Одиночество в большом городе. Трилогия. Полное издание

Звонок раздался снова.

– Кого там черт принес? – с негодованием произнесла Инга, слезая с кровати.

Она накинула шелковый домашний халатик и надела тапочки.

– Не открывай, – прошептал Виталик, хватая ее за халат.

– А вдруг я там соседей заливаю? – почему-то тоже шепотом возразила ему Инга и пошла в прихожую.

В дверь снова настойчиво позвонили.

В прихожей Инга посмотрела на себя в зеркало, поправила растрепавшиеся волосы, открыла входную дверь и обомлела.

На лестничной площадке стоял Аркадий Борисович в деловом костюме с букетом алых роз в руке. Увидев Ингу в сексуальном домашнем халатике, он смущенно кашлянул.

– Инга Витальевна, простите за столь поздний визит, – начал он неуверенно. – Маша сказала мне, что вы заболели… Снова… И я вот решил навестить больную, так сказать… Как ценного сотрудника…

Инга во все глаза смотрела на Аркадия Борисовича, не зная, что сказать.

В этот момент в коридоре появился Виталик в трусах.

– Здрасьте, – поздоровался он с Аркадием Борисовичем и прошлепал босыми ногами в кухню.

– Здрасьте, – пробормотал абсолютно обескураженный Аркадий Борисович.

Он посмотрел на Ингу потухшим взглядом, молча вручил ей через порог букет алых роз и захлопнул дверь. Послышались его быстро сбегающие по лестнице шаги.

3 Эрнест-режиссер из Тиндера

Нинель ждала Эрнеста в Новопушкинском сквере у Тверского бульвара. Эрнест опаздывал, и Нинель это совершенно не нравилось. Она раздраженно посматривала на часы и осматривалась по сторонам, молясь всем святым, чтобы Эрнест оказался адекватным и соответствовал своей фотографии в Тиндере.

Нинель в последний раз сердито глянула на часы – Эрнест опаздывал уже на пол часа – и решила уйти, но в этот момент чьи-то руки сзади закрыли ее глаза.

– А вот и я! – радостно воскликнул Эрнест и повернул Нинель к себе. – Привет, красавица моя!

– Привет! – заулыбалась Нинель, облегченно выдыхая, так как Эрнест абсолютно соответствовал своему фото в Тиндере и был вполне себе интересный и харизматичный.

– Нинель! О Боже, какое французское феерическое имя! Обожаю Францию и все французское! Нинель и Эрнест – звучит? – Эрнест обнял и расцеловал Нинель в обе щеки как свою старую знакомую.

– Звучит! – согласилась Нинель.

– О да! Еще как звучит! Ну что, пошли гулять по бульвару? Погода – отпад!

– Пошли!

Эрнест развернул Нинель, обнял за талию и повел по Тверскому бульвару.

– А ты правда режиссер? – спросила Нинель.

– Самый что ни на есть! И очень даже известный! И в довольно широких кругах, – уточнил Эрнест.

– Ничего себе! – восхитилась Нинель. – Никогда не видела живого режиссера так близко. А сколько картин ты снял?

– Ох, ну так сразу и не сосчитать! Ты меня в тупик поставила, драгоценная моя… Я не бухгалтер, я – режиссер! Я не считаю, я снимаю! Короткометражки, полный метр, сериалы… да много!

Эрнест достал электронную сигарету и закурил, выпуская на Нинель густые облака дыма с вишневым ароматом.

– А я, когда на филфаке училась, написала роман и повесть. Меня хвалили. Даже советовали во ВГИК на сценарный поступать, – поделилась Нинель.

– О да, ВГИК – это ВГИК! Что тут еще скажешь? Эх, машину на техосмотре оставил, – не слушая Нинель, сетовал Эрнест. – Вот как назло, назначили этот чертов техосмотр именно на сегодня! Такая невезуха! А я так надеялся прокатить тебя по ночной Москве, было бы так романтично! Но ничего страшного, прогуляемся по воздуху, надо же иногда и ногами передвигать, а то все за рулем да за рулем, на попе уже седалищная мозоль, как у макаки, – болтал Эрнест, не давая вставить Нинель ни слова.

Они прошлись по всему Тверскому бульвару и вышли на Никитский бульвар. Рот Эрнеста не закрывался ни на секунду. И Нинель уже была в курсе всей его биографии, начиная с детского сада и заканчивая его последней режиссерской работой – крупнобюджетной полнометражкой с известными актерами, снимающейся на "Мосфильме".

– Да, милая моя, представь себе, что я, как дурик, сначала поступил на актерский в ГИТИС и был абсолютно уверен в своем актерском таланте, буквально не подозревая о своих грандиозных режиссерских способностях. Спасибо моему учителю, царствие ему небесное, за то, что открыл мне глаза на самого себя и направил на путь истинный. Успел, слава тебе Господи, прежде чем отправиться в мир иной…

Эрнест не замолкал и обкуривал Нинель клубами ароматного вишневого дыма, так что у нее начала кружиться голова и стало звенеть в ушах.

– А ты знаешь, дорогая моя, насколько творческие люди – ранимые существа, совершенно не приспособленные к этому ужасному быту, к этой жестокой и суровой жизни? А представляешь ли ты, как им трудно жить? Как тяжело нести этот груз известности и ответственности за каждый свой штрих в искусство, так сказать, за каждый мазок своего таланта в вечность…

– А куда мы идем? – перебила Эрнеста совершенно обалдевшая, уставшая и голодная Нинель.

– Ах да, мы же идем ужинать во французский ресторан. Такой же французский, как и твое имя, – сообщил Эрнест, повернул ее и направил к французскому ресторану, вывеска которого призывно маячила в конце бульвара.

Когда они, наконец, подошли к ресторану, Эрнест заговорил Нинель до полусмерти и всю обкурил вишневым дымом. У нее разболелась голова, и очень хотелось есть и спать.

А потом они сидели за столиком в ресторане и изучали меню. И Эрнест рассказывал Нинель историю каждого блюда на французском языке. А Нинель слушала приятное произношение Эрнеста и ни буквы не понимала. И когда Нинель уже практически умерла от голода, официант принес им тарелки с луковым супом, большое блюдо с устрицами и улитками, фуа-гра из гусиной печени, клафути на десерт и бутылку белого французского вина.

Эрнест с энтузиазмом приступил к еде и наконец-то замолчал. Нинель блаженствовала от долгожданной наступившей тишины и наслаждалась вкуснейшими деликатесами и вином, ликуя про себя, что хотя бы сегодняшнее свидание удалось.

А потом события развивались, как в плохом кино. Эрнест пошел в туалет и не вернулся. Нинель прождала его час. Доела все, что оставалось на тарелках, и допила бутылку вина. Но Эрнест не возвращался.

Официант принес счет, в который Нинель даже боялась смотреть, и она объясняла официанту, что ее спутник, который должен оплатить счет, застрял в туалете. И они вместе с официантом отправились в туалет на поиски Эрнеста, но Эрнеста в туалете, конечно же, не оказалось – ни в мужском, ни в женском. И Нинель поняла, что обрадовалась и ликовала раньше времени, и сегодняшнее свидание не то что не удалось, а грозило ей поездкой в отделение полиции и ночевкой в "обезьяннике".

А позже она сидела в кабинете директора ресторана и, вытирая слезы, рассказывала ему все как есть, всю правду – что познакомилась с известным режиссером Эрнестом в Тиндере, что он пригласил ее на прогулку, а потом в ресторан, и что денег у нее нет ни копейки, кроме билета на метро. И показывала директору и администратору сумку и пустой кошелек.

А потом приехал следователь из полиции, и плачущая Нинель по второму кругу рассказывала ему все как есть, всю правду. И снова показывала сумку и пустой кошелек. И писала заявление в полицию на Эрнеста.

А когда ее отпустили "с Богом", было уже очень поздно. И объевшаяся французскими деликатесами и упившаяся белым вином Нинель бежала очень медленно, но из последних сил, чтобы успеть в метро до закрытия. И успела-таки на последний поезд.

Глава 15

1 Вне зоны доступа

Светлана приехала на работу в дурном расположении духа. По пути в Москву ее подрезал какой-то джигит на старой газели и поцарапал бампер ее "Мерседеса". Джигит не стал останавливаться и дожидаться разборок и свалил. А Светлана все утро потратила на ожидание и общение с ГИБДД и звонки в страховую.

Светлана вошла в салон красоты "Dolce Vita" и хмуро поздоровалась с Леной, традиционно приветствовавшей ее радостной улыбкой за стойкой ресепшен. Быстро прошла в свой кабинет и легла прямо в туфлях на белый кожаный диван. Самочувствие было неважным, и она чувствовала себя разбитой несмотря на то, что не пила накануне и хорошо выспалась.

– Лена! – крикнула она.

Прибежала Лена.

– Да, Светлана Викторовна?

– У нас есть градусник?

– Есть, в аптечке.

– Принеси, пожалуйста.

Лена принесла градусник. Светлана поставила градусник под мышку, взяла телефон и в очередной раз набрала номер Макса, не ожидая услышать ничего, кроме длинных гудков. Но длинных гудков она не услышала – на этот раз телефон Макса был "вне зоны доступа".

– Собака, – злобно пробормотала Светлана и бросила телефон на диван.

Она вытащила градусник из-под мышки. Температура была тридцать семь и два.

В кабинет заглянула Лена.

– Светлана Викторовна, у вас через десять минут сессия экспоненциального коучинга с Мартой.

– Спасибо, Лена.

Лена закрыла дверь. Светлана сложила руки на животе и уставилась в потолок, раздумывая, звонить Марте или не звонить. А, собственно, зачем звонить? Все и так яснее ясного. Тут и без экспоненциального коуча очевидно – надо разрывать эту болезненную и бесперспективную связь. И как можно скорее.

– Боже, мои нервы… – простонала Светлана.

Она с трудом поднялась с дивана и решительно направилась в отдел продаж.

– Добрый день! – громко поприветствовала она всех сотрудников отдела, входя в кабинет.

– Добрый день, Светлана Викторовна! – живо откликнулись сотрудники.

– Кто ведет нашего основного поставщика – компанию "Имидж Корпорейшн"? – спросила Светлана.

– Я веду, – ответил сонный менеджер по продажам Арсений, зевая и отхлебывая из чашки кофе.

– Значит так, Арсений. Сегодня же расторгаем все заключенные с ними договора и больше с ними не работаем.

– Но, Светлана Викторовна, мы им перевели аванс за оборудование! Нехилый такой аванс! Оборудование уже к нам едет!

– Значит, сделаете возврат и аванса, и оборудования!

– А если они поставят нас на штрафы?

– Тогда мы их тоже поставим на штрафы – за поставку некачественного оборудования. Я им это устрою! Все понятно?

– Все понятно, – пробормотал Арсений. – Но у кого мы будем покупать оборудование?

– Арсений, я не понимаю, ты менеджер по продажам или хрен знает кто? Я тебя учить буду, как искать нового поставщика?!

– Я все понял, Светлана Викторовна! – сразу проснулся Арсений и схватил со стола телефон, намереваясь немедленно звонить в "Имидж Корпорейшн".

Светлана стремительно вышла из отдела продаж и пошла в туалет. Закрывшись в туалете, она села на унитаз и сморщилась от боли, почувствовав резь при мочеиспускании. Она посмотрела на трусики.

– Чеееерт!!! Твою мать!!! – она со всей силы ударила кулаком по двери кабинки.

Вылетев из туалета, Светлана помчалась в свой кабинет, схватила с дивана телефон, нашла номер самой дорогой гинекологической клиники Москвы, которую когда-то посещала, и набрала его.

– Алло! Девушка, здравствуйте! Запишите меня на прием к гинекологу. Срочно! К самому лучшему! Была. Не помню когда. Давно была. Не помню у кого. Сегодня? Да, хорошо, я буду. Спасибо.

Светлана прошла за стол, села в крутящееся белое кожаное кресло и закрыла глаза рукой:

– Твою ж ты мать… – простонала она.

2 ЗППП

Ближе к вечеру Светлана сидела в медицинской клинике в кабинете гинеколога и пила принесенный для нее администратором кофе. Она прищурилась и с трудом рассмотрела имя и отчество на бейджике врача-гинеколога, сидящей за столом напротив нее.

– Алла Сергеевна, я бы хотела провериться, – осторожно сказала Светлана врачу. – Может, анализы какие-то сдать? Короче, давно я у вас не была.

– Вас что-то конкретное беспокоит? – спросила Алла Сергеевна.

Светлана молчала и пила кофе, опустив глаза в чашку.

– Ну давайте, выкладывайте, не стесняйтесь. Что там у вас? – ободрила ее Алла Сергеевна.

– У нас все плохо, – буркнула Светлана. – Резь, выделения и чешется там… все…

– Идите на кресло. Будем смотреть и брать мазки, – распорядилась Алла Сергеевна.

Светлана прошла за ширму, сняла юбку и трусики и забралась на гинекологическое кресло.

– Ну да, нехорошо… нехорошо… – пробормотала Алла Сергеевна, беря мазки.

– Совсем-совсем нехорошо? Я не умру?

– Нехорошо в том плане, что, судя по выделениям, ЗППП налицо.

– Что такое ЗППП? – испугалась Светлана.

– Заболевания, передающиеся половым путем, – разъяснила Алла Сергеевна. – Мазки я взяла, можете вставать.

Алла Сергеевна отошла к медицинскому столу:

– Предохраняетесь?

– Предохраняемся, – соврала Светлана.

Она слезла с гинекологического кресла и пошла за ширму одеваться.

– Сколько у вас сексуальных партнеров? – спросила Алла Сергеевна.

– Я должна перед вами отчитываться? – раздраженно отозвалась Светлана из-за ширмы.

– Да что передо мной, вы перед собой отчитайтесь, – вздохнула Алла Сергеевна. – За результатом приходите через три дня.

– Мне срочно надо! Я заплачу за скорость!

– Тогда я жду вас завтра вечером.

Светлана вышла из клиники, в сердцах сорвала с ног синие шуршащие бахилы, кинула их в мусорку и пошла прямо по газону к своему белому "Мерседесу", припаркованному на обочине дороги. Тонкие высокие каблуки ее туфель вместе с подошвами тут же завязли в рыхлой земле газона.

Зазвонил телефон. Звонила Вера.

– Светка, у нас ЧП! – прокричала Вера в трубку.

– Что такое? – испугалась Светлана.

– У Инги пропал Виталик!

– Господи… Ну и хрен бы с ним, – пробормотала Светлана, пытаясь выбраться из газона.

– Вечером собираемся в нашей любимой кофейне! Будешь?

– Конечно, буду!

Светлана сняла туфли, вытащила каблуки из газона и, отряхивая их от земли, пошла босиком к машине.

– Эй! Эй! – сердито кричал ей дворник-узбек, одетый в ярко-оранжевый жилет. – Зачем газон топчешь?!

– Да ну тебя! – крикнула ему Светлана и махнула на него туфлями. – Насадили тут травы – ни пройти ни проехать!

Она села в свой "Мерседес" и резко сорвалась с места.

3 Влюбляться – опасно для жизни

Виталик пропал.

Вот уже три дня он не появлялся у Инги, не звонил и не писал. Телефон его был отключен. Инга не знала, что и думать, и не находила себе места. Сначала она переживала, что Виталик ее бросил. Но почему тогда он не забрал у нее свои вещи – одежду, зубную щетку и две гантели? Затем в голову пришла мысль о том, что с Виталиком могла произойти какая-нибудь страшная трагедия. А вдруг он попал под машину? Или у него случился сердечный приступ?

Инга ходила на работу сама не своя. Ни на чем не могла сосредоточиться, работала на автомате и не сводила глаз с телефона. К счастью, Аркадий Борисович уехал в командировку, и контролировать ее было некому.

В конце рабочего дня Инга, Вера, Нинель и Светлана сидели в их любимой кофейне, пили кофе с профитролями и капкейками и бурно обсуждали тему странного исчезновения Виталика.

– Нет, ну если бы он тебя бросил, то наверняка забрал бы свои шмотки и вернул бы ключи от квартиры. Логично? – рассуждала Светлана, отпивая из чашки кофе. – Зачем ему твои ключи?

– Не знаю, – тяжело вздыхала Инга.

– А у тебя из квартиры ничего не пропало? – осторожно поинтересовалась Нинель.

– Ты что? – накинулась на нее Инга. – Виталик – не вор! Если бы он хотел меня обокрасть, он бы дал мне по башке в первую же ночь и спокойно бы вынес все из квартиры.

– Ну хорошо, – вмешалась Вера. – А если с ним действительно что-нибудь случилось? ДТП или кирпич на голову упал, к примеру? Можно морги и больницы обзвонить.

– Можно! Так я фамилии его не знаю! – горестно заломила руки Инга.

– Как? Ты дала незнакомому мужику ключи от своей квартиры в первый же день знакомства и даже в паспорт его не заглянула? – поразилась Светлана. – Ну ты даешь!

– Да! Дала! – возмущенно воскликнула Инга. – А как я могла заглянуть в его паспорт? Вот как ты себе это представляешь? Виталик, бери ключи от моей квартиры, но прежде покажи мне свой паспорт? Это, знаешь ли, как-то неприлично!

– Боже! Неприлично – давать незнакомому мужику ключи от квартиры! В которой наверняка деньги лежат! – категорически не согласилась Светлана.

– Нет, я не понимаю твоей железной логики! – спорила Инга. – Почему заниматься сексом с незнакомым мужиком в первый день знакомства – прилично, а давать ему ключи – неприлично?

Светлана закатила глаза, махнула на Ингу рукой, взяла с тарелки самый большой профитроль, закинула в рот и интенсивно зажевала.

– В общем, одно из двух! – подытожила Вера. – Либо он тебя бросил, либо попал под машину или еще куда.

– А что хуже? – спросила Инга и смахнула наворачивающиеся на глаза слезы.

Девочки молча переглянулись, не зная, что ответить.

– Может, пироженку съешь? – осторожно спросила Нинель, пододвигая к Инге тарелку с капкейками.

– Да не хочу я ничего! – разрыдалась Инга, отодвигая от себя капкейки. – Я хочу Виталика обратно!

– Ты не хочешь пироженку? – поразилась Нинель.

Вера утешала Ингу как могла, гладила по плечу и подсовывала салфетки.

– Ты что, влюбилась в него??? – догадалась Светлана, дожевывая профитроль.

– Ну а если влюбилась? – всхлипывала Инга, вытирая глаза салфетками. – Что тут такого? Я что, влюбиться не могу на старости лет?

– Ну, мать, ты даешь! – возмутилась Светлана. – Секс сексом, это я понимаю, но влюбляться-то зачем? Это же опасно для жизни!

– Если ты такая умная, тогда поведай нам, зачем ты влюбилась в своего женатого Максимку? Это же опасно для жизни! – парировала Инга.

– Да, действительно?! – все вопросительно уставились на Светлану, ожидая ответа.

Светлана покраснела как рак и, не зная, что ответить, придвинула к себе тарелку с капкейками, выбрала клубничный и откусила большой кусок, испачкав нос в креме.

– Вкусный, очень… – пробормотала она с набитым ртом.

Зазвонил телефон Инги. Инга взяла телефон со стола и посмотрела на экран.

– Незнакомый номер, – удивленно произнесла она и пожала плечами. – Алло, слушаю?

– Это Инга? – произнес в трубке приятный мужской голос.

– Да, это я, – настороженно ответила Инга. – А кто это?

– Я по поводу Виталика, – неуверенно произнес мужской голос. – Вы же знакомы с Виталиком?

– Да! Конечно! – сразу разволновавшись, воскликнула Инга. – Что с ним?

Вера, Нинель и Светлана напряженно слушали и следили за лицом Инги.

– Он в больнице…

– Как в больнице? – вскрикнула Инга. – Что с ним???

– Вы только не волнуйтесь, пожалуйста. Он запретил мне вам звонить, именно потому, чтобы вы не волновались. Он не хочет никому ничего говорить…

– Да что говорить-то?! Что с ним такое? – перебила незнакомца Инга.

– Я вам скину адрес больницы, в которой он лежит, и Виталик сам вам все расскажет. Хорошо?

– Конечно! Скидывайте скорее!

– Только не говорите ему, что я звонил, а то он будет ругаться. Не выдавайте меня. Обещаете?

– Обещаю! Скидывайте адрес!

Инга вскочила со стула и схватила сумку.

Вера, Нинель и Светлана вопросительно на нее смотрели.

– Девочки, он меня не бросил! Он в больнице! – округлив глаза с ужасом сообщила она. – Это его друг звонил!

В этот момент в телефоне Инги звякнула эсэмэска. Инга прочитала сообщение.

– Он прислал адрес больницы! Все, девочки, я побежала! – крикнула она и побежала из кофейни на улицу.

Вера, Нинель и Светлана молча взволнованно переглянулись.

– Надо было с ней поехать, – запоздало спохватилась Вера.

– Ну я не знаю… – развела руками Светлана. – Ну хоть убейте меня! Все это более чем странно!

Она взяла с тарелки шоколадный капкейк и откусила большой кусок, испачкав нос в креме.

Глава 16

1 Потерявшийся мужик

Инга бежала по длинным коридорам больницы в поисках палаты номер девять и никак не могла ее найти. Был уже поздний вечер, персонал больницы разошелся по домам, коридоры опустели.

Увидев в конце коридора моющую пол нянечку, Инга побежала к ней.

– Здравствуйте! Подскажите, пожалуйста, где палата номер девять? – запыхавшись и останавливаясь, спросила она у нянечки.

– А какое отделение надо? – сурово спросила нянечка.

– Какое отделение? – растерялась Инга. – Я не знаю…

– Как не знаю? Тут в каждом отделении своя палата номер девять, – сурово сказала нянечка.

Инга стояла, тяжело дыша и обмахивая лицо руками, и не знала, что ответить.

– Какой диагноз-то у больного? – смягчившись, спросила нянечка.

– Я не знаю, – пробормотала Инга. – Мне только сказали, что он в этой больнице в девятой палате.

Нянечка сердито потрясла головой, отставила швабру к стене и достала из халата мобильный телефон.

– Сейчас в приемное позвоним, – сказала она Инге и набрала номер.

– Але! Зоя? Зоя, такое дело! – громко заговорила нянечка в трубку. – Тут у меня одна заблудшая стоит, потерялась в коридорах. И мужика своего потеряла. Глянь, в каком отделении в девятой палате у нас мужик лежит?

– Сколько лет мужику? – уточнила она у Инги.

– Тридцать два, – сказала Инга.

– Имя и фамилия? – спросила нянечка.

– Виталик! А фамилии не знаю, – смутилась Инга.

Нянечка неодобрительно на нее посмотрела и осуждающе покачала головой.

– Зоя, мужику тридцать два года, звать Виталик, фамилии не знаем, – передала нянечка Зое в приемное. – Ориентировочно в палате номер девять лежит.

Пару минут Инга и нянечка ждали, пока Зоя проверяла все девятые палаты больницы на наличие тридцатидвухлетнего Виталика.

– Нету? Как нету? – удивилась нянечка, услышав в трубке ответ Зои. – Где еще? Поняла! Все, давай!

Нянечка отключила телефон, убрала его в карман халата и взяла швабру.

– Нет его в бесплатном отделении, – сказала она Инге.

– Как нет??? – чуть не заплакала Инга.

– Но может лежать в платном! У них свое приемное!

– А где это платное приемное?

– В другом крыле на третьем этаже, – махнула нянечка рукой в непонятном направлении. – Пойдешь сначала обратно по коридору до конца, спустишься по лестнице на этаж ниже, пройдешь по коридору налево до конца – там будет лифт, на лифте спустишься на первый этаж, пройдешь через рекреацию направо, там будет длинный коридор – ты по нему не ходи! Поняла?

– Поняла, – ничего не поняла Инга. – А куда ходить?

– Направо от рекреации будет лестница, подымешься по ней на третий этаж, вот там будет длинный коридор, по нему иди до конца и упрешься в дверь платного отделения. Поняла?

– Поняла! – облегченно выдохнула Инга. – Спасибо вам огромное!

Она полезла в сумку и достала деньги, чтобы отблагодарить нянечку.

– Ни-ни-ни! Еще чего? – возмущенно стала отпихивать от себя деньги нянечка. – Ты за кого меня принимаешь? Иди лучше мужика своего ищи! Удачного поиска!

Нянечка отвернулась и продолжила намывать пол.

Инга спрятала деньги в сумку и с ужасом посмотрела в еле видимый конец бесконечно длинного коридора, в который ей снова предстояло идти. Ноги гудели от усталости, во рту пересохло, сердце бешено стучало от волнения. Инга собрала остаток сил, сняла туфли, взяла их в руку и босиком пошла по коридору.

2 Приступ панкреатита

Была уже поздняя ночь, когда охранник больницы вывел Ингу из запутанных коридоров и помог найти вход в платное отделение. Инга надела туфли, прошла в платное отделение и подошла к регистратуре.

– Добрый вечер, девушка. Где палата номер девять? – спросила она сонную сотрудницу, сидящую в окошке регистратуры.

– Доброй ночи. Там, – махнула рукой девушка на ближайшую палату.