Пояс верности

Данияр начал привыкать к Ане, и, кто знает, может девушка оказалась бы права и сумела бы стать женой Начальника стражи однажды, но пришло новое пророчество жрецов и началась «Охота на Фаттину». Все реже и реже приходил Данияр к своей возлюбленной. Ана грустила и скучала.

А Начальнику стражи и его солдатам было поручено не спускать глаз с девочки. Из пустыни прибыли новые отряды дервишей, все, чтобы защищать принцессу. Данияр понимал, что это не просто так: найдутся безумцы, которые попытаются похитить ребенка, ей могут причинить зло, что угодно может случиться теперь! Понимал это и король Фаниль, потерявший покой и сон из-за опасности, в которой находилась отныне его любимая дочь.

Девочка слышала пророчество, она была в храме с отцом и его подданными, а после ей разъяснили значение слов жреца и угрозу, которой подвергается теперь ее жизнь, и потому Фаттина тихо сносила все неудобства, что выпали на ее долю.

Свадебные караваны шли в Ризван один за другим, но ни одних сватов Фаниль Аль Фарук даже не пустил в город.

– Фаттина – ребенок, – передавал он в ответ сватавшимся к ней королям, князьям, богачам и просто авантюристам, решившим попытать счастья, – Никто не посмеет сосватать ее прежде, чем ей исполнится семнадцать. Пока пусть живет свободной, потом выберет того, кто ей по сердцу. Не отнимайте детство у моей дочери, боги и так отняли у нее мать.

Сватался к маленькой принцессе и король Беримир и, разумеется, получил гневный отказ. Ничего другого он и не ожидал. Фаниль весь дрожал от негодования, когда получил письмо от Беримира с просьбой отдать ему руку младшей дочери, после того как ему дважды отказали старшие принцессы.

«Охота на Фаттину» была в самом разгаре, и если сначала Данияр еще находил возможность, пусть редко, чтобы подумать о словах Аны, то к приходу осени мысли его были заняты совсем другим. Сердце Начальника королевской стражи забилось сильнее. Наступало время мести.

– Начальник, просыпайтесь, начальник! – это был тот короткий период, когда Данияр заснул, но он тут же вскочил, сон как рукой сняло. Ана спала, перевернувшись на живот, и Данияр бессознательно прикрыл ее одеялом, чтобы стражники, ворвавшиеся в его дом среди ночи, не глазели на ее обнаженное тело. Но тем было не до женщин, в их глазах застыла такая тревога, что Данияр сразу понял, что-то случилось!

– В чем дело? – бросил он, быстро поднимаясь.

– Зажгли сигнальные огни. Сюда движется армия. Большая армия с севера, господин паша!

– Что за армия?

– Король Беримир не смог смириться с оскорблением, нанесенным ему, и выдвинулся с войском, грозится не оставить в Ризване камня на камне!

Данияр почувствовал, как гулко забилось сердце. Пусть только враг окажется рядом – ответит за все!

– Прикажете выступить им навстречу или готовиться к обороне? – спросил один из стражников.

– Ни то, ни другое. Дождемся, когда вернутся дозорные. Иначе можем угодить в ловушку. Как далеко армия?

– Три дня пути.

– Когда вернутся дозорные?

– Утром, с рассветом.

– Хорошо, – Данияр кивнул. – Время есть. Идите, отдохните. Предстоит жаркая пора.

Растерянные, стражники удалились, не ожидали такого приказа, а Данияр помедлил, раздумывая, стоит ли будить короля среди ночи, потом пришел к выводу, что не стоит. Вряд ли престарелый король окажется военным стратегом, да еще спросонья. Пусть правитель спокойно спит до рассвета.

Сам он уже не ложился, поднялся на башню, посмотреть на сигнальные огни на северных склонах. Как величественно выглядят эти гигантские пылающие чаши на фоне ночного неба! Он пытался сдерживать эмоции, как учили дервиши, но удавалось с трудом. И тогда Данияр направился в храм Великой Моры, где и провел время в молитвах до прихода дозорных.

Дозорные вернулись поутру, позже, чем их ждали, лошади были в мыле, да и всадники взмокли – хоть выжимай. Быстро прошли, почти пролетели по коридорам дворца, незамедлительно явившись прямо к королю.

– Доложить, как положено! – приказал Данияр, сидевший по правую руку от короля Фаниля в тронном зале.

– Идет большая армия с севера, мой король, господин паша, тысяч двадцать, – сообщил сотник, командовавший отрядом дозорных. – И еще больше – наемники с востока. Их орда, тьма-тьмущая. Тысячи тысяч! Нам не удержать стольких, господин!

– Я не спрашивал тебя, сможем ли мы их удержать! – оборвал Данияр, повисло молчание, король в растерянности смотрел на своего военачальника. – Дервишей сюда!

– Уже послали за ними по приказу Его Величества. К вечеру другого дня будут тут.

– Отлично, – Данияр кивнул. – Вечером соберем совет. У нас есть пара дней, может, чуть меньше. Сейчас завозите в город припасы и воду, прикажите людям укрыться в крепости, через день ворота закрыть и заложить. Крепость должна выстоять.

– А если нет? – тихо спросил Фаниль. – И как же те, кто живет на пути сюда? Они тоже мои подданные, жители Антолии.

– Некоторым уже не помочь, – ответил Данияр. – Те, кто смогут, придут сюда или укроются в пещерах, в пустыне. Надо надеяться на лучшее, Ваше Величество. И немедленно пошлите гонцов в Славию и на Западные острова. Ваши зятья вызывались в союзники, пусть вспомнят о нашем союзе теперь!

– Что скажешь о наших врагах? – спросил Фаниль.

– Ваше Величество, армия Беримира сильна, не стоит отрицать. Они хорошо обучены, у них много оружия, знают военное дело. Что до кочевников, конечно, у них нет скифской слаженности и навыков. Они берут количеством – их много. А еще силой и отвагой. Говорят, воины восточного халифа не знают страха, не устают, не останавливаются ни перед чем. Это страшный противник. Солдаты Антолии давно не воевали, многие и вовсе не знают, как это делается. Наши дервиши превзойдут любого, и нет в мире бойцов сильнее. Но их мало. Очень мало. И, однако – крепость неприступна, запасов достаточно. Мы обязательно что-нибудь придумаем, клянусь вам, мой король! Мы найдем способ защитить народ Антолии и госпожу Фаттину.

Незадолго до вечерней зари он зашел к Ане, хотел попрощаться, вряд ли в ближайшие дни у него будет время видеться с девушкой, а после – кто знает, каким будет исход битвы!

– Ты смотришь куда-то в пустоту, – печально сказала она, погладив его по плечу. – Смотришь и не видишь меня. Ничего не замечаешь. Не отвечаешь на мои вопросы.

– Ана, сюда идут враги, а я – Начальник королевской стражи. И моя забота сделать так, чтобы этот город остался стоять. Чтобы король и принцесса остались живы. И чтобы ты осталась жива.

Он провел рукой по ее щеке и тут вспомнил о матери. Интересно, зашла ли Саяна в город. Что она скажет, когда узнает про Ану? Наверняка, обрадуется, она так мечтала, чтобы у него появилась невеста! Нужно срочно найти мать! Сейчас время совета. Сразу после он это сделает.

– Мне надо идти, начинается совет. Я зайду к тебе позже, отдыхай, – Данияр поцеловал девушку и быстро покинул дом, а она осталась ждать его, как и всегда. Их встречи были всей ее жизнью.

***

Совет собирался в самом большом зале дворца, в зале приемов, где у стены стоял трон короля, напротив него, по обе стороны, располагались советники: казначеи, министры, военные, ближайшие родичи и, конечно, Верховный жрец. В этот раз дервишей было больше. Данияр разглядел среди них и Баххадура.

– Сегодня дозорными было сказано, что с востока идет большое войско, не только с севера. Нами были посланы гонцы в Славию и на Западные острова, но даже если подмога придет, враги будут здесь много раньше. И нам придется справляться самим, – доложил Данияр совету. – Сейчас в Ризван направляются беженцы со всех ближайших деревень, свозятся запасы еды и воды. Стража занята тем, чтобы разместить людей в городе. Также мы готовим крепость к обороне, по стенам расставлены лучники, подготовлены пушки. Завтра к вечеру мы закроем ворота.

– Но я слышал, паша, – подал голос Халес, младший брат короля и пока его единственный наследник. – Что армия, идущая с востока, очень велика. Сможем ли мы выстоять до прихода подмоги? Сможем ли удержать крепость?

– Стены и ворота крепки, запасов достаточно, господин, – ответил Данияр, но голос его звучал неуверенно. Он знал армию Беримира, знал не понаслышке. Это отличные бойцы, а сам Беримир хитер, как дьявол!

– Да защитит нас Великая Мора, – вздохнул Верховный жрец.

– Нужно выслать новых дозорных, – приказал король Фаниль.

– Уже сделано, Ваше Величество, – откликнулся Данияр.

Дальше последовали долгие обсуждения, военные стратеги предлагали свои идеи, и чем дольше Данияр их слушал, стоя у окна и вглядываясь в темноту, освещенную лишь тусклым светом серебристой луны, тем лучше понимал, что им не выстоять против армии Беримира. Антолийцы не вояки, они ничего не смыслят в военном деле. Кроме дервишей. Но тех слишком мало. Крепость Ризвана неприступна, но можно ли полагаться только на это?

Когда совет закончился, Данияр накинул плащ, выбежал из дворца, вскочил в седло и покинул город. Он направлялся в маленький домик у пашни, где все еще жила его мать. Как и ожидал, он застал Саяну дома. Она собрала вещи, но не уехала.

Данияр распахнул дверь и вошел в комнату, мать, сидевшая у стола с какими-то котомками, испуганно охнула, обернулась.

– Это я, мама, не пугайся! Почему ты еще здесь? Тут становится опасно. Я немедленно увожу тебя в город!

– Врагов еще не видать, а я собираюсь.

– Вещи твои не понадобятся, я куплю тебе все новое. Бери только самое дорогое, – он знал, что она возьмет любимую синюю вазу, подаренную сыном, и вещи, что остались на память о его отце. Свои платья, да своих быков.

– Быки не помешают, – Данияр кивнул. – Идем же!

Он подхватил ее котомки, вышел из дома, запряг быков в повозку, на которую вскорости погрузилась мать вместе с вещами. Она в последний раз оглянулась.

– Он ведь сожжет наш дом, – выдохнула вдруг Саяна, и в ее глазах блеснули слезы, – Он второй раз сожжет наш дом!

– Да, – сухо ответил Данияр. – И это хорошо, мама! Тебе давно пора жить во дворце, а не в этой лачуге. Что до Беримира Скифского, не переживай. Я с ним поквитаюсь, дай только нам свидеться!

С этими словами он вскочил в седло, гикнул, лошадь пошла шагом, быки медленно поплелись за ней, колеса повозки скрипели, увязая в песке.

Данияр привез мать в свой большой дом, расположенный на одной из центральных площадей Ризвана, окруженный высоким забором с богато украшенными воротами, показал отведенные ей покои. Ана жила в другом крыле, у него пока не было времени представить девушку матери. Да и пусть сначала Саяна отдохнет, разберет вещи, привыкнет к новому жилью. Женщина не уставала поражаться богатству дома, восхищалась удобством и красотой комнат и мебели: чего только тут нет! Украшения, ткани, дерево и фарфор! Данияр с улыбкой смотрел на нее.

– А ты думала, Начальник королевской стражи должен жить хуже? – спросил он чуть лукаво.

– Но этот дом больше и лучше, чем был у нас прежде! – воскликнула Саяна.

– Просто в Антолии люди больше думают о роскоши, а в Скифии не так, – ответил ей сын. – Ладно, мама, располагайся, отдыхай. Я пришлю тебе служанок, чтобы помогли. Теперь ты здесь хозяйка. В доме достаточно запасов воды и еды. А я пойду, у меня еще много дел.

Он повернулся и вышел, не позволив матери задать новые вопросы о бесчисленной орде, что приближалась к городу.

Глава 7. Клятва Фаттины

Данияр поднялся на крепостную стену, потом бегом взбежал по винтовой лестнице в высокую сторожевую башню. Тут никого не бывает, совсем пусто, ни людей, ни вещей, и обычно он выбирал именно это место, когда ему требовалось подумать и принять решение. Закрыв глаза, он прочел молитву, потом прижал руки к вискам и задумался, а после долго расхаживал из стороны в сторону, словно лев в клетке. Наконец, его глаза вспыхнули, новый план был дерзким, опасным и почти безнадежным. Но казался единственно верным. Им не выстоять против бесчисленной орды. Начальник стражи не строил иллюзий. Крепость сожгут, людей убьют. Фаттину отдадут или Беримиру или какому-то еще мерзавцу. И есть только один шанс избежать всего этого.

Данияр бегом вернулся во дворец, просить аудиенции короля. Фаниль принял его сразу, без разговоров, хоть было уже очень поздно. В ту ночь никто не мог спать, в особенности король и его стража.

Фаниль в одной длинной рубашке сидел на кровати, когда Данияр вошел и замер в поклоне.

– Слушаю тебя, мой друг, – улыбнулся Фаниль. – Вряд ли ты с добрыми вестями, раз пришел ко мне среди ночи.

– Уже почти полночь, мой господин, и я прошу прощения за поздний визит. Нет, у меня нет плохих вестей. Точнее, лишь одна: нам не выстоять против огромной армии, Ваше Величество. Ризван крепок, но воины ваши не так сильны, я знаю армию Беримира, и она непобедима. А наемников – море. Им нет числа. Мы все будем мертвы уже через пару недель, не успеем дождаться союзников, даже если те решат прийти на помощь.

– Могут ли дочери оставить меня!

– Дочери не решают судьбу государства. Решают король Торстен и князь Доброслав. Они достойные правители, но кто знает, что у них в головах! Нам нужно рассчитывать только на себя. И у меня есть план.

– Я всегда верил в тебя, Данияр, – лицо короля просияло.

Пару мгновений Данияр колебался. Если его план будет одобрен королем, то личную месть Беримиру придется отложить. Возможно – надолго. Возможно – навсегда. Но он спасет Ризван, его жителей, своего короля и маленькую принцессу. Ту, что должна стать матерью чудесного младенца однажды. По крайней мере, он не даст осуществиться честолюбивым Беримировым замыслам, что уже неплохо!

– Ну так, говори! – нетерпеливо приказал Фаниль.

– Я увезу Ее Высочество Фаттину в пустыню, – ответил Данияр. – А вы сообщите об этом во все концы. Скажете, что я увожу ее, чтобы она не досталась врагам. Увожу к Принцессе пустыни.

– Куда?! – изумился король Фаниль. – Ты в своем ли уме!

– Я найду Принцессу пустыни и буду умолять ее забрать девочку. Она не посмеет отказать, ведь сама Великая Мора послала пророчество о чудесном младенце и его матери! Поверьте, я найду ее!

– Если ты это сделаешь, орда кочевников тут же пойдет по твоим следам! Пустыня находится на востоке!

– Да, в этом и план! В одиночку Беримир не сумеет взять город и будет вынужден уйти ни с чем! К тому же, когда он узнает, что принцессы тут нет – осада потеряет для него всякий смысл.

– Но за тобой пойдет несметная орда! – возмущенно воскликнул король Фаниль. – Ты хочешь подвергнуть опасности мою дочь!

– Ни в коей мере, мой господин, – возразил Данияр. – Опасности она подвергается здесь. У Принцессы пустыни она будет в полной безопасности.

– Но в пустыню войдет армия кочевников!

– Без сомнения, – холодно и спокойно ответил Начальник стражи. – Армия кочевников войдет в пустыню. Вот только она оттуда не выйдет.

– И почему же?

– Я прослежу. Ваше Величество, умоляю, это единственный выход! Завтра вечером, перед тем как будут закрыты ворота, прошу вас, приведите принцессу, и я увезу ее, а наутро, сообщите всем, что Фаттина направляется в пустыню.

Фаниль застыл в молчании, раздумывая. Он понимал, что рискует потерять дочь. Даже если Принцесса пустыни заберет к себе его девочку, и та будет в безопасности, он может не дожить до ее возвращения. Он может никогда больше не увидеть ее. Но если Фаттина достанется Беримиру, станет невольницей в его стране, Ризван сожгут, а жителей вырежут – это еще худший выбор. Он обернулся к Данияру.

– Ты уверен, что у тебя получится? Однажды я доверил дочерей дервишу, а он сбежал по дороге и ходят слухи, что сбежал не просто так… Говорят, он хотел стать отцом чудесного младенца. Как подумаю об этом… Что если и ты – такой же?

– Помилуйте, мой король! Принцесса Фаттина – ребенок!

– Но однажды она перестанет быть ребенком. Как я должен верить, что она у Принцессы пустыни, а не похищена тобой?

Данияр опустил голову. Он не знал, что сказать королю.

– Просто верьте, Ваше Величество, – наконец, произнес он.

В это мгновение Фаниль вспомнил, как Данияр чуть не погиб, спасая своего напарника Мерта, как терпел муки, но не отрекся от повелителя. И как спас его, закрыв собой от арахнида, даже не зная, что перед ним – король Антолии. Может ли такой человек обидеть ребенка?

– Хорошо, – Фаниль вздохнул. – Я верю тебе, Данияр. Пусть будет так.

– До завтра никому ни слова, Ваше Величество. Только принцессе, скажите ей утром. Пусть будет готова. Доброй ночи, мой господин! – с поклоном Данияр вышел и тихо прикрыл за собой дверь.

Он вернулся домой, мать уже спала. У него будет время проститься с ней завтра, перед отъездом. А сейчас у него есть время проститься с Аной.

– Мне нужно обязательно поспать сегодня ночью, хотя бы пару часов, дальше уже не получится, – сказал Данияр Ане. – Ты тоже ложись. Спи.

Но она поднялась на локтях и продолжала с тревогой вглядываться в его лицо.

– Ты точно вернешься? Зачем ты едешь? Вдруг что-то с тобой случится!

– Я должен вернуться. Не волнуйся, все будет хорошо. Зачем еду, сказать не могу, это не женского ума дело. Вернусь через несколько дней, может, недель. Пока меня не будет, оставайся в этих покоях, не ходи к моей матери. У меня нет времени сейчас представить тебя ей. Когда вернусь, обязательно познакомлю вас.

– И я буду считаться твоей невестой тогда? – Ана просияла, но Данияр не успел ответить, потому что ее лицо снова омрачилось, и она продолжила, – А что если враги войдут в город? Что если, когда ты вернешься, нас всех убьют? Я слышала, сюда идет много воинов с востока…

– Не бойся, – Данияр крепко обнял девушку. – Крепость Ризвана взять невозможно. С городом все будет в порядке, как и с тобой. Очень скоро король Беримир поймет, что ему нечего тут ловить и отступит, вернется восвояси. Все будет хорошо, моя дорогая. Спи сейчас. Мне нужно обязательно поспать.

С этими словами он закрыл глаза, Ана прижалась к нему, лежала тихо, чтобы не будить, но сон не шел, тревожные мысли не оставляли ее. Потом она все-таки уснула и не заметила, когда Данияр, спустя всего пару часов, поднялся, натянул одежду и вышел из спальных покоев. Он отправился сначала в свою башню, а едва рассвело – к королю.

Фаниль подтвердил, что принцессе рассказали о предстоящем и девочка поняла, что все нужно держать в секрете. Данияр заметил, что на правителе нет лица, хотел чем-то успокоить его, но не нашел слов. Вернулся к солдатам, проверить, готовы ли они к обороне, готова ли крепость к осаде.

Кругом царила невообразимая суматоха. Обозы и люди продолжали заходить в город, стражники и королевские слуги сбились с ног, пытаясь хоть как-то разместить прибывших. Крестьяне с семьями, со своими тюками, с мешками с мукой, клетками с птицей, волами и собаками, эта пестрая толпа, словно река, затопила улицы Ризвана, и река эта никак не иссякала. Все торопились – к вечеру последние ворота будут закрыты. Попасть в город будет отныне невозможно. Воздух был наполнен криками людей и лошадиным ржанием, он казался живым, будто шевелящимся.

Незадолго до отъезда Данияр зашел проститься с матерью. Саяна уже освоилась в новом доме, разложила свои нехитрые пожитки и довольно бойко командовала служанками. Она вновь почувствовала себя в своей стихии, роль хозяйки усадьбы была некогда ее ролью.

– Я уезжаю, мама, – сказал он, войдя в ее комнату.

– Куда? Там же война?

– Поэтому. Потому что война, – он улыбнулся. – Это же моя работа, ты забыла? Король дал мне этот чудесный дом, потому что верит, что я смогу защитить его самого и Ризван.

– Но ты же вернешься? – она поднялась, приблизилась, с беспокойством глядя на сына.

– Конечно, мама, конечно. Я скоро вернусь, не беспокойся. Все будет хорошо!

– Ты же не едешь к Беримиру? Не будешь сражаться с ним один?

– Нет, не еду. Пока не еду. Поскачу в другую сторону, в пустыню. Скоро ты все узнаешь. Прощай, мама! – он крепко обнял Саяну, удивившись вдруг, что она стала такой маленькой и худой, будто высохла от невзгод, что довелось пережить. Мать благословила его, торопливо прошептала слова молитвы, а потом заплакала.

Данияр еще раз проверил крепость, простился с Дарием и прочими товарищами, назначил Баххадура Начальником стражи и защитником крепости в свое отсутствие, а после – вошел в покои короля с черного хода. Девочка была уже готова. На Фаттине было длинное светлое платье, волосы покрыты покрывалом, как и всегда. Данияра это снова удивило – обычно девочкам десяти лет разрешалось не покрывать волосы, но Фаттине прикрывали их с самого детства. Он спрашивал Дария, действуют ли для принцесс другие правила, но Дарий не знал. Хотя потом уже стражники постарше вспомнили, что, когда Райана и Ромина были крошками, никто не покрывал им волосы. И Данияр подумал, что это какая-то особая прихоть короля, может, связанная с безвременной кончиной его царственной супруги.

– Ваше Величество, пора, – Данияр поклонился королю, тихо войдя в королевские покои.

– Мы готовы, – откликнулся Фаниль, а потом присел на корточки, чтобы быть одного роста с дочерью. – Будь сильной моя девочка, помни все, о чем мы говорили. Ничего не бойся. Придет день – и ты вернешься назад. Будь послушна Принцессе пустыни, исполняй ее волю, ведь она наместница богини в наших краях, наместница Великой Моры!

– Я все запомнила, отец, но мне страшно, – прошептала Фаттина, крепко обнимая отца. – И я не хочу оставлять тебя!

Тот несколько раз поцеловал дочь, с трудом оторвал ее от себя, взял за руку и подвел к Данияру.

– Я буду с вами, моя принцесса, и не дам вас в обиду никому, – Данияр слегка улыбнулся девочке. – Вам нечего бояться. А мои стражники позаботятся о Его Величестве. Все будет хорошо.

– Никому? Даже Принцессе пустыни? – спросила девочка.

– Ну, она-то точно не захочет вас обижать, – улыбнулся Данияр еще шире. – Идемте. Лошадь уже готова. Нас ждут, чтобы закрыть ворота. Нужно уходить. Помните, Ваше Величество, до рассвета – никому ни слова, но потом – говорите всем!

Фаниль кивнул.

– Храни ее, Данияр, она – главное наше сокровище, – только и сказал король.

– Я никогда этого не забуду, – Данияр снова низко поклонился.

Они вышли во двор, где уже ждал их оседланный крепкий вороной конь. Данияр вскочил в седло, король поднял к нему Фаттину, девочка оказалась в седле, и Начальник стражи укрыл ее плащом.

– Будет темно и немного трудно дышать, принцесса, но как только окажемся в пустыне – сниму плащ, потерпите, – сказал он девочке, еще раз склонил голову перед королем, после чего тронул поводья и рысью направился к воротам.

Стражники знали, что Начальник покинет город по приказу короля, но полагали, что он отправился за подмогой. Они шептались между собой, что у Данияра наверняка есть какой-то хитрый план. И он у него был.

– Закройте и заложите ворота, как только я проеду, – приказал Данияр, после чего пустил коня вскачь, тяжелые ворота закрылись, и вскоре он уже скакал прочь от Ризвана, крепко прижимая к себе драгоценную спутницу. Фаттина молчала и ни на что не жаловалась, не проронила ни звука.

Лишь когда крепость осталась далеко позади, когда они поднялись на первый холм и перед ними открылись барханы, обрамленные с обеих сторон горной грядой, Данияр распахнул плащ, а Фаттина потянулась и фыркнула:

– Как же было душно! – воскликнула она, с наслаждением вдыхая свежий прохладный воздух пустыни.

– Могу представить, – улыбнулся Данияр. – Дальше будет легче. Нам нужно отъехать еще немного, туда, где мы точно будем одни, дальше остановимся – и вам можно будет поспать. С рассветом отправимся в путь, чтобы до жары успеть в горы.

Девочка молча кивнула. Теперь Данияр ехал чуть медленнее, но она все равно крепко держала его за пояс, а он поддерживал маленькую принцессу одной рукой, чтобы она не упала, если лошадь вдруг неожиданно бросится в сторону, испугавшись чего-нибудь.

Когда они углубились в пустыню, и Данияр понял, что даже случайные путники им не встретятся и самые резвые преследователи не настигнут, он остановил коня, помог девочке спрыгнуть на песок, нашел укромное место, где их не угрожало засыпать в случае внезапной бури, расстелил на земле свой плащ и покрывало, что дали принцессе с собой слуги короля.

– Ложитесь и поспите, принцесса Фаттина, – сказал он. – Я посижу, буду охранять вас и нашего скакуна. Спите спокойно, не бойтесь. Тут никого нет.

– Какие тут яркие звезды, в пустыне, – неожиданно сказала девочка, подняв глаза к небу.

– Да, тут яркие звезды, караваны находят по ним дорогу, не сбиваются в пути.

– А ты любишь звезды Данияр? – с любопытством спросила Фаттина.

– Смотря какие. Звезды в пустыне не люблю, – честно ответил он. Насмотрелся на них, когда был закопан в песок.

– Почему же?

– Я люблю звезды – какие у нас, на севере, принцесса.

– Там что, другие звезды? – удивилась она.