Путь к себе. Чёрная книга

Путь к себе. Чёрная книга

Вэл Черни

© Вэл Черни, 2025

ISBN 978-5-0067-8450-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ОТКАЗ ОТ АФФИЛИРОВАННОСТИ (DISCLAIMER)

Это произведение является художественным и основано на личных воспоминаниях, наблюдениях и вымышленных элементах. В нём упоминаются Burning Man, Black Rock City, и бренды, исключительно в описательном контексте. Упоминания не подразумевают никакой официальной связи, одобрения или спонсорства со стороны соответствующих организаций или торговых марок.

Burning Man®, Black Rock City®, и другие упомянутые названия являются зарегистрированными товарными знаками их соответствующих владельцев. Все товарные знаки используются добросовестно в рамках художественного повествования.

Автор не поддерживает и не пропагандирует употребление наркотических средств и призывает к ведению здорового образа жизни, пожалуйста.

Автор этой истории старается идти дорогой ясного разума и чистого дыхания. Пусть страницы этой книги вдохновляют на полное, здоровое проживание жизни.

Глава 1.

Бёрнинг Мэн 2017 —

Радикальный Ритуал

«У меня такая красивая одежда,

лицо и судьба»

«Меня зовут Вэл. Я из Вагины ещё советской выделки. Я никогда не учился в школе, так как закончил эстетическую гимназию, а ещё дважды один и тот же университет.

Я добрался до Бёрнинг Мэн автостопом. Меня подхватили французские парни – настоящие послы свободы. Ах, этот забавный дом на колёсах, называемый RV, с душистым запахом травы… Волшебную травку я получил в подарок от настоящих мужчин на парковке. Они сказали: «Удачи, парень!» – и исчезли.

Моя французская команда и я выехали из ближайшего города Рино утром. По плану дорога должна была занять два часа, но в Город Чёрного Рока или Город Чёрной Скалы (Black Rock City) мы прибыли только после заката. Причина: очередь из почти 70.000 человек.

Мы разбежались в поисках приключений. Один целенаправленно побежал заниматься сексом. Другой достал свой чудесный музыкальный инструмент и заиграл. А я продолжил свой путь в ночи: искал лагерь так называемых друзей, которые вот-вот должны были приехать.

Я был в пути из Нью-Йорка в Город Чёрного Рока уже больше сорока часов. Хотелось отдохнуть и попробовать здешние бесплатные бары, хотя уже шёл на четвереньках. То ли судьба, то ли усталость – я остановился буквально, просто физически не мог двигаться дальше…

Первая ночь, первый бар, первый шот… Именно здесь, я впервые в жизни услышал: «Добро пожаловать домой», – от людей, которых видел впервые. А ещё там были гамаки.

К моему удивлению, на третий день я понял, что завис в баре, который на самом деле был лагерем каучсёрферов. И по сути, и по названию – Каучбёрнерс.

Мои друзья из Нью-Йорка, которые ехали в доме на колёсах с едой, напитками, травой и спальным местом, по непредвиденным причинам добрались лишь на четвёртый день – в самую середину мероприятия. Вероятно, им было шибко весело в отеле. К этому времени я уже обосновался в городе. Чувствовал себя удачливым и богатым. Я менял свою кровать каждую ночь словно перчатки: гамак, диван, качели, кресло. Иногда – вообще не спал…

Моя популярность в лагере Каучбёрнерс росла. Я получил кучу подарков, разных качественных штук и тоже делал подарки другими. Дарение – это как эстафета любви: от сердца к сердцу…

Мои друзья теперь живут по всему миру: Австралия, Европа, Азия, Америка, Африка и, возможно, Антарктида. Мы кайфовали вместе, и это чувствовалось. Каждый день мы начинали утро со стакана воды и нового бара. Не думай – просто танцуй.

Да, Бёрнинг Мэн наполняет своей магической энергией. Эта энергия в воздухе, на кончиках пальцев, как пыль Плайи. Плайя – это пыльная пустыня, территория старого пересохшего соляного озера, вечеринка буквально на пустом месте. Погода – экстремальная. Маникюр я потерял уже на второй день.

Однажды мы танцевали на голой вечеринке. Это было как прелюдия к групповому душу. Сначала нас обстреляли мылом из пожарного брандспойта, потом водой. Люди были свежие, голые и готовые продолжать танцы, эротично втирая в себя лосьон одного особого бренда Dr. Bronner’s. После этой церемонии два дня подряд мне говорили комплименты по поводу моего запаха. Я был как оазис в пустыне. Помню, очередь туда была астрономической (стояли около двух часов). Кто-то, проходящий, предложил нам пива. Мы улыбнулись и счастливо закивали.

– А вы чем можете нас удивить? – последовал вопрос.

У нас уже был ответ:

– Мы покажем свои члены!

Это мы уже проворачивали с мороженым. Блестящая идея моего друга Рафаэля. Эскимо тогда было вдвойне вкуснее…

Как итог – пиво было нашим.

Мы были на Главном Огне. Велосипеды оставили под арт-объектом: гигантской марионеткой; она служила ориентиром. Представь: она двигается! Я понял это, когда вернулся искать свой велик. Я пользовался общественным велосипедом, так что быстро нашёл новый.

Один из принципов Бёрнинг Мэн – «Не оставлять следов». Помню я усердно танцевал всю ночь, стараясь наступить на свои же следы, чтобы стереть их, но Плайя всё равно хранила мой танец. Я понял это на рассвете – превратился в прекрасную бабочку и полетел по просторам города.

Я был поцелован рассветом. Фантастика.

Бёрнинг Мэн уже сгорел. Сгорел и Храм. Оставалась одна последняя ночь. О, Боже… вишенка на торте – суперарткар с отличным звуком и музыкой. Это был Robot Heart (Сердце Робота) на моём пути. Величественно.

Бёрнинг Мэн, я тебя люблю. ValfromBlackRockCity (так меня стали называть)» – и в интернете тоже.

Бёрнинг Мэн – это фейерверк человеческих мечтаний и идей… всё должно сгореть.

Глава 2.

Как Вэл готовился к Радикальному Ритуалу, забыв ноутбук

«Всё правильно, даже когда кажется,

что ничего не идёт по плану»

У великого путешествия быть может свой замысловатый старт. Это началось с благородной цели – увидеть прекрасную Америку. Ну, не просто так, а красиво: с размахом, с контекстом, с философией. Америка ведь не просто страна. Это как огромный супермаркет смыслов, где можно случайно купить то, чего не искал: свободу по акции или застрять между полками с экзистенциальным кризисом и сладкими батончиками.

Вэл с тремя друзьями из Нью-Йорка затеяли большое путешествие ещё в начале года. Главным пунктом в маршруте того года, конечно же, был Бёрнинг Мэн 2017. А билет на Бёрнинг Мэн – это не просто билет. Это вызов. Это квантовая рулетка, где ты не столько покупаешь, сколько выигрываешь, если повезёт.

Процесс выглядел примерно так: сначала нужно создать личный кабинет (в момент просветления, желательно под мантру). Затем получить регистрационный номер. А уже через несколько дней, ровно в полдень по Тихоокеанскому времени, вписать этот номер в магическое окошко на сайте и попасть в электронную очередь в назначенное время. Если опоздать на пять минут – то билет капут. И надеяться. Сильно. Как в детстве – когда загадываешь желание, а потом боишься пошевелиться, чтобы не испортить момент.

Ребята договорились встретиться у одного друга на квартире в сердце Бруклина. Всю неделю Вэл много работал, учился и мало спал. И когда чудом приехал к нему вовремя, вдруг понял: забыл взять с собой ноутбук. Видимо, он остался жить в параллельной реальности с его зонтиками, носками и бывшими. Великодушный друг сказал, что Вэл может воспользоваться его ноутбуком, но после того, как он вставит свой регистрационный номер в поле, и то только браузером Опера, так как его основной браузер использовал он сам.

И вот они втроём сидят и ожидают назначенное время в квартире в самом сердце города, где из окна видна линия метро и слышен стук поездов, как биение пульса Нью-Йорка. Линия метро за окном проносила поезда словно их мысли, с грохотом. Они были о грядущем путешествии, а ещё о грядущем Бёрнинг Мэне 2017 – мысль, которую они старательно пытались держать в фокусе. Всё, пора покупать билет.

Вэл, дождавшись своей очереди, молниеносно открыл Опера браузер. Да, тот самый, которым пользовались студенты в начале 2000-х, чтобы скачать фильм в три ночи и не разбудить совесть. Именно он стал его порталом в мир грядущей пыли, иллюзорной свободы и голых людей, натирающих друг друга мылом.

Кнопка «купить билет» – как красная таблетка у Нео. Вэл нажал её с дрожью в пальце. Мир вокруг будто замер. Да парни и сами зависли, роутер начал задумчиво мигать. Вселенная, похоже, задумалась: «Ты серьёзно собрался, да?»

Из них троих, Вэл был последний, кто отправил форму, и каким-то чудом только он один из трёх получил билет на Бёрнинг Мэн через Опера браузер, сидя без своего ноутбука, с лёгкой неорганизованностью и полной открытости к хаосу.

В тот момент Вэл понял: всё правильно, даже когда ничего не идёт по плану.

Получилось живо, с иронией и теплотой – настоящий вайб дороги и абсурда в одном флаконе.

Глава 3.

Радикальное утро,

и белое платье невесты

«Шоу для победителей: всегда побеждает моя реальность»

– Тебе нужен свет! – услышал он голос в темноте города. Так Вэлу подарили-повесили первый подарок на Бёрнинг Мэне, маячок в ночи, что вешали когда-то на ключи, и он стал хоть немного видимым.

…Физически буквально Вэл шёл уже на четвереньках. И вдруг, когда сил уже просто не было идти, он увидел яркий бар, молодых энергичных людей и лагерь за ними.

Бар выглядел словно портал в иной чуть менее ледяной мир, и он моментально понял: останусь здесь. Если где и есть рай на земле, то это там, где есть гамаки и костёр, казалось ему тогда после долгой дороги из Нью-Йорка. Особенно, если ничего не надеть утепляющего холодной ночью, да и место для сна просто необходимо…

Первое утро на Бёрнинг Мэне походило на пробуждение после инопланетного похищения. Вчера он был просто усталым чуваком из Нью-Йорка, а сегодня – танцующий шаман посреди пустыни, окружённый голыми людьми, пылающими инсталляциями и запахами эфирных масел.

Вэл забыл надеть дополнительные штаны той холодной ночью. Да и вообще, в первый же день понял, что одежда – это, конечно, не только социальный конструкт, особенно когда её забыл; принял истину: смыслом той ночи был не сон, а откровение.

Когда рассвет начал аккуратно стучать в пустынные горизонты, он вылез наружу из гамака – наполовину замёрзший, наполовину готовый к перерождению. У костра уже кто-то сидел. Вэл не мог говорить – зубы стучали, как перкуссия в техно-сете. Ему казалось, что если он сейчас заговорит, то скажет нечто вроде «я дерево», и это будет правдой.

Утро первого дня встретило Вэла как настоящий тест на выживание. Он проснулся от холода – не просто прохлады, а ледяного утреннего укуса пустыни, который пробирает до костей. Он забыл надеть дополнительные штаны и ночью продрог так, что едва мог говорить. Его зубы стучали не хуже, чем рейв-палатка в шесть утра. Спасением стали гамаки и костёр – два столпа его существования в первые часы Бёрна.

Вэл проснулся в объятиях пыли. Песок скрипел на зубах, в глазах и где-то в мыслях. Вокруг раздавались звуки электронной мантры. Он сидел у костра, не в силах говорить от холода. Рядом потрескивали дрова, в небе бродили первые полоски рассвета, и тут появился откуда не возьмись его новообретённый друг – полностью голый и абсолютно счастливый.

– Happy Burn, buddy! – сказал он, небрежно взмахнув членом, как флагом свободы. Так начался первый день нашего героя на Бёрнинг Мэн 2017.

Да он был абсолютно голый! Спокойный, уверенный, словно только что вышел из спа и шёл к своей яхте. И это был не кто-нибудь, а Джон – настоящий мужчина с душой швейцарского банка, в его походке читалась стабильность.

– Доброе утро, – сказал он, как будто просто выносил утреннюю газету соседу. Вэл попытался что-то ответить, но выдал только пар и стук зубов.

– Холодно, хах? – продолжил он, улыбаясь, будто предлагал об этом поговорить на совете директоров. Вэл судорожно кивнул. Джон предложил горячий кофе. Вот она – первая магия Бёрна. Простая. Горячая. Искренняя.

Джон – человек, в котором сразу ощущалась надёжность. Его уверенная улыбка, внимательный взгляд и аккуратный внешний вид (особенно в другие дни) говорили сами за себя: казалось, он знал, кто он есть и куда идёт. Даже без одежды это чувствовалось. В его лице – внутренняя дисциплина и здоровое упрямство. А сейчас он, абсолютно голый, сидел у костра с кружкой кофе и смотрел на пустыню с выражением внутреннего дзена. Джон оказался человеком практичным и удивительно внимательным. Позже Вэл узнал, что он Телец. Знак зодиака, как концепция восприятия мира («линза», через которую человек воспринимает, анализирует и взаимодействует с внешним миром). Это многое объяснило: его уравновешенность, врождённое чувство стиля и способность быть голым так, словно это костюм-тройка. Джон как будто был создан для пустыни: не спешил, не суетился, и рядом с ним становилось спокойно; якорь в этом вихре пыли, музыки и сумасшествия.

Вэл решил остаться в этом лагере. Всё просто: там были гамаки, а ещё он был международным. И герой, человек, усиленно учивший на тот момент английский язык, забывший штаны, понял: это и есть его дом, тем более ему об этом давеча поведали буквально; осознал: он на месте. Именно здесь, в этой пыли и с этими странными, но настоящими людьми, продолжалось его настоящее путешествие странного человека.

Джон ушёл в сторону, оставив Вэла со скромным пакетом и грузом философских вопросов. Он покосился на небо: ни одной тучи – идеальное утро для экзистенциального кризиса.

Это, пожалуй, была самая холодная ночь, что Вэл когда-либо проводил на Бёрне. Иронично: событие Бёрнинг Мэн полное огня, радости и вечеринок, – а он лежал прошлой ночью в гамаке, сжавшись в позу эмбриона от холода, мечтая о палатке и о дополнительных штанах, которых просто нет, пытаясь философски размышлять о смысле жизни. Вернее, они есть, то есть были в его рюкзаке, но вылезти из этого кокона ночью не было сил, да и просто холодно. Воздух резал кожу, как критика в интернете, и надежда на утро была единственным, что грело. Вэл забыл надеть дополнительные штаны – простая ошибка, но в пустыне она превратилась в откровение.

Английский у него тогда был на уровне «где тут туалет?» или «воды, пожалуйста?», поэтому он много танцевал. Танец стал его языком. Им Вэл мог рассказать-показать историю. Один его друг потом сказал: «Ты тогда был абсолютно непонятен, но невероятно обаятелен. Мы сгорали со смеху… (так вот, кто настоящий Бёрнинг Мэн). Спустя годы понял, что это оказалось ещё и умно, и весьма философски».

Ну что ж. У кого-то путь к просветлению идёт через книги, медитации, у кого-то – через шаманские танцы в пыли.

Во время пыльной бури с грохотом рухнула трёхэтажная деревянная конструкция, на которой Вэл собирался позировать для фото. Это был знак: пыль и хаос – словно старшие братья. Они были рядом, чтобы напомнить: всё временно, особенно ты сам.

Где-то между танцем и «апокалипсисом» он получил наклейку, что наклеил на кружку, с которой он не расставался – право, рассмотрел её только под конец мероприятия. Надпись гласила: «Be Yeti Now». Да, не «Be Here Now» – «Будь Здесь Сейчас», как у Рама Дасса, а «Yeti» – снежный человек. Это как быть здесь и сейчас, но при этом – это быть вне культуры, вне ожиданий, вне плана. Просто быть. Идеально подошло к его состоянию: частично потерян, свободен и дик.

Один из подарков, что получил Вэл, был выдвижной держатель для зажигалки, что легко закреплялся карабином на джинсы и имел достаточно длинный трос, что, как рулетка, возвращал зажигалку на место после использования. И держатель, и зажигалка были чёрного цвета, только небольшое украшение в виде красной цыганской бусины придавало аксессуару лёгкой пикантности. Вэл всегда был с огоньком, а теперь и огонь всегда был с ним. Он носил это не снимая – возможно, один из лучших подарков того года, которые он получил.

Наступил вторник, и Вэл искал юбку, буквально. Она казалась обязательной частью гардероба на Бёрне в этот день, так как это был Вторник (Tutu Tuesday), день юбок Туту, как очки от песка или кружка для кофе с джином. Но юбка не нашлась. Видимо, была уготована другому. Зато к нему пришло платье. Такое, как у невесты: белоснежное, с налётом драмы и пыли, и зоной декольте, что обнажало его волосатую мужскую грудь. В нём он и пошёл тусить, в надежде выйти замуж за женщину в смокинге.

Ночь вторника пронеслась почти незаметно. Настала Белая Среда (White Wednesday) – день, когда весь город преображается в белоснежную танцующую иллюзию. А Вэл уже был в надлежащем костюме. Он словно чувствовал себя невестой самого Солнца, начиная ещё с рассвета.

– С наступающим Новым годом! – сказала ему одна женщина в фиолетовом голографическом пончо, протягивая ему мандарин. Был конец августа.

В 2017 году в лагерь каучбёрнеров нашла путь ещё одна душа: человек проживающий трансформацию в жизни, это был Рафаэль. У него был свой лагерь, но как только они познакомились с Вэлом на Бёрнинг Мэне, они почти не расставались в тот год. Будто два пса исследующих мир, они гуляли по городу в поисках приключений и самых сумасшедших опытов. Два друга Вэл и Рафаэль с полуслова понимали друг друга, что было удобно, так как иногда Вэл знал только начало слов, поэтому часто переходил на пантомиму. Порой они общались мысленно. Люди видя этих двух спрашивали:

– Where are you from (От куда вы)? Откуда ваш акцент?

– From Black Rock City, baby (Из Города Чёрного Рока, детка)! – честно отвечали парни.

Так начала рождаться легенда.

…Люди начали что-то подозревать, да Вэл и сам выглядел странно, особенно пытаясь рассказать четыре дня подряд сомнительную, бездоказательную историю о том, что должны приехать какие-то призрачные друзья на доме на колёсах с провизией и местом ночлега для него. Каждый день Вэл ходил на заранее отмеченный ими адрес и там пытался найти их, опрашивая людей вокруг, но их не было…

Как-то возвращался наш герой из душа, и к нему кто-то подошёл и сказал:

– Вэл, тебя искали какие-то друзья.

Вот оно – доказательство, что он не сумасшедший и говорил правду. Да, это были его знакомые из Нью-Йорка на доме на колёсах, наконец-то прибывшие на четвёртый день, хотя для него большого смысла в этом уже не было… Да какая была уже разница, он никуда не собирался уходить из этого лагеря, тем более уже почти прописался… Для русского человека это может быть очень важно – наличие прописки, а место так понравилось, что он даже задумывался взять ипотеку в Городе Чёрного Рока.

Шутя на пару с Рафаэлем, они стали спрашивать людей:

– Вы когда-нибудь задумывались взять ипотеку в В Городе Чёрного Рока?

В пустыне, где иногда идиотизм выходит наружу и порой безумие овладевает сознанием, предварительно рекомендуется высокоинтеллектуальная подготовка и математический расчёт бытия. Вэл планировал продержаться максимум два дня до приезда друзей из Нью-Йорка: они так договаривались; что сначала, казалось, очень легко: он же был не первый раз на крупном событии, но на деле это было прямо-таки испытание длиной в четыре дня. Спаси Бог. Спасибо.

Так начался его персональный Новый Год. Его первый настоящий Новый Год в Америке: с пылью вместо снега, с друзьями вместо обещаний, с самим собой – вместо попыток быть кем-то другим.

С Новым Годом! После первого Бёрна жизнь Вэла сильно изменилась. Наконец-таки он после трёх лет жизни в Америке повстречал нормальных людей. Так сказать, перенастроился – и гибкая реальность ответила взаимностью. Жизнь снова заиграла красками, наполнилась смыслом и друзьями по всему миру. Он получил то, чего три года жизнь давать не спешила: людей – нормальных, настоящих, нелинейных, может не всегда трезвых…

Мир открылся, и Вэл ощутил, как гибкая реальность отвечает взаимностью, если честно ныряешь в неё. Всё становилось возможным. И хотя люди любили Вэла, в глубине души, вероятно, себя он ещё не любил.

К нему подошла женщина с крыльями бабочки и огромным веером из павлиньих перьев:

– Ты, случайно, не видел моё второе «я»? Оно убежало в ту сторону, крича «Я – невеста будущего!».

Последовала пауза…

– Возможно, я только что отдал ему платье, – ответил Вэл с лёгкой улыбкой.

Он кивнул, она кивнула, и всё встало на свои места. Всё идёт по плану. Ты инициирован. Добро пожаловать в день, где ничто твоё, но всё тебе принадлежит. Интересно, при осознании сего меняется ли стоимость страховки?…

Всегда побеждает твоя реальность. Реальность того, кто смотрит, наблюдает, свидетельствует; и у каждого она своя, уникальная, единственная.

И вещи, и люди приходят и уходят, словно растворяются в матрице бытия.

Может быть, именно так и надо – отпускать платья, мысли, идеи, себя прежнего… Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох. А впереди была вторая половина мероприятия с новым чувством лёгкости. Как будто кто-то внутри тихо сказал: «Ты готов к следующей главе, победитель?»

Глава 4.

Зима, Дорога, Йосемити, Техас и Рафаэль

«Учусь взрослым быть.

Лишь бы из реальности не выбыть»

Как уже говорилось ранее ещё до вышеупомянутого события, Вэл с друзьями планировали большое путешествие по Америке на троих, но в путь отправились двое, уроженцев Советского Союза; и то, каждый своим путём.

Вэл, конечно же, полетел в Калифорнию из Нью-Йорка зимой в 2018 году.

Никита поехал на автобусе, потому что, кажется, хотел поговорить с вечностью, да и не хотел лишний раз рисковать при проверке документов в аэропорту; что-то его беспокоило это, хотя всё было в порядке: его на вид арабская борода была на месте и не отклеивалась, так как была натуральная.

Никита – тот, кто не просто старше, он глубокий человек. В нём чувствовалась внутренняя свобода, мудрость, ирония и неуловимая лёгкость – всё, что так характерно для Водолея. У каждого человека своя уникальная вибрация. Никита же не учил жизни напрямую – он вибрировал так, что человек начинал видеть иначе.

С ним можно было обсуждать всё: от философии до мемов, от теорий мироустройства до смысла любви, и он всегда находил свежий угол зрения. Его ум – как воздушный змей: парил высоко, но прочен и направлен. Он не стремился быть лидером, но им становился, потому что люди тянулись к его ясности, юмору и внутренней свободе.

Во внешности Никиты – интеллигентная небрежность: борода, стильный внешний вид, взгляд, в котором – одновременно наблюдение и тепло. Никита старше Вэла почти на десять лет. Он словно всегда чуть в стороне, но никогда по-настоящему не отстранён. Он рядом, когда нужно.

Спокойный, но заряженный – будто радиоприёмник, ловящий то, что многим не слышно.

Старший брат по духу – не потому что навязывает, а потому, что держит спину, даёт пространство, поддерживает молча и по делу. Его советы были редкими, но меткими. Его жизнь – не шаблон, а траектория. Никита, словно свежий воздух в душном вагоне: он не кричал о себе, но всё менял, просто появляясь рядом.

Зимой Вэл с Ником отправились в Калифорнию. Путешествие началось как нечто между побегом и паломничеством. Никита ехал на автобусе, как настоящий герой внутреннего рейса, а Вэл полетел на самолёте, тайно радуясь тому, что мог проскочить сквозь облака.

Калифорния встретила друзей по-разному. Вэл прилетел в Сан-Франциско на три дня раньше друга. Воздух там пах свободой, эвкалиптом, кофейной кислинкой и мягким дождём. Вэл так торопился попасть в калифорнийский изумрудный треугольник, что не стал покупать в Сан-Франциско так необходимой, как тогда казалось, ему травы, полагая, что там в долинах и горах севера штата просто раздолье всего этого; об этом рассказал интернет.

Далее Вэл добрался до города Фресно на автобусе, и там вечером его подхватил Джон. Они ехали сквозь туман и по серпантину ночной горной дороги, словно погружаясь в магическую сказку Калифорнии. Джон был за рулём, а Вэл учился взрослым быть.

– Джон, как бы мне найти здесь траву? – неожиданно спросил его наш герой.

Взрослый мужчина этого не курил, ему, возможно, вопрос показался даже странным, ведь Вэл на первый взгляд вроде взрослый человек, и мог сам позаботится о своих прихотях?… Тем не менее он сделал всего один звонок, и вечером его какой-то знакомый привез очень хорошую. Вэл был просто счастлив, это было видно по его глазам и слышно всей округе.

Вэл гостил у Джона, что встретил в первый день на Плайи в 2017 году; в его прекрасном доме близ заповедника Йосемити, на территории частного посёлка, ожидая прибытия Никиты следующих два дня. Вода там подавалась в водопровод прям из местных кристально чистых водопадов – феноменально и волшебно, пить не просто из-под крана, а получается горную воду из водопада. Она была такая мягкая и вкусная, может поэтому Калифорнию называют золотым штатом… Джон предоставил Вэлу отдельную спальню с комфортной кроватью, личным душем и туалетом – так вот что значит каучсёрфинг по-американски, точнее кроватный сёрфинг.