Демон-Экзорцист IV

– Ребята уже ищут, – задорно сообщил Легион, радуясь возвращению Тлены.

Видимо, она ему очень нравилась. Он даже перестал говорить мрачно, как делал это последние дни.

– Сань, там за прудом лесок. Иди, там посмотри, – указал демон.

Я обошёл пруд, перелез через забор и принялся осматриваться. Но ничего, кроме вороны на ветке, я не увидел.

– Вон в том дупле, – указал Легион на большое дупло в старом дубе, которое располагалось на три метра над землёй.

Пришлось ещё и на дерево лезть! Но с усиленным демоном телом это не составило труда.

Но когда я заглянул в дупло, то так удивился, что на мгновение замер… Происходящее не укладывалось в голове.

Я вытащил оттуда трёхмесячного младенца. Его кожа была серой. А вид – болезненным, словно он вот-вот умрёт.

– Всё это время он питался демонической энергией, – пояснил Легион. – Богинки делают из детей себе подобных. Это единственный вид демонов, который именно так приобретает потомство. Ещё немного, и душу ребёнка заменила бы душа демона. Хорошо, что мы успели вовремя, – пояснил Легион, пока я осторожно держал младенца.

Он был из тех детей, до кого опасаешься дотронуться. Кажется, что от лишнего движения он может попросту развалиться…

Я опустился вместе с ребёнком на землю.

Он не плакал. Смотрел на меня стеклянными глазами, и казалось, что он даже не дышит. Но раз в несколько минут его грудь всё же вздымалась.

Я поднял над ним руку, и пальцы вытянулись, приобретая демонические очертания.

Используя одну из граней дара Легиона, я вытянул из его души всю демоническую энергию. И в тот же миг младенец закричал. Кожа порозовела, а глаза приобрели голубой оттенок. Мальчик был практически здоров, если не считать сильного истощения.

Я со всех ног понёсся к зданию детского дома, не забыв вернуть руке прежние человеческие черты. Там, на входе, я сразу вручил его охраннику.

– Что? Как вы нашли его? – удивился он, осторожно принимая ребёнка.

– Это моя работа, – ответил я. – Позаботьтесь о нём, вызовите врачей, – бросил я уже в дверях.

– А вы куда? – крикнул он мне вслед.

– Искать остальных!

Я провозился до самого вечера, не разрешая никому из охраны подходить к этому лесу.

Во-первых, они бы всё равно не нашли детей. Богинки хорошо их прятали. Большая часть находилась высоко на деревьях, некоторые вовсе были зарыты в норы.

К восьми вечера я передал шестерых живых и два мёртвых тела…

Это были близнецы, которых я отыскал уже полностью трансформировавшимися. Их души уже заменили новые демоны, а тела приобрели уродливые черты. От людей в них ничего не осталось…

Печально было осознавать горькую правду… что нельзя спасти всех. Но я хотя бы попробовал. Ведь не появись я здесь, детей бы искали очень долго, и ещё несколько могли умереть.

Но даже в таком случае я смог вытянуть из них энергию и заставить души демонов навсегда покинуть этот мир… Но пришлось вернуть охране два мёртвых тела.

Посмотрев на близнецов, директор приюта Олег Викторович накрыл их белой простыней, а затем улыбнулся:

– Вы спасли шестерых.

– Двух не смог, – ответил я, не скрывая своей печали. – Они были мертвы ещё до моего появления.

На самом деле, большая удача то, что удалось спасти целых шестерых. Обычно трансформация детей богинками проходит куда быстрее.

– Вы смогли уничтожить демона? – спросил Олег Викторович.

– Да, она вас больше не потревожит.

– Она? – переспросил он.

– Богинка, – пояснил я.

– Святые! – директор приюта схватился за голову. – Я о них читал. В древние времена, если в деревне орудовала богинка, то ни одного ребёнка не находили живым… Но потом появлялось много им подобных демонов.

– К сожалению, именно так они и размножаются. Но здесь мы нашли всех. И больше ни одной твари вблизи приюта не появится, – заверил я его.

– Я напишу вам благодарность в орден. То, что вы сделали – это уже настоящее чудо. К тому же, у обоих этих близнецов был порок сердца. Врачи говорили, что они не доживут до года. Они мучились. И, возможно, такой исход стал для них спасением, – печально проговорил он, пытаясь увидеть хоть что-то хорошее в сложившейся ситуации. – Но те шестеро, которых вы спасли… поверьте, я сделаю так, чтобы они никогда не забыли ваше имя.

– Это лишнее, – сразу ответил я.

– Отнюдь. Дети должны знать своих героев!

Дальше спорить у меня не было сил, день был довольно сложным. Так что пусть директор поступает по своему усмотрению.

Закончив дело в приюте, я вернулся в машину. Там на заднем сидении, свернувшись калачиком, спала Тлена.

– Тебя никто не заметил? – спросил я у неё, заводя мотор.

– А? Нет, господин, – сонно ответила она, потягиваясь. – Эти тела такие странные. Хочется спать. И в желудке… в животе что-то крутит.

– Ты просто голодная, – сказал я и протянул ей сэндвич, который достал из своего рюкзака. – Будешь работать в моём доме в качестве служанки. Сможешь жить как человек, но тебе понадобится скрывающий амулет.

– Служанка? Я не хочу быть служанкой, я жена владыки! – возмутилась она, но всё же взяла еду.

– Пока Легион не вернулся на трон, ты будешь делать то, что скажу я, – строго проговорил я.

– Хорошо. У меня всё равно нет выбора.

Как-то быстро она согласилась…

– О чём ты? – уточнил я.

– Стоит мне вернуться в мир демонов, как меня сразу убьют. Как и весь гарем Легиона. Удивительно, что хоть я жива осталась.

– Ещё и Лилит.

– Лилит? – брезгливо переспросила она, скривившись.

– Да. Скоро вы с ней встретитесь, – усмехнулся я, вспоминая рассказы Легиона о своём гареме. Лилит и Тлена искренне ненавидели друг друга, и я сомневался, что сейчас что-то изменится.

Я поехал к своему дому. Тлене велел зайти через чёрный ход, а Анастасия с Полиной уже были предупреждены о новенькой и ждали её у там. Они должны были незаметно провести её в комнату слуг, рассказать о правилах проживания в человеческом мире и выдать скрывающий амулет.

Мы до сих пор делали их из кристаллов Азалии. Их было столько, что хватило бы скрыть целую армию. Или несколько высших демонов…

Я же зашёл через главный вход, прошёл из коридора в общую гостиную и увидел там сестёр, играющих в настольную игру. Карина подняла руку и бросила кубики. Ей выпала шестёрка, и она сходила фигурой в виде принцессы.

– Я победила! – задорно воскликнула она, когда её фигурка оказалась на финише.

Я улыбнулся, глядя на эту умиротворяющую картину. Так и выглядит спокойная жизнь. Это то, чего я искренне хочу для всей своей семьи.

– О, Саша, ты вернулся? – заметила меня Лиза.

Девушки были так увлечены игрой, что не сразу заметили моё присутствие.

– Да, – озвучил я очевидное.

– Ты опоздал на ужин. Но Полина обещала оставить тебе самый сочный кусок мяса!

– Ещё бы! – усмехнулся я.

Не хотел показывать сёстрам своё настроение – им лишние волнения ни к чему.

Я направился в сторону кухни, но тут раздался звонок… Причём не тот, что стоит на воротах, он звучит иначе.

Дверной звонок.

А значит, гость каким-то образом прошёл через закрытые ворота.

– Идите в свои комнаты, – велел я сёстрам.

Мой голос звучал серьёзно, а потому они лишь кивнули и не стали задавать лишних вопросов. Оставили развёрнутую игру на столе и поднялись по лестнице.

А я пошёл открывать дверь.

Открыв её, я увидел на пороге Тимура Алексеевича с поникшей головой. В руке он держал портфель, из которого капала кровь.

Глава 2

– Проходите, – пригласил я Тимура Алексеевича.

Он кивнул и вошёл в дом, прижимая к себе мокрый рюкзак. За дверью лил проливной дождь. Прошло всего минут пятнадцать, как я вернулся домой, а погода уже настолько успела испортиться… как и обстоятельства.

Закрыв дверь, я повернулся к гостю:

– Тимур Алексеевич, пойдёмте за мной.

Архонт выглядел встревоженным и мрачным. Таким я его никогда не видел. Обычно он создавал впечатление сильного и уверенного человека, но сегодня всё было иначе – он выглядел разбитым, и несложно было догадаться почему. Рюкзак был весь в крови.

– Вот здесь, – указал я, когда мы подошли к кладовке. – Вы уверены, что хотите её увидеть? – спросил я, понимая, что от вида мёртвой девочки ему будет только больнее.

– Уверен, – ответил он, и руки, держащие рюкзак, задрожали.

Я открыл дверь. Сперва показалось, что чулан пуст. Кроме горы хлама, вёдер и тряпок, там ничего не было.

– Где… где она? – пробормотал Тимур Алексеевич.

– Она здесь. Попросите её показаться.

Тимур Алексеевич опустился на колени. Долгую минуту он вглядывался в пустоту, прежде чем произнести:

– Ульяна, это я, дедушка. Пожалуйста, я очень хочу тебя увидеть.

Сперва это не подействовало. Тогда Архонт продолжил:

– Пожалуйста, я хочу последний раз посмотреть на свою любимую внучку. На ту, кто была так дорога мне все эти годы. На ту, кого я так и не смог сберечь, – его голос дрогнул. – Святые, прости меня за это… Прости.

По щекам Архонта потекли слёзы. Он был искренним в своих сожалениях. Судя по этой речи, он испытывал немалую вину за произошедшее с Ульяной. И наверняка считал, что сам недосмотрел, и именно поэтому всё привело к печальным последствиям.

Нужно было усилить охрану, сдать сына в психбольницу, сделать хоть что-нибудь, но предотвратить печальную трагедию, когда отец убивает собственную дочь. Причём даже не понимая, зачем… Она могла сказать что-то резкое, могла сделать то, что ему не нравилось: начать шуметь, отвлекать от дел – всё, что делают дети, и что так раздражает взрослых.

– Ульяна, – тихо повторил Тимур Алексеевич.

В кладовке показалось едва заметное свечение. Оно становилось ярче и ярче, пока не появился силуэт девочки, прижимающей к себе плюшевого медведя. Она встала на ноги и стеклянными глазами посмотрела на своего деда. Затем подошла и протянула руку. Коснулась его груди, а он попытался прижать маленькую ладонь к себе, но не смог.

Девочка была нематериальной. Она тоже не чувствовала, но понимала, что говорит своими жестами. Она погладила ладонью пушистую бороду своего деда, хотя тот не мог этого почувствовать, но увиденное его трогало.

А затем Ульяна сделала всего один жест, который на языке глухонемых означал «прощаю».

– Спасибо, – слегка улыбнулся он, но столько боли и отчаяния было в этой улыбке.

Затем он потянулся к рюкзаку, открыл его перед девочкой, и показались чьи-то окровавленные волосы. Он достал из рюкзака голову собственного сына, и девочка улыбнулась.

Её боль и страдания закончились ровно в этот момент. Силуэт начал терять свою яркость, становиться всё бледнее и бледнее, пока и вовсе не растворился в темноте маленькой кладовки.

– Она ушла, – сказал я через пару минут. – Я больше не чувствую здесь чужого присутствия. Ульяна наконец отправилась на тот свет, где ей и место.

Архонт тяжело выдохнул, распрямил плечи и поднялся. Я же наклонился и поднял голову. Посмотрел в остекленевшие глаза и произнёс:

– А хорошая подделка, дорогая.

– Да, – ответил архонт, но уже ни капли сострадания на его лице не было.

Я не сомневался, что в тот момент его чувства были искренними, но сейчас, когда всё закончилось, он взял себя в руки, и теперь я видел перед собой именно того человека, которого знал.

– Как вы поняли, что она не настоящая? – обернулся ко мне архонт.

– С рюкзака капала кровь, но паркет она не испачкала, – чуть улыбнулся я и вернул голову в рюкзак, закрыл его и отдал Тимуру Алексеевичу. – Заберите, пока её никто не увидел.

– Да, конечно, простите за этот спектакль. Это было для неё.

– Понимаю, она должна была всё это увидеть, – кивнул я.

– Теперь позвольте, мне надо идти.

– Подождите, – сказал я, когда архонт уже обернулся в направлении к входной двери.

У меня осталось ещё одно незаконченное дело.

– Что, Александр Олегович? Думаю, проблема уже решена.

Вид у Тимура Алексеевича стал такой, будто он хочет со всех ног сбежать из этого дома. Чтобы оказаться подальше от воспоминаний об Ульяне…

– Да, вы правы, решена, – кивнул я. – Но мне просто интересно, что теперь будет с вашим сыном? Насколько мне известно, у него есть и два других сына, причём все они от разных женщин. Как правило, от служанок, которые ложились под него ради каких-то своих целей.

В основном, конечно, ради денежных.

Этой фразой я намекнул, что основная угроза должна быть устранена. Иначе пострадают и другие.

– Я отправил его в больницу Святого Иосифа, там ему будет лучше, – печально вздохнул архонт. – Этот ответ вас устраивает?

– Более чем, – кивнул я. – И спасибо, что нашли более мирный выход, – я кивнул в сторону чулана и закрыл там дверь.

Такой вариант устранения проблемы меня устраивал. Из психиатрической больницы имени Святого Иосифа ещё никто не сбегал, если верить официальным данным. Там сына Тимура Алексеевича обработают так, что он даже себе навредить не сможет.

– Это вам спасибо, что не изгнали её и не стали перепривязывать её к другому месту, а подумали о душе бедного ребёнка, – печально улыбнулся архонт.

– Я бы поступил так с каждым.

Я проводил Тимура Алексеевича к выходу. К этому времени дождь уже приутих.

Затем отправился на кухню, где Полина разогрела для меня ужин.

– Я больше не ощущаю присутствие девочки, – сказала она, ставя передо мной чашку с ароматным чаем. На всю кухню разносился запах чабреца.

– Да, проблема решена. Не стой, присаживайся, – кивнул я на место напротив.

В аристократических домах не принято было, чтобы слуги принимали пищу вместе с господами. Но сейчас мне было плевать на это правило, ведь передо мной на самом деле не служанка, а одна из сильнейших демониц нашего времени.

Полина кивнула и охотно присела напротив. Взяла вторую кружку, которая стояла на столе и налила себе чаю.

– Мне нравится человеческая еда, – вдруг сказала она. – У неё больше вкусов.

– Или дело в том, что твоё тело теперь устроено иначе, – ответил я, хотя сомневаюсь, что кто-то проводил исследование, чтобы узнать количество вкусовых рецепторов у разных видов демонов и сравнить их с человеческими.

– Господин, позвольте задать вам личный вопрос, – осторожно начала она. – Я понимаю, что это не совсем правильно, и у меня нет на это прав…

– Почему у тебя нет на это прав? – недоумевал я.

Всё-таки разница видов иногда сказывалась на понимании друг друга. Людям мои одержимые казались немного странными, хотя по факту в них говорили отголоски их истинного нутра.

– Потому что я принадлежу вам, – довольно ответила Полина.

– Давай так, я сразу поясню тебе. Я человек, – сказал я тихо. – Да, Легион сидит в моей голове и даёт мне свои силы. Но при этом, с подчинёнными я обращаюсь как с людьми. Даже несмотря на то, что они демоны. Людей они не убивали, а до тех пор у меня нет повода плохо к ним относиться. Поэтому каждый имеет право высказать своё мнение, а уж что с ним делать, я решу отдельно. Но в любом случае прислушаюсь.

– Спасибо, господин. На самом деле никогда не встречала подобного отношения, – вновь улыбнулась она. – Скажите, Тлене обязательно оставаться в этом доме?

Голос Полины стал тяжёлым. В нём чувствовалась вся ненависть, которую она испытывает к этой девушке.

– Да, обязательно. У неё ровно такие же права, как и у тебя, – объяснил я.

– Святые! – выругалась она.

– Следи за языком. Никто из людей не должен услышать это как ругательство, – напомнил я.

– Да, господин, простите, – она замялась.

– В чём причина такой просьбы?

– В том, что мы с ней никогда не ладили. С самого начала. Она подставляла меня, я подставляла её. Поэтому Легион отправил нас в одно время в разные миры. Но это не помогло нам примириться.

– А кто начал это всё? – спросил я.

– Если честно, я уже и не помню. Столько веков прошло. Знаю это как факт, что всё продолжится, – пожала плечами Полина.

Только разборок среди служанок мне в этом доме не хватало!

– Постарайся держать себя в руках. Ты будешь вознаграждена. Тлене передай то же самое. Если конфликтов между вами не будет, то вы обе останетесь здесь.

– Хотите сказать, что неважно, кто будет зачинщиком, вы можете отослать нас обеих? – удивилась Полина.

– Именно так. Поэтому повторяю ещё раз – держите себя в руках.

Я вложил в голос стали, и это подействовало.

– Хорошо. Я вас услышала, господин, – кивнула служанка.

Пока мы заканчивали ужин, в комнату вошёл дворецкий Фёдор и сообщил:

– Господин, к вам гостья.

– Гостья в такое время? – удивился я, повернувшись к слуге.

– Да, причём ведёт себя так, словно это она хозяйка этого дома, – в голосе Фёдора чувствовалась брезгливость.

Было видно, что ему не понравилась эта гостья.

– Хорошо, сейчас пойду посмотрю, кто там, – поднялся я из-за стола.

– Она велела мне приготовить ей лучшие покои, – усмехнулся Фёдор.

– Подожди пока, сперва узнаю, кто там, – ответил я.

Ужин был закончен. Я сделал последний глоток чая и, сытый, вышел в гостиную.

Но никак не ожидал, что под такое описание Фёдора попадёт Соня с двумя её охранниками.

– Саша, рада тебя видеть, – поднялась она с дивана.

– Я ожидал увидеть тебя ещё вчера, – напомнил я ей.

Вчера так замотался с переездом, а сегодня с богинками, что так и не спросил у Сони, где она задерживается. Но за ней всё время следили мои демоны. И если бы случилось что-то из ряда вон выходящее, они бы сообщили. А поскольку они молчали, то и мне не было смысла переживать.

– Прости, по пути мы заехали к моей тётке, которая живёт в Подмосковье. Там была ужасная дорога, и мы пробили колесо, – поёжилась Соня.

– У вас нет запаски? – вскинул я бровь.

– Пробило четыре колеса, – поправилась она.

Оправдание выглядело не очень убедительно.

– Ты ведь мне врёшь, – прямо заявил я, что всё знаю.

– Допустим, – она отвела взгляд.

– Где она была? – спросил я у Легиона.

– Она правда ездила к тётке. Но там встретила какого-то аристократа и с ним болтала целый день. Или, как это у вас называется, флиртовала. Но не переживай, до постели не дошло. Хотя жаль, я бы посмотрел! – недовольно закончил демон.

Будь его воля, он бы целыми днями только и делал, что смотрел фильмы для взрослых и ходил по борделям.

– Демонический извращенец, – мысленно ответил я.

– Сам не лучше! – фыркнул Легион и замолчал.

Я не был против задержки Сони потому, что у нас с ней не было никаких договорённостей о точном времени. Она и родственников моих смогла подговорить, чтобы выйти на две станции раньше в Подмосковье, и там арендовать машину. Но мне крайне не нравилось то, что она об этом врала.

– Тебе подготовят покои, сможешь отдохнуть с дороги, – сообщил я Соне.

– Что-то ты неприветлив, – подметила она и хмыкнула.

– А ты стала слишком смелой.

– Разве это плохо? – приподняла она бровь.

– Отчасти. Не стоит забывать, где находишься и чем рискуешь.

– Ладно, – неохотно согласилась она, больше ради приличия.

На Соне всё ещё действовало ментальное влияние, которое вложили в её голову. Отсюда и парадоксальность поведения.

И прямо сейчас она прекрасно это показывала. Вспомнить только, какой она была в доме своего отца… Робкой и застенчивой. Чуть ли не рыдала, рассказывая правду.

А сейчас выдвигает чужим слугам какие-то свои условия по поводу лучшей комнаты, не спросив у хозяина. И даже возражает мне. Но именно такой она и была до трагедии. Яркой.

– Спасибо, а для моей охраны комнат в доме много? – спросила она.

– Да, – ответил я, про себя добавив «пока что», – они расположатся в соседних покоях от твоих.

– Спасибо, Саш. А что у вас на ужин?

– Ужин уже прошёл. Если хочешь есть, я позову к тебе слуг, думаю, они что-нибудь организуют.

– Это будет замечательно, – улыбнулась она. – А когда мы отправимся к Кольцовым?

– Только приехала, уже хочешь обратно домой? – усмехнулся я.

– Нет, но хочу быстрее разобраться с проблемой, – помотала она головой.

Видимо, её отец настолько сильно усилил контроль, что Соня уже мечтала вернуть всё на круги своя.

Обычно девушки из богатых семей, да и аристократки, предпочитают задерживаться в столице. Ведь это хороший способ найти новых знакомых, друзей, а иногда и мужа. Именно об этом грезила моя старшая сестра – Лиза. Младшая же хотела найти друзей и уже прислала мне ссылки на сайты некоторых школ, где она бы не отказалась учиться.

Похоже, при выборе на стоимость она не смотрела…, но думаю, что в ближайшее время мы сможем себе это позволить.

Скоро я должен буду встретиться с Игорем Геннадьевичем и передать ему один из артефактов, а потом два – в орден. Лучше это сделать до конца следующей недели, чтобы получить премию в день выплаты заработной платы, а не ждать её ещё месяц. Всё-таки в Святом ордене бухгалтерия тоже не работает мгновенно, а только по определённым числам месяца.

– Саш, перед тем как я уйду, у меня будет ещё одна небольшая просьба, – слегка неуверенно сказала Соня, но при этом она смотрела мне в глаза, а не в пол.

Сплошные просьбы… Меня уже начинает это утомлять.

– Какая же? – хмыкнул я.

– В субботу у Ростовых будет бал. Я бы хотела туда пойти… – она не договорила, и я перебил её.

– Но ты не хочешь, чтобы отец об этом знал, ведь он строго-настрого сказал тебе не выходить из дома, пока с тебя не снимут то ментальное воздействие, которое было оказано, – продолжил я за неё осуждающим тоном.

Ведь её отец попросил меня присмотреть за девушкой.

– Там будет моя тётя, – ответила она с гордо поднятой головой. – Никакой опасности!

– Прекращай врать. Так и скажи, что хочешь встретиться с кем-то из молодых людей.

– Нет, что ты! – резко возразила она.

– Да ведь оно так и есть. Я по твоим глазам вижу, когда ты врёшь.

– Чёрт! – вскинула она руки. – Я так надеялась, что ты этого не вспомнишь.

– Нас уже ничего не связывает, и мне всё равно, с кем ты общаешься. Но пока не разберёмся, ты будешь сидеть в этом доме.

– Какая разница ведь, что я буду со своей охраной, что здесь, что там?

– Большая.

– У тебя своей гвардии даже нет! – не унималась Соня, а мне уже хотелось поскорее закончить этот спор.

И я ещё не послал её чисто из уважения к тому, что было между нами в прошлом и из-за её отца, которому дал обещание. С ним и вовсе не хотелось ссориться, ведь мы его оставили управлять Муромским баронством.

– Пока нет. У меня есть трое слуг, – спокойно ответил я.

– Две девушки и старик, – усмехнулась она.

– Да, но ты ещё не видела, на что они способны, – намекнул я.

Конечно, они не станут показывать свою демоническую природу, но от людей вполне смогут её защитить.

– Ну, пожалуйста, всего одна просьба! И я не буду мешаться у тебя под ногами! – она начала умолять.

– А что, иначе мешалась бы? – усмехнулся я. – Я большую часть дня провожу в ордене.

– Ты неисправим, – вздохнула она и демонстративно отправилась наверх по лестнице.

Так она решила, что не уязвит свою гордость. Пускай.

Как раз там её встретит Фёдор и покажет подготовленные покои. Пока мы разговаривали, я уже передал ему через Легиона приказ подготовить место, где остановятся наши гости.

Всё это время охрана Сони не говорила ни слова, и они отправились тотчас наверх за девушкой.

Ох, чувствую, её пребывание в этом доме ничем хорошим не закончится.

После того как гости разошлись по своим покоям, я отправился в свои. Уснул, как только моя голова коснулась подушки. А проснулся к завтраку.

Забавно, но кроме меня до него никто не встал. Хотя слуги должны были предупредить, что теперь мы завтракаем в семь утра.

– Ваш отец отправился по своим делам в орден, ему нужно встать в график дежурств. Все остальные спят, – пояснила Тлена. Она находилась в обеденном зале вместе с Фёдором, который следил за ней, пока она осваивается.

– А в кузницу он не собирался?

– Вроде бы собирался.

– Не вроде, а да, – пояснил в моей голове Легион.

Отец очень хотел научиться кузнечному делу, чтобы перенять древние знания и научиться ковать святые клинки. Это будет огромный шаг не только для нашего рода, но и для меня самого. Такое оружие поможет мне победить владык и выполнить свой контракт.

Сразу после завтрака я отправился по своим делам, а после обеда уже был в здании ордена. Я выполнил задание, на которое давалось две недели, поскольку оно было из разряда самых сложных, и теперь мне предстояло выбрать новое.

– Сань, давай на этот раз без уродливых старух, – попросил Легион.

– Это уже как получится. Да и какая тебе разница, кого убивать? – мысленно спросил я.

– Ну, на суккуб смотреть как минимум приятнее, – фыркнул он.