Там, где Тьма встречает Рассвет

— О, какие они классные! — заверещала Рут, с восторгом заглядывая в корзинку. — Поделись со мной, пожалуйста!

— Конечно, бери сколько хочешь. А хочешь — все забирай.

— Я не посягну на твой улов, — хихикнула она. — Мне хватит и одной.

— Давай дома выберешь? — предложила Клэр и переложила их в пакет, заботливо предложенный подругой из бардачка автомобиля. Все вместе, в пакете, они казались тяжелыми. На поле это даже не ощущалось. Так странно. Дождь продолжал моросить, и девушки рванули к машине, визжа и смеясь. Небольшая красная машинка приветственно замигала фарами.

Глава третья: Рыцарь или Демон?

Дорога в дождь всегда казалась Клэр чем-то особенным, почти романтичным. В машине было тепло и уютно, пока капли дождя тихо барабанили по крыше. На стекле одна за другой расцветали прозрачные узоры, чтобы через мгновение уступить место новым. Свет фар скользил по мокрому асфальту, выхватывая из сумерек миллионы крошечных мерцающих капель. Где-то далеко позади осталась суета города, а впереди лежала пустая дорога, которую мягко размывал мелкий дождь, и редкие фермерские угодья, утопающие в серой дымке.

Рут включила какой-то акустический кавер, и подруги звонко подпевали на припевах, покачивая головами в такт ритму. Каждая думала о чем-то своем — о теплом, добром, сокровенном. Время в дороге пролетело незаметно, и вот они уже подъехали к маленькому домику на краю города.

Дождь ненадолго стих, оставив после себя приятный, терпкий аромат мокрой земли и свежести, смешанный с влажным дыханием осенней листвы, и лишь редкие капли лениво падали с черепичной крыши и ветвей высоких деревьев, разбиваясь о лужи с чуть слышным звоном. Свет от фар автомобиля и одинокого уличного фонаря мягко отражался в воде, плавно скользил по бордовым листьям клена, прилипшим к грунтовой дороге. Все вокруг казалось таким тихим, будто мир специально замер, чтобы дать возможность сполна прочувствовать осеннюю меланхолию.

Воскресный вечер октября дышал прохладой и покоем, и Клэр, выйдя из машины, набрала в грудь побольше воздуха и закрыла глаза — так спокойно. Давно она не ощущала такого умиротворения. Эмоциональная встряска, кажется, и правда помогла. Быть может, теперь она сможет начать жить заново, не оглядываясь на прошлое?

Клэр забрала пакет с тыквами с заднего сидения авто и высыпала их в плетеную корзинку, стоящую в углу крыльца. «Хорошо, что не выкинула — такие красивые».

— Бабушка, мама, я дома, — крикнула Клэр, снимая обувь в прихожей. — И Рут со мной.

И в задумчивости зависла возле шкафа, словно пытаясь что-то вспомнить, а затем растерянно спросила:

— Рут, а ты не видела мой шарф? Я его в машине оставила?

— Не знаю, а он разве был на тебе?

— Да, я в нем выходила. Кажется. Неужели потеряла где-то?.. — разочарованно выдохнула Клэр.

— Я посмотрю в машине. А если оставила в кафе — Нора сообщит, — успокоила ее Рут.

— Хорошо, спасибо.

Миссис Келли вышла из кухни, вытирая руки о фартук, и с улыбкой встретила девчонок.

— Привет, дорогая! Рут, рада тебя видеть! Скорее, проходите в дом, я заварю вам чай. Тыквенный пирог как раз готов.

— Спасибо, бабушка, мы скоро подойдем, — с теплом ответила Клэр и провела подругу в свою комнату.

Рут с любопытством принялась рассматривать вещи, скользя пальцами по корешкам книг и сложенным в стопку музыкальным пластинкам.

— Я уже говорила, что у тебя хороший музыкальный вкус? — между делом сказала она, покрутив в руках пластинку группы «The Script» — популярной среди ирландской молодежи. И, судя по состоянию пластинки, слушали ее довольно часто. — Конечно, говорила. Это же я ее тебе порекомендовала. Я поставлю?

Клэр одобрительно махнула рукой, и Рут вышла из комнаты в поисках проигрывателя. Быстро сориентировавшись, она поставила винил на диск, и в доме заиграла веселая музыка. Тем временем Клэр быстро переоделась в сухую одежду: пижамные хлопковые брюки с мишками и безразмерную футболку.

— Напомни, почему я так редко бываю у тебя в гостях? — с наигранным недовольством бросила Рут, вернувшись в комнату.

— Потому что постоянно зовешь меня к себе, не успевая вовремя выполнить свои дела? — парировала Клэр.

— Точно, — хмыкнула она. — Тогда нужно срочно исправляться.

— Ты уже. Будешь чай?

— Нет, я о другом, — хитро улыбнулась Рут и заговорщически прошептала: — Устроим девичник?

Клэр сама не поняла, как на все это согласилась. Рут уже строчила сообщения в телефоне, довольно улыбаясь. И через каких-то минут сорок в доме находились еще две девушки: светловолосая Элин и Мэри — соседка Рут. Девушка с темно-русым каре, невысокого роста, немного наивная и эмоциональная, но очень душевная. Клэр была знакома с ней уже несколько лет, с тех пор, как Рут представила их друг другу одним летним днем на каникулах. Мэри, будучи самой младшей в их компании, считала дружбу с девочками постарше безупречным поводом для гордости. А те даже не пытались отстраниться от прилипчивой «мелюзги», что обычно свойственно детям с разницей в возрасте, и даже наоборот — вместе играли, закапывали секретики, перешептывались о вредных мальчишках и гадали на ромашках. Словом, вели себя как настоящие старшие сестры.

Мэри приехала в гости вместе с Элин — подругой и одногруппницей Рут. Элин, наверное, была одной из самых задорных девушек колледжа. И Клэр невольно сравнивала ее с Тэсс. Как в человеке может умещаться столько энергии и света? Элин заскочила в дом, держа в руках кучу пакетов с бутылками, закусками и какими-то книгами. На недоуменный взгляд она лишь широко распахнула глаза:

— Да, у нас так принято. Погнали веселиться!

Девушки, явно подготовленные к спонтанным девичникам, принесли с собой гадальные карты, любовные оракулы, руны, книги по астрологии и хиромантии — целый переносной шатер гадалки. К этому набору обязательно прилагалось вино, закуски и хорошее настроение. Клэр только смиренно вздыхала, глядя на запланированный подружками шабаш. Рут незамедлительно удалилась на кухню — варить глинтвейн. Миссис Келли вызвалась помочь, предложив свой фирменный секретный рецепт, и вот спустя пару минут они уже вместе готовили волшебное зелье под красивую музыку, разливающуюся по дому из старого проигрывателя.

— Рут, спасибо тебе за то, что не позволяешь Клэр раскисать. Я рада, что моя девочка приходит в себя. Я так за нее переживаю… — сердечно под