Сан Саныч. Серьезный человек тебя заинтересовал.

– Докладывай!

– Мистерчук Петр Семенович, 1956 года рождения. Он же Мистер Твистер, он же Чук, он же Министр. Уроженец Амурской области. Сирота, воспитывался в детском доме. В семидесятом за кражу залетел на малолетку. В 75 году вновь осужден за кражу, отсидел до звонка. В восьмидесятом сел за разбойное нападение. В восемьдесят третьем коронован на Ванинской пересылке с погонялом "Министр". В восемьдесят седьмом крышевал цеховиков и фарцу. Сел за валюту в восемьдесят восьмом, освобожден по амнистии после путча. Больше не сидел. На сегодняшний день является учредителем нескольких солидных банков, хозяином сети казино, имеет долю в рыболовецком и туристическом бизнесе. Несколько раз выставлял свою кандидатуру на выборах в местную думу, но, почему-то, всегда снимал до окончания предвыборной борьбы. Вхож к мэру и губернатору…

– Еще бы! – усмехнулся капитан. – С таким-то послужным списком!

– Последних лет десять-пятнадцать ни в чем криминальном не замешан… Хотя, нет… В 2005 году проходил свидетелем по делу об исчезновении трех иностранцев.

– Ну-ка, поподробнее! – заинтересовался Мысливчик.

– В июне 2005 года, некий голландский миллиардер…

– Ого! – присвистнул Мысливчик. – Точно миллиардер?

– Точно, Сан Саныч. Так вот, летом 2005 года во Владивосток прибывает иностранный банкир Иоганн Брунер с двумя то ли телохранителями, то ли компаньонами, с целью открыть во Владивостоке филиал своего банка. Соучредителем банка и его управляющим в нашем регионе должен был выступить не кто иной, как Мистерчук, он же вор в законе – Министр. Так вот, банкир прибыл и через несколько дней странным образом исчез в тайге.