Дракон в городе

– Да ладно, – хмыкнула я. – Прям клыки.

– Мамой клянусь, – возвращая челюсть на место, вякнул Стас.

Не врал. Но бывает, что-то привидится, а человек в это искренне верит. Сам обманулся, что рядом с нехорошим золотом вполне легко. Я посмотрела на Витьку, потом на труп. Судя по всему, приятель тянул с выстрелом до последнего.

– Я ж предупредил, что выстрелю, а он прыгнул, – Витька был спокоен, как удав. – Так, парни, оттащите его в сторону, время капает.

Мне кажется, он вообще не умел бояться. Вот Гошку до сих пор трясло, он даже подходить к трупу отказывался.

«Скажи, чтоб людей тут заменили», – с явным облегчением посоветовал Глюк.

Но тут Стас и Витька приподняли то, что ещё недавно было Серёгой. Я посторонилась и вдруг заметила, что глаза трупа смотрят строго на меня. А ещё внезапно поняла, что смотрят не они. Что-то чуждое пыталось прорваться через мёртвую оболочку, что-то…

«Сгинь!» – прорычал тихий обычно Глюк.

А я выхватила Витькин пистолет и выпустила в мертвеца все оставшиеся патроны.

Бррр… Я подскочила на месте, запуталась в простыне и поняла, что это всего лишь сон. Да, яркий, да, реальный настолько, что в ушах ещё стоял грохот, а вокруг плавал кисловатый пороховой дым. Но всё-таки сон, в котором воспоминания смешались с вывертами подсознания.

Конечно, всё было не так. На самом деле никто ни в кого не стрелял, просто атмосфера в подземелье была настолько гнетущей, что Витька потом несколько дней жаловался на головную боль, у Стаса шла носом кровь, а Серого лихорадило. Гошка и Никитос держались лучше всех, но что-то как будто недоговаривали.

К рассвету мы вышли на поверхность, даже недовычистив хранилище, а дедуля-академик успел забрать лишь часть папок. И этого всё равно хватило, чтобы забить под завязку грузовую газель. Словом, наниматель был доволен и со мной расплатился, как и обещал.

Почему я вспомнила про бункер спустя столько лет? Откуда вообще эта странная фантазия про смерть Серёги? Не то чтоб меня это сильно расстроило, но стало неприятно. А ещё оказалось, что всего четыре утра, а я страшно хочу есть. Вот это вообще не в кон, потому как вечером я забыла зайти в магазин, а круглосуточных гипермаркетов в этом захолустье было раз-два и обчёлся.

Пришлось искать по карманам хоть что-то съедобное. В рюкзаке обнаружилась начатая упаковка печенья, а заварку я взяла из запасов квартирной хозяйки. Электрочайник умиротворяюще заурчал, чайный пакетик поплыл, окрашивая воду в тёплый золотисто-коричневый цвет. Я загрызла печеньку и успокоилась.

То, что было в прошлом, там и останется. Гораздо важней дела насущные. Кто б мог подумать, что у Штыря вдруг окажутся такие длинные руки? И что меня теперь ищут с фонарями и с собаками? Так что периферийный губернский город в ближайшие месяц-два – моя реальность. Никому и в голову не придёт, что Герда решила пересидеть и пока не испытывать судьбу.

Голод утих, я вернулась в кровать и мирно уснула.

ГЛАВА 2

Денёк не задался. Мало было этого сна, ещё и шиза обострилась. Оч-чень неприятно, когда в твоей голове разговаривает посторонний мужик. Я много раз зарекалась молчать и не вестись на провокации. Года четыре даже получалось игнорировать его полностью. Но сейчас Глюк зудел и нудел с утроенной силой.

Началось это – ну да, я помнила день и даже час – в мой шестнадцатый день рождения. Вечером. Витьке втемяшилось в дурную башку, что пора начинать бомбить по-взрослому. Остальные придурки из нашей «банды» его поддержали. Я отговаривала, угрожала, даже пыталась выдавить слезу, но продуктовый ларёк был обречён. И взяли пацанов сразу, ментам и работать особо не пришлось.

«Они тебя сдадут, – сказал кто-то прямо в моей голове. – Тарасик скажет, что ты была с ними все три предыдущих раза».

В подлой Тарасиковой сущности сомневаться глупо, это Витька будет молчать до конца. Но слышать голоса было в сто раз хуже. Прямая дорожка в дурку.

«Лучше, конечно, в колонию», – ядовито отбрил посторонний.

Я чуть не подскочила на месте. Расклад в любом случае был так себе.

«Ты никогда не думала, что вокруг много интересных мест, которые стоит посетить?» – глючный голос заговорил вкрадчиво.

Я и сама понимала, что надо валить. В крошечном провинциальном городишке не спрячешься, а в шалаше у кургана можно пересидеть только до первого дождя. Утром я цивилизованно купила билет и села в электричку, чтобы уже не вернуться. Глюк был доволен.

Прошло много лет, я почти привыкла к его болтовне, даже научилась извлекать из неё выгоду. Но сейчас Глюк словно взбесился. Едва я проснулась, каждую минуту твердил «поешь, тебе надо хорошо кушать» и через два раза на третий «нашла работу?» Уже через пару часов я озверела, открыла первый попавшийся сайт и ткнула пальцем в объявление о найме.

И плевать, что это был местный сайт и совершенно тупое объявление – «В салон гаданий и магии требуется». Во-первых, под вопли Глюка я действительно захотела есть, а во-вторых, откуда-то знала, что не надо даже звонить и договариваться о собеседовании. Меня там уже заждались.

Сначала, конечно, всё же перекусила – нашла по дороге местный «Мак». Странно, но за бургерами бегала четыре раза и всё равно не наелась. Пришлось догоняться тортиком в скромной кофейне напротив. Боялась, что платье затрещит по швам, но нет. С нами обоими всё было в порядке. Даже Глюк как будто успокоился.

Спустя минут пятнадцать после тортика я добралась до нужного адреса. Домишко, по всей видимости, принадлежал к старому жилфонду, но отделан был на совесть. Небольшой с виду особнячок стоял немного в глубине двора, от улицы его отделяла невысокая кованая решетка с воротами, которые своим видом внушали только уважение. Крошечная аллейка вела к невысокому крыльцу, а по обеим её сторонам располагались клумбы с цветущими розовыми кустами.

На улице возле ворот стояло несколько приличных тачек. Одну из них только что бросил высокий мужик, который сейчас прыгал через розы к своей тёлке, махавшей ему из окна первого этажа. Я беспрепятственно прошла в ворота, поднялась на крыльцо и толкнула массивную дверь, отделанную под старину. За дверью оказался просторный холл, где обнаружились последствия текущего ремонта (включая белёсые следы множества ног на полу) и конторка ресепшена.

Против ожидания там обосновался качок с яркой внешностью сериального актёра (ну очень похожего видела в «Варягах-2»). Он сразу встал и вышел навстречу. Я в ответ вежливо поздоровалась и обозначила цель своего присутствия.

– Да-да, я провожу, – качок улыбнулся такой ослепительной улыбкой, что если бы на моём месте была обычная девушка, она уже растеклась бы тающей снегуркой.

И всё бы ничего, но, проходя по коридору, я едва не столкнулась ещё с парочкой таких же накачанных красавцев. Те, правда, тащили тазики с раствором и были одеты в рабочие комбинезоны, но мордахи показались мне такими же правильными и привлекательными. Родственнички?

«С ума сошла? – возмутился Глюк. – Совсем не похожи, приглядись как следует!»

– Как к вам обращаться? – очень вовремя спросил сопровождавший красавец-мужчина.

– Ольга. Ларина, – с достоинством представилась я.

Он снова улыбнулся и сказал своё имя – Павел, – а потом толкнул единственную новую дверь в этом коридоре. Но почему-то, заглянув внутрь, не стал объявлять о моём присутствии. Наоборот, даже назад отпрянул. Я слегка напряглась, но Глюк молчал.

– В чём дело? – уточнила я.

– Там… – Павлик как будто смутился. – Подождите минуту, Ольга.

Я успела кинуть взгляд в узкую щель – в окне торчала чья-то задница, обтянутая приличными джинсами. На мой взгляд, вообще не причина для ожидания. Я обогнула тормознутого качка со словами:

– Не помешала? Здесь в салон гаданий и магии собеседуют?

Почти секунду ничего не происходило, задница так и торчала в окне. Правда, я заметила снаружи того самого высоченного мужика, что скакал по розовым кустам. Значит, собеседовать меня будет его тёлка? Джинсы у неё, конечно, что надо, но мозги не обязательно должны им соответствовать.

Тут она как раз обернулась, тряхнув гривой густых тёмных волос, и уставилась на меня огромными карими глазищами. В общем, я не ошиблась, мордель была подиумной красоты, только рост подкачал. А когда она заговорила, на ум пришло только одно сравнение: хрустальный колокольчик.

– Привет. Я Ева, – она протянула руку для пожатия. – А ты?..

– Ольга. Ларина, – от двери сказал всё ещё не ушедший Павлуша.

Тёлка по имени Ева мимолётно улыбнулась, словно сразу всё поняла, и предложила присесть. Мне, конечно, не ему. Его как раз в этот момент подвинул другой красавец-мужчина, которого я до этого видела в окне. Его харизма зашкаливала и сама по себе, а уж когда её хозяин улыбнулся во все идеально отбелённые зубы, от количества тестостерона в кабинете стало почти нечем дышать.

К счастью, меня задело по касательной, удар был направлен исключительно на тёлку с хрустальным голоском. Та, на удивление, держалась стойко, губы не закусывала, в обморок не спешила. И вообще смотрела на меня, а не на Бигбоя. Я слегка занервничала, хотя никакой опасности здесь и сейчас не ощутила.

– Ольга? – спросил источник тестостероновой угрозы. – Рад знакомству. Вы нам подходите.

Обычно в такие моменты я выясняю условия сотрудничества. Но сейчас-то ситуация была не совсем стандартной. Я ничего не знала об этих людях, а вот они…

«Всё в порядке, – встрял тут же Глюк. – Расслабься, ты там, где нужно».

– А подходит ли мне ваше предложение? – спросила я с вежливой улыбкой.

Ева-колокольчик переглянулась с Бигбоем и начала:

– Мы открываем новый гадальный салон. Как ты понимаешь, на волне интереса к паранормальному можно неплохо заработать.

О да. Это я понимала.

– Салону нужна хозяйка, – продолжила она. – Официально…

– Официально мы принимаем вас на должность администратора салона, – перехватил инициативу Бигбой. – Но по легенде вы – хозяйка. Иными словами, нужно сыграть слегка эксцентричную особу, которая достаточно богата для того, чтобы развлекаться всякими околомагическими штуками, но достаточно рациональна, чтобы ещё и зарабатывать на этом.

Играть эксцентричных – легко.

– И? – поощрила продолжение я.

Потенциальные наниматели снова переглянулись и по одному им понятному сигналу распределили роли.

– В ваши обязанности будет входить приём посетителей, обеспечение жизнедеятельности офиса. Ну, по ходу, может, ещё что-нибудь всплывет, – сказал Бигбой.

– В ближайшее время нужно разработать пиар-компанию для нашего салона. Здесь будут гадать по рунам, картам Таро, магическому кристаллу, возможно и нечто более экзотическое, – включилась Ева-колокольчик.

– Жить вы тоже будете здесь, – сообщил Бигбой. – Ну что, подпишем договор?

И улыбнулся уже персонально мне. Это было лишним. Нет, если бы он так откровенно не напирал, я бы уже согласилась. Но теперь захотела выяснить про предполагаемую работу всё.

– Я должна подумать, – озабоченно выдала я. – Если вам нужен козёл отпущения вроде зицпредседателя Фунта – сразу нет.

Бигбой улыбнулся мне второй раз и спросил, как он сможет повесить какие-то финансовые нарушения на администратора салона? Мысленно я с ним согласилась, но взгляд перевела на девицу.

– О деньгах не беспокойся, – опередила мой вопрос Ева-колокольчик и назвала сумму, после которой настроение закономерно повышается.

– Сроки? – уточнила я.

– Стандартный контракт на одиннадцать месяцев, – немедленно отозвался Бигбой. – Если всё устроит, продлим автоматически.

Торчать одиннадцать месяцев в этом захолустье? Не-не-не, на такое я не подпишусь.

«В смысле? – удивился Глюк. – Тебе же надо пересидеть, пока история со Штырём не уляжется?»

– Полгода максимум, – твёрдо сказала я.

Они согласились. И как-то очень легко, даже без переглядываний. Я снова напряглась.

«Да что с тобой? – Глюк деланно возмутился. – Раньше ты такой подозрительной не была».

Я всегда была подозрительной, с самых зелёных лет. Иначе сейчас здесь не стояла бы. И не ты ли трындел по поводу и без, что доверять нельзя никому?

«Никому из твоих старых знакомых, – немедленно возразил Глюк. – А это – надёжные… люди».

Мне эти люди надёжными не казались. Наоборот, всё сильнее зрело чувство, что они знали, кто я такая. И нанимали администратором своего салона не Ольгу Ларину, а Герду. И Ева-колокольчик уже не выглядела тупоголовой тёлкой, и Бигбой потихоньку становился Бигменом.

– Да, вот ещё что. У вас будет персональная охрана, без которой лучше никуда не ходить.

– У Дмитрия Всеволодовича на безопасности пунктик, – сладко улыбнулась Ева-колокольчик.

Это как раз меня не беспокоило. Совсем.

«Какой он славный» – умилился Глюк.

А это – беспокоило. Раньше Глюк посторонним мужикам не умилялся. Я уже раздумывала, отказать им прямо или сделать вид, что согласилась, а потом по-тихому слинять, когда он трезво и холодно предложил:

«Проверь их. Если желают зла – уходи».

Я такие вещи чувствую сразу. Зла мне тут никто не желал. Правду говорить – тоже, но, чтобы узнать правдивый ответ, надо задать сначала правильный вопрос. А с его формулировкой не клеилось. И это было ещё более странно, чем всё собеседование в целом.

– Когда приступать?

– Как только подпишем документы, – ответила Ева-колокольчик. – Я сейчас подготовлю договор, а ты пока можешь подняться посмотреть свою комнату. Лестница на второй этаж от кабинета направо. А там белая дверь – не ошибёшься.

Я встала, всё ещё не решив – соглашаться на эту работу или нет. Ладно, пока осмотрюсь. И время выиграю. Дверь мне предусмотрительно придержал Бигмен, но провожать не стал.

Действительно, почти рядом начиналась лестница с удобными ступенями и перилами из старого натурального дерева, такие мне всегда нравились. На втором этаже шла активная фаза ремонта: не было пола, носились рабочие, высокий потолок демонстрировал отреставрированную лепнину и на весь этаж висела одна, правда очень большая, лампочка на длинном проводе.

Пропустить белую дверь было невозможно: она единственная была закрыта, но не заперта. За ней дожидалась комната, отделанная в прованском стиле. Мне всё понравилось. И состаренная мебель, и очаровательные занавесочки, и диван с горой подушек и подушечек на нём. В ванной было даже окно, и я подумала, что задержусь здесь – до первой зарплаты точно. Как раз выясню, чего на самом деле хотят наниматели.

ГЛАВА 3

– Мне бы за вещами съездить, – напомнила я нанимателям, когда они по третьему разу начали обсуждать, с какими конкретно нужными людьми стоит познакомить хозяйку их салона.

Контракт на полгода я подписала, потом бредовую легенду выслушала и теперь сильно проголодалась, как будто прошло полдня, а не пара часов. Сюр раздражал, а тут его было уже с избытком, наверное поэтому и есть хотелось уже до тошноты.

Начать с того, что папашей мне назначили историка и страстного коллекционера. Образование я получила тоже историческое со специализацией на Европе Средних веков благодаря папашиной коллекции средневековых манускриптов – видно, собственных знаний ему не хватало.

Семейство до недавних пор проживало в соседней губернии, так откуда же у него, драная кочерыжка, взялись деньги на средневековые манускрипты? Работала я однажды с коллекционным оружием, так что стоимость «бумаг» примерно представляла.

На мой вопрос быстро ответил Бигмен:

– Так он коллекционер потомственный, дедушка ваш в своё время был чекистом. В его руках осело много экспроприированных ценностей.

Вот если бы я разрабатывала легенду, то дед был бы непременно потомственным дворянином, чудом укрывшимся с богатой, ещё дореволюционной коллекцией от чекистов и репрессий НКВД. Сейчас в тренде искать и находить свои дворянские корни. Однако кто платит, тот и заказ делает.

Но дальше было ещё бредовее. Папаша, по легенде, умер полтора года назад. Я-де распродала его коллекцию, купила дом в N и приехала сюда заниматься гаданием и магией.

– Почему? – не выдержала я.

Оба нанимателя уставились на меня с непониманием. Ева-колокольчик на ходу придумала, что у меня-де к этому склонность.

– Почему я не осталась гадать в родном городе? Раз уж такая склонность? – пришлось пояснить.

– Там вас не воспринимали всерьёз, – пожал плечами Бигмен.

Сразу видно, что с фантазией туговато. Профессионал бы приплёл чувства потерявшей отца дочери, кризис идентификации и ещё пару-тройку железобетонных аргументов.

– То есть вопросов про прежнюю жизнь нужно избегать, – сделала вывод я. – Это придаст образу загадочности.

Оба сразу согласились. И тут же заспорили по поводу нужных людей. Ева-колокольчик называла имена, Бигмен их отвергал. Когда на третьем круге у меня от голода разболелась голова, я и встряла с вопросом про вещи.

– С вами поедет Павел, – сказал Бигмен приказным тоном.

– Вечером пойдём в ресторан, – сообщила Ева. – У тебя есть платье?

Похоже, удивились мы с Бигменом одинаково.

– К Бергоеву? – переспросил он.

– Какой дресс-код? – уточнила я.

Ему она кивнула, а мне ответила, что дресс-кода нет, нужно просто платье. И обязательно грим.

– Обязательно, – согласилась я. – Только мне вещи нужны. И поесть, а то время обеда уже прошло.

– О Господи, совсем забыла, – подхватилась Ева. – Сейчас закажу еду.

Бигмен посмотрел с сочувствием и предложил сходить в какую-то берлогу. Я так хотела есть, что была бы рада и простой шоколадке. Наниматель быстро встал и без слов вышел из кабинета.

– Будет тебе шоколадка, – улыбнулась девица, распахнула дверь и заорала: – Степаныч!

Через минуту, показавшуюся мне вечностью, какой-то мужик в строительном комбинезоне и Бигмен доставили электрочайник, заварку, большой кусок пирога с яблоками, две шоколадки, полбатона и три варёных яйца. Не помню, в какой последовательности я всё это смела, но жить стало определённо легче. И даже головная боль после стакана чая прошла.

В это время наниматели оживлённо рассуждали, где лучше всего меня кормить. И что с таким аппетитом перед рестораном нужно непременно выдать мне сухой паёк. А Глюк молчал. И с ценным мнением не лез. А я радовалась и думала, что если ещё и питаться буду за счёт нанимателей, может, останусь и до второй зарплаты.

Потом Павлентий повёз меня за вещами. За рулём он уже не улыбался, особенно когда я стала задавать вопросы. Конечно, можно выяснить всё в сети, но лучше использовать все возможные источники. Начала с самого простого: Ева и Бигмен – совладельцы бизнеса?

– Ева Александровна оказала честь Дмитрию Всеволодовичу, согласившись стать его невестой, – совершенно обыденным тоном, никак не вязавшимся с высокопарностью слов, сообщил Павлик.

Невеста, как же. Видела я, как он ей улыбался. Мужики так смотрят только на той стадии, когда ещё не знают, как затащить в постель. Да и от неё искрило иногда. Нет между ними ничего. Может, пока, но точно нет.

– Ну а ты, Паш, на кого работаешь? – продолжила я.

И тоже вопрос без подвоха, но почему-то заставил красавца напрячься. Впрочем, он сразу же рассказал, что давно работает на семью Дроновых, в частности, на Алису и Дмитрия Всеволодовичей. Не соврал.

Про Алису услышала впервые, но больше меня заинтересовала формулировка – «семья Дроновых». Звучало почти как «семья Корлеоне».

Оказалось, что Дроновы промышляют охранными системами и недвижимостью, занимая видное положение в N. Я задумчиво кивнула. Охранные системы далеки от гаданий и магии так же, как телега от Лексуса. Нет, ещё дальше, всё-таки телега и Лексус – два транспортных средства.

Павлушенька и сам, похоже, понял: надо как-то выкручиваться, и без дополнительных понуканий выдал, что именно сейчас, на волне интереса ко всему паранормальному, Дмитрий Всеволодович решил приобщиться к бизнесу на основе гаданий, волшбы и прочего шаманизма. В результате и появилась идея нового шикарного салона, хозяйкой которого буду я.

Тут мы приехали, и Пашенций потащился за мной в квартиру. Пока я собирала вещи, он отключил холодильник, перекрыл воду и сложил в большой пакет весь мусор. Потом я отдавала ключи соседке, а он стоял рядом, излучая дружелюбие. Профи: контролировал периметр с моей бесценной особой в центре практически незаметно.

А на обратной дороге вопросики прилетели мне. Павлушу интересовало всё. И когда я приехала в N, и почему заинтересовалась работой в будущем салоне, и не осталось ли у меня каких-то незавершённых дел или незакрытых контрактов – всё, что по идее должны были спросить наниматели.

Только жених и невестушка, похоже, знали, что я не отвечу. А их ищейка – нет. И всё-таки, что же они от меня хотят?

Правда, когда Павел проводил меня до белой двери, лично я снова хотела есть. И вопрос временно отпал, когда в комнате появился столик на колёсиках, чьи поверхности были полностью забиты блюдами и тарелками под сверкающими хромированными колпаками. Я в нетерпении приоткрыла одно из блюд и чуть не захлебнулась слюной – там были тефтели в ароматном соусе.

– Тут есть ещё кое-что, – сказал не замеченный мной из-за голодного приступа Бигмен. – Как вы относитесь к рыбе и морепродуктам?

– С большой любовью, – ответила я, огромным усилием воли накрывая тефтели колпаком.

Бигмен пообещал, что мои вкусы будут учтены, а потом пригласил после перекуса спуститься на первый этаж. Он так и сказал – перекус. Но внутренний анализ куда-то отступил, а на первый план вылез аппетит. И едва за Бигменом закрылась дверь, я схватилась за ближайший колпак.

Под ним на нежных салатных листьях лежали прозрачные пластины тонко порезанной сёмги, щедро сбрызнутой лимонным соком. Я подошла к делу ответственно – каждый кусочек нашёл своё место. Под следующей крышкой оказался салат с маринованными в яблочном уксусе креветками и, соответственно, яблоками. Ложки и вилки лежали на краю столика, завёрнутые в салфетку, но от нетерпения я чуть про них не забыла. Когда блюдо опустело, я перешла к тефтелям, которые тоже вскоре закончились. На следующем блюде лежали крохотные, с пол-ладошки, пирожки с мясом. Их надо было есть со сметаной и запивать зелёным чаем.

Ладно, когда так кормят, на отдельные странности можно закрыть глаза. Даже на тестостеронового Бигмена, который лично допёр в мою комнату стол с едой.

Теперь этот стол с грязными тарелками надо куда-то деть. Не самой же их мыть? Я приоткрыла дверь, чтобы осмотреться, и напоролась на внимательный взгляд Павлуши.

– Я всё заберу, – успокоил он, ловко уходя с траектории движения рабочего, в хорошем темпе тащившего нехилую стопку плитки. – Вы отдохнёте или сразу спуститесь?

Отдохнуть я была не против, после еды навалилась сытая усталость. Но ответственность в моём деле – залог успеха. Надеюсь, наниматели успели придумать стратегию и договориться о нужных людях?

Павлик проводил до кабинета, где помимо Евы-колокольчика и её Бигмена объявился новый персонаж. И если я думала, что после Пашки-обаяшки меня уже ничем и никем не пронять, то жестоко заблуждалась. Блондин, тёмные глаза, смуглая кожа, а под ней мышцы, и… у них тут природная аномалия, что ли? Откуда столько сбывшихся девичьих мечт на не слишком большой площади данного конкретного особняка?

– Вадим, – представилась блондинистая мечта. – Безмерно рад знакомству.

Хорошо, что не улыбался, а то у меня уже передоза. Я профессионально-вежливо кивнула и присела на последний свободный стул.

– Пройдёмся по легенде, – распорядился блондя. – Излагайте, Ольга Дмитриевна.

Я посмотрела на нанимателей. Оба кивнули, пришлось излагать.

– А как вы познакомились с Евой Александровной? – перебил меня экзаменатор, едва я начала о продаже «папашиной» коллекции и покупке особняка.

На такие вопросы я обычно не отвечаю, но сейчас сказала «в скайпе».

– Хорошо, – одобрил Бигмен. – Не забывайте добавлять, что Ева – лучший дизайнер в N.

Легко.

– А гадать вы стали сразу по Таро? Простыми картами не увлекались? – прилетел новый вопрос от белокурой бестии.

Было время, когда я увлекалась покером. Давно, на заре туманной юности.

– Я не занимаюсь Таро, – безмятежно поведала я. – Моя слабость – гадание по рунам.

Про руны знала ещё меньше, чем про Таро, но была уверена – таких, как я, большинство. Напороться на спеца в захолустном N – один шанс на миллион.

– Совсем никогда не гадала? – с проблеском сочувствия спросила Ева-колокольчик. – Я принесу пару книг.

– И в какой ресторан вы собрались её вести? – возмутился блондя. – А ну встретите кого, а она ни ухом ни рылом?

«Сам ты ни ухом ни рылом, – возмутился Глюк. – Руны вообще вещь серьёзная. Скажи, что научилась гадать по средневековым манускриптам господина Ларина».