В голове Евы

– Это чтоб ты знала, кого искать подписалась, – от себя добавил начбез.

Конечно, я же не догадывалась, что яблочко от вишенки… То есть, апельсинки не растут на осинке. В смысле кровь родная не водица.

Как-то плохо я выражаю мысли. Похоже, семь человек вымотали меня сильнее, чем предполагала, аж извилины в узел заплетаются.

А Вадик продолжал. Девица обокрала заказчика, да ещё и в прокуратуру настучала о кое-каких его делишках. Поиски обычными средствами к результату не привели, тогда он и обратился к магистру белой и чёрной магии.

Живёт всё же в людях вера в чудо. И в добрых ведьм. И во влюблённых оборотней, готовых ради истинной пары на любой подвиг. И в вампиров, которые не пьют кровь. А как им жить, на минуточку, если другая пища не усваивается?

– Колдун-то и вправду немного того… ведьмачит потихоньку. Правда, сам этого не понимает. Провёл стандартный ритуал поиска по фотографии, обнаружил, что у девчонки есть папаша. И не кто-нибудь, а сам Арканов Андрей Андреич. Сообщил заказчику. Тот исхитрился и добыл образец крови.

– Чьей? Арканова? – не поверила я.

– Его, Ева, его, – подтвердил Мечников. – Следить за ним стали, а тут он как раз в N припёрся. Ну и как результат – вышли на тебя.

Фантастика. Похоже, непрост заказчик экстрасенса, раз не побоялся с самим Аркановым задираться. Он и по людским меркам не хвост свинячий. Официально пятый в списке «Форбс».

– Кровь Старшего Дома нужно забрать, – приказал Дронов. – Беспечен господин дракон, но на его счастье есть мы. Ева, ты можешь с ним связаться?

Я покачала головой. Пусть анималы сами ищут контакты Старшего Дома. А мне нужно обрабатывать оставшихся наёмников, и начну я, пока ещё есть силы, с колдуна.

ГЛАВА 5

– Ну, Дима, вот от тебя я не ожидала. Всегда был таким ответственным мальчиком, а стал…

Ой-ой, мамуля. А я ведь ей так и не позвонила…

– Елизавета Григорьевна, она сказала, что будет есть, я и подумать не мог…

– Вы тоже не подумали, Вадим Аксютович?

Мамуля в бешенстве. А почему, собственно? Со мной всё хорошо, я… а где это я?

– Ева, хватит притворяться, открывай глаза.

А голос такой ласковый, такой сладкий, что хочется прямо сейчас, не поднимая век, провалиться куда-нибудь и уже там наплевать на последствия. Но я сделала ровно наоборот.

Ситуация не понравилась. Я увидела только три пары ног, голоса раздавались где-то в вышине. Значит, я лежу. Вроде бы всё на месте и даже голова не болит, но пошевелиться очень сложно. Что случилось?

{В голове Евы

– А я вам говорила, – сердито сказала Совесть. – Раньше надо было думать.

– А я что, я ничего, – пискнул Зверёк. – Это всё они, – и кивнул на Суккубу с Вампиром.

– Не начинай, – буркнула Суккуба. – Всё же обошлось.

Вампир молча гордился проделанной работой.

– А если бы она не просто сознание потеряла?

– Всё под контролем, – холодно отозвался он. – Ева просто давно не тренировалась.

– Скажем ей?

– Моё мнение вы знаете, – поджала губы Суккуба. – И вообще, я голодаю!

– Тебе бы только жрать.

Началась свара.}

Мамуля присела передо мной и заглянула в глаза. Тихо шепнула, что очень волновалась. Верю. Как и в то, что разборок при анималах она устраивать не будет. А вот потом, дома, я получу за всё сполна.

Память начала потихоньку шевелиться. Оказалось, что я лежу на диване в той комнате, где внушала наёмникам, что они вовсе не наёмники. Но почему? С колдуном провозилась дольше, он внушению сопротивлялся, но в итоге я справилась. Потом были другие люди. И Вадик в дверь заглядывал. Кажется, последними были два охранника базы. С ними проблем не было, да и внушать ничего серьезного не требовалось – просто вечер этот и ночь были обычными, никого они не видели, ничего не помнят.

А вот потом что было?

Вадик тоже присел, оказавшись на уровне моих с трудом ворочавшихся глаз.

– Ев, не пугай так больше.

– Что случилось?

Узнать, что свалилась в обморок, было не очень-то приятно. Я попыталась сесть, но мамуля погрозила пальчиком и приказала анималам отнести меня в машину.

– А люди? – спросила я, когда Вадик легко поднял моё всё ещё обездвиженное тело и пнул дверь ногой.

– С ними всё нормально, – ответил он, – Елизавета Григорьевна проверила.

Мамуля догнала и похвалила за качественное внушение. Потом меня со всеми возможными удобствами устроили на заднем сидении, она села за руль и рванула с места с пылью столбом, разогнавшись до сотни за десять секунд.

Какое-то время ехали молча. Я даже тихо надеялась, что выволочки не будет. Придрёмывать начала. Но тут машина въехала в город и началась такая тряска… Я сразу взбодрилась и села ровно.

– Ева, ты совсем обо мне не думаешь, – начала мамуля стандартно. – Ну как можно быть настолько бессердечной? Я чуть от ужаса не умерла, когда ты пропустила несколько вызовов!

Не было такого, вот не было – и всё! Я проверила айфон после того, как он побывал в чужих руках. В настройках покопалась. Сама не позвонила, но и вызовов не слышала.

– Почему ты потеряла сознание? Вокруг было столько источников подпитки.

– Мама! Ты же сама вечно твердишь, что анималы нам не подходят!

– Там было полно людей, Ева.

– Фууу…

– И когда стала такой чистоплюйкой? Если речь идёт о выживании…

– Вот именно, о выживании речь не шла. Обычный обморок, мам, ну что ты?

– Обычный? Обычный?! Я плохая мать, я не смогла донести до тебя…

Мамуля свернула с широкого въездного проспекта в сторону своего дома. Плохи мои дела, всю ночь будет воспитывать… И это ведь она ещё не знает про встречу с Аркановым. Или знает?

– Ева, деточка, ты ведь смысл моей жизни, мы с папой себе не простим, если с тобой…

Никогда не говорите своим детям, что они смысл вашей жизни. Дети этого не выносят. Я тоже в очередной раз не вынесла и заснула прямо на середине мамулиной тирады.

Утром, конечно, проспала. Ещё и лицо помялось, всё-таки заснула я в одежде, на диване, не смыв макияж. Мама крутилась на кухне, откуда доносились запахи чеснока, жареных оладий и лука. Я тихо скользнула в ванную и там обнаружила ещё один айяй – любимые джинсы были изгвазданы донельзя. Ночью, конечно, мне было не до них. А вот средь бела дня идти в таких нельзя.

Настроение закономерно попортилось. Нет, джинсы отстираются, но одеваться в мамины вещи очень не хотелось. Дело в том, что она вообще не любила брюки. А джинсы и вовсе терпеть не могла. И в гардеробе не держала. Даже для меня. То есть придётся надевать какое-нибудь платье, а, зная мамулю, не сомневаюсь, что оно будет романтичным «до самого не хочу».

Мы с маман похожи лицом и телом, словно клоны. Только глаза у неё голубые, а у меня отцовские, карие. Ещё у неё короткая стрижка, а я специально отрастила гриву, чтобы нас хоть со спины не путали. В остальном мы обе – миниатюрные брюнетки, размер ноги тридцать пятый, рост метр шестьдесят. Только вкусы в одежде не совпадают категорически.

Когда я доползла до кухни, меня уже ждали оладьи с нежным печёночным паштетом, горячий салат из фунчозы с курицей и большая пиала с заварным кремом. Заварной крем я любила с детства, и мама этим пользовалась, когда хотела меня задобрить. Видимо, поняла, что вчера переборщила с воспитательной частью.

Но оказалось, что она хочет узнать подробности аркановского задания. Я рассказала – без эмоций, конечно. Про визг суккубы, до сих пор стоявший в ушах, ей знать и вовсе необязательно.

– Мне не нравится, что кто-то осмелился замахнуться на Арканова. И хочу знать про этого кого-то всё, – спокойно сказала мама.

Я тоже. Вчера впопыхах не уточнила, кто заказчик магистра Извельского-Пукельника, ну да Вадик скажет. А то ведь потом ещё перед папой отчитываться.

И заодно пусть уж мамуля договорится со своей приятельницей-гадалкой, а то ведь у неё такой плотный график, вся губерния ездит советоваться, да плюс соседей куча.

– Хорошо, я созвонюсь с Анфисой, – вздохнула она. – А ты обязательно позвони Дроновым, поздоровайся – Сева с Василисой уже приехали.

Я пообещала, потом мы дежурно поцапались по поводу одежды (мамуля выдала мне платье в мелкую розочку с летящей юбкой и длинной до щиколоток) и я быстро помчалась домой переодеваться. Машину со стоянки торгового центра заберу потом, мне ещё с заказчиком в обед встречаться.

Алиса позвонила, когда я поднималась к себе на лифте.

– Ева, – сказала она растерянно, – меня дома заперли и к Тохе не пускают.

– Кто? Родители?

Я удивилась. Дядя Сева с тётей Василисой всегда были адекватными. Если только братец, недовольный вчерашним сватовством?

– Они, – горестно подтвердила подруга. – Ев, что теперь будет?

– Но они хоть что-то объяснили?

– Полный бред, вроде они получили брачное предложение.

– Ты же говорила, что сейчас не пещерный век и что Бергоев даже слов таких не знает? – насторожилась я.

– А предложение не от Бергоева.

Что-то я совсем ничего не понимаю, о чём и сообщила Алиске.

– Я тоже ничего не понимаю! – взвыла она, как пораненная. – Димыч телефон не берёт, у Тохи всё время занято, съезди к ним в «Занозу», пожалуйста!

Я строго велела подруге успокоиться, пообещала обязательно встретиться с её братом и женихом, но только после своего заказчика. «Бургамайстер» место, конечно, не пафосное, но идти туда в мамулином платье я желания не испытывала.

Алиса не успокоилась и канючила, канючила… Ладно, до клуба на такси, быстро встречусь с её мужчинами, и – в «Бургамайстер». И хрен с этим платьем.

– Ева? – Дронов удивился, встретив меня в коридоре бункера. – Отлично выглядишь. Прости, но мне некогда сейчас обсуждать наше дело, а Алисы тут нет.

Дело мне тоже обсуждать некогда. Но неужели он ничего не знает?

– Я тут как раз из-за них с Антоном. Родители заперли её дома, а у него всё время занято. И ты на звонки не отвечаешь.

– Я же сказал, занят, – раздражаясь, начал он, но внезапно остановился. – Что?

Дошло, хорошо хоть, что не с пятого раза.

– Давай-ка зайдём в кабинет, – Дронов галантно открыл передо мной дверь.

У меня было другое предложение – пусть он позвонит Алиске и узнает всё из первых уст. А мне ещё Тоху искать.

Но Дронов упёрто потребовал рассказать всё, что я знаю. Рассказывать-то особо нечего, а некогда тут не только ему.

– А мне вообще никто ничего не говорит, – почти по-детски вспылил он. – Иди, не держу.

Стало как-то… неудобно?

– Может, надо на звонки отвечать? Ладно, ладно, – махнула рукой я. – Но ты тогда сам найдёшь Антона.

И быстро пересказала бестолковый разговор с подругой. Дронов хорошо контролировал себя, но я-то видела, он звереет. Кажется, вожак лучше меня понимал ситуацию и знал, с кого за всё спросить.

– Значит, он получил предложение, – рыкнул анимал, тщательно контролируя громкость. – И приехал, ни слова не сказав мне. А я совершенно спокойно собрался выдавать сестру за друга.

Речь явно шла о дядя Севе, но по мне винить надо было не его. А того, кто прислал это предложение. Но кто я такая, чтобы лезть в анимальские внутрисемейные разборки?

– Насколько это всё серьёзно?

– Всё вполне серьёзно, Ева, – ответил он. – Если мы откажемся без оснований, будут крупные неприятности.

– Но Алиса и Антон вчера решили пожениться, при тебе и при мне! Как раз вполне себе основание, поздняк предлагателю!

– Наверняка отец получил документ несколько дней назад, поэтому и приехал, – покачал головой анимал.

– Но он же ничего вам не сказал.

– Вот именно. Но со стороны это будет выглядеть так: получив предложение, я подсуетился выдать сестру за своего, чтобы она осталась в клане. А всё из-за старого интригана, неймётся ему!

Обижен Дронов-младший на старшего. И старается справиться с собой, а не выходит. Странно, я-то всегда думала, что у них в семье полная идиллия.

Обычно я так не делаю, раз мама не велит. Но сейчас поддалась импульсу и дотронулась до предплечья анимала. Суккуба ведь не кормлена, а ест она любые эмоции. Конечно, предпочитает всё, что связано с сексом, но на деле-то всеядна. В общем, гнев Дронова она скушала с чавканьем, и, кажется, перешла к чему-то другому, потому что взгляд его изменился, потемнел, и даже мне было слышно, как рычит его зверь.

Я быстро разорвала контакт и подытожила:

– У нас мало информации. Поговори с отцом, а вечером встретимся и всё обсудим.

– На свидание приглашаешь? – уточнил анимал и глянул эдак заинтересованно. – У тебя или у меня?

– У Вадика, – фыркнула я. – Про вчерашнее не договорили.

Дронов тоном Фарады из «Формулы любви» протянул «Зачем нам Вадим? Нет, Вадим нам не нужен», я улыбнулась и торопливо напомнила, что Антон должен позвонить Алисе. Время убегало, лилось как вода сквозь пальцы, а до «Бургамайстера» по пробкам не меньше получаса.

ГЛАВА 6

Когда я добралась до своей машины, почти наступил вечер. Напрасно я мчалась на встречу как угорелая, заказчик опоздал на полчаса, и причина была уважительной. Потом он долго извинялся и предложил с ним пообедать. Мужчина был приятный, разведенный, а мне надо срочно мужа подыскивать. Мы пообедали прямо там, в «Бургамайстере», хотя пивной ресторан не совсем то место, где хочется есть. А потом меня ждал облом: суккуба категорически отказалась от контакта с потенциальным источником подпитки. Эх…

В общем, пока я каталась на такси и боялась опоздать, ничего вокруг не замечала. Так что вполне возможно, что хвост вырос и раньше. Но заметила я слежку только за рулем своего вольво. Интересно, это продолжение вчерашнего или нечто новое?

Стоя в длиннющей пробке на углу Пушкина и Горького, я набрала Алиску. Надеялась, что хоть у неё ситуация изменилась в лучшую сторону. Зря. Домашний арест не отменился, родители не возвращались. Правда, Тоха позвонил, но был какой-то потерянный и совсем ничего не объяснил.

На мой взгляд, это было как раз логично: ведь не Тоха глава клана, не он посадил свою невестушку под замок, он просто оказался не в том месте и не в то время. Нет, Алиска-то спланировала правильно и действовала решительно, но всё равно опоздала.

Дальше было ещё любопытнее. Когда я набрала Вадику, он долго не отвечал. Потом вызов принял и сразу начал юлить – мол, некогда ему, сейчас, мол, судьба клана решается. Но всё-таки проговорился, что дядя Сева ругмя ругается с сыночкой, а тётя Василиса сидит с покрасневшими глазами и…

– О чём ругается? – уточнила я, в пробке стоять было скууучно.

– Вообще, Ева, вообще, – ответил Вадик. – О, вот такого ещё не было. Наш Глава угрожает, что пошлёт брачное предложение от своего лица, если Дмитрий Всеволодович не одумается.

– Вадик, – я оживилась, – а просвети меня, недалёкую, какой смысл в таких угрозах?

Но Вадику было интересней слушать разборки отца и сына. Он обещал, что свяжется со мной позже, и отключился.

Спрашивала я не из-за желания влезть в семейные дела медведей Дроновых, а из-за глупого бабьего, как выражается мамуля, любопытства. Пробка не кончалась, а делать мне было совсем, совсем нечего. Надо, пожалуй, перезвонить Алисе и о новости сообщить.

– Отец как белены объелся, – жалобно выдала подруга, когда я пересказала ей вадиковы сведения. – Димыч за меня вступился, так и ему теперь перепало…

Я снова спросила, какой смысл в угрозах дяди Севы? Дронов хоть и дундук, но взрослый и самостоятельный, разве может отец от своего имени послать брачное предложение для него?

– Он же не просто отец, он Глава всего Лесного клана, – вздохнула Алиска. – Если посчитал, что одна из стай его клана срочно нуждается в невесте для вожака, может и послать.

– Я, может, и не слишком хорошо знаю твоего брата, но не похож он на медведя, который позволит хоть кому-то навязать себе невесту. Скорее бросит всё, гордо развернётся и уйдёт в закат, как типичный герой-одиночка.

– Димка хороший. Правда хороший, Ев. Да, упёртый, но надёжный. Я никогда бы не пожелала себе другого брата. Но уходить ему нельзя, ведь стая… что тогда будет с нами всеми?

Вот чего не люблю, так это подобных вопросов. Избегай не избегай, ответственность всё равно рано или поздно нагонит, накроет и придавит тебя каменным надгробием. Свобода – иллюзия, выбора нет, расплата неизбежна. Приручил – отвечай, а в случае Дронова отвечать нужно за целую стаю.

– Ладно, с героем-одиночкой погорячилась, – признала я. – Но всё равно, не вижу я твоего Димыча покорно склонившим голову. Неужели ваш отец не видит того же?

– А как ты думаешь, в кого братишка такой упрямый? То-то же, в папашу. Они если сцепятся, палево от искр такое, что не продохнуть.

Ладно, я допускаю, что упёртые оба. Но дядя Сева ведь старше, мудрее и просто опытнее. Есть хорошее слово – дипломатия. И, как мне кажется, Главе клана без неё никак.

– Вот Бергоев-то порадуется, – снова вздохнула в свой айфон Алиса. – Наши свары ему как подарок под ёлкой.

Я фыркнула. Никто ему подарков не обещал. И спросила, узнала ли она, от кого уже поступившее брачное предложение?

Она посопела и спустя секунду выдала:

– Горный клан.

Я задумалась, припоминая. Кажется, территориальная общность, несколько разных стай от выдр до волков, которые живут на Кавказе. Странно, что полезли к Алиске, Лесной клан намного влиятельней. Пока думала, чуть не пропустила начало движения. Пробка наконец-то стронулась!

– Какие-то способы отбрыкаться есть?

– В моём случае? Только если в женихах объявится более сильный вожак.

Про Тоху я благоразумно промолчала, он ведь вообще не вожак… Но уточнила:

– Сильнее самоубийцы из Горного клана? Драться будут?

– Не будут. И так ясно, что Тигры сильнее.

А вот это интересно. Не Бергоев ли задумал комбинацию? Изящно отомстить Алисе, заставив её саму (или её родителей, не суть) просить его жениться? А связи у него на Кавказе есть, просто не могут не быть…

Но я снова промолчала: Алиска не глупее, вряд ли не догадалась. И тоже из семьи Дроновых: если чего вбила в голову, клещами не вытянешь. А вбила она себе в голову не красавчика Бергоева, а дундука Тоху. Причём, как теперь ясно, не вчера и даже не позавчера.

Потом подруга всё-таки спросила, чем закончился мой вечер. Каким оказался колдун и с кем он нас перепутал. Я рассказала ей всё, что помнила. И про Завельского-Пукельника, и про кровь Арканова, и про позорный обморок тоже.

Это её повеселило.

– Жаль, что я тут взаперти. Сейчас бы обговорить детальки, узнать про заказчика…

Я обрадовалась и предложила ей покопаться в сети: поискать сведения о недоброжелателях господина Арканова. Пусть отвлечётся и дело полезное сделает. А то мне ещё со слежкой разбираться.

– Ев, а ты сказала Лисе Григорьевне?

Конечно нет. Она ещё за вчерашнее воспитывать не закончила, хотя вроде бы, когда мы прощались, была настроена конструктивно. Но Алисе ответила так:

– Когда бы я успела? То с тобой говорю, то с Вадиком.

– И Вадиму скажи, пусть приставит к тебе охрану – я распорядилась.

Только охраны не хватало для полного счастья. Я быстро закруглила разговор, пока в голову подруги не пришла ещё какая-нибудь ценная идея. К тому же ехалось теперь без особых затруднений, а за рулём айфоном лучше не светить.

Дома меня ждала работа (день и без того почти что тигру под хвост), но лучше потратить лишний час и прокатиться по объездной, чем привести слежку. Я уже размечталась, как заеду в любимое кафе «Три дороги» и поем лучшего в губернии шашлыка, но звякнул сигнал вызова.

– Ева, я подумал. Раз ты хочешь Вадика, будет тебе Вадик, – сообщил Дронов. – За тобой заехать?

– Для начала неплохо бы обговорить программу, – ответила я, прислушиваясь к его голосу.

Вроде бы спокоен, и не скажешь, что с отцом скандалил.

– В программе ужин при свечах с вином и прочими радостями. Тебе вместо вина драконья кровь. Или Вадимова на выбор.

– Пока мне всё нравится. Где встречаемся?

При упоминании аркановской крови я даже забыла про лучший в губернии шашлык.

Он назвал улицу, и я с досадой начала тормозить и подыскивать место для разворота: вернуться сейчас будет быстрее. Тут Дронов, видимо, расслышал визг шин и спросил, где я. Услышав ответ, он даже обрадовался.

– Переиграем. Свечи с вином в другой раз, сегодня пикник. Сворачивай к новому мосту.

Уточнив время и место встречи, я снова влилась в автомобильный поток. Привести хвост в угодья медведей я не опасалась: у них на въезде действующая руна «Дорожные работы», отпугивает всех, кто о ней не знает.

Как-то раз Алиска привозила меня на бывшую турбазу релейного завода прямо на берегу Волги, заросшем на удивление нетронутым лесом, где Дроновы устроили тщательно охраняемое место для отдыха, оборотов, свадеб и прочих не связанных с бизнесом дел.

Меня там запомнили. В тот день я разругалась с мамулей, упилась в зюзю и устроила показательные выступления, загнав сделавшего мне замечание анимала на высокую, но совсем тоненькую корабельную сосну. А после уснула прямо у ствола, и бедолага сидел на опасно кренившемся дереве, пока Алиса не оттащила моё тело в сторонку.

Не люблю, когда девушке указывают, что «она же девушка!», а не отпускной дальнобойщик. В общем, Алиска урегулировала конфликт, я даже извинилась и прислала древолазающему анималу пятилитровку хорошего мёда. Но популярности мне это всё равно не прибавило. С тех пор мы договорились – на базу ни ногой.

Прошло несколько лет, и нате пожалуйста: первое, что я услышала, припарковав машину, было страдальческое «снова она».