Последний рабочий

Через два года им удалось купить небольшую двухкомнатную квартиру в старом доме недалеко от заводской территории. Сделка потребовала почти всех накоплений, родительской помощи и денег, занятых у знакомых. Зато квартира была своя. В день переезда Виктор долго стоял посреди пустой гостиной, разглядывая облупившиеся обои, старые деревянные рамы и неровный потолок. Елена открывала шкафчики на кухне, проверяла краны и прикидывала, где удобнее поставить холодильник.

— Ну что, хозяин, — сказала она, возвращаясь в комнату. — С чего начнём?

— С ремонта.

— А потом?

Виктор обнял её за плечи.

— Потом будем жить.

Они действительно начали жить. По вечерам вместе красили стены, клеили обои и спорили из-за мебели. Виктор собственноручно сделал несколько полок, починил электропроводку и заменил смеситель на кухне. Елена сшила занавески и привезла от матери старый сервиз, который поставила в шкаф за стеклянными дверцами. По воскресеньям они ходили на рынок, выбирали продукты и иногда позволяли себе купить что-нибудь совершенно необязательное: красивую настольную лампу, книгу, новую скатерть или пирожные к вечернему чаю. Денег было немного, но им хватало. Виктор продолжал работать на заводе, постепенно получал более сложные задания и уже не нуждался в постоянном присмотре Корнева. Его уважали коллеги, к нему обращались за советом молодые рабочие, а мастера знали, что на Кошелева можно положиться, если оборудование неожиданно выйдет из строя.

Проблемы предприятия всё ещё казались ему временными. Иногда задерживали зарплату, иногда не хватало необходимых материалов, иногда приходилось работать на старых станках, ремонт которых откладывали из месяца в месяц. Но завод продолжал выполнять заказы, а рабочие получали деньги. Виктор не интересовался тем, кому именно принадлежат производственные корпуса и почему в городе всё чаще обсуждают продажу отдельных цехов. Он рассуждал просто: пока выпускается продукция, нужны специалисты, способные её производить. А значит, человек, который хорошо знает своё дело, без работы не останется.

В 2000 году родилась Дарья.

Виктор впервые увидел дочь через несколько часов после её появления на свет. Ему разрешили ненадолго зайти к Елене, и он стоял возле кровати, боясь неосторожным движением потревожить маленький свёрток, лежавший у жены на руках. Девочка была крошечной, красноватой, с тёмными волосами и недовольным выражением лица. Виктор никак не мог поверить, что это его ребёнок. Елена выглядела уставшей, но счастливой.

— Ну, папаша, — тихо сказала она. — Знакомься.

Он осторожно коснулся пальцем маленькой ладони. Дарья неожиданно сжала его палец, и Виктор почувствовал такое сильное волнение, какого не испытывал никогда прежде. Всё, что ещё утром казалось важным, вдруг отступило куда-то далеко. Завод, зарплата, планы по ремонту квартиры, неисправная машина — всё это оставалось частью его жизни, но теперь приобрело совершенно другой смысл. У него появилась дочь, которую нужно было растить, защищать, учить и однажды отпустить в собственную жизнь.

Вечером Виктор вернулся домой, сел на кухне и долго смотрел на стоявшую перед ним чашку чая. За окном шёл мелкий весенний дождь. На стене тикали часы, в соседней квартире кто-то смотрел телевизор, а откуда-то снизу доносился запах жареной картошки. Виктор вдруг вспомнил, как отец впервые привёл его на завод, как объяснял назначение маленькой металлической детали, как требовал переделывать небрежно выполненную работу и как однажды, после получения первой зарплаты, сказал ему: «Молодец, сынок».

Теперь Виктор хотел, чтобы когда-нибудь дочь могла сказать о нём то же самое.

Он подошёл к окну и посмотрел на город. За крышами жилых домов виднелись освещённые заводские корпуса, над которыми поднимался едва заметный в темноте пар. Где-то там продолжали работать люди. Одни заканчивали смену, другие только приступали к ней. Завтра утром Виктор тоже придёт на предприятие, переоденется, пройдёт к своему участку и займётся привычным делом.

Он чувствовал усталость, но впервые за долгое время не хотел думать об отдыхе. Ему казалось, что впереди начинается самая важная часть его жизни.

Виктор ещё не знал, что однажды будет вспоминать именно этот вечер, сидя на узкой железной кровати в тюремной камере. Он постарается восстановить в памяти каждую подробность: дождь за окном, старые часы, вкус остывшего чая, свет заводских корпусов и собственное совершенно необъяснимое ощущение счастья. Будет пытаться понять, в какой момент всё изменилось и когда он перестал быть тем человеком, который стоял у окна и думал только о жене и новорождённой дочери.

Но тогда, весной 2000 года, Виктор Кошелев ещё не задавал себе подобных вопросов.

У него была семья. У него была работа. У него был дом.

И он был совершенно уверен, что этого у него никто не отнимет.