Королевская роза Имира. Черная рука Кроу. Книга 2

Страх скользкими щупальцами сжал сердце.

– … моя королева?..

Голос Марка ворвался в затуманенное сознание, и Айрис вздрогнула. Обратила к нему вопросительный взгляд и пробормотала:

– Простите… Вы что-то сказали?

Марк недовольно поджал губы, но все же ответил:

– Я спрашивал про то, когда клетка перестанет пустовать.

Он намекал на вчерашнее обещание о развратном танце рабов в клетке.

“Нет смысла затягивать с этим… Возможно, я смогу выторговать с помощью этого танца для себя какие-либо преференции помимо очевидных глупостей… Например, проникнуть в королевскую сокровищницу, ключ от которой есть лишь у Марка. Возможно там я смогу найти больше информации о чудовище, которое поселилось во мне…”

– Когда пожелает Ваше Величество.

Эти слова дались ей нелегко, но Айрис произнесла их с легкой улыбкой на губах. Стараясь вложить в интонацию своего голоса желание, которого не испытывала.

Марк улыбнулся ей в ответ. И эта улыбка показалась ей очень довольной.

– В таком случае, вскоре я пошлю за вами камердинера. Надеюсь, что вы подготовитесь к нашему вечеру.

– Конечно, мой король.

Ледяная дрожь отвращения прокатилась по позвоночнику. Айрис легонько сжала пальцы, чувствуя, как она гуляет по телу. Озноб был до того сильным, что ей впору было ощущать облегчение от него, ведь день был действительно жарким. Но ничего, кроме всепоглощающей усталости и глухой безысходности не испытывая.

– Ваше Величество, разрешите обратиться?

Оглянувшись, она с облегчением увидела Ситтара, который, склонившись, терпеливо ждал, когда она ему ответит.

– Разрешаю.

Ситтар выпрямился и заговорил:

– Король Джаар недоволен шатром, который ему предоставили…

Сбоку послышался пренебрежительный смешок.

– … сказал, что солнце печет ему в самую макушку…

– Пусть слуги разберутся с этим, – протянул насмешливо Марк.

– Его Величество недоволен слугами… Говорит, что… – Ситтар отвел взгляд.

– Ну же? – нетерпеливо дернул уголком рта Марк.

Ситтар тяжело вздохнул и быстро добавил:

– Он сказал, что слуги тупы и нерасторопны.

Глаза Марка сузились.

Отзываться нелестно о слугах было все равно что нелестно отозваться об их хозяине.

“Этого он, конечно, просто так не оставит…”

Так и вышло.

Марк порывисто встал со своего деревянного лежака, вызывающе вздернул подбородок и процедил:

– Что ж, пусть Его Величество скажет мне эти слова в лицо!

И направился к шатру короля Джаара широким шагом.

“Поразительно то, как человек, который только вчера метал кинжалы в служанку, сегодня пытается защитить… не слуг, конечно, а свою честь. Да, точно. Не стоит думать о нем лучше, чем он есть на самом деле”.

– Ну и к чему был весь этот цирк? – медленно спросила Айрис. – Отец явно отвлекает его внимание.

Ситтар наклонился к ней, прошептал:

– Мне нужно было поговорить с вами наедине. О Лейле… Она в безопасности со своей дочерью. Я выкрал ту из семьи одного священника, который получил хорошую сумму за сокрытие всей правды…

Айрис подняла бровь и ухмыльнулась. Все оказалось до банальности просто – мать, желающая скрыть дочь. Неважно по какой причине, но Лейла подставилась, даже не желая этого. Привлекла нежелательное внимание к девчонке.

– Сделай так, чтобы их никто не нашел.

– Да. Но как вы… – Ситтар замялся, а затем прошептал: – Как вы объясните пропажу Лейлы королю?

Айрис махнула рукой:

– Это мои проблемы. Он сейчас занят, ему не до нее. Слишком много глаз и ушей наблюдают за ним. Не думаю, что связь с Лейлой сейчас пойдет на пользу. Одно дело: прослыть безумным королем, и совершенно другое: демонстрировать связь с любовницей. Не думаю, что ему это нужно.

“Хотя кто знает, что у него на уме…”

– Кроме того, я сама в состоянии отвлечь собственного мужа.

“Тем более, что повод скоро предоставится”.

– Отвлечь?

Голос Ситтара изменился, стал грубее. Айрис с непониманием взглянула на него. На его лицо легла тень, а глаза впились в нее так пристально, как если бы он хотел залезть к ней в голову.

– Не переживай, я справлюсь сама.

Ситтар медленно опустил голову, желваки на его скулах вздулись. Кажется, он находил неприятными ее слова.

“Возможно ли, что он до сих пор что-то чувствует ко мне?” – с неким сожалением подумала она. Если и так, то это было досадно, потому что чувства самой Айрис к нему, казалось, растворились во времени. В переживаниях и метаниях. В страданиях. И в силах, которые приходилось отдавать в борьбе за трон, который когда-то был ей совсем не нужен.

Времена менялись. И это было… больно? Но у нее не было времени нянчить эту боль и сожаления по давно ушедшим чувствам.

– Лейла передала вам письмо. Сказала, что это ее благодарность вам за помощь.

– С этого и нужно было начинать. Отдай Марене так, чтобы никто не увидел.

Ситтар резко кивнул и, развернувшись, широким шагом вышел из шатра. Оставляя Айрис наедине со своими тягостными размышлениями и любопытством, которое зашевелилось в душе после того, как она узнала о письме.

Однако распечатать его она смогла только позже, когда вернулась в свою спальню. Марена подала плотно запечатанный конверт без каких-либо опознавательных признаков и вышла из комнаты.

“Ваше Величество, благодарю вас за вашу бесконечную доброту, которой я совершенно не заслуживаю. Мне несказанно повезло, что я оказалась под вашей покровительством…”

Айрис усмехнулась.

“Какое уж тут покровительство? Я просто поддалась моменту, жалости, вспыхнувшей в душе…” – подумала она и продолжила читать:

“...Взамен прошу принять некоторую информацию, которая пришла мне на ум уже после того, как я оказалась далеко от вас. Надеюсь она вам поможет.

Советник Фолкнер несколько лет назад бывал в западной провинции Айор, которая соседствует с Имиром. Там он нашёл меня. Мы с моей дочерью Сереной прозябали в нищете. Я работала в таверне. Появившись там, он сразу заметил меня. И предложил своё покровительство. Сначала я думала, что за это мне придётся спать с ним, но он уверил меня, что этого не произойдёт. Нашёл мне мужа, привёз сюда. А потом представил ко двору. Он хотел, чтобы я родила наследника его Величеству. Не знаю, с чем был связан его выбор, ведь он мог выбрать любую знатную даму…”

Айрис сжала письмо в руках.

– В том-то и дело, что не мог. Ему нужна была живая кровь, – пробормотала она. – Кто-то, кого Марк еще не знал и кого не мог заподозрить в интригах. Хотя все это довольно спорно. Возможно, Фолкнер так сильно ненавидит королевскую семью, которая отняла у него сына, что готов смешать ее с грязной кровью?

Она знала, что он знал, что смерть его сына не была случайностью. И наверняка был в курсе того, что это Айрис убила его.

“Что ж… Одним врагом больше, одним меньше… Нас всех, в конце концов, ждет один конец – смерть”.

Она тяжело вздохнула и продолжила читать.

“…А потом, когда у меня не получилось, пригрозил мне, что моя дочь тоже подойдёт для этого. К тому моменту она находилась на попечении священника семьи Сэмюэль. Он тоже знал обо всём. Советник Фолкнер давал ему деньги, чтобы он распространял слухи про королеву. Поэтому знайте, если кто-то до сих пор говорит о вас дурное, то ноги растут именно оттуда…”

Айрис выпрямилась в кресле. В ушах зашумело. Значит, те, кто кидал ей под ноги дрянные цветы на площади, были связаны со священником?

– Очень интересно, как Лейла узнала об этом, – пробормотала Айрис. – Подслушивала?

Однако письмо не давало на это ответа. Айрис тяжело поднялась с кресла, сжала руку в кулак. Письмо, зажатое в нем, зашелестело, а когда она распахнула ладонь, на ней лежали лишь мелкие, изрезанные воздухом клочки.

Айрис улыбнулась.

Времена, когда она не могла пользоваться воздухом, прошли. И теперь у нее была возможность наверстывать упущенное.

Чем больше ты пользуешься магией, тем сильнее я становлюсь…

Что-то ударило ее в грудь изнутри. Айрис согнулась, клочки выпали из ее руки.

– Что… что ты делаешь?

Назови мое имя.

– Что? – выдохнула она, ощущая, как тупая сильная боль распространяется по телу. Сердце будто сжала когтистая рука и вместе с этим голос в ее голове настойчиво произнес:

Назови мое имя.

– Нет. Никогда.

Боль стала сильнее и Айрис, застонав, рухнула на колени.

Назови! Мое! Имя!

От разгневанного рева уши пронзила острая боль. Айрис зажала их руками, чувствуя, как что-то влажное и липкое льется между пальцев. Сознание медленно утекало, словно вода из прохудившейся бочки.

Голос становился все громче и громче.

Чудовище хохотало, наслаждаясь ее страданиями. Ее болью и слезами, которые лились по лицу. Сдавленными хрипами, которые издавала Айрис, пытаясь позвать на помощь Марену.

Никто не услышал ее. Никто не пришел.

***

“Что я? Кто я? Почему стою здесь босая?”

Она пошевелила пальцами на ногах, ощущая влагу и холод.

Воды было много. Ледяная, она казалась кандалами, которые мешали сдвинуться с места.

– Что вы тут делаете?

Голос, который был ей знаком, был пропитан страхом. Откуда она знала его? И почему ей казалось, что такое чувство никогда не должно было владеть этим человеком? Что он не должен даже знать, каково это – дрожать под гнетом дрожи, которая промораживает с головы до пят?

– Очнитесь же!

Айрис распахнула глаза. Судя по всему, до этого они были закрыты.

– Как же я узнала, что воды здесь так много… – пробормотала она и только тогда поняла, что произнесла эти слова вслух.

Когда подняла голову, то наткнулась на горящий огнем взгляд. Попробовала отшатнуться, но почему-то не смогла сделать и шага назад, а просто неуклюже плюхнулась на задницу.

Перед герцогом Манейро.

Вдруг почему-то стало стыдно и неловко за свой вид, за странность поведения. За то, что не помнила, что происходило… раньше?

Постепенно к ней возвращалась реальность.

Реальность, наполненная звуками: собственным тяжелым дыханием, плеском воды, стрекотанием ночных птиц, встревоженным голосом герцога…

Реальность, наполненная цветом. Прежде выцветшая, она будто снова наполнялась красками, оживала.

И Айрис поняла, что уже глубокая ночь. Что сидит она в пустынном коридоре, босая, в рубашке, надетой на голое мокрое тело около купален.

– Единственное, чего оно захотело, – искупаться? – глупо хлопнув глазами, вновь пробормотала Айрис. – Не завоевать мир, а просто привести себя в порядок?

– О чем вы говорите?

Герцог осторожно присел рядом с ней.

– Нам нужно уходить отсюда. Если вас кто-то увидит здесь в этом виде, да еще и в моей компании…

– Да… – прошептала Айрис.

Пошевелила ногами, но они, словно чужие, не желали ее слушаться. А в следующее мгновение хрипло вскрикнула, когда герцог Манейро поднял ее на руки и быстро зашагал по коридору в ее спальню.

***

– Так что все-таки произошло? – спросил он, усаживая ее в кресло и накрывая одеялом. Несмотря на духоту, плотной пленкой ложившейся на кожу, Айрис дрожала от пронизывающего холода.

Герцог подошел к двери, плотно закрыл ее и обернулся. Посмотрел своим острым взглядом:

– Это было безрассудно.

Айрис негромко рассмеялась. Смех рваными истеричными толчками выходил из горла, и она даже не поняла, когда по щекам покатились слезы.

– Вы… плачете? – его глаза широко распахнулись.

Она быстро вытерла щеки и сухо улыбнулась:

– Вам показалось. А что касается остальных вопросов… Герцог, спасибо вам, что вызволили из такой сложной ситуации, но я не обязана вам ничего рассказывать.

Она невольно коснулась ушей, поморщилась. Посмотрела на окровавленные пальцы, грустно усмехнулась.

– Вы ранены?

Герцог тут же оказался рядом. Присел рядом, осторожно, но настойчиво повернул ее голову, прошелся пальцами около ушей.

Айрис приглушенно зашипела.

– Простите…

Ей не было больно. Но сердце билось где-то в горле и сумасшедшее волнение от его близости начало пробиваться через холод и непонимание произошедшего не так давно.

Сейчас его прикосновения ощущались особенно отчетливо. Кожи будто коснулся огонь – зверь, который теперь мягко и прирученно мурлыкал, войдя с Айрис в контакт. И что-то внутри нее отозвалось на его теплое приветствие, также приветствуя его.

В этот же момент неведомая боль вновь сомкнула на сердце стальные когти. Всхлипнув, Айрис скрючилась на кресле, пытаясь пережить приступ и удержаться в сознании.

“Кто знает, что оно натворит, если вновь заберет контроль над моим телом?”

Назови мое имя, глупая. Ну же!

Она покачала головой, боясь сказать хоть слово.

“Неужели мама испытывала тоже самое?..”

Краем глаза увидела, как герцог вновь потянулся к ней:

– Что? Что с вами? Где болит?

– Не трогай меня! – она дернулась.

И в эту секунду раздался звон разбитого стекла. Прохладный ветер проник в спальню.

В место, где находилась ее голова, с негромким свистом вонзился кинжал. Герцог приглушенно выругался, в его взгляде вновь вспыхнуло пламя. А затем он схватил ее за плечо, отталкивая назад вместе с креслом. Следующий кинжал, направленный ей в голову, снова пролетел мимо.

– Закрой голову руками! – рявкнул он, падая на Айрис.

Оружие, направленное в Айрис, чиркнуло его по плечу.

Убийца, проникший в спальню, огляделся.

В комнате вдруг ощутимо потеплело. Герцог медленно встал с Айрис. Между его пальцами заструилось пламя: живое прирученное чудовище, которое пожрать любого, кто осмелится напасть на хозяина.

А Айрис… Айрис вновь ощутила ту самую боль, которая подобно стальным иглам вонзилась в сердце с такой силой, что стало трудно дышать.

Наемник быстро оценил обстановку. И, очевидно поняв, что победить он не сможет, резко выпрыгнул в разбитое окно.

– Чертов ублюдок! Не уйдешь! – прорычал герцог Манейро и рванул вслед за ним.

Айрис глубоко вздохнула, с облегчением осознавая, что боль уходит. Каким-то неведомым образом она была связана с герцогом? Или с любым человеком, творившим магию поблизости от нее? Это предстояло выяснить.

Она распласталась на полу, чувствуя, что сил почти не осталось. И почти с недовольством поняла, что герцог быстро вернулся, так толком и не дав ей отдохнуть в одиночестве.

– И долго вы разлеживаться здесь собрались?

Он казался нервным и расстроенным.

“Не поймал преступника”.

Айрис поджала губы. То, как нагло и вызывающе он вёл себя в её присутствии, больше не удивляло. Адриан всегда чувствовал себя хозяином положения, даже когда общался с людьми выше его по статусу. Это нервировало, возмущало и... невольно восхищало. Хотя она бы даже под страхом смерти не призналась бы ему в этом.

– Скоро встану…

Герцог протянул ей руку. Прикосновение пальцев вновь отдалось в её теле дрожью.

«Да что это со мной происходит?»

– Вам придётся одеться при мне.

– Что?!

– Будьте же благоразумны! В вашей спальне только что побывал убийца! Как думаете, каков шанс того, что он вернётся, чтобы закончить начатое?

Айрис заскрипела зубами.

– Хорошо, – сквозь зубы процедила она. Выдернула свою руку из крепкого захвата пальцев и быстрым шагом проследовала к шкафу.

Глава 5

Айрис часто приходилось переступать через себя. Отвращение, презрение, боль – все это было очень хорошо знакомо ей. Каждый день она боролась с этими чувствами и каждый раз выигрывала, отдавая свои силы взамен. А может, частичку души?..

Но бороться со стеснением ей приходилось впервые.

Потому что она остро чувствовала чужой взгляд, впившийся в спину. Чувствовала и внутренне сжималась от н