Хочу тебя навсегда

Ви Венто

Хочу тебя навсегда

Глава 1

Сочи. Июнь.

Кирилл

— И что они планируют делать в этой ситуации?

Человек, с которым я разговаривал по телефону, ответил на мой вопрос, но его слова заглушил пугающий раскат грома, раздавшийся снаружи. Даже я, взрослый мужик, напрягся от этих звуков как из преисподней. Обернулся на большие панорамные окна и увидел, как тяжёлое серое небо рассекла невероятной красоты бело-голубая молния. Страшно красиво. Попросил своего собеседника повторить ответ и подошёл ближе к прозрачной стене, которая ограждала меня от сумасшествия, начавшегося на улице. Ветер трепал кроны деревьев как разозлившийся психопат, но этого природе, видимо, показалось мало, потому что в то же мгновение хлынул дождь стеной. Напуганные люди бросились врассыпную, кто куда. Многие побежали в отель, в холле которого я находился.

Закончив разговор, пошёл в сторону лифтов, чтобы поскорее добраться до своего номера, подальше от суеты и поднявшегося гомона. Собственно, туда я и шёл, пока меня не прервал телефонный звонок и невероятное зрелище разбушевавшейся стихии.

Зашёл в пустой лифт и устало прислонился к прохладной стене. Без интереса посмотрел на медленно сдвигающиеся створки кабины, как вдруг услышал женский голос.

— Подождите пожалуйста!

«Чёрт!» — выругался про себя, но выставил руку вперёд, блокируя двери. В лифт заскочила девушка и, поблагодарив, встала у противоположной стены. Кроме неё в лифте смотреть было не на что, поэтому мой мужской взгляд начал наглое исследование, пока она робко смотрела себе под ноги. Насквозь промокшая и трясущаяся как мышка, девушка держала в руках большую ёмкость с крупной сочной клубникой, которая норовила вот-вот выпасть из тары. Она старательно придерживала ягоды сверху, накрыв ладонью. Умопомрачительный аромат клубники разлился по всей кабине. Так пахнет лето. Я улыбнулся. Девушка подняла на меня свои тёмные глаза, но, засмущавшись, опустила обратно. При этом подняла лукошко повыше, закрывая облепленную мокрым белым шёлком грудь от моего взора. Скрестила загорелые длинные ноги в коротких белых шортах, и подняла своё лицо к табло, на котором сменялись цифры этажей. Нервничала. Ей некомфортно, что я её рассматриваю.

— Можно попробовать? — не удержался я.

— Простите? — она посмотрела на меня и слегка откашлялась.

— Клубнику. Угостите одной? Очень аппетитно выглядит. — Мне нравилось её смущать.

— Да, конечно, — протянула в мою сторону лукошко.

Я взял большую ягоду сверху и откусил. Действительно очень вкусная. Душистая и сладкая. Я даже глаза от удовольствия прикрыл.

— Невероятная. Давно такую не ел…

— Это домашняя. Урвала у одной бабушки на рынке, практически с боем. Уже второй день за ней хожу. — Девушка засмеялась и немного порозовела.

— Боюсь, завтра я тоже приду с вами драться за этот деликатес.

Мы оба рассмеялись.

Створки лифта открылись на двадцать пятом этаже, и мы вышли в коридор.

— Вы тоже живете на этом этаже? — спросил я, выкидывая хвостик от клубники в высокую узкую урну.

— Да, в том крыле, — она кивнула направо.

— И я.

Мы молча пошли по коридору. Дойдя до своего номера, девушка остановилась и, дружелюбно посмотрев на меня в очередной раз, попрощалась. Я кивнул в ответ и собирался пойти дальше, но почувствовал смятение с её стороны. Обернулся и понял, что дверь с клубникой в руках она открыть не сможет.

— Вам помочь? — быстро сообразил.

— Да, если можно. Подержите? — отдала мне ягоду, а сама хлопнула себя по задним карманам в поисках карты-ключа.

«Лучше бы попросила достать ключ» — подумал я, рассматривая полностью открывшуюся фигурку.

Она открыла дверь номера и, придержав её бедром, протянула руки за ягодой.

— А вы здесь одна? — решил уточнить прежде, чем реализовать свой план.

— Одна.

— И я один, — и сразу продолжил: — Вы знаете, что клубника идеально сочетается с шампанским? — я решил брать быка за рога. В конце концов, где, если не в Сочи, крутить курортные романы. И пока до неё доходил смысл сказанного, я добавил. — У вас клубника, у меня в номере есть шампанское.

Девушка на секунду замерла, уставившись на меня во все глаза. Ещё бы, проехала две минуты в лифте с незнакомцем, а он уже предлагает уединиться. Хотя учёные говорят, что человеку хватает всего пары секунд, чтобы понять, есть симпатия или нет. Да и в конце концов, мы взрослые люди.

Я смотрел в её тёмно-карие глаза и впервые в жизни видел, как внутри женщины борются желание и боязнь показаться слишком доступной. И чтобы облегчить ей принятие решения, я добавил:

— У вас есть три часа на раздумье, потому что у меня ещё два рабочих зума. Но в 19.00 я буду ждать вас в том, самом последнем номере, — показал на торцевую дверь.

Она гордо вздёрнула подбородок и с царским, чуть заметным наклоном, как бы делая мне одолжение, сказала:

— Хорошо.

Я широко улыбнулся, предвкушая отличный вечер и вернул ей клубнику.

***

Она постучала в мой номер в 19.20. Почему-то был уверен, что, стоя на пороге, уже готовая выйти из своей комнаты, она устраивала торги сама с собой. Но желание победило и вот она здесь. Я на секунду завис, рассматривая её. Волосы оказались не такими тёмными, какими показались вначале, видимо из-за того, что были мокрые. Сейчас её красивое лицо с тонкими изящными чертами обрамляли тёмно-русые пышные волны, которые спускались чуть ниже лопаток. Загорелое тело облегал короткий белый сарафан, с расклешённой юбочкой, на ногах были белые отельные тапочки, а в руках всё та же клубника, только на большой белой тарелке. Меня это умилило. Выглядело как-то по-домашнему.

— Прости, я задержалась, были пробки, — пошутила она, и я рассмеялся, пропуская её внутрь. Эта клубничная незнакомка определённо мне нравилась.

Девушка прошла в гостиную, прямо к столику, который стоял посередине и поставила на него тарелку.

— Хороший люкс, просторный, — протянула она, осматривая номер. — Стандарты у них тесноваты.

Я открыл бар, достал холодную бутылку игристого, подхватил два высоких бокала и направился к ней. Она медленно ела клубнику, и гипнотизировала меня взглядом. Следила за каждым моим действием. Как я открываю шампанское, как разливаю его по бокалам и один передаю ей. Она облизала красные от ягоды губы и отпила холодную жидкость прикрыв глаза. В воздухе витало густое предвкушение и без алкоголя его было тяжело выносить. Я тоже отпил добрую половину фужера.

— Как тебя зовут? — задал вопрос, который до сих пор не был произнесён. — Может Виктория? — хмыкнул, вспомнив название сорта клубники.

— Это было бы уже слишком, — она фыркнула и хохотнула. — Меня зовут Диана. А тебя?

— Красивое имя. Приятно познакомиться, Диана, — я протянул свой бокал к её, чтобы чокнуться. — Меня зовут Кирилл.

— Можно выйти на террасу? — спросила, а сама уже направилась к раздвижным стеклянным дверям. Я тронулся за ней, прихватив бутылку.

Терраса была внушительных размеров, примерно, как половина номера. Здесь стоял круглый стеклянный стол для завтраков и два плетёных кресла. Слева у стены находился большой квадратный лежак с толстым матрасом, скорее похожий на кровать.

Сочи уже погрузился в темноту, а воздух был тяжёлый и спёртый после ливня. Диана облокотилась на перила, рассматривая людей на подсвеченной набережной.

— Надолго ты здесь? — спросила она.

— Нет, всего лишь на три дня. Это рабочая поездка.

— Я тоже смогла вырваться только на неделю, но у меня слава богу отпуск. Ты из Москвы? — продолжала она сыпать дежурные вопросы.

— Да.

— И я из Москвы. А чем ты занимаешься, Кирилл?

— О том, чем я занимаюсь, мне совсем не хочется говорить, итак сплошная работа сутками. Хочу отдохнуть. — Я считал лишним чересчур близкое знакомство, всё равно продолжения у этой истории не будет. И Диана, слава богу, оказалась умной девочкой.

— Поняла. Больше не пристаю, — она улыбнулась и протянула пустой бокал. Я взял бутылку, которую принёс с собой на балкон и налил свежие порции нам обоим.

Я рассматривал девушку, стоящую рядом, и не мог понять, сколько ей лет. Стройное, гибкое, явно не пренебрегающее спортом тело и гладкая бархатная кожа говорили, что она совсем ещё молода, лет двадцать пять, не больше. Но эти пронзительные глаза, которые как будто видят тебя насквозь, отражали большой жизненный опыт. Как взглянет, так дух захватывает.

— Сколько тебе лет? — не сдержался. Знаю, что не принято, тем более мы, возможно, видимся в первый и последний раз, и вообще это не имеет для меня никакого значения, главное, что ей есть восемнадцать, но это любопытство зудело внутри.

Диана подняла бровь, не ожидая такого вопроса. Отвернула лицо обратно к морю, но ответила.

— Скоро тридцать, — опять отпила из бокала.

— Прекрасно выглядишь, я бы дал лет двадцать шесть не больше, — и я не лукавил.

— Спасибо. А тебе сколько?

— Скоро сорок, — вторил её ответу, но, не услышав ничего из её уст, решил разрядить обстановку. — Я ожидал, что ты тоже скажешь, что я не выгляжу на свой возраст или что-то типа того, — повернулся и посмотрел на её профиль смеющимися глазами.

Девушка окинула меня задумчивым взглядом с ног до головы и выдала:

— Я ещё не видела тебя во всей красе, потом скажу свой вердикт, — и опять отвернулась к морю. А я опять рассмеялся.

Поставив свой бокал на столик, подошёл к ней сзади и положил обе руки на перила, поймав Диану в своеобразную ловушку. Она повернулась ко мне лицом и, пытаясь скрыть волнение, сделала глубокий вдох, смело посмотрела мне в глаза.

— Ты боишься? — считал я её реакцию.

— Нет, но, знаешь ли, я не каждый день хожу в номера к незнакомым мужчинам.

— Через день? — уточнил я улыбнувшись.

— Нет, ещё реже. Примерно никогда.

— Ну, чтобы тебе было легче, я скажу, что тоже не каждый день и не всех подряд приглашаю к себе в номер, — я наклонился к ней ещё ближе, оставляя между нашими лицами сантиметров десять.

— А кого приглашаешь? — прошептала.

— Только особенных, кареглазых и от которых пахнет клубникой.

На этой фразе я накрыл её губы своими. Нежно заскользил по её мягким и тёплым, несильным напором заставляя их открыться и впустить меня глубже. Диана втянула воздух и прильнула к моему телу, расслабляясь. Так вот в чём дело, просто нужно было пройти первый рубеж, а дальше уже не так страшно. Я просунул пальцы в густые волосы на затылке, и легко их потянул назад, заставляя её откинуть голову и открыть мне свою шею. Повёл влажные дорожки от подбородка к ключице. Она гладила мои плечи и зарывалась пальчиками в волосы, так нежно и мягко, как кошечка. Нащупав молнию на спине, я дёрнул язычок и сарафан свободно повис на изящных плечах, которые я тут же освободил от бретелей. Белая материя опустилась на кафельный пол, оставив хозяйку обнажённой. Только кружевные стринги скрывали самое сокровенное. Я погладил ладонями её гладкое тело и наклонился к красивой груди с розовыми сосками. С удовольствием всосал их по очереди, оставляя влажными. От возбуждения и лёгкого ветерка они тут же напряглись и стали острыми. Я вернулся к мягким и тёплым губам, набросившись на них уже с большим жаром. Женские пальцы расстёгивали льняную рубашку на моём теле, и, закончив свою работу, нырнули внутрь, пройдясь едва касаясь по моему торсу. Отчего я впервые в жизни тоже покрылся мурашками. Вот это да! Дожил почти до сорока, а такого нежного секса у меня ещё не было. Она стягивала рубашку с моих плеч, а я прижимал её к своему набухшему паху, в надежде, что это хоть на секунду облегчит напряжение, скопившееся внизу. Ужасно хотелось взять её прям здесь на балконе. Но не сейчас. Не в первый раз.

Я подхватил её под ягодицы и, посадив себе на бёдра, понёс в спальню, не переставая целовать, ахренеть какой вкусный рот. Уложил на мягкую кровать, а сам поднялся, чтобы снять оставшуюся одежду. Свет в спальне не включал, но отсвет ламп из гостиной ложился на её гладкую кожу, подчеркивая все изгибы, что заводило меня ещё больше. Я видел, как она большими пальцами нырнула под кружевную резинку и медленно стянула трусики по ногам. Каждое её движение меня буквально добивало, а ведь она даже не осознавала, насколько женственно и эротично это делает. Я навис над ней на одной руке, а второй, достал презервативы из тумбы. Глядя в её, кажущиеся чёрными в темноте, глаза, я зубами разорвал упаковку и раскатал резинку по члену. Девушка подо мной, глубоко дышала в предвкушении. Вошёл медленно. Опёрся на локти, чтобы было удобно дотянуться до губ, при этом почувствовал, как придавил её своим весом. Она раздвинула пошире ноги для моего удобства и отдалась полностью в мою власть, закрыла глаза и мягко стонала, пока я плавно входил и выходил. В моём возрасте уже нет желания впечатлить, есть желание доставить удовольствие как себе, так и женщине. Играть в Камасутру, каждую минуту менять позы и бездумно долбить, чтобы показаться мачо, это точно не залог успеха. Расслабить, возбудить, и размеренно и качественно трахнуть — вот что нужно женщине. Я зацеловывал её и глубоко входил в горячее лоно, постепенно ускоряя движения. Диана часто задышала, впилась ноготками в мою спину, каждый стон становился всё громче.

— Давай, девочка, кончай, — прошептал я ей на ухо и сделал несколько сильных толчков, чтобы довести её до пика.

— Мммм… Мамочки! — уткнулась она мне в шею и протяжно застонала.

— Умница! — похвалил, и дав пару секунд передышки, перевернул её и поставил на колени. Диана легко меня приняла и прогнулась. Я быстро задвигался, доводя себя до долгожданного, яркого финала, и заодно Диану до ещё одного оргазма. Который явно был сильнее первого, потому что она с громким стоном уткнулась лицом в подушку и сгребла простыню в оба кулака.

Упав спиной на матрас, я отдышался и посмотрел на девушку, которая лежала на боку, подогнув ноги. Волосы разметались по подушке, глаза полуоткрыты, кожа блестит от испарины. Она так долго молчала, что я не выдержал и спросил.

— Диана, всё хорошо? О чём думаешь?

— Думаю о том, как я удачно сегодня купила клубнику.

Я опять рассмеялся во весь голос и потянул её к себе.

Глава 2

Диана

Открыла глаза, хлопнула ресницами пару раз, знакомый интерьер, но расположение мебели другое. Я в его номере. Сладко потянулась, чувствуя истому во всём теле. Дверь в спальню была закрыта, но за ней раздавался приглушённый мужской баритон. Кирилл разговаривал по телефону.

Я перевернулась на спину и закрыла лицо руками. Боже, я провела ночь с незнакомцем. Это абсолютно, абсолютно не в моём духе! Я слишком рациональная для таких поступков. Но этот мужчина, он как будто меня загипнотизировал. Господи спасибо, что моя интуиция меня не подвела и я проснулась удовлетворённой и довольной, а не расчленённой. Мужской голос за дверью стих и я, накинув белый, отельный халат, пробралась к двери. Взялась за ручку и замерла. Почему-то страшно было увидеть его сейчас, трезвым утром. Вчера всё казалось таким волшебным как в кино, шампанское, клубника, невероятный мужчина. Ладно, не сидеть же мне вечно в комнате, всё равно рано или поздно мне нужно будет посмотреть ему в глаза. С этими мыслями я отворила дверь и увидела Кирилла, стоящего у окна. Он был уже полностью одет и собран. Тёмно-серые брюки и белая сорочка. Пиджак висел на спинке стула. Одна рука была засунута в карман, а второй он держал телефон и что-то в нём читал. Нет, мне не показалось и это был не сон. Он действительно настоящий, сумасшедше прекрасный.

Высокий жгучий брюнет с янтарными глазами. Сейчас его белая сорочка особенно подчёркивала загорелую тёмную кожу. В нём явно присутствует смешение кровей. Очень экзотическая внешность. Красивый мужчина.

Он почувствовал, что я его рассматриваю и поднял взгляд.

— Доброе утро! — вежливо поздоровался и улыбнулся. При этом от его глаз рассыпались мелкие морщинки. Единственное, что выдавало его возраст. Вчера на его фразу о возрасте, я слукавила. Он был очень далёк от типичного среднестатистического сорокалетнего мужчины. Поджарый, спортивный, без единого намёка на пузико и седину. Очень похож на европейца.

— Доброе! — ответила с некоторым стеснением. Надо забрать платье с балкона и уходить к себе. Фантастическая ночь с принцем закончилась, моя карета превратилась в тыкву.

— Мне пора уходить, но я попросил принести завтрак в номер. Не знал, что ты любишь, поэтому заказал несколько блюд на свой выбор. Можешь не торопиться и насладиться трапезой, — он говорил и параллельно надевал пиджак, а я как заворожённая смотрела, как натягивается рубашка на его теле.

— Да, спасибо. За еду я ещё ни с кем не спала. Ты очень щедрый. — Мой юморок проснулся некстати. — Шучу, — тут же пояснила я.

— Я уже понял, что ты юмористка, — криво, но весело усмехнулся мужчина. Направился к выходу, но остановился напротив меня. — Если вдруг ты желаешь сэкономить деньги на еде, то могу предложить тебе питание: завтраки и ужины на ближайшие дни, в обмен на пару ночей, — сделал предложение в шутливой форме.

Чудесный диалог. Не знаешь смеяться или плакать. Хотя, с другой стороны, что я теряю. Провести ещё две ночи с умопомрачительным мужчиной в знойном Сочи — это то, что мне сейчас доктор прописал.

— Я согласна! — подумав пару секунд, ради приличия, по-деловому протянула ему руку для рукопожатия. Ну а что? Разве у нас не сделка?

Он смешливо посмотрел на мою ладонь, вложил свою, крепко сжимая, и потянул на себя, впиваясь своими губами в мои. Когда отстранился, сказал:

— Тогда я скажу помощнице, чтобы забронировала столик в Mamai-Cale на 19.00. До вечера! — он вышел и в дверях столкнулся с официантом, который привёз завтрак.

***

Фисташковое платье из тончайшего трикотажа с открытыми плечами и разрезом по ноге, золотые босоножки на тонкой шпильке и минимум макияжа. Волосы, уложенные на крупный брашинг, и капелька ненавязчивых духов.

Он постучался в мой номер в 18.30. Серое поло из тонкой дорогой ткани, тёмные брюки и влажные, после душа, волосы. Запах глубоких маскулинных духов заполнил пространство и низ живота сразу скрутило. Может ну его этот ужин? В его глазах я прочитала тот же вопрос, но после плотного завтрака утром и фруктов на пляже я сегодня ничего не ела, поэтому, смело шагнула в коридор и захлопнула за собой дверь.

Сидя у ручья под зелёными кронами деревьев в одном из красивейших ресторанов Сочи, мы ели белую рыбу и запивали её белым вином. Вели лёгкий и интересный разговор, филигранно умудряясь обходить личные темы. После ужина мы поднялись в его номер и занимались любовью на большой террасе люкса.

Следующий изумительный вечер мы провели в ресторане, расположившемся в изумрудных горах. Не близко от города, но оно того стоило. Пьянящий горный воздух, красивые виды, красивые мы. Всё слишком идеально, как в кино. Свидание прошло так же, как и предыдущее. Опять интересные разговоры и опять никакой информации кроме наших имён.

Кирилл вёл арендованный Porsche, уверенно держа руль и направляя машину по серпантину. Я смотрела на мужественный профиль и понимала, что начинаю пропадать, а ведь это наша последняя ночь.

— Останови, — попросила мягко.

— Тебе нехорошо? — он озабоченно посмотрел на меня, подумав, что меня укачало на серпантине, но, не дождавшись ответа, медленно свернул к кромке леса.

— Нет. Хочу заняться с тобой любовью в горах, — я вышла и встав перед капотом машины, просунула руки под короткое платье и сняла трусики. Он продолжал сидеть за рулём, неотрывно смотря на меня. Я развернулась и пошла в чащу, по пути выбросив кружевной предмет в траву. Слышала шаги за спиной и улыбалась. Глубоко не пошла, наткнулась на первое попавшееся изогнутое дерево и опёрлась на него руками, выпятив пятую точку. Кирилл тут же пристроился сзади. Нырнул рукой под мою юбку и впился пальцами в бедро.

— Диана, у меня нет с собой презервативов, — жарко прошептал на ухо, прислоняясь всем телом к моей спине.

— А мы аккуратно, — я потёрлась ягодицами о выпирающий пах.

— Лет двадцать в кустах не зажимался, — то ли возмущённо, то ли восхищённо высказался Кирилл и резко вошёл, вызвав рой мурашек на моём теле от невероятного чувства, когда кожей к коже, без защиты.

В наше последнее утро солнце светило как сумасшедшее, и небо было противно голубое. Я встала и, запрещая своим эмоциям выйти наружу, сделав непроницаемое лицо, отправилась в душ. Долго намыливала голову, долго водила руками по телу, размазывая гель для душа. Как будто это растягивание времени что-то изменит или спасёт ситуацию.

«Разве можно влюбиться за три дня? — спросила сама себя и тут же ответила. — В него можно…»

«Аааа! Нет, нет! Никакая это не любовь! — негодовала я внутри. — Просто красивый курортный роман». Мы женщины падки на романтические истории и поступки. Мужчина ласков и вежлив с тобой, а ты уже готова влюбиться до потери сознания. Да и надо быть объективной, я его совсем не знаю. Пара походов в ресторан и отличный секс ещё не показатель хорошего человека.

— Перестань! — приказала себе взять себя в руки и завершить эту сказку как взрослый человек.

Вышла из душа, обмотав себя полотенцем, открыла дверь, чтобы впустить прохладу и встала у раковины, намереваясь почистить зубы. Кирилл беспрерывно разговаривал с кем-то по телефону, рассекая номер.

Когда я уже заканчивала, интенсивную, нервную чистку зубов, в ванную зашёл разговаривающий Кирилл и посмотрел на меня через зеркало. Он завершал разговор, а я вытирала рот полотенцем, при этом мы оба смотрели в зеркало друг на друга. Мужчина отключился и положил аппарат на столешницу рядом с раковиной.

— Ты сейчас такая же, какой я встретил тебя в первый раз, — он просунул пальцы в мои мокрые пряди, зачёсанные назад. Собрал их на затылке и повернул мою голову так, чтобы я смотрела в его лицо. Вгрызся в мои губы и дёрнул полотенце, обнажая меня полностью. Без лишних разговоров и прелюдий, закинул моё колено на столешницу, открывая меня для себя, и, расстегнув брюки, резко вошёл на всю длину. Я судорожно втянула носом воздух и едва успела схватиться за раковину, чтобы не упасть от его напора. Придя в себя, открыла глаза и опять посмотрела на нас. Как же мы красиво смотрелись. Большой мужчина в белой рубашке и брюках и полностью обнажённая я, кажущаяся хрупкой на его фоне. Он перехватил меня рукой в районе груди, сплющивая её и прижимая к себе со всей силы. В зеркале блеснули стальные Audemars Piguet. В этот момент МЫ показались мне безумно красивыми, как в голливудском кино. Я протянула руку к его телефону, лежащему у моей ноги, и смахнула экран влево. Открылась камера и я нажала кнопку записи. Хотелось запечатлеть нас в порыве сладкой страсти. Но съемка получилась недолгой. Кирилл, решил окончательно свести меня с ума именно в этот момент начав двигаться со всей силы и в самую глубину. Я стонала, сжимая раковину и кусая губы. Тело прострелила волна оргазма, руки ослабли, и я бросила телефон на тумбу, полностью отдаваясь экстазу.

Мы впервые завтракали вместе. Самолёт Кирилла вылетал в полдень, поэтому мы успевали насладиться утренней трапезой на террасе. Удивительно, но впервые мы молчали. Не знаю, о чём думал он, но мои мысли с каждой секундой уходили в панику. А если он тот самый? А если мы сейчас разойдёмся и потеряем друг друга навсегда и упустим своё счастье? Да глупо, да всего три дня, но не попробовать я не могла.

— Кирилл, — получилось сипло, горло сковало от волнения. — Может увидимся в Москве?

Он отпил кофе из кружки, которую держал в руке и медленно поставил её на блюдце. Почему-то по этим неторопливым действиям я уже поняла его ответ.

— Нет, Диана, — сказал спокойно, а у меня всё ухнуло внутри. — Это были восхитительные три дня, я получил невероятное удовольствие в твоём обществе, но продолжения не будет. — Так галантно и так холодно.

Я отвернулась в сторону моря, пытаясь угомонить обиду внутри себя. Опять напридумывала себе сказку с хеппи-эндом и опять обманулась. Такие сказки пишутся в соавторстве, а не в одиночку. А мой соавтор отказался брать перо в руки. Почему мы женщины такие? Почему так легко и быстро влюбляемся? А ещё очень хотелось потребовать от него пояснений, что не так, если ему тоже хорошо со мной? Почему нельзя продолжить то, что так волшебно зародилось? Наверно, это вполне нормальные вопросы, и возможно, он бы мне ответил, но они казались мне такими унизительными, что я решила молча принять его отказ без всяких объяснений.

А потом меня пронзила больная догадка… А что, если… он женат? Скорее всего так и есть… Да, я помнила, что при знакомстве он сказал, что один. Но он и не соврал, здесь в Сочи он действительно был один. В первые секунды мне даже дурно стало, от своей глупости, что не подумала об этом раньше и от отвращения к самой себе, что спала с женатым мужиком. Да и розовая пелена сразу спала с моих глаз. Вся его привлекательность разлетелась в пух и прах. Но этот вопрос я тоже уточнять не стала. Во-первых, я уже с ним спала и обратно время не отмотаешь, во-вторых, я не хотела делать себе ещё больнее.