Горячий незнакомец

Для пущего эффекта он даже грустно вздыхает и опрокидывает в себя рюмку коньяка.

В кухне резко становится тихо после его слов, укоризненные взгляды моих домочадцев начинают прожигать меня изнутри. А я же… я…

– Нам надо поговорить. – Хватаю за руку гостя и утягиваю за собой. – Боже, не мог просто помолчать? Они бы побубнили и успокоились, а сейчас точно съедят меня.

– А ты не могла просто сказать, что я не твой парень? – едко интересуется он, прижимая меня к стене. Его горячее дыхание касается моей щеки, а пряжка от пояса вжимается в живот, и на мгновенье я теряюсь. Немигающим взглядом смотрю в его блестящие от алкоголя глаза и сглатываю подступивший к горлу ком.

– Не могла, – смотря в сторону, произношу я. – Не после того, как они застали тебя в моей квартире в полуголом виде. Мои родители, знаешь ли, придерживаются старых взглядов.

– Я бы не был так уверен в том, что квартира твоя. И надеюсь, вскоре мы все выясним. И тогда ты вместе со своей сумасшедшей семейкой исчезнешь из моего дома. Навсегда.

– Проверяй-проверяй, вот только с голой задницей отсюда выходить будешь ты. И дозвонись уже наконец-то своей Ане, чтобы убедиться в правдивости моих слов, – зло выкрикиваю я и отталкиваю от себя мужчину.

Остаток ужина проходит в напряженной обстановке. Папа налегает на коньяк. Андрей не отстает. Мама смотрит на меня прищуренным взглядом, бабуля задумчиво вертит в руках бокал с вином. Только Ване и Василисе без разницы, когда я выйду замуж и осчастливлю родителей, нарожав детей.

– У меня есть тост! – вскрикивает отец и поднимается со стула. При этом цепляет край скатерти, и еще б немного – и все тарелки оказались бы на полу.

– Женя, не надо, – обреченно закрывает глаза мать, но в это раз папа превосходит даже самого себя. И не по длине речей, нет, и не по заумности предложений. Просто решает добить меня окончательно.

– Я все-таки скажу. – Он поднимает в воздух бокал, прокашливается и официальным голосом продолжает: – Андрей, я очень рад познакомиться с таким достойным молодым человеком. Очень надеюсь, что в нашу следующую встречу ты уже будешь носить гордое звание «зять». Уверен, для Насти не найти мужа лучше, особенно если вспомнить всех ее бывших кандидатов. Кхм, кхм. Так что буду краток: горько!

– Горько! – радостно подхватывают остальные, то ли потому, что папа так быстро закончил говорить, то ли потому, что им не терпится посмотреть, как язык Андрея проникнет в мой рот.

– Ну же, молодежь, не стесняйтесь! Вы такая красивая пара. Пусть это будет репетицией к свадьбе.

Я с расширенными от ужаса глазами смотрю на то, как на лице Андрея растягивается кривая ухмылка и в мою сторону летит недовольный взгляд. Кажется, он уже собирается признаться в том, что мы знакомы всего часа два от силы и целовать меня он уж точно не собирается, но ситуацию спасает электричество. Вернее, его отсутствие. В один миг по всей квартире гаснет свет, я перевожу взгляд в сторону окна и замечаю, что и в доме напротив стало темно.

– Ну, кажется, от поцелуя молодоженов мы сразу переходим к первой брачной ночи, – весело смеется бабуля, и на ее слова папа возмущенно сопит.

– Настя, у тебя есть свечи? – интересуется мама.

– Нет, откуда? Есть фонарик в телефоне.

– Ладно, вы тогда идите отдыхайте, а мы с Дарьей Васильевной уберем со стола.

– Я заберу Василиску к себе ночевать…

– Нет-нет, ты что, Настенька! Вам с Андрюшей надо выспаться, а Васька только мешать будет. Мы ляжем на диване в гостиной, а Матвей и папа на креслах. Мы бесконечно долго спорим о том, кто и где будет ночевать, и все заканчивается тем, что теплая ладонь Андрея хватает меня за руку, призывая замолчать наконец-то.

– Спасибо за ужин, мы с Настей и вправду пойдём уже ложиться спать. Утром много дел. Новый год все-таки. И вы тоже не засиживайтесь. И простите, что не помогаем вам прибраться. Сил и в самом деле нет.

Он же не серьезно это?

Глава 6

– Я не собираюсь спать с тобой в одной постели, – шиплю я и с силой захлопываю дверь в спальню, отрезая нас от посторонних ушей. – Даже не надейся!

– Отлично, можешь лечь на полу. Я не против, – пожимает плечами Андрей и плюхается на кровать. Я направляю фонарь в его сторону и закипаю от злости. Какого черта он ведёт себя в этой квартире словно хозяин? Даже если она и принадлежала когда-то его девушке.

– Выметайся отсюда. Давай. – Не понимаю, почему я до сих пор терплю у себя в доме этого невыносимого мужчину. Ну подумаешь, на улице снегопад и не ходит транспорт, пешком за час смог бы добраться до ближайшей гостиницы, делов-то.

– Прости, детка, но я устал, и меня сейчас ничто не сдвинет с места.

Мне хочется зарычать. Громко. А потом наброситься на этого надоедливого неандертальца и расцарапать ему глаза.

– У тебя с собой оружие! – называю ещё один аргумент, из-за которого ему стоит схватить свою шапочку Санты, красные труселя и добровольно покинуть квартиру.

– Это часть моей работы. Я всегда хожу с пистолетом. И не пытайся меня выпихать, я уже сказал, что останусь здесь до выяснения всех обстоятельств либо пока не прекратится метель. Я не собираюсь отмораживать себе яйца на морозе!

– Господи, мы знакомы всего несколько часов, но я готова придушить тебя своими же руками.

– Это взаимно, поверь. И у меня гораздо больше причин для этого.

Мы молчим. Я подхожу к окну, скрещиваю руки на груди и любуюсь белым покрывалом, укрывшим все вокруг. Несмотря на поздний вечер на улице достаточно светло, чтобы разглядеть засыпанные снегом машины и соседние дома. Все это так похоже на волшебную сказку, вот только вместо прекрасного принца в моей постели злобный орк.

В голову вновь закрадываются мысли о Глебе. Сомнения все никак не покидают меня. Хотя нет, это скорее глупая надежда, которая не хочет верить в то, что он так долго и бесконечно врал мне. Я поглядываю на телефон и решаю ещё раз набрать своего парня… Или уже не своего? Но абонент уже в который раз за этот день вне зоны доступа. Я закрываю глаза, не позволяя этому испортить себе предновогоднее настроение. Ну уж нет! И у меня когда-нибудь все будет хорошо! Вот завтра под бой курантов загадаю стать самой счастливой – и пусть все вокруг обзавидуются! Я вздрагиваю от неожиданности, когда тишину в комнате разрезает мелодия звонка.

– Да? – голос мужчины звучит взволнованно, и я поворачиваюсь в его сторону, внимательно наблюдая за его напряжённым выражением лица. – Что? Ты уверен? Это точно? Нет-нет, все нормально. Спасибо.

Разговор Андрея короткий и совершенно неинформативный, и по тому, как быстро портится его настроение, я понимаю, что новости явно не из приятных.

– Можешь перестать светить мне в лицо этим долбаным фонарем? – грубо бросает он в мою сторону, и мне почему-то становится обидно от такого обращения.

– Да пожалуйста! – Отключаю телефон и сажусь на краешек кровати. Подальше от мужчины.

– Договор купли-продажи настоящий, – после непродолжительной паузы всё-таки заговаривает он первым.

– Хах, конечно же, он настоящий!

– Ага, – как-то уж слишком обреченно говорит он и откидывается спиной на кровать. Я слышу его тяжелое дыхание, и меня охватывает странное напряжение. Приятный аромат его парфюма окутывает меня, и я сдерживаюсь из последних сил, чтобы не уткнуться носом в шею мужчины, вдыхая его вновь и вновь.

– Так что произошло? Проблемы в раю? От тебя сбежала невеста? – мне и в самом деле безумно интересно, что случилось у нашего Санты. Пока что известно не так уж и много, разве что только то, что сюрприз не удался.

– А от тебя компьютерщик Глеб? Дай угадаю: ты достала его своим постоянным трепом?

– Да пошел ты, – бросаю в него подушку и поудобней устраиваюсь на кровати подальше от мужчины. Закрываю глаза в надежде, что когда проснусь утром, то обязательно обнаружу в своей постели Глеба, а не гребаного извращенца.

Андрей молчит и, когда я даже не надеюсь на откровения, вдруг произносит:

– Мы познакомились с Аней полгода назад на сайте знакомств. Знаешь это странное чувство, когда вы с другим человеком ни разу не виделись в реальной жизни, но ощущение, словно знаете друг друга целую вечность?

– Возможно. – Кажется, то же самое я чувствовала и с Глебом, но в итоге оказалось, что ничегошеньки не знаю о нем. Кроме любимых поз в сексе и количества ложек сахара в кофе. – И что, ты приехал к ней, а она исчезла?

– Почти. Мы решили пожениться в феврале. Я добился на работе перевода, и мы начали присматривать квартиру. Эта оказалась идеальным вариантом. Аня была в восторге. Купили, даже не думая, и вот теперь здесь ты…

– Подожди, вы решили пожениться, ни разу не видя друг друга?

– Нет, конечно, – фыркает Андрей. – Я приезжал в столицу, она – ко мне. Все было прекрасно, поэтому я до сих пор не могу понять, что случилось и почему она…

– Продала квартиру? – заканчиваю фразу за него и понимаю, что в этой истории не хватает чего-то ещё. Но у меня слишком много своих собственных проблем, чтобы углубляться ещё и в это. Кстати, одной из таких вот проблем было то, что я теперь не знаю, как объявить родителям о том, что Андрей никакой не мой парень.

– Да. Исчезла, продала квартиру и ничего мне не сказала.

– Ну, я уверена, что всему есть объяснения. Позвони ее родственникам, друзьям.

В ответ тишина.

– Так ты звонил им?

– Нет. Я не… я не знаком с ними. Мы хотели представить друг друга нашим семьям после свадьбы. Планировали расписаться и поехать в небольшое путешествие.

– Если все так, как ты говоришь, то это очень странно, – заключаю я, не замечая, как Андрей успел переместиться на другой край кровати. Глаза медленно привыкают к темноте, и я могу отчётливо уловить силуэт мужчины, лежащего так близко ко мне.

– Вот ты, как женщина, скажи мне: что заставило бы тебя поступить так с любимым человеком?

– А ты уверен, что человек действительно любимый?

– Я… конечно, – сдавленным голосом произносит он и снимает блокировку со своего телефона.

Краем глаза я успеваю заметить, что он набирает «Анечка», но в трубке слышится то же самое, что и при каждой моей попытке дозвониться к Глебу.

– Может, тот, кого ты засадил за решетку, решил отомстить тебе и выкрасть Аню? – В моей голове уже вертится множество сюжетов из криминальных хроник.

– Исключено. Никто не видел ее. Да и Аня не знает, кем я работаю. Я сказал ей, что юрист.

– Хах.

– Я не соврал. Я и в самом деле юрист по первому образованию, но решил выбрать другой путь.

– Ну, тогда тебе остаётся просто ждать. Наверняка она поехала к родственникам в глухую деревню на праздники, где не ловит связь.

– Надеюсь, что так и есть, – без особого энтузиазма хмыкает Андрей, а потом задаёт вопрос, который выводит меня на время из душевного равновесия: – А с Глебом твоим что? Явно ведь не просто так в такой праздник ты осталась одна.

Глава 7

– А что с Глебом? Глеб в командировке, – нарочито бодро произношу я и очень надеюсь, что в моем голосе не слышно фальши.

– Ну да, конечно, так я тебе и поверил. Именно поэтому ты не сказала своим родственникам ни слова правды обо мне.

– А как я, по-твоему, должна была объяснить твое полуголое представление в моем доме? Ты видел, какой у меня папа! Да он бы пристрелил тебя на месте! – возмущаюсь я и отодвигаюсь на самый край кровати, потому что аромат Андрея уже успел пропитать все вокруг, даже меня. И от этого дурмана начинает сносить голову.

Это все алкоголь. Да, так и есть, это он влияет на мой мозг и заставляет испытывать к мужчине странное сексуальное влечение. Или же он использует парфюм с феромонами и к концу дня за ним толпами бегают девушки, умоляя взять их прямо посреди улицы. Или же в квартире с тонкими стенами, где в соседней комнате спят родители.

– Я не вижу в этом логики, детка, – усмехается он, а меня коробит от его обращения ко мне. – Если у вас с Глебом и в самом деле все серьезно, то, во-первых – почему родители до сих пор не знают, как он выглядит, и во-вторых – как ты собираешься объяснять им через несколько дней, что твой парень не я, а он? В очередной раз. Из всего этого напрашивается вывод, что знакомить ты никого не будешь, потому что никакого Глеба уже нет.

Ну вот зачем он так? Зачем бьет по самому больному? Я некрасиво шмыгаю носом, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.

– Ты чего там, реветь собралась? – Он включает телефон и светит им мне прямо в глаза.

– Убери его, – прикрываю лицо ладонью и отворачиваюсь от мужчины.

– Да ладно тебе, ты охренительно выглядишь. Сиськи что надо, задница тоже зачетная, лицо как у куклы, выйдешь завтра на улицу и за час найдешь нового мужика.

– Думаешь, я красивая? – сдавленным голосом спрашиваю я, встречаясь с пронзительным взглядом Андрея.

– Безумно, – его голос скатывается к шепоту, и я замечаю, как дергается его кадык.

– И если бы у тебя не было Ани, я бы понравилась тебе?

– Если бы у меня не было Ани, я бы сразу же пригласил тебя на свидание, а потом бы трахнул, не доезжая до дома.

– А ты умеешь делать комплименты, – смеюсь я, чтобы скрыть неловкость, потому что от его голоса и смысла сказанного между ног разгорается маленький пожар, а рукам не терпится начать стягивать с мужчины одежду и прижаться к его обнаженной груди.

Кажется, Андрей прочел мои мысли, потому что его взгляд вмиг меняется, а дыхание учащается. Он смотрит на меня своими изумительными глазами, а я вдруг думаю, что не прочь провести одну ничего не обязывающую ночь с этим мужчиной. Чтобы унять боль и тоску от предательства любимого человека. Никогда раньше я не делала так, никогда не спала с незнакомцем или с парнем после первого свидания. Я вообще обходила стороной случайные связи, НО:

1) Я знаю его имя.

2) Он знаком с моими родителями.

3) А еще полицейский.

4) И мы пьяны.

Этих аргументов должно быть вполне достаточно, чтобы совершить такую ошибку, как изменить любимому парню, не удостоверившись окончательно в том, что он и в самом деле обманщик.

Андрей тянется ко мне первым. Не отрывая взгляда от моих глаз, забирается пальцами под мою майку и проводит ладонью по животу, вызывая внутри меня миллион мурашек. Я делаю глубокий вдох и забываю, что нужно выдохнуть.

– Что ты делаешь? – единственное, что удается произнести, потому что голова идёт кругом от нахлынувших чувств, а сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

– Доказываю тебе, насколько ты прекрасна. – Мое лицо обдает горячим дыханием мужчины, я судорожно глотаю воздух и свожу ноги вместе. Потому что предательская влага уже начала растекаться по моим трусикам.

Я уже видела его в полуголом виде, чувствовала его возбуждение, поэтому прекрасно знаю, чего ожидать. Я дрожу всем телом, когда его губы касаются моей шеи, а потом берут в плен мочку моего уха.

– Андрей…

Я хочу сказать, что это неправильно. Что он любит Аню, а я Глеба. Что завтра утром, когда алкоголь выветрится из нашей головы, мы будем корить себя за этот поступок. Но мужчина ловко путает мои мысли своими прикосновениями, и вот я уже лежу под ним в одних джинсах.

– Тебе не нужно ничего говорить. Только «да». – Он медленно расстёгивает пуговицу на моих штанах, а потом так же медленно стаскивает их с моих бедер вместе с трусиками, делая меня полностью безоружной перед ним. – Так что, Настя, да или нет?

Глава 8

Я теряюсь. Серьезно. Да, я лежу перед мужчиной полностью обнаженная. Да, я дрожу от возбуждения. Да, возможно, это вина алкоголя. Но. Наш секс с Глебом всегда в одной и той же позе: миссионерской. Он пыхтит, я теряю остатки возбуждения при его быстром вдалбливании члена, а потом он кончает, скатывается с меня и через десять минут уже спешит то домой, то на работу, то на какую-то важную встречу. Наверное, стоит быть с собой честной: как бы я ни любила мужчину, а весь остаток жизни прожить без хорошего такого оргазма – настоящая пытка. Поэтому, может, это к лучшему, что он женат. Пострадаю несколько месяцев и начну новые отношения.

– Да, – сама не понимаю, как эти слова срываются с моих уст, и не успеваю сообразить, что к чему, как Андрей набрасывается на мои губы, а его пальцы пробираются к чувствительным складочкам у меня между ног.

Наш поцелуй со вкусом алкоголя. Дурманящий и срывающий крышу. Его жесткие губы терзают мой рот, а язык входит все глубже и глубже. Я чувствую, как теку. Прямо на его пальцы. Громко стону, когда один из них проникает внутрь, а второй надавливает на чувствительную точку на клиторе.

– Сегодня у меня есть одно правило, Настя. Никакого шума. Можешь царапать меня своими коготками, можешь рвать простыни, кусать меня, но никаких криков. За стеной твои родители, младшая сестра и брат. Будет неловко, если они узнают, чем мы тут занимаемся, не так ли?

– Хорошо, – выдыхаю я, обвиваю руками шею мужчины и притягиваю к себе, потому что нет сил терпеть. Его пальцы внутри меня ускоряются, я бесстыдно поддаюсь ему навстречу, раздвигаю в стороны ноги, приглашая для большего. Моя рука опускается вниз, нащупывая его немаленький член, я стону от восторга прямо в рот мужчине.

Он трется стояком о мою ладонь, по очереди захватывает губами то один, то второй сосок, уделяя каждому должное внимание. Посасывает их, прикусывает, зализывает и целует. Он отстраняется от меня, и я чувствую пустоту и холод. Протестующе хнычу, но всего мгновенье, потому что миг спустя Андрей накрывает мое тело своим, проводит разбухшей головкой по моему лону, и я ерзаю от нетерпения, желая заполучить желаемое. А еще немного боюсь разочароваться. Что, если все будет так же, как и с Глебом? Может, стоит попросить сменить позу?

Андрей входит так резко, глубоко и неожиданно, что я не сдерживаюсь – громко вскрикиваю и забываю, как дышать.

Мужчина замирает во мне и не двигается.

– Я серьезно, Настя, никакого шума, – его горячее дыхание обжигает мне кожу, а шепот заводит еще больше. Я чувствую, как во мне пульсирует его член, чувствую напряжение Андрея и то, как трудно ему сейчас сдерживаться. – Неважно, как сильно ты хочешь кричать, неважно, насколько сильно тебе хорошо, неважно, в каких позах и как долго я буду тебя трахать, – сегодня ты будешь очень тихой. Хоть один громкий звук – и я останавливаюсь. Поняла меня?

– Да, черт тебя подери! Можешь перестать уже читать мне нотации и начать двигаться? – шиплю я и кусаю его за нижнюю губу.

Я закрываю глаза, полностью растворяясь в своих ощущениях. Андрей резко погружается в меня, задерживается всего на секунду и медленно выходит, а потом снова и снова повторяет эти движения. Я подставляю свою шею под его поцелуи, обвиваю ногами его бедра и каждый раз, когда, по его мнению, вскрикиваю слишком громко, он останавливается. Останавливается, доводя меня до бешенства. И наслаждается этим.

– Нет, нет, нет, пожалуйста, я больше не буду, – прошу его в который раз, потому что внизу живота нещадно жжет. И он снова наращивает темп. А потом неожиданно переворачивает меня на живот, подкладывает под бедра подушку и резко входит сзади. Одной рукой он с силой сжимает меня за талию, а второй – закрывает мне рот ладонью. Потому что удержать стоны удовольствия просто невозможно.

Я и не знала, что это может быть так. Горячо. Первобытно. Жадно и грязно. Я кусаю его ладонь, оставляя следы от зубов. Стону и чувствую, как его каменный член скользит внутри меня. Мое сознание рисует миллионы непристойных картинок, представляя, как он погружается в меня и блестит от влаги, а от тихого мужского голоса, который шепчет на ушко всякие пошлости, утаскивает в пропасть порока окончательно.

Меня накрывает волной удовольствия так внезапно, что на какое-то время я, кажется, глохну. Перед глазами пляшут искры, виски пульсируют, дыхание сбивается. Андрей в последний раз врезается в меня, выходит и изливается на поясницу. А потом падает рядом, пытаясь восстановить дыхание. Мы не говорим ни слова. Его пальцы перебирают локоны моих волос, а я вдруг резко трезвею и пытаюсь понять: какого черта только что произошло? И почему с мужчиной, которого я знаю всего несколько часов, один секс в сотни раз лучше всех, вместе взятых, с Глебом? Почему мое тело ни разу не реагировало именно так на бывших парней?