Муж. Любовник. Чужой. Часть 3

– Вы только что нас убеждали, что не помните содержание разговора, – едко заметил Иван Иванович, остановив знаком руки Альберта Ивановича, который хотел возразить.

– Только что вспомнила, – сказала Диана, – Иванов сам сказал мне, куда приехать.

– То есть, – немедленно подхватил главный, – и прошу отметить это особо, вы были знакомы с потерпевшим настолько, что узнали его по голосу, то есть не могли не знать, кто и зачем вас пригласил?

– Диана Сергеевна, лучше молчите, – сказал-таки адвокат, – Моя подзащитная воздерживается от комментариев. Ещё основания?

– Приступ жара, который зафиксирован в протоколе, и, по заявлениям Дианы Сергеевны, не имел под собой почвы, указывает на то, что, возможно, незадолго до измерения температуры, Диана Сергеевна принимала алкоголь, что спровоцировало гипертермию и спутанность сознания, чему мы все с вами были свидетелями. Я всё правильно понял, господин медик? – спросил Иван Иванович.

Врач кивнул.

– Кровь у меня возьмите, сразу увидите, что я вчера не пила, – попросила Диана, – Я вообще не пью.

– К сожалению, вам вчера дали спиртосодержащее жаропонижающее, так что спирт в крови будет, – сказал врач.

– И последнее, – Иван Иванович удовлетворённо откашлялся и продолжил, – Подполковник Андреев, который и вызвал наряд, сообщил, что застал лишь Диану Сергеевну на месте трагедии.

Олег выразительно посмотрел на адвоката. Альберт Иванович, ощутив его тяжёлый взгляд, свой спрятал, уткнувшись в бумаги.

– Гражданка Агеева, – Иван Иванович взял в руки заранее заготовленный бланк, – Вам предъявляется обвинение в предумышленном убийстве следователя по особо важным делам Иванова Дмитрия Анатольевича, совершённом с особой жестокостью. Мерой пресечения избрать заключение под стражу. Исполнить немедленно. Ознакомьтесь с постановлением и распишитесь.

– Опять меня в камеру? – изумилась Диана.

– Альберт? – вырвалось у Олега грозное.

Адвокат поднялся со своего места, намереваясь что-то сказать, но лишь схватывал ртом воздух, продолжая что-то судорожно выискивать в записях.

Но тут встал Андрей и заявил в повисшей тишине:

– Агеева не виновата.

Иван Иванович резко постучал по столу карандашом:

– Что вы хотите этим сказать, Андрей Анатольевич?

– У гражданки Агеевой есть алиби, которое я могу доказать, – сказал Андрей.

Альберт Иванович посмотрел на Андрея с нескрываемым обожанием и опустился на стул. Олег тоже посмотрел на Андрея. А Иван Иванович всем видом показывал, что жаждет продолжения. Андрей продолжил:

– Дело в том, что мы с Дианой Сергеевной вчера находились там наедине. Понимаете, что я имею ввиду?

– Нет уж, будьте добры пояснить, Андрей Анатольевич, – Иван Иванович сверкнул на него из-под стёкол взглядом.

– У нас был разговор. Важный. Для чего мы с Дианой Сергеевной там и встречались, – со вздохом сказал Андрей.

Альберт Иванович перевёл взгляд на Олега.

– Поэтому, – продолжал Андрей, – Мы и не стали заявлять об этом на допросе. Диана Сергеевна замужем. Наша встреча могла быть истолкована превратно.

– По документам Агеевы в разводе, – возразил главный.

– Не важно, – парировал Андрей, – Её супруг – серьёзный человек. И то, что мы хотели скрыть факт общения – можно понять.

– О чём разговаривали? – уточнил Иван Иванович.

– Это к делу не имеет отношения, – сказал Андрей.

– Ах, не имеет, – восхитился Иван Иванович, – Как прикажете, Андрей Анатольевич. Разрешите только спросить, что изменилось такого, что вчера в разговоре со мной вы об этом смолчали, а сегодня вдруг заговорили? – Иван Иванович не сдержал ехидства, – И вас даже не смутило то, что супруг Дианы Сергеевны находится здесь?

– Не вижу другого выхода уберечь друга от заключения под стражу, – обречённо выдохнул Андрей.

– Ах, теперь гражданка Агеева ваш друг, господин Андреев, – притворно жалостливо проговорил главный, – Как привязать звонок другого вашего друга, нашего коллеги, ныне покойного Иванова на её телефон?

– Роковая случайность. О нашей встрече в тот день на заправке мы с Дианой Сергеевной условились гораздо раньше. При личной встрече. Так что звонок Иванова и его присутствие на заправке вчера, чистое совпадение. Так, Диана… Сергеевна? – Андрей продолжил, когда она кивнула, – Если задуматься, то это счастливая случайность, что тело Иванова нашли прямо вчера. Он же собирался уехать, так как с понедельника в отпуске. Машину с дороги не видно. Сколько бы он там ненайденный пролежал, кто его знает?

– Мне что вам теперь, благодарность вынести должно? – Иван Иванович прошёлся по кабинету, – Вручить, так сказать, почётную грамоту, и повесить на стену портрет, чтобы молиться? Каким образом частицы одежды Иванова попали на колёса её машины?

– Я уехал первым. Она мне вообще ничего не сказала про то, что Иванов ей позвонил. А осталась, якобы, чтобы там развернуться, но не смогла. Потом она нашла Иванова. Видимо, там и попали следы от его одежды на её колёса. Кто-то же перед этим прокатился по Диме в том заброшенном здании. Вы сами сказали, что следы нашли на щебёнке.

– Уточните, пожалуйста, ещё раз. Чем вы занимались, что не заметили машину Иванова? – Иван Иванович перевёл взгляд с Андрея на мужа Дианы.

Андрей посмотрел на Олега:

– Разговаривали. В моей машине. Потом я уехал. Потом Диана позвонила и попросила меня вернуться. Тогда-то мы и договорились о других показаниях. Не забывайте, что мы могли с того места элементарно уехать, чего делать не стали, а сообщили в милицию о гибели Иванова, что должно склонить следствие в сторону нашей непричастности.

– Да у следствия просто слов нет для своей благодарности, Андрей Анатольевич. Учтите, мне потребуется письменное объяснение, почему вы признались во всём только после того, как были озвучены данные экспертиз. Буду рад видеть вас у себя после завершения сего представления, – приказал главный, очевидно, забыв, что находится в своём кабинете, – Все свободны.

– Олег Петрович, но я же ничего про всё это не знал, – довольно громко зашептал Альберт Иванович, пряча свои бумаги в портфель.

– Заткнись, – осадил Олег, – Господа прокурорские, мы тоже можем идти?

– Если Диана Сергеевна не желает внести коррективы, то да. Пока вы свободны. До выяснения, так сказать, – холодно сказал Иван Иванович.

– Олег Петрович, Олег Петрович, – суетился адвокат между ним и Дианой, – Не горячитесь. Надо во всём находить хорошее. Но я же никак не мог предположить, что так обстояло дело.

– Альберт, пропади с глаз моих, адвокатишка хренов, – рявкнул Олег, выходя из кабинета.

Диана послушно пошла за Олегом. Сели в машину. Олег казался невозмутимым, но Диана увидела, что он взбешён. Жилка на побагровевшей шее билась и лицо начало заливать краской. Когда машина тронулась, Олег вздохнул:

– Не ожидал от Андреева этого… Мужик.

– Вы же сами с ним это придумали, – Диана пожала плечами.

– Вот знаю, знаю, что выдумка, а всё равно не по себе. И меня больше месяца дома не было? – Олег подозрительно уставился на Диану.

Она отвела взгляд в окно:

– Олег, ты с ума сошёл…

– Не дерзи, – рявкнул Олег, – Голова уже кругом идёт от твоих злоключений. У всех бабы, как бабы. Ты же…

– Вот и найди себе бабу.

– Диан, притормози. Откуда мне было знать, что так невыносимо видеть себя рогоносцем в чужих глазах? Пусть даже ложно. Пойми и ты… Надо Альберту позвонить, – Олег с несвойственной ему суетливостью движений достал телефон, – Альберт, узнай, после заявления Андреева от моей жены отстали, или может быть продолжение?

Убрав телефон, Олег снова взглянул на Диану и опустил тяжёлую руку ей на шею:

– Сама как?

– Лучше, чем если б меня поместили в тюрьму, – Диана мотнула головой, давая понять, что ласка ей неприятна.

Олег убрал руку, достал из бара мини-бутылку и отвернул крышку:

– Мне надо выпить.

– Что же теперь с Андреевым будет? – ужаснулась Диана.

– Переживаешь за него? – Олег осушил бутылку, вытер губы и достал другую, -Ладно, шучу. С Андреевым я разберусь. Отблагодарю, как обещал. Может, в гости его сегодня позвать?

– Спасибо, Олег, это лишнее.

– Надо же. А я думал, схватишься за эту возможность…

– Олег…

– Знаешь, а я бы тебя даже понял. Я же вижу, какой он. Молодчик, красавчик, подтянутый. И я – «квазиморда», – Олег скривил лицо, оглядев себя в салонное зеркало.

– Квазимодо, – сказала Диана.

– Один хер, – Олег выпил ещё, – Но у вас точно с ним ничего тогда не было?

– О, господи, – Диана скрестила руки.

– Тогда докажи, – ругнулся матом Олег.

– В смысле? – Диана удивлённо взглянула.

Он схватил её руку и положил ладонью себе на ширинку:

– Что в смысле? Видишь, хер встал, аж яйца свело. Так что давай, не ломайся, ты мне всё-таки типа жена.

– Олег, мы не одни, – Диана взглянула на охранника за рулём, который, естественно, не мог не слышать их разговор.

– Не вопрос, – Олег потянулся вперёд и толкнул водителя в плечо, – Виталя, к обочине сдай и сходи покури, пока я позову.

Виталий быстро прижал машину к обочине и вышел. Диана взглянула в окно, машины охраны прикрыли их седан сзади и спереди.

– Ну? – Олег схватил Диану за шею и потянул её голову к своему животу.

Она попыталась освободиться:

– Олег, да ты что?

– Давай не ломайся, сделай мне сладко ротиком. Иначе я точно решу, что ты кувыркалась на заправке там, с этим, – проговорил Олег, нажимая сильнее, – А, может, с ними обоими?

Диана с трудом вывернулась, тронула шею там, где пылали следы толстых пальцев, и посмотрела в своё окно.

– Мне что, из машины бежать? – не смотря на мужа, спросила она, одновременно понимая, что идти ей некуда.

Олег, тяжело дыша, тоже отвернулся. Молча сидели с минуту. Потом Олег взял из бара ещё алкоголя. Диана уже было решила, что муж ждёт, когда она на самом деле уйдёт, и стала прикидывать, куда податься. Но Олег, осушив очередную порцию спиртного, вдруг опустил стекло и свистнул охране. Его лицо было на удивление умиротворённым. Виталий вернулся за руль, Диана заметила его беглый взгляд с мужа на неё. Олег смотрел в окно и негромко насвистывал. По лицу охранника скользнула кривая ухмылка.

«Боже мой, они все уверены, что я только что…» – Диана посмотрела на мужа, который выглядел необычайно довольным.

Олег выпил по пути ещё две маленьких бутылочки и заговорил с Дианой только тогда, когда они оказались в квартире:

– Динусь, не сердись. С ментом этим я вчера разговаривал, когда тебя увезли. Он меня ни о чём таком даже не предупредил. Неожиданно всё случилось. Я и завёлся.

– Думаю, Андрей Анатольевич и сам не предполагал, что так поступит, – тихо сказала Диана, ощутив вновь подкатывающую тошноту.

Глава 4

– Андрей Анатольевич, я жду объяснений, – сказал Иван Иванович, когда они с Андреем остались одни в кабинете.

– Мне нечего добавить, Иван Иванович.

– Намерены и дальше покрывать преступницу? Преступницу, которая жестоко расправилась с нашим коллегой?

– Иван Иванович, да поймите же вы, Агеева физически не смогла бы по Иванову на той площадке прокатиться, потому как застряла бы при первом же развороте. Ну, не верите мне, следственный эксперимент устройте. Сами тогда убедитесь, что Диана Сергеевна за рулём, как корова на лыжах. Да нет… гораздо хуже.

– Значит, у Дианы Сергеевны были сообщники, – возмутился главный, – И я теперь не уверен, что вы не принадлежите к их числу.

– Иван Иванович, вы же сами при всех только что сказали, что эксперт установил время смерти с половины двенадцатого. Если это случилось тогда, то Диана Сергеевна не могла быть убийцей.

– Андрей Анатольевич, вы что, профессионально ослепли? Неужели я должен вам разъяснять, что именно для того и были нанесены Иванову механические повреждения. Благодаря которым теперь нельзя достоверно определить, наступила смерть вследствие отравления или вследствие механической травмы, в половину первого или часом раньше. Повторюсь, то, что вы раскопали об Иванове, порочит его, но никак не противоречит данным, установленным экспертизой. Так что я всерьёз подумываю проверить, не передёргиваете ли вы факты по Иванову.

– Я? Передёргиваю? Объясните тогда, почему Иванов, будучи за рулём, решился принять алкоголя? Да не пива глоток, а не меньше стакана водки? Ему ведь с этой чёртовой заправки обратно каким-то образом надо было ехать? – спросил Андрей.

– Это легко объяснимо, – мгновенно парировал Иван Иванович, – Ему угрожали.

– Я тоже так думаю, – согласился Андрей, – А теперь сами ответьте, вы бы испугались Дианы Сергеевны?

– Не испугался бы, Андрей Анатольевич, а уже боюсь, – главный выразительно округлил глаза под увеличивающими линзами очков, – Причём не только её, но и всего с нею связанного.

– Я серьёзно, Иван Иванович, – не сдержал улыбки Андрей, – С чего бы Иванову, крепкому, физически подготовленному мужчине, к тому же следователю, идти на такое серьёзное правонарушение под влиянием слабой женщины?

– Я надеялся, может быть вы мне сейчас это объясните, гражданин подполковник, – язвительно заметил Иван Иванович, – Учитывая ваше недавнее заявление по её алиби.

– Хорошо. Посмотрите с другой стороны, какой мотив мог быть у Агеевой? Для чего ей смерть Иванова, когда они, кроме как на следствии, не общались? Вы говорите, что Иванов мог угрожать Агеевой разоблачением? Но это бред, Иван Иванович, когда я сам доказал, что Агеева не причастна к тем преступлениям. А вы это всё поддержали.

– Поддержал. Потому как доверял больше тебе, а не Иванову. А теперь объясни мне, с чего это ты так уверен, что Агеева с Ивановым не общались вне следствия? Когда она только что призналась на допросе, что узнала Иванова по голосу, когда он ей позвонил? Может, Андрей Анатольевич, Диана Сергеевна не одного вас использовала втёмную, отчего вы на такие сочинительства пошли ради неё? Но и самого Иванова, отчего он теперь на том свете парится? В таком случае мы не только мотив у Агеевой имеем, но цель и вину. Возражения найдутся?

Андрей промолчал. Иван Иванович прошёлся по кабинету:

– Взгляни на все три убийства в целом, и, так сказать, непредвзято, Андрюша. Если бы подозревалась не Агеева, что ты подумал бы в первую очередь? Очевидно имеем схему с усложнением. Каким образом данное обстоятельство характеризует субъекта преступления, помнишь из институтского курса, надеюсь? Уверен, что помнишь. И теперь ответь, подходят ли, под эту характеристику выжившая из ума актриса-старуха и девица, не видящая дальше своей, необъятной, правда, груди?

Иван Иванович остановился и торжествующе посмотрел на Андрея. Не услышав возражений, главный продолжил вышагивать по кабинету, заложив руки за спину:

– Следствие иногда ошибается, да. И надо иметь смелость признавать собственные ошибки. Любой учебник криминалистики открой – доказательство всякой версии может быть обнаружено всегда, надо только его заметить. Агеева, судя по всему, далеко не та, за кого себя выдаёт. Но даже такие преступники – интеллектуалы ошибаются. Рано или поздно. Точнее, наступает время, когда они переоценивают собственные возможности и тогда попадают в руки правосудия. А цель правосудия – не упустить этот момент. Согласитесь, Андрей Анатольевич, что, если бы не твоё недавнее заявление сомнительной подлинности, сидеть бы Диане Сергеевне уже в изоляторе. И справедливо сидеть, смею заметить. А если муж отправит её сегодня же за границу? Помнится, вы и сами настаивали весной на её задержании, руководствуясь этим же доводом. Куда только всё подевалось, – вздохнул Иван Иванович и вернулся на своё рабочее место напротив Андрея.

Андрей смотрел на свои, сцепленные на столешнице в замок руки, и молчал. Главный ещё немного помолчал и неожиданно сухо завершил свою речь:

– Иванов – лишь слепая жертва в руках коварной расчётливой преступницы, которая ведёт свою игру и ни во что не ставит человеческую жизнь. Всё, Андреев, отстранён от работы. Сроку даю для объяснения вашего поступка – не больше недели, то есть до следующей среды. И учти, если Агеева, не дай бог, куда-то исчезнет, у тебя даже этой недели не будет.

– Так вы меня не увольняете? – Андрей от удивления даже привстал.

– Андрюша, – Иван Иванович постучал по столу карандашом, – Ты – толковый следователь, и я очень надеюсь на то, что ты сам разберёшься в своих заблуждениях прежде, чем я докажу, что сегодня ты – лжесвидетельствовал. Иначе, будь в этом уверен, ты сядешь. А в тюрьму, как ты сам понимаешь, тебе лучше идти из-под звания. Чтобы не загреметь на общую зону.