Чтоб ты подавился!

– Что подводит меня к главному, – продолжил Макс, даже не посмотрев в сторону перебившего его американца.

Напряжение в комнате стало почти осязаемым.

– Мадам Дури хотела бы пообщаться с каждым из сидящих за этим столом по поводу своего нового писательского проекта, – махнув рукой, закончил Макс.

«Parfait!»[6] – подумал я. Это был как раз тот поворот, на который я и рассчитывал.

Глава 3

Внезапный гамбит – Хлои

Кажется, я попала в другую вселенную.

Сначала – приглашение в «У Дури», теперь – шанс работать с Карлой над ее проектом. Я сделала глубокий вдох.

Немного помолчав и дав нам время осознать услышанное, темноволосый, чертовски высокий и такой же чертовски привлекательный Макс, который держал в руках папку для бумаг и ручку, продолжил:

– Alors[7], вам предстоит принять решение, одно из многих за предстоящие дни. На заметку: мы не хотим вынуждать вас проходить собеседование на эту должность. Вы должны остаться по собственной воле.

Прозвучало зловеще.

Я посмотрела через стол на Кристофера – одного из тех, кого смогла вспомнить, – и увидела его реакцию на эту новость. Он остался решительно спокоен. Помимо одного родного языка на двоих, кажется, между нами больше не было ничего общего. На вид ему было далеко за сорок, и казалось, что он окончил Кембридж. Его родители, должно быть, доктора наук, и он наверняка жил в огромном доме с пони в загонах и всем таким прочим. Он много лет работал в «Путешествиях класса люкс» и писал от силы одну статью в несколько месяцев, при этом не забывая сообщить всем, какая он в журнале важная шишка.

Макс продолжил:

– Alors, позвольте мне сначала описать, как Карла видит процесс собеседования. Сегодняшний вечер – простая формальность, нечто вроде знакомства. Вас еще не опрашивали, но вы встретитесь с Карлой позже, и она подробнее расскажет вам о своих ожиданиях и о своем проекте.

Я с трудом подавила восторженный возглас. Неужели я увижу Карлу? Происходящее становилось все более сюрреалистичным.

– После сегодняшнего ужина у вас будет один день, чтобы решить, примете ли вы участие в собеседовании.

Я пыталась понять, о каких именно датах он говорит.

– Вас пригласят на семейную виллу семьи Дури в Антибе, на Лазурном Берегу. Уверен, вы все о ней слышали.

Слышали? Когда я разглядывала ее роскошное фото в Vogue, у меня на страницу капали слюни.

– Вы сядете на ночной поезд в пятницу и к утру субботы будете на месте. Вас заберут на станции и отвезут на виллу, где вы примете участие в мероприятиях, в том числе и в собеседовании с Карлой.

– Стойте… В эти выходные? – тихо спросила я.

Вот гадство! Я должна была сесть в «Евростар» и мчаться через Ла-Манш в Лондон к своей подруге Хейзел. Не тот поезд, совсем другое направление.

Макс лишь коротко кивнул. И продолжил:

– Вы подпишете соглашение о неразглашении. Вы не сможете обсуждать события, произошедшие в выходные дни, информацию, касающуюся мадам Дури, с кем-либо, независимо от того, успешно ли вы пройдете интервью. Вас отобрали из длинного списка потенциальных кандидатов, основываясь на личных соображениях Карлы о том, кто из вас может выполнить ее новый проект. В случае успеха мы подпишем договор о долгосрочном, годовом сотрудничестве с возможностью пролонгации. Выбранному кандидату будет выплачиваться жалованье от мадам Дури, а работа предполагает эксклюзивность, то есть все ваши параллельные проекты должны быть полностью оставлены.

Мое сердце замерло.

– Погодите, – прервал его тот же американец, который ранее задавал вопрос. – Вы хотите сказать, что мы должны бросить все свои дела ради работы над непонятно каким проектом Карлы Дури? Это нецелесообразно, – добавил он, озвучив то, о чем и так все думали.

– Сумма выплат от мадам Дури, озвученная мне, сэр, предполагает целесообразность, – резко ответил Макс.

– Это не ко мне, – тут же заявил американец. – Звучит как какой-то лохотрон. Удачи всем, кто променяет карьеру на какой-то неведомый «проект». – Он показал кавычки в воздухе пальцами, встал и разломил пополам тарелку с изображенной на ней аккуратной веточкой укропа; осколки посыпались по всему полу.

– У кого-то еще есть возражения? – спросил Макс, нетерпеливо махнув в сторону двери.

И так мы перешли из шорт-листа из семи человек в список из шести. К нашему же благу. Было интересно, многие ли из нас доберутся до виллы Карлы в эти выходные. Макс успешно запугал нас всех.

Я замерла на своем стуле. Естественно, я горела желанием узнать больше о проекте и – что еще более важно – я не могла пропустить ужин с Карлой Дури.

– Тогда давайте приступим, – заявил Макс, постучав ручкой по папке для бумаг.

И словно по команде в комнату, фланируя, вошли несколько официантов в темных одеждах. Они расставили тарелки с безукоризненно сервированным карпаччо из морских гребешков, нарезанным так тонко, что слайсы казались почти прозрачными и красиво контрастировали с насыщенным оранжевым цветом долек корсиканского клементина. Сама сервировка уже была предметом искусства.

Стул, на котором сидел американец, исчез, и словно по волшебству стало казаться, что его никогда здесь не было вовсе. Как быстро все о нем забыли.

С театральным Bon appetite[8] Макс вышел из комнаты, оставив нас чуть более просвещенными, чем прежде, но оттого не менее растерянными. Удивительно, но никто не бросился обсуждать суть «писательского проекта». Это блог? Ньюслеттер? Или нечто большее?

Я повернулась к сидящей справа от меня Джульетте.

– Уже что-то, – проговорила я. У Джульетты была репутация королевы гастрономических сплетен Парижа, и я была уверена, что она может зайти в любой ресторан, бар или клуб и ее тут же узнают в лицо. Однажды я встретила ее на пресс-ланче в отеле «Кларис», но едва ли она запомнила меня по имени.

– Absolument[9], – выдала она высоким французским тембром.

– Будешь в это ввязываться? – спросила я без обиняков.

– Ясно же, что да, – не раздумывая ответила она. – Такая возможность выпадает раз в жизни. К тому же мне нужно хоть в выходные отдохнуть от Парижа. В последний месяц погода была такой депрессивной, – с тоской заметила она.

– Но все случилось слишком внезапно, так? И предложение весьма расплывчатое… – добавила я в надежде вызнать, не принято ли в мире гастрономической журналистики объявлять о подобных предложениях в последний момент. Может, это норма?

– Когда мадам Дури кидает клич, мы отзываемся, – ответила она, накалывая прозрачный слайс гребешка с таким проворством, словно родилась с вилкой в руках. Улыбнувшись, я последовала ее примеру. За столом воцарилась тишина.

Я вспомнила самое знаменитое фото папарацци. Они засняли Карлу, загорающей топлес на яхте в Средиземном море. Заметив камеру, она подскочила и, держа бокал шампанского в одной руке, второй показала средний палец и улыбнулась, будто говоря: «Я вас вижу, и вот такая я на самом деле». Меня вдохновил ее поступок – а теперь, в преддверии личного знакомства, он начал меня пугать.

Я пыталась занять себя гребешком, но нервы играли злую шутку с аппетитом. Я сделала большой глоток шардоне монраше и затем второй и немного успокоилась. Воистину, Карла Дури знала, как доставить гостям удовольствие!

И наконец я достаточно взяла себя в руки, чтобы попробовать блюдо, и с упоением принялась за солоноватые гребешки, оттененные сладко-пряным сочным клементином. Еда, вино, нетерпение… Слово «счастье» едва ли опишет мои истинные чувства.

Глава 4

Сцена разворачивается – Генри

Не успел Макс закончить свой рассказ о том, что именно нам предстоит в ближайший уик-энд, как я уже отправил ему подтверждение на электронную почту. Мне нужна была эта работа, что бы там ни планировалось, а перспектива уйти из Le Cercle и год работать с Карлой была просто потрясающей. Пока официанты подавали морские гребешки, я сделал большой глоток вина, подержал его во рту и задумался. Я пошел на ужин, ничего никому не сказав, в надежде на новые перспективы, что помогут мне изменить жизнь, но предложение оказалось намного лучше, чем я мог рассчитывать. Возможность выйти из тени дяди Мишеля подали мне на тарелочке вместе с сочными нежными гребешками. Это все, чего только можно было пожелать.

Когда мы уже доедали гребешки, наконец вернулся Макс.

– Надеюсь, вам понравилось первое блюдо. У кого-нибудь возникли вопросы? – спросил он таким тоном, словно спросившего тут же вышвырнут за дверь.

Я осмотрелся – интересно, кто-нибудь осмелится открыть рот?

– Почему мы должны забросить все ради нового проекта? Разве нельзя работать и тут и там? – смело подала голос Джульетта с выражением невинности на лице.

– Это работа с Карлой Дури, – строго ответил Макс. – Она потребует от вас полного внимания, всех ваших сил и сосредоточенности. Если вам так трудно это понять, вы можете идти.

Джульетта побледнела. Едва ли она привыкла к тому, что ее ставят на место.

– А почему для собеседования нужны целые выходные? – спросил Бальтазар.

Макс посмотрел на него так, будто тот – насекомое, которое собираются раздавить.

– Вы сами увидите. Но поверьте, скучно вам не будет, – заметил он. – Еще вопросы?

Остальные помотали головами и молча потупили взор.

Казалось, воцарившееся напряжение можно разрезать ножом. Может, этого Карла и добивалась, собрав нас вместе? Натравить нас друг на друга, заставив бороться за свой шанс.

Макс поспешно вышел из комнаты, и официанты убрали тарелки.

Словно пытаясь уравнять шансы, Бальтазар повернулся ко мне и спросил:

– Скажи, это твой дядя позаботился о том, чтобы ты попал на собеседование?

Я закатил глаза. Я привык к тому, что люди пытаются меня дискредитировать и приписывают мой успех семейным связям, но Бальтазар прекрасно знал, что такие слова все равно ранят.

– Твоя мамочка не забыла дать тебе с собой теплое одеялко? – огрызнулся я.

Бальтазар фыркнул и провел рукой по волосам, явно задетый моим комментарием. Мне всегда казалось, что он парится насчет своего возраста, слишком уж стараясь компенсировать работой свою молодость.

– Забыла, но я попрошу одеялко у твоей сестренки.

При упоминании Люси я покраснел, но взял себя в руки. Все знали, что мы с младшей сестрой живем в одной квартире. И все также знают, что, несмотря на разницу в возрасте, мы очень близки. Бальтазар мог бы придумать что-нибудь поумнее.

– Люси понятия не имеет, кто ты такой, – заметил я.

– Ah, bon?[10] – спросил он.

Сделав вид, что я выше этой дискуссии, я отвернулся, но уже знал, что, несмотря на всю мою показную браваду, мне придется приглядывать за Бальтазаром. В прошлом он уже играл не по правилам, и, хотя мне неприятно в этом признаваться, он меня переигрывал. При мысли о том, что мне придется терпеть его все выходные, я содрогнулся.

Я оглядел своих соперников – или даже, можно сказать, противников – и предположил, что у меня неплохие шансы на победу, что бы там ни планировалось.

У меня было больше знаний о кухне и мире французской кулинарии, чем у Джульетты и Бальтазара, и я был уверен, что пишу куда лучше, чем Белль. Тем более что она славилась скорее ТВ-шоу – хотя вдруг именно это и нужно Карле?

Кристофер мог не прийтись Карле по душе. Старый и надутый. Я надеялся, что она вскоре отправит его домой. Или он сам побоится состязаться с нами и уедет по собственному желанию. Было бы вполне в его духе.

Но больше всего меня беспокоила возможность сосредоточиться. Я писал о еде, и со временем грань между профессионализмом и удовольствием стерлась. За ужинами вино подавали быстрее, чем мы успевали его выпить, и было так трудно не скатиться в простое человеческое наслаждение вечером и хорошими блюдами.

К тому же Хлои… Темная лошадка. Она может меня отвлечь.

Я должен был с ней поговорить, спросить у нее, где именно мы до этого встречались.

Но только я открыл рот, мне тут же показалось, что я ее обидел.

Глава 5

Ночь длинных ножей – Хлои

Едва представив себе, как именно будет проходить двухдневное интервью с Карлой Дури, я заметила, что все молчат.

В надежде выведать хоть что-то я повернулась к Джульетте с вопросом, понравились ли ей гребешки.

– Исключительное блюдо, – выпалила она.

– Воистину, – подтвердила я, не зная, что еще сказать.

Наконец она наклонилась ко мне поближе.

«Ну вот», – подумала я, навострив уши, рассчитывая услышать инсайдерскую информацию.

– Скажи-ка мне, как ты получила место за этим столом? – спросила она, делая большой глоток вина.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Добрый день (фр.) – Здесь и далее примечания переводчика.

2

Боже мой (фр.).

3

Спасибо (фр.).

4

Красивая жизнь (фр.).

5

Изысканный тонкий французский пирог.

6

Великолепно! (фр.)

7

Итак (фр.).

8

Приятного аппетита (фр.).

9

Совершенно точно (фр.).

10

Что, правда? (фр.)