
Полная версия:
ТОМ 1. ПРОЕКТ «ИЗОЛЯТ»
Луч фонаря скользнул выше, к лицу твари.
Глаз у него не было. На их месте зияли две глубокие, абсолютно сухие воронки, изъеденные пористыми известковыми наростами, похожими на застывшую пену или кораллы. Губы давно рассыпались, обнажив сплошной, монолитный оскал — зубы слились с челюстью в единую серую костяную пластину. Но самое страшное было в его грудной клетке.
Ребра проходчика разошлись в стороны, разорвав изнутри брезентовую куртку. Внутри пустой, высохшей грудины не было ни сердца, ни легких — только густое, спутанное переплетение тонких, как паутина, белых минеральных нитей, которые вибрировали и тихо шуршали при каждом его «вдохе», втягивая в себя остатки влаги из воздуха.
Монстр повернул голову в сторону Артёма. Шея хрустнула так громко, словно лопнула сухая ветка.
Он не видел инженера, но он чувствовалего. Для этой ходячей пустыни Артём был ходячим бурдюком с водой, теплым, влажным источником жизни в этом мертвом, обезвоженном склепе. Тварь издала глухой, свистящий звук, похожий на сквозняк в печной трубе, и дернулась вперед.
Несмотря на кажущуюся хрупкость, скорость и сила этого каменного мешка были чудовищными. Существо не чувствовало боли, не знало усталости мышц. Оно просто бросило свое тяжелое, плотное как бетонный блок тело вперед, выбросив вперед руки с обломанными, острыми как ножи фалангами пальцев.
Артём не стал отступать. Спиной он уже упирался в тяжелый стальной сейф, к которому намертво прирос окаменевший профессор Коваль. Деваться было некуда, и паника, сковывавшая мышцы, в секунду сменилась ледяным, отчаянным инстинктом загнанного в угол зверя.
Когда серая, изъеденная известковыми наростами туша навалилась на него, выбрасывая вперед тяжелые, угловатые руки, Артём вскинул «ТТ» почти вплотную к раскрытой грудной клетке твари и дважды нажал на спуск.
Грохот выстрелов в замкнутом зале слился в один оглушительный удар. Вспышка ослепила, а в лицо инженеру тут же швырнуло плотное, обжигающее облако смешанного с известковой пылью дыма.
Пули пробили монолитную грудину проходчика с глухим, каменным треском — словно ударили кувалдой по шлакоблоку. Из пробоин брызнули фонтанчики серой крошки и белой пудры, разорвав в клочья паутину тонких минеральных нитей внутри пустых ребер. Но тварь даже не сбавила шага. У нее не было болевого шока, не было сердца, которое можно остановить, и крови, которая могла бы вытечь.
Тяжелое, как мешок с цементом, плечо монстра с силой врезалось Артёму в грудь. Удар выбил весь воздух из легких. Инженер с грохотом отлетел в сторону, больно ударившись затылком о металлическую стойку с приборами. Пистолет выскользнул из онемевших пальцев и со звоном укатился под ржавый стеллаж.
Тварь развернулась с тошнотворным, сухим скрежетом позвонков, роняя из простреленной груди струйки мелкой белой пыли, и снова двинулась на него. Из ее пустых глазниц с тихим шипением потянулись тонкие белесые нити, ощупывая воздух в поисках тепла и влаги.
Артём, задыхаясь от режущей сухости в горле и тупой боли в ушибленных ребрах, шарил рукой по бетонному полу, пытаясь нащупать хоть что-то. Его пальцы наткнулись на холодную, шероховатую сталь — тяжелый разводной ключ с наваренной трубой, который он притащил сюда вместе с инструментом, когда еще не понимал, в какой ад спускается.
Когда каменные, острые как обломки шифера пальцы монстра уже сомкнулись на его брезентовой куртке на плече — ткань с сухим треском начала мгновенно дубеть и белеть в месте прикосновения, — Артём перехватил трубу обеими руками и с коротким, хриплым выдохом вложил весь вес своего тела в удар снизу вверх, целясь прямо в коленный сустав твари.
Сталь с оглушительным звоном врезалась в пористый известняк.
Раздался громкий, сухой хруст, похожий на раскол ледяной глыбы. Лишенная эластичности, пересохшая бедренная кость не выдержала точечного удара. Колено твари разлетелось на крупные серые осколки, осыпав пол мелкой крошкой. Монстр потерял опору и с тяжелым, глухим грохотом рухнул на бетон, подняв вокруг себя густое облако удушливой белой пудры.
Не давая ему подняться, Артём вскочил на ноги, занес тяжелый ключ над головой и с остервенением обрушил его на каменный затылок твари. Еще раз. И еще. С каждым ударом под сталью с сухим треском крошился пористый известняк, пока голова бывшего проходчика не превратилась в груду мелких, безжизненных обломков.
Артём замер, тяжело опираясь на разводной ключ. Его грудь судорожно вздымалась, в висках бешено стучала кровь, а во рту стоял невыносимый, едкий привкус сгоревшего пороха и известковой пыли, от которого нестерпимо болело горло.
Артём судорожно вдохнул, но воздух в зале стал настолько плотным от поднятой в драке известковой пыли, что горло тут же обожгло новым спазмом. Сухость стягивала язык так сильно, словно он стал деревянным, а каждый вдох отдавался в бронхах тихим, колючим свистом.
Из черного подземного вентиляционного туннеля, откуда вышел первый проходчик, уже доносился новый звук. Теперь это был не одинокий шорох. Это был гулкий, нарастающий скрежет десятков каменных подошв, перестук сухих, лишенных плоти суставов и тихое, многоголосое шипение, похожее на шелест сухого тростника на ветру. Они шли плотной стеной.
Не выпуская из правой руки тяжелый разводной ключ, Артём рухнул на колени и сунул левую руку под нижнюю полку ржавого металлического стеллажа. Пальцы скребнули по шершавому, покрытому белой крошкой бетону и наконец наткнулись на холодную вороненую сталь.
Он вытянул «ТТ» из пыли, стряхнул с затвора мелкий известковый налет и сунул тяжелый пистолет за пояс спецовки, прижав его тугим брезентовым ремнем. Следом он метнулся к столу профессора Коваля, схватил с пола толстый лабораторный журнал с запекшимися черными пятнами крови и запихнул его за пазуху, прямо под робу. Бумага с сухим хрустом согнулась, но крепкий переплет удержал страницы.
В дальнем углу зала, за рядами мертвых приборных стоек, тускло светился красным глазом бронированный шкаф аварийной автоматики. Над ним на пожелтевшей эмалированной табличке чернела трафаретная надпись: «КОНТУР ХИМИЧЕСКОЙ НЕЙТРАЛИЗАЦИИ. СЕКТОР 041».
Артём бросился туда, перепрыгивая через обломки окаменевших кабелей. Едва он добежал до шкафа, как из вентиляционного штрека в зал хлынула первая волна «меловых».
Их было не меньше десяти. Бывшие проходчики, инженеры в задубевших халатах, охранники с вросшими в каменные ладони кобурами. Они двигались рывками, ломаными, угловатыми силуэтами, скрежеща известняковыми суставами так громко, что у Артёма заложило уши. Белая пыль, поднимавшаяся от их шагов, заволокла зал густым удушливым туманом.
Артём рванул на себя тяжелую крышку аварийного пульта. Замок поддался с резким металлическим щелчком. Внутри, под толстым оргстеклом, светился ряд тугих механических кнопок и старый дисковый наборник, покрытый слоем сухой белой пудры.
Первая тварь — высокий рабочий с расколотым черепом, из которого вместо мозга торчали пучки белых минеральных нитей, — уже тянула к спине Артёма свои острые, каменные пальцы.
Но он не обернулся. Он с силой вжал первую кнопку: Семь. Металл щелкнул туго, со скрежетом.За спиной раздался тяжелый топот. Каменная ладонь с силой вцепилась в левое плечо спецовки Артёма, моментально превращая грубый брезент в хрупкую, задубевшую корку. Жгучий, ледяной холод ударил в кожу, мгновенно вытягивая влагу из мышц.
Артём взвыл сквозь стиснутые зубы и, не глядя, с размаху ударил назад тяжелым разводным ключом. Сталь врезалась в известковую ключицу твари с громким треском. Рука монстра обломилась у самого плеча, но отрубленная кисть продолжала судорожно сжиматься на куртке инженера, впиваясь в кожу как тиски.
Свободной рукой Артём вбил вторую цифру: Четыре.
Твари окружили его полукольцом. В луч фонаря попали десятки пустых, изъеденных известковыми кораллами глазниц. Воздух вокруг стал настолько сухим, что у Артёма треснула нижняя губа, а на языке выступила густая, соленая капля крови, которая тут же начала сворачиваться в сухой комок.
Он замахнулся ключом, снося голову ближайшему монстру — она разлетелась фонтаном белой пудры, — и вбил последнюю цифру кода: Девять.
В глубине бронированного шкафа что-то гулко щелкнуло. Загорелась яркая, режущая глаза янтарная лампа, а из старого динамика над пультом раздался пронзительный, бьющий по нервам механический вой:
«ВНИМАНИЕ. АКТИВИРОВАН ПРОТОКОЛ КИСЛОТНОГО СЖИЖЕНИЯ. ВРЕМЯ ДО СБРОСА РЕАГЕНТА — ДВАДЦАТЬ СЕКУНД. ПЕРСОНАЛУ ПОКИНУТЬ КОНТУР».
Под потолком зала, вдоль всех бетонных сводов, с тяжелым гидравлическим лязгом открылись десятки форсунок. Из них с оглушительным, шипящим ревом ударили вниз плотные струи едкого, желтоватого тумана — концентрированной ортофосфорной кислоты.
Едва первые капли попали на ближайших «меловых», зал наполнился чудовищным, шипящим воем. Известняк вступил в бурную реакцию с кислотой: каменные тела монстров мгновенно запенились, покрываясь пузырящейся белой коркой, и начали с треском оседать, превращаясь в кипящую, зловонную жижу.
Артём сорвал с плеча задубевший лоскут куртки вместе с приросшей каменной кистью и бросился в противоположный конец зала, туда, где за ржавой решеткой виднелась узкая бетонный проход дренажного коллектора В-12. Едкий кислотный пар уже обжигал лицо и разъедал глаза.
Артём влетел в узкую горловину дренажного коллектора В-12 за секунду до того, как сзади обрушился основной поток реагента. В технологическом зале за его спиной ревела настоящая химическая буря: тысячи литров концентрированной кислоты заливали пол, с оглушительным шипением пожирая бетон, сталь и останки «меловых».
Инженер пригнулся и в спешке и побежал по мокрому, склизкому желобу коллектора. Бетонный свод давил прямо на каску, заставляя пригибать голову, а под ногами хлюпала густая, ржавая жижа. Но сейчас эта вонючая, сырая вода казалась Артёму спасением — она возвращала в воздух драгоценную влагу, смывая с кожи мертвенную известковую пыль.
Однако кислотный туман гнался за ним по пятам. Желтоватое, обжигающее облако ползло по трубе с низким, зловещим шипением.
Артём чувствовал, как едкие пары обжигают затылок и шею. Каждый вдох теперь приносил новую боль — вместо сухого, каменного удушья горло драла острая, химическая горечь, от которой слезились глаза и перехватывало дыхание. На левом плече, там, где каменная рука твари успела коснуться куртки, кожа горела огнем: грубая ткань превратилась в жесткую белую корку, которая при каждом движении царапала плечо до крови, оставляя на коже глубокий, сухой шрам — первую метку «ИЗОЛЯТа».
Впереди, в конце бесконечного бетонного коридора, мелькнул тусклый, холодный отсвет. Вертикальная холодная металлическая лестница уходила вверх, в темный колодец аварийного люка.
Задыхаясь, выплевывая горькую слюну, перемешанную с известковой крошкой, Артём вцепился в ледяные скобы лестницы и полез наверх. Руки скользили по мокрому железу, мышцы сводило судорогой от перенапряжения, а снизу, из пасти коллектора, уже тянуло ядовитым паром, который будто меловая пыль хотел оставить Артема в этом ужасе .
Над головой тяжело уперлась круглая чугунная крышка люка. Артём уперся в нее спиной, собрал остатки сил и с хриплым рычанием толкнул вверх. Металл со скрежетом поддался и отвалился в сторону.
В лицо ударил ледяной ночной воздух.
Артём вывалился из люка на мокрый, покрытый изморозью асфальт какого-то закрытого технического двора в промзоне. Он жадно глотал холодный, влажный московский воздух, закашливаясь, сжимая в правой руке окровавленный разводной ключ, а за пазухой — измазанный черной кровью журнал профессора Коваля.
Он выжил. Он выбрался.
Но не успел Артём сделать и двух шагов, как из темноты вокруг вспыхнули ослепительные, бьющие по глазам лучи тактических фонарей. Визг тормозов разрезал тишину промзоны — к люку с двух сторон подлетели черные микроавтобусы без номеров.
— На землю! Лицом в асфальт! Руки за голову! — кричали сразу несколько искаженных через противогазы голосов.
Артёма сбили с ног профессионально, жестко, без лишних слов. Тяжелое колено в тактической защите вдавило его лопатки в ледяной асфальт, выбивая остатки воздуха из легких. Грубые руки в прорезиненных перчатках мгновенно вырвали у него разводной ключ, вытащили из-за пояса «ТТ» и извлекли из-под куртки журнал Коваля.
Вокруг суетились люди в глухих черных костюмах химзащиты с желтыми полосами на рукавах и пустыми, безликими буквами «В-ИЗОЛЯТ» на спинах. Один из них подошел ближе, присел на корточки и посветил Артёму прямо в глаза узким лучом фонарика, проверяя реакцию зрачков. Затем он провел по шее и губам инженера пластиковым тестером. Прибор тихо пискнул, мигнув зеленым индикатором.
— Чистый, — глухо произнес человек в противогазе, обращаясь к высокому мужчине в длинном черном плаще, стоявшему чуть поодаль у открытой двери микроавтобуса. — Надышался пылью, десны стянуты, но кристаллизация не пошла. Контур сработал штатно, сектор залили кислотой. Этот выжил.
Мужчина в плаще медленно подошел к лежащему на асфальте Артёму. Он не носил противогаза — только плотный медицинский респиратор, скрывающий нижнюю половину лица. Его холодные, серые глаза без малейшего сочувствия смотрели на дрожащего от холода и шока парня.
— Артём Сергеевич Воронов, двадцать восемь лет, обходчик четвертого разряда, — тихо, ровным голосом произнес он, словно читая приговор. — Сегодня в двадцать два сорок на перегоне произошел прорыв плывуна с выбросом метана. Бригада из двух человек погибла на месте. Тела не найдены.
Артём попытался поднять голову, но тяжелая рука оперативника тут же вдавила его щеку обратно в мокрый асфальт.
— Семёныч… — прохрипел Артём, чувствуя, как в горле все еще стоит невыносимая, сухая корка, от которой першит до слез. — Там… там люди… из камня…
— Там ничего не было, Воронов, — спокойно перебил мужчина в плаще. — И тебя больше нет. Твоя квартира опечатана, счета закрыты, в реестрах живых ты зачеркнут. У тебя есть два варианта: либо ты сейчас получаешь девять граммов свинца как случайный свидетель утечки, либо завтра утром надеваешь форму и спускаешься на следующий объект. Ты единственный, кто вошел в «Мел» без защиты и вышел оттуда на своих ногах. Нам нужны такие живучие.
На лицо Артёма набросили плотный черный мешок, пахнущий хлоркой и резиной. Его рывком подняли на ноги и закинули в темный кузов микроавтобуса. Тяжелая дверь с глухим лязгом захлопнулась, отрезая его от прежней жизни навсегда.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

