
Полная версия:
Чужая вина

Кирра Вейн
Чужая вина
Глава 1
Ненавижу понедельники. А ещё больше ненавижу понедельники после отпуска.
Но отпуск был жизненно необходим, ведь до этого ты не отдыхал, кажется, года полтора. За последние месяцы работы навалилось столько, что иногда мне казалось, что проще остаться уже ночевать в отделении. Причём задумывался об этом всерьёз. Смысл мотаться туда-сюда, если через четыре часа снова на работу.
Но две недели назад мой организм любезно сообщил мне, что пора заканчивать с такими нагрузками. Я заснул за рулём и чуть не врезался в бетонный отбойник. Повезло, что вовремя очнулся. В общем, вопрос с отпуском был решён за меня. И, надо признать, это было правильное решение. Я просто вырубил телефон, отключился от мира вокруг меня и не выходил из дома две недели. Тупо лежал и играл в приставку, которую купил уже год как, но из-за нехватки времени даже не вытащил из коробки ни разу.
Жаль, что отпуск закончился.
Иду на работу как на каторгу. Хотя когда-то стать следователем и распутывать сложные дела было моей главной мечтой. По молодости мной двигал один только энтузиазм. Казалось, впереди целая жизнь, полная интересных дел, справедливых решений и преступников, которые обязательно получат по заслугам. Наверное, в детстве я пересмотрел слишком много фильмов про детективов.
Наивный был парень. Каюсь.
Запал довольно быстро испарился, стоило мне столкнуться с реальностью. В жизни всё оказалось куда грязнее, мрачнее и не так однозначно, как думалось. За годы службы я насмотрелся такого дерьма, что хватило бы на двадцать жизней вперёд. И, если честно, не уверен, что хотел бы прожить хотя бы одну из них повторно.
Последние пару лет я возглавлял следственное управление по городу Москва. Работа, я вам скажу, не сахар. Ответственность дикая, бесконечные совещания, отчётность, мать её дери, да и подчинённые, которые иногда умудряются устроить проблему на ровном месте. А по шапке прилетает, конечно же, мне.
Захожу в кабинет и первым делом замечаю огромную стопку папок с действующими делами на столе.
Останавливаюсь в дверях и смотрю на неё, пытаясь сосчитать количество папок: десять? одиннадцать? Сколько?
Меня не было всего две недели. Две! Что, чёрт возьми, здесь произошло за это время?
— Ну здравствуй, родные стены, — бормочу я, снимая пальто.
Кладу его на спинку кресла и обвожу взглядом кабинет. Всё на своих местах. Компьютер, телефон, документы, которые я оставил перед отпуском, и теперь уже целая гора новых.
Так, всё! Сначала кофе.
Разворачиваюсь и выхожу из кабинета в сторону кофемашины. Напиток у нас в отделении, мягко говоря, не самый хороший. Иногда он больше напоминает горячую воду с привкусом кофе. Но всё же лучше, чем ничего.
— О, Марк, здорово!
Навстречу мне выходит Саня и протягивает руку.
— Привет.
Пожимаю в ответ и подхожу к кофемашине.
Саша — мой коллега, ну точнее, подчинённый. Хотя называть кого-то «подчинённым» мне никогда особо не нравится. Я вообще не любитель официоза, особенно с людьми, с которыми ты не один год проработал бок о бок. Странно вдруг требовать, чтобы меня называли Марком Олеговичем и исключительно на «вы», если ещё вчера мы вместе сидели над делом до трёх ночи и спорили, кто на этот раз пойдёт за едой.
— Как отдохнул? — интересуется он.
— Пойдёт. Только пришёл, а уже хочется обратно.
Александр смеётся.
— Это всегда так, — машет рукой. — Хоть в отпуск не ходи, чтобы рабочий настрой не сбивать.
Нажимаю кнопку кофемашины и с предвкушением наблюдаю, как в стаканчик начинает медленно капать тёмная жидкость.
— Ты, кстати, с нами же едешь сейчас? — спрашивает Саша.
— Куда?
— На старую добрую мокруху.
Я медленно поворачиваю к нему голову.
— Вызов поступил недавно, — объясняет он мне. — В загородном доме нашли мужчину. Похоже на убийство.
— И когда они только успевают? Утро же раннее… Сколько, кстати, времени?
Саша смотрит на часы на своей руке.
— Половина девятого.
Прикрываю глаза.
Прекрасно. Просто замечательно.
— Далеко ехать?
— Да, за городом. Минут сорок, если без пробок, — чешет подбородок коллега.
— Может, без меня сегодня, а? — уточняю в надежде на лучшее. — Дайте хоть немного втянуться в процесс.
Но он отрицательно качает головой.
— Не, Марк. Погнали. Я не хочу Тёмыча брать.
— А что с ним?
Артём — это наш новенький. Пришёл совсем недавно в отделение. Пока зелёный, но гонору хоть отбавляй. Ведь сам он считает, что спец. Все на него жалуются, но кадров и так не хватает. Вот и лепим из того, что есть.
— Да он опять всё загадит. В прошлый раз умудрился так наследить в квартире, что потом хана всем уликам была. Говорю ему: «Руки в карманы, ноги по возможности не переставлять. Просто стоишь и смотришь». Бесполезно. Баран просто необучаемый, — раздражённо отвечает Саша.
Не удерживаюсь от усмешки.
— Лады. Но дайте мне хоть пять минут.
— Договорились.
Вздыхаю. Ну вот и начался рабочий день. Даже кофе ещё не выпил, а уже пора ехать на труп смотреть.
Забираю стаканчик, делаю осторожный глоток и тут же морщусь.
— Еб твою мать! Что за…?
— Ага. Все плюются от этого говна. Это Раиса Васильевна решила, что эти зёрна полезнее. — улыбается Саша, наблюдая за моей искренней реакцией. — А с ней лучше не спорить. Ты же знаешь её… — коллега уже смотрит в свой телефон и строчит — видимо, по поводу машины, чтобы подготовили служебку для нас.
Раиса Васильевна — наш архивариус. Строгая, властная женщина, у которой всё всегда лежит на своих местах. Не дай бог какие-то материалы по делу не донесёшь — всё, она тебя уничтожит. Со свету сживёт. Доводилось. Сталкивались.
— Судя по вкусу, она хочет всех нас здесь отравить.
Допиваю «полезный», но отвратительный кофе одним глотком и выбрасываю стаканчик в урну. Быстрым шагом возвращаюсь в свой кабинет за телефоном и курткой.
Через несколько минут мы уже выезжаем.
Дорога за город занимает около часа. В какой-то момент обычная городская застройка сменяется аккуратным коттеджным посёлком. Из окна служебной машины открываются высокие заборы и явно дорогие кованые ворота.
Я листаю сообщения в телефоне, просматривая то, что успели передать дежурные. Скупые данные по звонку обращения.
Мужчина обнаружен в собственном доме. Сообщила прислуга. На место направлены следственно-оперативная группа и бригада скорой помощи. Медики сразу констатировали смерть. Видимых признаков взлома, по первичной информации, нет.
Имя погибшего пока не указано.
— Что известно о хозяине? Тут имени не указано, — спрашиваю я, не отрываясь от экрана смартфона.
— Сейчас уточню, — отвечает Саша и параллельно кому-то пишет. — По адресу зарегистрирован частный жилой дом. Владение большое, охрана на въезде. Судя по всему, хозяин — человек не бедный.
— Это я уже понял, — снова окидываю взглядом посёлок.
Впереди показываются высокие ворота. У въезда стоит полицейский автомобиль, рядом с ним — мужчина в форме. Когда мы подъезжаем ближе, нашу машину, после короткой проверки, сразу пропускают.
Въезжаем на территорию.
Кто-то здесь явно не привык считать деньги — это первое, что приходит мне в голову, когда я оглядываю окрестности. Огромный участок, идеально подстриженные газоны, декоративные деревья по периметру, широкая подъездная дорожка, ведущая к двухэтажному особняку. Неплохо, довольно-таки. Фасад из светлого камня, высокие окна, колонны у входа. Даже фонари вдоль дорожки.
Паркуемся за служебным автомобилем полиции и выходим наружу.
Александр оглядывается по сторонам и присвистывает.
— Шикардос, Марк Олегович, да? Мне бы такой домик.
— Может, за этот домик его и хлопнули, — отвечаю ему, закрывая дверь авто. — Пошли посмотрим, чего там у них.
У входа нас встречает сотрудник полиции, который первым прибыл на вызов.
— Доброе утро, — здоровается он. — Следователь?
— Да, Воронцов Марк Олегович. Что тут?
— Заявительница работает в доме погибшего. Утром пришла на работу и обнаружила владельца дома без признаков жизни. Сразу вызвала скорую и полицию. Мы это… — заторможенно докладывает, — территорию ограничили, посторонних внутрь не пускали. Медики уже осмотрели мужчину, констатировали смерть. Тело не перемещали. Вроде бы, — полицейский потёр подбородок, задумавшись.
Понятно, видимо, там уже толпа народу прошла через этот кабинет. Ну вот как тут спокойно работать?
— Сколько конкретно человек заходило в кабинет после обнаружения? — уточняю на всякий случай.
— Ну, заявительница, насколько известно, пыталась проверить пульс. Хотя, на мой взгляд, там сразу всё понятно, — чешет затылок. — Мы были. Сотрудники скорой тоже заходили.
Киваю. Значит, следы могли быть нарушены, нужно будет учесть.
— Где заявительница сейчас?
— В гостиной. С ней наш сотрудник, — указывает направление.
— Хорошо. Пока не опрашивайте её подробно. Я поговорю сам позже.
Поворачиваюсь к группе.
— Саша, организуй охрану периметра, ладно? Скажи им, чтобы никого постороннего на участок не пускали. Пусть ещё составят список всех присутствующих и отдельно запишут тех, кто заходил в дом после обнаружения тела.
— Понял, — уходит.
Криминалисты достают оборудование из служебной машины. Подхожу к старшему специалисту.
— Как всегда, начинаем с общей обстановки. До осмотра ничего не трогайте и не двигайте. Сначала фото- и видеофиксация участка, входов, окон, следов на дорожках. Потом будем работать по помещениям.
— Да знаю я, — недовольно ворчит криминалист.
Работаю с этим мужиком уже не первый год, а он всегда всё знает, но почему-то всё обо всём забывает…
— Все обнаруженные следы фиксируем на месте, — всё-таки продолжаю я, несмотря на его всезнающее лицо. — Если что-то изымаете — отражаете в протоколе сразу же, а не как обычно! Упаковываете отдельно и маркируете, — объясняю очевидные вещи, в которых постоянно косячат. — Биологические следы, то отдельная упаковка с учётом температуры хранения материала. Если потребуется дополнительное исследование — сообщите мне сразу, отправим на экспертизу. Но нужно согласовать с руководством.
— Понял, Марк Олегович, — недовольно бурчит себе под нос.
— И ещё. Укажите в документах, что в кабинете уже были заявительница и медики. Да и полиция прошлась. Необходимо зафиксировать, где именно они находились и к чему прикасались. Потом будем отделять возможные следы преступления от тех, что появились после обнаружения тела.
Криминалист кивает и отходит, чтобы дать распоряжение своей группе.
Я ещё раз оглядываю территорию.
На первый взгляд всё выглядит нормально.
Глава 2
Захожу в дом.
Внутри всё соответствует внешнему виду фасада. Можно охарактеризовать двумя словами — дорого-богато. Просторный холл, мраморные плиты на полу, дорогая антикварная мебель и много, очень много картин на стенах. И зачем люди живут в такой вычурности?
В гостиной замечаю женщину лет пятидесяти. Она сидит на краю дивана, крепко сцепив руки, и слегка подрагивает. Это, видимо, и есть наша свидетельница.
— Добрый день! Главный следователь Воронцов Марк Олегович, — представляюсь ей. — Вы обнаружили? — спрашиваю.
— Да, — дрожит голос. — Меня зовут Елена. Я работаю здесь домработницей.
— Хорошо. Пока побудьте здесь. После осмотра поговорю с вами подробнее. Может, хотите чего-нибудь? Воды?
Женщина поднимает на меня глаза, полные ужаса.
— Нет-нет, — едва ли не плачет.
Я задерживаю на ней взгляд.
— Постарайтесь пока успокоиться.
Она кивает, но видно, что слова мои мало чем помогли.
— Кабинет где? — спрашиваю полицейского, который всё это время стоял с сидящей на диване женщиной.
— По коридору направо, — отвечает сотрудник.
Быстрым шагом иду в указанном направлении. За мной следуют криминалисты. У двери останавливаюсь, надевая перчатки, и осматриваю дверной проём, ведущий в кабинет. Никаких очевидных повреждений. Дверь приоткрыта.
— Зафиксируйте вход, — говорю ворчуну.
Тот начинает фотографировать.
Когда он заканчивает, я осторожно заглядываю внутрь.
Кабинет просторный.
Большой письменный стол из тёмного дерева, кожаное кресло возле него, книжные шкафы до самого потолка, полностью заставленные книгами, и панорамное окно с видом на участок. На столе стоит настольная лампа, рядом лежат папки с документами. На полу возле стола — тело мужчины. Тоже лежит.
Тело на боку, и одна рука вытянута вперёд.
Я делаю шаг, но останавливаюсь, не приближаясь к телу. Да у него не грудь, а решето. Сколько в него пуль-то выпустили? Десять, плюс-минус.
Обвожу помещение взглядом. Кресло отодвинуто от стола далековато. На ковре возле него лежит опрокинутый стакан. На поверхности стола — помимо бумаг, телефон, наверное, его, и ручка. В комнате нет явного беспорядка, который обычно сопровождает драку, предшествующую гибели. Но это ещё ничего не доказывает.
— Общую обстановку уже зафиксировали? — спрашиваю криминалиста.
— Вот, заканчиваем.
Группа делают детальную съёмку пространства и переходят к телу. Отдельно фиксируют положение конечностей, видимые повреждения и предметы вокруг.
Более детальный осмотр тела будем проводить с участием судебно-медицинского эксперта. Куда наш погибший поедет в ближайшие часы. Время смерти и причину — хотя мы и так её прекрасно видим, конечно, — будем устанавливать по результатам исследования.
Подхожу чуть ближе, оставаясь за пределами зоны, где могут находиться следы.
Погибший хорошо одет, дорогие часы на запястье. На лице застыло выражение, которое трудно назвать испуганным. Скорее удивлённым. Осматриваю его детальнее.
— А это что? — указываю на белесое пятно на его свитере.
— Грязь какая-то, — отвечает криминалист.
— Возьмите образец на всякий.
Тот кивает и тянется за пробирками в свой кейс.
Саша появляется в кабинете, ошарашенно оглядываясь вокруг. К этому невозможно привыкнуть. Хоть мы повидали и много трупов, но всё равно сперва пугаешься. А потом отпускает, и будто просто кукла перед тобой. Никаких эмоций.
— Так имя мне кто-нибудь наконец скажет? — спрашиваю я присутствующих, в частности его.
Александр заглядывает в свой смартфон.
— Виктор Ланской, шестьдесят лет. Владелец нескольких компаний, связанных с антиквариатом. Свой благотворительный фонд имеется. В общем, человек известный.
— Семья?
— Пока выясняем точнее. Вдовец, есть сын. Максим Ланской. По предварительным данным, тоже проживает здесь.
— А где он?
— Сотрудники устанавливают.
Я снова смотрю на тело.
— Саша, выясни, когда и кто видел Ланского живым в последний раз. Подними записи с камер, они тут наверняка есть. Отдельно установи всех, кто был здесь вчера вечером и ночью. И проверь, кто вообще имел доступ к дому. И выясни у охраны, где они были и почему ничего не слышали.
— Сделаю.
Я ещё раз окидываю взглядом кабинет, пытаясь найти хоть какую-нибудь зацепку или что-то необычное, выбивающееся из общей картины.
Слишком много вопросов для первого рабочего дня.
И слишком мало ответов.
Глава 3
К тому моменту, когда криминалисты закончили первичный осмотр кабинета, я уже успел выпить свой долгожданный кофе. На этот раз нормальный. Мы же в богатом доме, всё-таки.
Тело Виктора Ланского готовили к транспортировке в морг. Судебно-медицинский эксперт предварительно подтвердил, что смерть носит насильственный характер. Ещё бы он это не подтвердил. У него же не грудь, а cито. Но цитата: «Более точные выводы сделаем после вскрытия, Марк Олегович». Ну делайте.
Я вышел из кабинета и направился в гостиную. Домработница всё ещё сидела на том же месте. Только теперь рядом с ней стоял нетронутый стакан воды, который ей всё-таки принесли.
— Елена? — обратился я к ней.
Женщина подняла голову.
— Да.
— Ещё раз здравствуйте. Мне нужно задать вам несколько вопросов. Вы готовы поговорить?
Она нервно поправила край кофты.
— Да, конечно.
— Тогда пройдёмте со мной. Там будет спокойнее.
Для разговора я выбрал небольшую комнату, больше похожую на домашний кабинет; самое главное — она была в отдалении, и никто не шастал рядом. Попросил сотрудника полиции принести ей ещё стакан воды и пригласил Елену присесть. Сам расположился напротив, положив перед собой блокнот, и включил диктофон на телефоне. Всегда так делаю. Потом переслушиваю, ловлю интонации и полутона в рассказах. Помогает. Да и в целом подстраховка.
Елена невысокая женщина, немного полноватая. Сейчас она выглядела очень уставшей и напуганной. Руками она постоянно теребила края рукавов своей блузки, явно волнуясь.
Это было понятно. Кто бы не волновался, обнаружив труп работодателя с утра пораньше? Но пока я не собирался делать хоть какие-то выводы о её непричастности только по тому, как она себя ведёт.
— Для начала расскажите, пожалуйста, как вы обнаружили тело.
— А-э-э… — запнулась она. — Я пришла, как обычно, к семи. У меня ключи есть, поэтому я открыла дверь и зашла. Вот, — она выложила связку ключей на стол передо мной. — Прошла сначала в холл, а потом на кухню. Я же завтрак готовлю господину Виктору.
«Господину? О боже, как всё серьёзно», — подумал про себя.
— Давно работаете здесь?
— Восемь лет.
— Хорошо. Продолжайте.
— Я приготовила кофе, как всегда, и понесла ему в кабинет. Он вставал рано и утром часто сидел в кабинете, иногда и завтракал там, если были дела. Постучала, но никто не ответил. Дверь была немного приоткрыта. Удивилась, поскольку он всегда закрывает двери. Пунктик у него такой: когда заходит в комнату, дверь за собой закрывает, — развивала мысль женщина.
Я кивал, внимательно слушая.
— Ну, я ещё раз постучала и вошла. И вдруг увидела его…
Голос женщины дрогнул. Она резко замолчала, опустив глаза.
— Не торопитесь, — произнёс я. — Что вы сделали дальше?
— Сначала подумала, что ему просто плохо. Пожилой же человек. Я подошла ближе и позвала его. Вокруг было так много крови, — снова надорвался её голос, и по щекам полились слёзы. — Хотела проверить его пульс. Но… — Елена сглотнула. — Кро-о-овь… — она уже в голос зарыдала, прикрывая рот рукой. — Там кровь была. Я испугалась и выбежала из кабинета. Позвонила в скорую, потом в полицию.
— Вы что-нибудь трогали в кабинете?
— Ну нет… Не знаю, — снова плачет. — Не помню. Руку его трогала.
— Пульс чтобы проверить?
Она медленно кивает мне.
— До вашего прихода входная дверь была закрыта на ключ?
— Да. Я открыла своими.
— А окна были закрыты?
— Я не смотрела. Но вроде бы да, — её взгляд потупился, видимо, она вспоминала.
Делаю короткую пометку.
— Когда вы в последний раз видели Виктора Ланского живым?
— В-вчера вечером. Он поздно вернулся домой. Я ждала его и сильно задержалась тут. Я не могу уйти домой, пока господин не поужинает.
— В какое время?
— Около девяти, может, половина десятого.
— Он был один?
— Да. Больше никого не видела.
— Был раздражён, взволнован?
Елена задумалась, утирая слёзы.
— Раздражённым он был почти всегда, если честно. Не сказала бы, что в тот вечер как-то по-особенному. Я принесла ему чай и сообщила, что ужин его ожидает, а он даже не посмотрел на меня. Сказал, чтобы я оставила чашку и уходила домой.
— Может быть, по телефону с кем-то разговаривал?
— При мне — нет. Но перед этим он с кем-то ругался. Я проходила мимо кабинета и услышала, как он кричал: «Ты больше не получишь от меня ни копейки». А потом ещё что-то про то, что ему надоело решать проблемы чужие проблемы.
Я поднял глаза от блокнота.
— И это было вчера?
— Да. Домой вернулась почти в полночь. Отсюда же долго добираться до города.
— Как долго вы ещё находились в доме после его прихода?
— Минут десять. Потом ушла.
— Кто оставался здесь после вас?
— Охрана.
— Сын погибшего?
— Нет, его не было.
Вот и первый интересный момент.
— Максим не часто здесь бывает?
— Да почему? Живёт, — женщина скривилась. Ей явно не нравился Максим. — Я видела его до этого в четверг. Он весь день отсыпался после очередной гулянки. Непутёвый он, знаете.
Подробно всё записываю.
— Они с отцом общались?
Домработница поджала губы, словно не хотела отвечать
— Елена, я понимаю, что вам может быть неприятно говорить о семье работодателя. Но сейчас это важно для расследования.
— Они постоянно ссорились, — наконец произнесла она. — Я не знаю, из-за чего конкретно. Но Максим Викторович часто приезжал к отцу, требовал у него деньги. На вечеринки свои, наверное. Только и был годен, что высасывать всё из отца. Иногда они так кричали друг на друга, что слышно было даже в саду.
— В четверг тоже?
— Не знаю про четверг. Он спал на втором этаже, когда я работала.
— Вы знаете, когда Максим покинул дом в четверг?
— Нет. Я ушла раньше, чем он проснулся.
— А кто-нибудь из персонала мог видеть его отъезд?
— Охранник. Он должен был быть на посту. А и Верочка ещё тут была.
— Верочка?
— Да, девочка-реставратор. Умница такая. Ей Максим Викторович проходу не давал, — женщина снова скривилась.
Я сделал пометку о новом имени и перелистнул страницу.
— Расскажите мне немного о самом Викторе Ланском. Каким человеком он был?
— В каком смысле? — Елена посмотрела на меня с некоторым удивлением.
— Ну, в обычной жизни. Как относился к сотрудникам, с кем общался, были ли у него какие-то конфликты?
Женщина ненадолго задумалась.
— Он был… непростым человеком. Характер тяжёлый был, конечно. Всё должно было быть точно так, как он сказал. Иначе лучше было не попадаться ему на глаза.
— Бывали случаи, когда он угрожал вам или кому-то?
— Мне — нет, конечно. Но я слышала, как он общался с партнёрами. Весьма агрессивно.
— У него были враги?
— Не знаю. Он с очень многими людьми общался. К нему приезжали важные гости. Иногда какие-то женщины.
— Женщины?
— Ну, я не лезла в его дела, вы понимаете, — женщина делает голос чуть тише, словно подружке собирается рассказать секрет. — Некоторые оставались даже на ночь.
— А постоянная спутница у него была?
— Нет. После смерти супруги…
— Давно она умерла?
— Лет девять назад. Может, чуть больше. Говорят, что очень хорошая была женщина. Совсем не похожа на него, — прискорбная гримаса отразилась на лице женщины.
— Вы её знали?
— Нет, я устроилась уже после её смерти.
— У Виктора и его жены был только один ребёнок?
— Насколько я знаю, да. Только Максим.
Я закрыл блокнот и убрал ручку в карман пальто.
— Я думаю, что пока достаточно. Спасибо, Елена! Вы нам очень помогли, но возможно, нам потребуется поговорить с вами ещё не один раз. Поэтому не покидайте город и будьте на связи, пожалуйста. Если вспомните ещё что-нибудь важное, то сообщите, — протягиваю ей свою визитку с номером телефона.
— Поняла, — она замялась. — Есть догадки, кто это сделал?
Вот это вопросы.
— Ещё раз спасибо за содействие, — говорю я, вставая со стула и направляясь к выходу.
Когда я вернулся в холл, Александр разговаривал по телефону. Увидев меня, он сразу закончил разговор и убрал мобильный в карман.
— Ну что? — спросил он.
— Вчера вечером у Ланского был с кем-то конфликт по телефону. Скорее всего, с сыном, судя по предпосылкам. По словам домработницы, они регулярно ссорились. Надо найти Максима.
— Уже занимаемся. Охранник подтвердил, что Максим действительно жил здесь периодически.
— А почему мы до сих пор не можем с ним связаться?
— Телефон вне зоны. И по адресу официальной регистрации его не нашли. Один из сотрудников уже там.
Нахмурился. Это не очень хорошо.
— Он мог уехать куда угодно. Проверьте все его близкие контакты: подружку, если есть, друзей, знакомых. Но давайте без лишнего шума. Пока он свидетель, а не подозреваемый.
Коллега кивнул, cоглашаясь.
— Понял. Кстати, по Ланскому уже кое-что нашли. Я распечатал краткую справку.
— Пойдём.
В служебной машине я устроился на пассажирском сиденье и взял папку, которую протянул Саша.
Итак, кто такой наш покойник?
Александр завёл двигатель, но выезжать не спешил.
Я открыл папку.
Виктор Сергеевич Ланской. Из очень обеспеченной семьи. Предприниматель. В девяностых занимался поставками строительных материалов, потом открыл несколько логистических компаний. Сейчас основной бизнес — продажа антикварной и редкой мебели, а также предметов искусства.

