Танец влюбленных сердец

— Не боишься, что я продам его после тренировки?

— Нет, ну я бы посмотрела на твои попытки продать халат из секонд-хенда, который стоил рублей 20, — усмехнулась я.

— И с каких же пор Левицкая начала носить вещи из секонда? — с неприкрытым недоумением спросил парень.

— Насколько я помню, из нас двоих тебе было важнее, чтобы вещь стоила дорого.

— Какая же ты лгунья, вишенка.

— Поехали уже, — раздражённо закатила я глаза и прошла к лифту, мысленно готовясь к кошмару, что меня ждал на первой тренировке нашего дуэта.

Глава 8

Первая тренировка дуэта

Спустя минут двадцать мы с приятным звоном ангелочков зашли в студию. За стойкой сидела Саша и что-то заполняла в ноутбуке. Девушка с растрепанным пучком и в вязаном свитере зелёного цвета с овечками на ресепшене создавала уже знакомый уют, по которому я так скучала всю прошлую неделю. Правда, болезнь ее полностью не ушла. Саша до сих пор шмыгала носом, смешно прикрывая глаза, и тихо кашляла, чтобы в зале её не было слышно, хотя там играла громкая музыка.

— Привет, Саш, — подошла я к ресепшену, и уголки губ невольно приподнялись в лёгкой улыбке. Все же на тренировки было еще приятнее приходить, когда за стойкой сидела наша Саша. — Как самочувствие?

Девушка, оторвав взгляд от экран, подняла на меня свои каре-зелёные глаза. В них было столько недовольства и усталости, что я даже начала жалеть об этом вопросе, но дружеский смешок предательски все равно вырвался из груди.

— Я только вчера закрыла больничный, а сегодня утром у меня опять пропал голос, — с хрипотцой в голосе и кашлем проговорила Саша.

— Да, Ваня рассказывал, что у тебя горло очень болело. Наверное, мороженого переели в кинотеатре.

— А с ним в кино уже ходили? — шёпотом парировала девушка и кивнула на Влада. Я обернулась на парня. Тот стоял около двери, с интересом разглядывая моих ангелочков, словно вообще не был рад находиться здесь.

— С ним? Я вообще его впервые вижу!

— Да что ты? — саркастично усмехнулась та. — Решила незнакомца на своём байке прокатить?

Я не успела и слова сказать в свою защиту, как в кармане завибрировал телефон. На экране высветился звонок от Александры Ивановны, который нельзя было проигнорировать.

— Один-один — вполголоса проговорила я и нажала на “ответить”. — Здравствуйте, Александра Ивановна.

— Лер, привет ты уже приехала? — послышался голос тренера, который я с трудом разобрала из-за шума.

— Конечно, — весело усмехнулась я. Даша и Александра Ивановна уже смирились, что я часто приезжала за минут тридцать-двадцать до тренировки. — Что-то случилось? Или тренировки не будет?

Мои слова заинтересовали Влада, который всего мгновение назад начал изучать Сашин ресепшн. Парень подошёл ближе ко мне, приставив ухо к моему телефону в надежде послушать наш разговор с тренером.

— Нет, тренировка будет, — с недовольством ответила женщина. В отличии от сестер и Даши, у Александры Ивановны не было столько терпения наблюдать за нашими спорами с Юрченко, она больше предпочитала работу, чем пустую болтовню. — Мы с Дашей едем со второй студии, будем через двадцать минут. Возьми, пожалуйста, ключ от маленького зала и начни разминаться. Если приедет Влад, пускай к тебе присоединяется, — я недовольно глянула на Влада, которого сама сюда привезла и кто сейчас нагло подслушивал мой разговор с тренером. Наши взгляды встретились, и на лице парня заиграла самодовольная ухмылка. — Включишь колонки, чтобы скучно не было, — вновь послышался голос Александры Ивановны, что спас меня от нарастающего желания выгнать Юрченко из студии. Правда, тот просто не мог не раздражать меня, и Влад опять прижался к моему телефону.

Рука осторожно потянулась к нему так, чтобы парень ничего не заметил. Мгновение — и Влад скрутился от боли. Я схватила его за ухо, чтобы тот не подслушивал наш разговор и, видимо, немного переборщила, ведь Юрченко даже и звука не мог издать.

— Да, хорошо, — мило ответила я тренеру и чуть сильнее сжала ухо парня. Ну, не жалеть же мне его.

— Тогда до встречи, — попрощалась женщина, и послышались глухие гудки, с которыми я, наконец, отпустила Влада.

— Ау, — так наигранно выдавил тот и потёр ухо. Бедненький мальчик… — Левицкая, ты совсем с ума сошла?

— Нечего подслушивать чужие разговоры! — заявила я, даже не взглянув в сторону парня, и обратилась к Саше, которая из последних сил сдерживала улыбку. — Дай, пожалуйста, ключик от малого зала.

— Но там речь шла и обо мне, — все тем же возмущенным тоном ответил Влад и попытался перехватить мой взгляд, но я лишь протянула руку, забрав ключ от малого зала у Саши.

— Вы мне напомнили момент из сериала, — все же не сдержала смех Саша. — Кстати, как раз ты мне его и советовала.

— А, Касл, — улыбнулась я, поняв, о каком сериале говорила девушка. В детстве я смотрела этот детективный сериал с мамой, уговаривала её посмотреть ещё одну серию на канале, а не идти спать. Сейчас мне не нужно было ни у кого спрашивать, чтобы допоздна в десятый раз пересматривать его.

— Классный сериал, — неожиданно поддержал наш разговор Юрченко. Я с удивлением обернулась на парня. В моем окружение ещё не было того, кто знал и смотрел этот сериал. Поэтому мне было так трудно поверить в искренность слов Влада. Не хотелось, чтобы мой любимый сериал стал очередным рычагом для этого подлого парня. — Что ты так смотришь на меня, вишенка?

— Ты смотрел его? — вырвалось у меня, хотя я совсем не хотела этого знать.

— Да, почти каждый вечер с бабушкой по телевизору смотрели.

С бабушкой? Я думала, что бабушки больше предпочитали старые или же наши русские сериалы, а не про писателя и детектива полиции Нью-Йорка, которые вместе расследовали убийства. По крайней мере мои не принимали такие сюжеты.

— Ладно, пошли в зал, — приходя в себя от этой новости, проговорила я.

Прошло минут двадцать с нашего разговора с Александрой Ивановной, как она вместе с Дашей, наконец, показались в зале. За это время мы с Владом успели размяться под треки из моего плейлиста. К счастью, все прошло в полном молчании. Никто из нас не хотел начинать разговор. Да и говорить нам было не о чем, кроме вечных споров.

— Размялись? — в попыхах спросила Александра Ивановна, зайдя в зал. — Тогда, Лера, твой телефон подключён к колонке?

— Да, — в недоумении ответила я, совсем не ожидав такого прихода тренера.

— Включай любую песню. Мы начнём с импровизации.

И вновь мне выпал шанс включить свой трек, чтобы застать врасплох Юрченко. Я уже даже знала, какой лучше всего подошёл бы для нашего дуэта. Правда, торжествующую ухмылку нужно было скрыть до начала танца, чтобы ни Александра Ивановна, ни Влад не смогли что-то сказать против.

Я нашла нужный трек в плейлисте, сразу перемотала его на средину, пропустив скучную часть, и положила телефон на столик около зеркала. Музыка наполнила зал, нарушив нашу тишину. Это была песня от Меган Трейнор “Untouchable”, которая уже несколько лет вирусилась в Тик токе.

— Ты решила опять с батла начать? — с недовольством в голосе уточнила Александра Ивановна. Она, наверняка, узнала песню и поняла, что было у меня на уме.

— В прошлый же раз прокатило, — совсем невинно пожала я плечами и взглянула на Юрченко. Парень тоже был не в восторге от выбранной мной песни. Стоял он прямо, руки были скрещены на груди, а в глазах читалась неприкрытая неприязнь. Но тот не мог мне ничего сделать или сказать, только смотреть и потом портить мой танец.

— Да, но вам нужно научиться начинать танец не с батла, а нормально, — перебила наш разговор взглядами тренер.

“Научимся еще”, — хотела я ответить ей, как заиграла та самая часть песни, которая нужна была мне. Она настолько хорошо походила к нашим отношениям с Юрченко в этом вынужденно дуэте, что я, начав танец, просто не могла не напевать строчки, каждую из них адресуя только парню:

— Thank you in advance, I don't wanna dance. I don't need your hands all over me. If I want a man, then I'ma get a man. But it's never my priority. I was in my zone, before you came along, — эта песни после тренировки имела все шансы стать моей любимой, ведь в его глазах начали читаться переживания и недовольство, а сам Юрченко понятия не имел, что делать дальше.

— Лера, у нас не концерт, — уже который раз за эти годы напоминала мне Александра Ивановна. В детстве, когда я только начинала свою карьеру с ней, я иногда, чтобы все тело вспоминало хореографию и знакомые биты, начинала подпевать. Спустя годы у меня все равно осталась эта привычка, но уже когда мысли полностью уходили, позволяя мне раствориться в музыке.

Я ничего не ответила на замечание тренера, но петь все же перестала. Вместо слов, на моих губах заиграла самодовольная улыбка, которая стала лишь шире, стоило мне заметить, что парень даже не собирался ко мне присоединиться. Видимо, хорошо выбранная песня развела всю его недельную уверенность.

Я подошла ещё чуть ближе к Владу и осторожно ткнула пальцем в его грудь, стараясь не касаться его.

— Наслаждаешься? — тихо спросил Юрченко, и в его глазах вместе с неприязнью промелькнуло то, что предвещало начало беды.

— Ужасно, — протянула я, продолжая танцевать. — Чего же ты не присоединяешься, Владик?

— Песню не знаю, — сухо ответил тот.

— Так ты чувствуй ритм.

Парень ничего не ответил, и я уже надеялась, что этот батл точно остался за мной, а не превратился в дуэт. Но через мгновение Влад схватил меня за запястье и повёл в танец. Тот не сильно отличался от моего прошлого, скорее продолжал его. Те же резкие движения с моей стороны, показывающие, насколько мне не хотелось танцевать с Юрченко, а Влад же наоборот стал тем настойчивый парнем из песни. Даже его касания были удерживающими, что порой становились настоящей хваткой, оставляя за собой красные пятна.

И вот его рука легла на мою талию, заставив тело дрогнуть. Я попыталась уйти, но Влад слегка усилил хватку и продолжил танец, словно не заметил моей попытки изменить ход нашего дуэта.

— Убери руку, — процедила я сквозь зубу.

— Ладно-ладно, — с наглой усмешкой в голосе проговорил эти слова Влад и отпустил меня, сделав пару шагов назад.

— Стоять, — подорвалась Александра Ивановна, которая весь наш танец сидела на пуфике и пристально наблюдала за каждым нашим движением. — Руки на талии были прекрасным ходом. Что произошло? Вот вернитесь в эту позицию и гляньте на себя в зеркало.

Я кинула на Юрченко недовольный взгляд в зеркало, но все же встала в нужную позицию. А Влад так и остался стоять, вызвав моё удивление и легкое недовольство Александры Ивановны:

— Что такое?

— Я не особо горю желанием спорить с ней. Вдруг опять включит своего внутреннего босса, — нагло кивнул на меня парень. Я сразу обернулась на него. Руки сжались в кулаки настолько сильно, что ногти впивались в кожу. Боль должна была помочь мне не вспылить и не выговорить все, что приходило на ум. Но самодовольная улыбка Юрченко все испортила. От собственного гнева меня спас спокойный голос Александры Ивановны:

— Так, что между вами двумя произошло?

— Кто-то ко мне в гости зашел, — фыркнул в ответ Влад, не смея хоть на миг отвести свой взгляд от меня.

— Потому что кому-то родители в детстве за эти восемь лет все же не объяснили, что лгать не хорошо, — в том же тоне проговорила я. И если бы взглядом можно было убить, то Юрченко лежал бы уже мертвым. Но, к сожалению, это были лишь мои мечты. Поэтому мне ничего не оставалось, как просто сократить расстояние между нами.

— Я хотя бы с родителями рос все эти годы, — эти слова прозвучали тише и неувереннее предыдущих. Видимо, я попала в яблочко. Жаль для этого понадобилось восемь лет в Минске.

— Да? И чего же ты тогда здесь совершенно один, Юрченко? Где родители, с которыми ты был эти восемь лет? — ещё сильнее ударила я в тоже место, но уже шепотом, по себе зная, насколько трудно было оправдываться перед взрослыми, что жил не с родителями в нашем возрасте. И вот наглая улыбка пропала с лица парня, и тон стал угрожающим, даже вместо “вишенка” прозвучала моя фамилия:

— Переходишь границу, Левицкая.

— Ты уже её перешел, придя в эту студию, Юрченко, — я сделала ещё шаг к парню, и мы уже стояли так близко, что я ощущала его дыхание на своём лице. От Влада исходил запах мяты, может, мятной жвачки, что так резал нос. Я терпеть не могла мяту, особенно её запах от жвачек.

— Хочу напомнить, что вам еще контемп вместе танцевать, — встряла в наш разговор Александра Ивановна. Я уже и забыла, что женщина все это время была в зале.

— Контемп? — в один голос переспросили мы. Правда, интонации наши отличались. Влад спросил больше с интересом и любопытством, когда я же с полным негодованием.

— Серьезно?! Контемпорари?! — воскликнула я. — Прошлые годы нормально заходили и хип-хоп и более резкие, дерзкие хореографии.

— Меняем концепцию, — пожала плечами тренер. Всего за неделю мне пришлось услышать эту фразу столько раз от тренеров, от сестер, что уже даже тошнило от нее.

— А, получается, старые пары нам уже не катит, старый стиль тоже, вот пришёл Юрченко, так сразу он в пару к Левицкой, а в зале романтикой повеяло! — перешла я на крик, который не был направлен на Александру Ивановна или же Влада, скорее на белую стену.

Никто ничего не ответил на мой внезапный крик. И мне самой стало стыдно за свою вспышка гнева, который не удалось подавить. Но полностью он тоже не ушел, ведь Юрченко до сих пор пялился на меня через зеркало с самодовольной ухмылкой на лице. Мне иногда даже казалось, что даже, убив парня, его ухмылка преследовал бы меня и дальше в моих снах.

— Раз, два. Раз, два, — с глубокими вдохами тихо считала я, чтобы прийти в себя, и осторожно села на пол перед Александрой Ивановной. Раньше мне новый ритм счета помогал справляться с другими проблемами, а сейчас — со вспышками гнева. — Ладно, что по музыке?

— Мы с Дашей подобрали вам несколько вариантов: Daylight, Sailor song и Car's outside.

— Вау, — с сарказмом выдохнула я. — Один хуже другого.

— Есть ещё варианты, вишенка? — с наглостью спросил Влад, который сидел в другом конце зала, спиной прижавшись к стене.

— Можно уйти в хип-хоп, а не контемп. Или все же выгнать тебя отсюда, чтобы мы танцевали как раньше, — мило улыбнулась я Юрченко. — Лично мне нравится второй вариант, Владик.

Влад собирался что-то ответить мне, но его перебил звонок телефона. Александра Ивановна сразу полезла в карман. Тренер была явно не довольно внезапный звонком. Но она все же с тяжёлым вздохом взяла трубку.

— Алло. Да, мг. Сейчас подойду, — с паузами отвечала тренер и недовольно повернулась к нам, когда разговор закончился. — Мне нужно подойти в большой зал к Нине Андреевне, посидите здесь и решить, под какую музыку собирается танцевать. И постарайтесь не убить друг друга.

Александра Ивановна быстро схватила байку со стула и вышла из зала. Я взглядом проводила женщину, пока за ней не хлопнула дверь, и устало уронила голову на руки. С приходом Юрченко все пошло наперекосяк. Парень сумел за неделю превратить мою жизнь в полный хаос. И его это вообще не смущало. Даже сейчас Влад с кривой ухмылкой наблюдал за мной и за тем, как моё раздражение постепенно уступало место пустому принятию новой жизни.

— А ты что улыбаешься? — все же не выдержав на себе его пристальный взгляд, сухо спросила я.

— Люблю смотреть, когда ты злишься, — с сарказмом проговорил парень и откинул голову назад так, что пряди каштановых волос осторожно упали ему на глаза. Проклятье, как Юрченко удавалось быть придурком, но таким симпатичным одновременно?

— Гуляй лесом, Юрченко, — устало проговорила я ему в зеркало и вновь лбом уткнулась в колени. У меня совсем не было желания и сил спорить с ним, хотя присутствие парня здесь до чёртиков напрягало.

“Первая тренировка дуэта удалась”, — с сарказмом посмеялся мой внутренний голос.

Глава 9

Новый день в школе

Во время учебы, особенно в одиннадцатом классе, время шло слишком быстро. Казалось, совсем недавно мы стояли на линейке первого сентября, но вот уже была середина октября. Дни стали короче, ночи длиннее, а листья уже почти все окрасились в золотистый цвет.

Тренировки с Владом проходили не лучше первой, даже несмотря на то, что одних в зале нас запирали всего раз в неделю. Они всегда заканчивались нашими спорами, фырканьем или же полным игнором, который переходил и в танец, а каждое его касание ко мне напоминало ожог, болящий и обжигающий Даже после тренировки. И внутри я все же начала надеяться, что тренера решат взять другую пару или поменять контемп на хип-хоп, где не нужно было доверять партнеру. Но чуда так и не случилось…

Мы с Ксюшей шли по длинному коридору второго этажа, где у нас были кабинеты русского, белорусского, математики и нашей администрации, решив прогуляться перед уроком. Подруга по пути поправляла хвост, держа в зубах бордовую шелковую резинку, пока я читала информацию, которую прислала Ирина Валентиновна в чат класса.

— Что Иришка написала? — спросила Ксюша, завязывай волосы в хвост.

— Ай, ничего интересно. Только список отсутствующих, — сухо проговорила я и оторвалась от телефона. Правда, не стоило мне этого делать.

Из кабинета директора вышел Кирилл, которого весь сентябрь я не видела. Походка у него расслабленная, почти королевская. Парень думал, что, являясь сыном директора, на его голове красовалась корона славы и неприкосновенности в школе. Но правда, которую он все никак не мог принять, была намного хуже. Кирилла либо не любили из-за его поступков, либо смеялись над ним.

— Так, мы сейчас с тобой осторожно поворачиваем к нашему кабинету и находим одного из парней, — тихо проговорила я подруге и схватила её под локоть.

— Что происходит? — ошеломленно спросила та, но все же пошла за мной.

— Кирилл.

Ксюше хватило одного имени, чтобы ускорить шаг к нашему кабинету. Нам обеим не нравился сын директрисы из-за его резких перепадов настроения. Парень в один день мог читать мне целые поэмы о любви и предлагать встречаться, а во второй расстроенный моими отказали с класса девятого посылать меня меня куда подальше.

— Лера! — послышался весёлый голос Кирилла позади нас, что заставил ускорить шаг.

“Не оборачивайся”, — сказала я сама себе и закрыла глаза в надежде, что когда они откроются Кирилл волшебным образом исчезнет.

Но вместо этого я лишь врезалась в чью-то грудь. И стоило мне открыть глаза, как мой кошмар стал ещё хуже. Теперь позади меня шёл Кирилл, а передо мной стоял Юрченко, кто явно не был доволен нашей встречи, но на его губы легла натянутая улыбка. У нас это, видимо, была привычка врезаться друг в друга в школьных коридорах.

— Привет, вишенка.

— Опять ты? — скривилась я и попыталась скинуть ладони Влада со своих плеч.

— Лера! — конечно, для полного шоу нам же не хватало здесь Кирилла. Теперь среду можно было не любить ещё больше

Появление Кирилла заставило меня натянуто улыбнуться Владу и играть, словно я с ним дружила с самого детства, как Лиза с Матвеем. Да, я выбрала притворяться подругой парня, которого терпеть не могла, чтобы парень, который уже достал меня, наконец, отстал от меня.

— Привет, Владик.

— У тебя будто бы судорога левой части лица, — с отвращением заметил Юрченко и скривился, что самой противно стало. И вот как ему можно было не врезать?

— Тебя убить мало, — все с такой же улыбкой проговорила я. Хорршо, что Кирилл был достаточно далеко и не слышал наш разговор.

— До сих пор дуешься за вчерашнее? — нагнулся парень ко мне так, что наши взгляды оказались на одном уровне.

— Лер, — оборвался голос Кирилла при виде нас с Владом.

— Кирилл.

“Черт, какой же он неугомонный”, — подумала я, повернувшись к парню лицом. Но мой взгляд сразу метнулся обратно к Владу, чья рука до сих пор лежала на моем плече, а сам Юрченко выпрямился и стоял слишком близко ко мне.

— Ладно, не буду тебе мешать. Вижу ты занята, — глядя на Влада, проговорил Кирилл. Перед уходом парень ещё раз взглянул на нас с Владом, и на его лице читалось полное разочарование.

— Черт, — наконец, до меня дошло, почему у него была такая реакция. Я резко смахнула руку со своего плеча и повернулась к Юрченко: — Ты в край охринел?

— И это твоя благодарность, вишенка?

— За что я должна быть благодарна, Юрченко?! За то, что сейчас этот придурок-сын директрисы подумает, что мы встречаемся, и пустит слухи по всей школе?

— Во-первых, я только что помог тебе избежать не самого желанного разговора с ним. Во-вторых, нам, видимо, после января все равно придётся играть пару. Комментарии читала?

— Во-первых, я и сама бы справилась с Кириллом, как и все эти три года. Во-вторых, у меня спам на такие комментарии.

Я не стала продолжать этот разговор и, толкнув Юрченко в плечо, прошла к кабинету. Ксюша быстро догнала меня и из последних сил пыталась сдержать смех.

— Ничего не говори, — вздохнула я.

— И не собиралась.

Первым сегодня стоял белорусский у Екатерины Сергеевны. Ещё с прошлого года мы взяли повторение всего материала, по которому была построена структура ЦЭ. В десятом классе была вся орфография, а в одиннадцатом — пунктуация. Конечно, расставление знаков препинания в предложениях мне удавалось намного проще, чем заучивание правил на правописание со множеством исключений. И как раз сегодня мы повторяли однородные члены предложения.

— Кстати, — внезапно протянула Ксюша, пока я дописывала предложение, — что между вами вчера на тренировке произошло? Влад что-то такое упомянул. Опять поругались.

— Круче, — тихо проговорила я, чтобы Екатерина Сергеевна не услышала, и спряталась за учебником. — Он вчера уронил меня на поддержке.

Ксюша прикрыла рот рукой и отвернулась от меня, словно ей это помогло бы сдержать смех:

— Он уронил тебя? — кивнула подруга на Влада, который сидел на второй парте с Димой. — И сегодня он в школе?

— Много свидетелей в зале было, — усмехнулась я. — А вне зала камеры повсюду.

— Теряешь хватку, подруга — тихо рассмеялась девушка, но мне её смех не передался.

— Я так устала уже от него, — с тяжёлым вздохом призналась я.

— У вас прошло всего три тренировки…

— На которых все одно и то же. Мы постоянно ругаемся, но и по-другому мы не можем, потому что он кретин. Я не могу с ним танцевать, не могу позволить ему касаться меня, держать. А он лишь масла в огонь подливает.

— Лера і Ксюша, вы дапісалі? Усё расставілі? — прервала наш разговор Екатерина Сергеевна, которая спасла меня от дальнейших расспросов подруги.

— Канешне, — ответила я, краем глаза взглянув в тетрадь.

— Да, — поддержала Ксюша.

— Добра, тады, Лера, хадзі да дошкі. Зрабі сёмы сказ, калі ласка.

— Добра, — улыбнулась я учительнице и уже собиралась встать со своего места, как Ксюша коснулась моей руки, привлекая моё внимание:

— Попробуй с ним поговорить, как это обычно делают нормальные люди.

“Это будет либо очень долгий разговор по душам, либо же короткий с криками и ссорами”, — хотела ответить я, но Екатерина Сергеевна вновь перебила нас:

— Ксюша, у цябе будзе дзявяты.

— Мг.

Я, наконец, прошла к доске под взглядами одноклассников. Мне досталось бессоюзное сложное предложение с цепочкой однородных членов. В девятом классе на экзамене у нас было что-то похожее в тексте.

— Усё, — дописав предложение, я повернулась к Екатерине Сергеевны и по привычке обвела взглядом класс. Кто-то до сих пор дописывал упражнение, не обращая внимания не доску, кто-то перешептывался, а кто-то проверял себя или же меня. И только Юрченко смотрел на меня.

— Так, ну, расказвай, — улыбнулась мне учительница.

— Гэта складаны бяззлучникавы сказ, які ускладнены радком аднародных членаў. Паміж часткамі ставім двукроп'е, а аднародные раздзяляем коскамі.

— Добра, — довольно сказала она и повернулась к классу. — Пытанні ёсць?

Я перевела взгляд на одноклассников. Все кивали, давая понять, что вопросов ни у кого не было. И лишь один с подозрением смотрел на доску и мое предложение.

“Сейчас начнётся допрос”, — подумала я, глядя, как лицо парня, Матвея, с каждым мгновение менялось. А это означало то, что сейчас он начал бы задавать тысячу вопросов.

— А чаму там двукроп'е? — с такой уверенностью, что у меня была ошибка, спросил Матвей. — Коску нельга паставіць?

— Гэта бяззлучнікавы сказ, бачыш? Пагэтаму двукроп'е, — указывая на предложение, проговорила я спокойно.

— Ну, да, бяззлучнікавы сказ, и там павінна быць коска!

Да, моего спокойствия надолго не хватило. В голове начали крутиться не самые приятные слова. Эту тему мы брали ещё в девятом классе, в десятом тоже писали такие предложения, а сейчас Матвей пытался доказать мне и всей системе образования, что там должна быть запятая.