Василий Сахаров.

Сын атамана



скачать книгу бесплатно

Пролог

Украина. Артемовск. 01.08.2010.


Сегодня я проснулся как обычно. Посмотрел в потолок родимой отцовской хаты, и помянул недобрым словом еще один день. Затем с усилием поднялся с кровати, босиком прошлепал по полу, подошел к окну и окинул взглядом двор.

Все неизменно. Поросший травой двор. Покосившийся забор из ветхого штакетника, пустая собачья будка и раскидистая яблоня с обломанными ветками.

«Опять соседу на бутылку самогона не хватало, и он в ночь урожай собирал», – подумал я, глядя на бедное дерево, и тяжко вздохнул.

Старость не в радость. Был бы молодой, дал бы этому спившемуся алконавту Митьке в морду, а сейчас уже не смогу. Ни сил нет, ни здоровья, ни желания. Устал.

Я прошелся по комнате. Осмотрелся, переложил стопки книг, которые лежали на продавленном диване и, как это всегда со мной случалось по утрам, подумал, что давно пора навести в хате порядок. Только для чего это делать и ради кого? Век прожит, и через пару дней мне стукнет восемьдесят лет. Юбилей. Круглая дата, достойная чтобы ее отметили. Но максимум, что случится, звонок от сына, который проживает в Киеве, да и то, вряд ли. Ему некогда. А еще была дочь. Только ее, мою умницу, красавицу и любимицу, я проклял словно последнюю падлюку, недостойную жизни, и на это были веские причины.

Теперь я один, доживал отмерянный судьбиной срок, и все что мне оставалось, вспоминать прошлое. Ради чего я жил и всегда ли правильно поступал? Ответа нет. Хотя за плечами многое. Босоногое детство. Война. Оккупация. Освобождение. Голодное послевоенное время. Работа на соляных промыслах. Служба в армии. Комсомол. Учеба в МГУ на историческом факультете. Первые очерки в серьезных журналах. Первая любовь и перспективы. А потом все исчезло. Случайная встреча с Львом Николаевичем Гумилевым повернула мою судьбу на сто восемьдесят градусов, и я посмел по-новому взглянуть на исторические события прошлых веков. Зарывшись в архивы, много работал и написал несколько зарубленных редакторами статей. Кинулся доказывать свою правоту. Доброжелатели позвонили куда положено и, как итог, арест. После чего не жизнь, а дурной сон. Тюрьма, допросы и 5-го марта 1950-го года Иван Михайлович Богданов был приговорен к десяти годам лишения свободы с отбыванием наказания в лагере особого назначения. Шесть лет как в тумане, мытарства по зонам, и единственное, что было светлого в эти годы, общение с самыми разными людьми, среди которых снова оказался Лев Гумилев.

Многое мы с ним обсуждали, и зачастую наши взгляды на события минувших веков не совпадали. Но это и понятно – мы люди из разных миров. Я простой трудяга с казацкими корнями, историк-недоучка, а он дворянин, потомок хана Гумила, человек с именем и сын великих поэтов. О многом мы тогда спорили, и порой доходило до того, что неделями не разговаривали. Однако в одном всегда сходились. Настоящая история подменена, и то, что мы пытаемся вытащить на поверхность, дабы приоткрыть людям частицу великого прошлого, правительству не нужно.

При этом не важно, какому правительству. Цари из рода Романовых прятали истину и переписывали историю, дабы свою власть и право на престол укрепить. А коммунисты действовали так же, ибо все, что происходило до них, должно считаться мракобесием и вековой тьмой. Правда, допускались редкие проблески и в тяжкую пору, дабы поднять боевой дух населяющих Россию народов, снимались патриотические фильмы о героях минувших эпох. Но это исключения из правил, и дело здесь не только в России. Проблема касается всего человечества, и те же самые демократы, либералы, республиканцы или фашисты, никогда не были заинтересованы, чтобы народ знал истинное прошлое. Знание для избранных, а рядовые граждане должны делать, что им говорят, поменьше рассуждать и кушать овес. Как правильно и верно говорил доктор Геббельс: «Отбери у народа его историю, и ты подчинишь его». В чем-чем, а в этом он был прав на все сто процентов.

Года летели, умер «великий вождь и учитель» товарищ Сталин. На вершину пирамиды, под названием власть, взобрался Хрущев, и настала пора амнистий. Освободили меня в марте 56-го, реабилитировали как жертву репрессий, но, тем не менее, доучиться не дали, а направили в родной Артемовск, некогда Бахмут. После возвращения из «мест не столь отдаленных» я устроился в среднюю образовательную школу учителем, преподавал историю и литературу, а помимо этого, как консультант, принимал участие в археологических раскопках. Поначалу хотел найти нормальную работу и забыть все, чем горел и дышал. Однако зона меня надорвала. Жить мог, а вот полноценно трудиться, например, в той же самой шахте, или на заводе, уже нет. Все порывался что-то изменить, а потом женился, родились дети, и я успокоился.

Так, тихо и мирно, я дотянул до пенсии. Грянула перестройка, и я оказался в незалежной Украине. Помнится, на волне демократических свобод некоторые мои труды хотели напечатать. Как ни посмотри, я жертва политических репрессий. Однако не сложилось.

Со временем схоронил жену. Сын уехал в столицу, и сейчас мелким клерком в банке заседает, а дочь…, про нее вспоминать не хочу, одно слово – тварь. И теперь, все что мне остается, кряхтя и постанывая, оставшись один на один со старостью, доживать свои годы, и радоваться тому, что, не взирая ни на что, я все еще могу самостоятельно передвигаться и сохраняю ясный рассудок.

Мысли в голове скользили неспешно и равномерно, а тело выполняло нехитрые привычные действия. Я почистил зубы, сбрил щетину и приготовил нехитрый завтрак.

Все шло своим чередом, и когда я собрался выйти во двор, неожиданно зазвонил мобильный телефон, самая простенькая модель с большими кнопками. Сердце радостно захолонуло. Пашка! Сын! Помнит про отца! Позвонил! Ай, молодец!

– Слушаю.

Ожидая, что услышу родного человека, я ответил на вызов. Однако голос был женский и совершенно незнакомый.

– Иван Михайлович Богданов? – спросили меня.

– Да, это я.

– Ой, как хорошо, что вы еще живы, – заторопилась женщина.

– А уж как я этому рад, вы себе представить не можете, – усмехнувшись, сказал я.

– Извините, – незнакомка сделала паузу, кого-то окликнула и спросила: – Вы слышите меня?

– Слышу.

– Меня зовут Алла Сергеевна Кузнецова, я эксперт по оценке предметов исторического наследия из Киева. У нас возникла нештатная ситуация. При раскопках в ваших краях была обнаружена некая вещь, и вас рекомендовали как хорошего знатока древностей.

– Было такое, я осматривал некоторые предметы. Но это еще при советской власти. Столько лет прошло…

– Ничего. Это даже хорошо, что у вас старая закалка и навыки. Мы с помощником сейчас в Артемовске и, если вы не против, я сейчас подъеду.

– Хорошо, жду вас.

Связь прервалась, и я подумал, что так и не сказал Кузнецовой свой адрес. Хотел перезвонить, а денег на счету нет. Заволновался, но зря. Спустя пятнадцать минут после разговора к моему двору на окраинной улочке Артемовска подъехала шикарная черная иномарка, из которой вышли двое. Первый, крепкий широкоплечий парень с небольшим кожаным чемоданчиком в руках, несмотря на теплую осень, в сером свободном костюме. Второй гость, наверное, та самая Кузнецова, миловидная русоволосая женщина в легком сарафане, слегка полноватая, но в движениях легкая, порывистая и резкая.

– Здравствуйте уважаемый Иван Михайлович, – открыв хлипкую калитку, женщина вошла во двор, и за ней последовал парень.

– Здравствуйте, – ответил я и уточнил: – Алла Сергеевна, насколько я понимаю?

– Да-да, я Кузнецова, – она остановилась и спросила: – Где бы мы могли пообщаться?

– Пойдемте в беседку.

Через минуту мы расположились в увитой виноградными лозами беседке. Присели за стол. Гости расположились с одной стороны, а я с другой. Парень поставил на столешницу чемоданчик, раскрыл его и положил передо мной большой белый платок, в который было что-то завернуто. Прикасаться к нему я не стал, а только посмотрел и спросил:

– Что вы принесли?

Кузнецова развернула ткань и сказала:

– А вот это мы и хотели бы узнать.

Достав из нагрудного кармана рубахи очки, я посмотрел на находку. Темный металлический диск, выглядит как новенький, в диаметре семь-восемь сантиметров, украшен лиственным узором по краю и фигуркой волчьей головы по центру. Над головой волка вареное колечко, видимо, диск носили на шее. Работа тонкая и очень кропотливая, большой мастер трудился. Судя по всему, металл черное железо, которое практически не ржавеет, а значит работа древних тюрок, как их называл Гумилев, тюркотов. Если это так, а скорее всего, я не ошибаюсь, данный предмет сделан очень давно и стоил миллионы долларов.

Я перевернул диск и с другой стороны обнаружил то, что увидеть не ожидал. Тот же самый узор по краю, но по центру не волк, а руна, которая у скандинавов называлась Одал, и обозначала родство людей по принципу крови.

Раньше, хотя бы лет десять назад, держа в руках подобную вещь, которая еще раз доказывала проникновение культуры древних тюрок в северные и славянские народы, я прыгал бы от счастья, а сейчас перегорел. И спокойно положив талисман обратно на платок, я спросил Кузнецову:

– Итак, что вы хотите знать?

– Сколько лет этому предмету, хотя бы приблизительно? Каково назначение? И кто его создал?

– А где вы его нашли?

– В Часов Яре, на раскопках. Там же, в краеведческом музее узнали о вас, и вот мы здесь.

– Кое-что про этот предмет рассказать можно. Во-первых, это талисман степного шамана или вождя и предмету не меньше пятнадцати веков. Назначение его мне неизвестно, истинные тюрки в основном симпатической магией баловались и оборотничеством, а тут нечто иное. Вот, в общем-то, и все.

– Мало, но уже кое-что. Про руну можете что-то сказать?

– Одна из самых распространенных рун, которая у славян называлась Род, а у скандинавов Одал. Кроме того, она использовалась тюрками и до сих пор в чести у народов, сохранивших степную традицию, например у башкир, киргизов и племен Севера. Руна обозначает семью, близких людей и родную кровь. Используется мистиками и гадателями. Во время Второй Мировой Войны была эмблемой главного управления СС по вопросам расы, а также использовалась дивизиями «Принц Евгений» и «Нидерланды».

– Интересно. Что-то еще?

– Пожалуй, что нет. Отвезите этот талисман в Москву и обратитесь к ученикам Льва Николаевича Гумилева. Наверняка, профессионалы расскажут больше, чем провинциальный любитель.

Говоря это, я еще раз взял талисман, и неожиданная боль пронзила мои пальцы. Посмотрев на пальцы, я увидел, что они в крови. Как порезался, и сам не заметил.

Кузнецова схватила платок, перегнулась через стол и попыталась остановить кровь, но почему-то у нее ничего не вышло. Красная жидкость лилась на стол потоком, словно были повреждены не пальцы, а основные артерии. Кровь забрызгала талисман и, теряя сознание, я услышал в своей голове некий обезличенный голос:

«Чую родную кровь. Скажи, что ты хочешь, потомок?»

Как бы отреагировал на это обычный человек? Наверное, решил бы, что у него бред и галлюцинация. Но кое-что в своей жизни я видел, и слишком много знал о наших предках, которых принято считать дикарями. И, понимая, что ничего уже не поправить, моя кровь разбудила спящую в металле сущность, я выдохнул:

«Хочу, все изменить».

«Попробуй, потомок».

Голос произнес эти слова и последнее, что я запомнил, испуганное лицо Кузнецовой, которая что-то кричала, и силуэт вскочившего парня. Затем провал в темноту и полет в полной черноте. Меня выворачивает наизнанку, я кричу от боли и теряю сознание.

1

Войско Донское. Река Бахмут. 01.06.1707.


– Никишка тонет!

Когда я пришел в себя, то обнаружил, что нахожусь в реке, тону и в рот попадает вода. Рядом кто-то орет истошным голосом. Берег всего в двадцати метрах, можно легко доплыть. Однако по какой-то причине ноги меня не слушались.

Мои ладони ударили по воде. Я постарался удержаться на поверхности, но не получилось. Что странно, руки у меня не те, что прежде, не старые, морщинистые, артритом побитые, а молодые, ребячьи, точно такие, какими они были в далеком детстве. От такой странности я даже растерялся, оставил попытки спастись и сразу пошел на дно.

Голова оказалась под водой. И в мутной непроглядной серости, которая меня окружила, ничего не разглядеть.

Рывок вниз! Своими новыми руками я провел по ногам и понял, что они запутались в рыбацких сетях. Постарался высвободиться, и у меня получилось.

Сети ушли на дно, а ноги получили свободу. Ладони загребли воду, тело поднялось наверх, и я оказался на поверхности. Рот судорожно ловил воздух, и я осмотрелся.

Небыстрая река. Пологий берег, который зарос кустарником, и на нем группа мальчишек. Вихрастые головы мелькали в кустах, перекликались и, увидев меня, один парень бросился в реку.

Мальчишка делал размашистые гребки, подплыл ко мне и спросил:

– Ты как, Никиша?

– Живой.

Я ответил и осознал, что мне известно имя паренька. Его звали Ванька. А так же я понимал, что мое имя, в самом деле, Никиша. Если точнее, Никифор и фамилия моя Булавин.

Вот это да. Ведь только что я находился в своей хате, в беседке разговаривал с Кузнецовой и талисман древних степных шаманов в руках вертел, а тут на тебе. Сейчас в реке, у меня ничего не болит, и выгляжу я не стариком-развалиной, а худощавым черноволосым мальчишкой. В голове шумит, но, наверное, это оттого, что под водой слишком долго пробыл.

– Погребли к берегу, – сказал Ванька.

– Давай, – согласился я, и мы поплыли к остальным мальчишкам, которые смотрели на нас.

Вдох! Выдох! Руки под углом входили в речную гладь. В теле чувствовалась крепость. Мышцы ныли приятной тяжестью и так хорошо я не чувствовал себя уже очень давно.

Ноги коснулись илистого дна и совершенно голые, пошатываясь, мы с Ванькой выбрались на берег.

Пять загорелых парней окружили меня и засыпали вопросами:

– Никиш, а что там было?

– Водяной, да?

– А какой он, зеленый?

– Страшный?

– Да ну, какой водяной, – ответил я, и направился к небольшому костерку, который находился в кустарнике. – Решил окунуться, а ноги в старой сети запутались. Еле отцепился.

От меня отстали. Я подошел к костру, который был обложен несколькими булыжниками, нашел свою одежду – знаю, что она именно моя, и натянул темно-серые выцветшие шаровары. Следовало немного побыть в одиночестве и переосмыслить, что со мной произошло. Поэтому, присев на бревно возле костра, я стал смотреть на огонь, и сам себе задавал вопросы.

Что случилось? Где я? Как такое возможно, что мой разум в ином теле, и почему я ощущаю себя не только Иваном Михайловичем Богдановым, но и Никифором Булавиным? Помню талисман и короткий диалог с непонятной сущностью в нем, а затем провал памяти, темнота и сразу река.

Спокойно. Без паники. Непосредственная опасность мне не грозит, рядом никого, а значит можно спокойно и без криков: «Помогите!», разложить ситуацию на составные части и попытаться проанализировать, что со мной произошло.

Итак, никому ненужный, всеми забытый инвалид и пенсионер Иван Михайлович Богданов оказался в теле молодого парнишки. Колдовство? Магия? Сила предков? Научный эксперимент инопланетян? Неизвестно. По этой причине данный вопрос пока в сторону. Принимаю происходящее как данность и размышляю далее. У меня новое молодое тело, которое послушно как родное. Желания, мысли, чувства и воспоминания мальчишки стали моими. Точно так же, как и все, что знал Богданов, знает он. Мы как будто сплавились в одну массу. Симбиоз. Нет явного разделения на «он» и «я», мозг един. Хорошо это или плохо? Пока непонятно. Однако паники нет, что осталось во мне от Никифора чувствует себя естественно, и только суть Богданова беспокоится. Вот ведь как, уже отделяю себя от этого человека. Забавно. Немного страшно, но одновременно с этим интересно.

Мелькнула мысль. Как вернуться обратно? И тут же, следом, другая. Зачем возвращаться, а главное – куда? В тело больного и никому ненужного старика, которому жить осталось год-другой? Нет уж, сложившаяся ситуация меня полностью устраивает. Тем более, что я очень быстро осознавал себя совершенно новой личностью, которая при возвращении, наверняка, будет потеряна. Судьба и некая магическая сила дали мне шанс прожить новую жизнь, и был бы я полным дураком, если бы пренебрег таким подарком.

Кто я, тот новый человек, получившийся из двух? Никифор Булавин, тринадцать лет, проживаю в казачьем городке Бахмут, сын атамана Кондратия Булавина. Что характерно, сейчас на дворе лето 1707-го года. Вот это да! Получается, переброс старого сознания произошел не только в тело, но и в другое время, на триста с лишним лет назад. С одной стороны это серьезно, а с другой, на общем-то фоне, вполне допустимая шутка судьбы. Не надо на этом зацикливаться.

Решено, на данную тему постараюсь больше не думать, а сосредоточусь на настоящем.

Что я имею от личности Богданова? Много. Во-первых, знание российской истории, и пусть старик специализировался на древностях, как школьный учитель он преподавал весь курс предмета, от каменного века до современности, и про восемнадцатый век знал немало. Кроме того, у него имелся огромный жизненный опыт, который можно использовать. Это служба в рядах Советской Армии, простым пехотинцем, но все же. Школа, работа, семья. А помимо того, как ни странно, память об отсидке на спецзоне, где он получил такой багаж знаний, какого ни в одном университете не получишь, поскольку в заключении зэка Богданов общался с самыми разными слоями лагерного контингента. Тут тебе и власовцы-красновцы с эсэсовцами. И советские командиры с интернационалистами-коминтерновцами. И сектанты со священниками. И раскольники с националистами. И партработники высшего звена с ворами в законе. И сионисты с антисемитами. А кроме них ученые, музыканты, литераторы, шпионы и вредители, как мнимые, так и настоящие. Ну и прочие люди, среди которых были как хорошие, так и плохие, как глупцы, так и мудрецы.

Теперь, что касательно Никифора. Кажется, что может знать и уметь паренек в тринадцать лет? Не очень много. Но это только на первый взгляд. К своим годам этот мальчишка, человек своего времени и природный казак, уже был превосходным наездником, хорошим стрелком и неплохо владел саблей. И это все, помимо знаний об окружающем мире, которые моя новая личность от него получила.

Как ни посмотри, задел на будущее неплохой. Конечно, я не перенесся в тело короля, императора или принца крови, но и то, что есть, иначе как чудо, не назовешь. Сплав двух сознаний. Порывистость мальчишки и осторожность старика. Пытливый ум и опыт. Решительность и знания. Устраивает меня подобная ситуация? Остался бы чистым Никифором или Богдановым, скорее всего, она бы мне не понравилась. Но я симбиоз двух людей. Следовательно, меня все устраивает.

Мысли немного улеглись и приняли более или менее стройный вид. Я подкинул в костер сучковатую палку и прислушался. Где-то на реке шумели мальчишки, которые шарились вдоль берега в поисках раков. Рядом по-прежнему никого и, пользуясь моментом, я вернулся к своим думам.

Как жить дальше и что меня ожидает в будущем? По-хорошему, плыви по течению и радуйся. Молод, свободен и имеешь за плечами некоторый жизненный опыт, который ни за какие деньги не купишь. Однако не в самое лучшее время я попал на Дон. Царь Петр Романов, в народе более известный как «царь Ероха», воюет со шведами и реформирует страну. Действует жестко и, можно сказать, жестоко. Русских мужичков, за красивые понты перед западом, тысячами в землицу укладывает. И там, где можно ситуацию решить дипломатическим путем, а перемены в жизнь страны ввести без насилия, он ломает людей и загоняет недовольных под ярмо. Дворяне, ладно, их не так уж много на Руси, и этим есть что терять. А мужик, у которого последнее отбирают, таким положением дел недоволен. Поэтому, дабы выжить, он делает, что может, и идет на крайние меры. Режет бояр, уходит в леса и бежит в те края, где, как ему кажется, можно стать вольным человеком, а не бессловесной скотиной, то есть на Дон.

Понятно, что царь на эти безобразия был просто обязан реагировать. А реакция его была простой. Всех поймать. Зачинщиков пытать и вешать. Остальным рвать ноздри, каждого заклеймить, словно животное, и вернуть хозяину. Кто не в состоянии перенести дальнюю дорогу на Русь, а это дети, старики и калеки, на месте прикончить. Вот тебе и реформатор, который по сути своей хуже чужеземного ворога. Того хоть в лицо различаешь и понимаешь, что его надо убить. А этот говорит, что о благе государства заботится, и в бой против тебя не только наемника кинет, но и муштрой забитых русских солдатиков пошлет. Что тут скажешь? Со своей стороны Петр Романов прав – он самодержец Всероссийский, для которого все люди, живущие под его властью, просто рабы. А с точки зрения народа – нет.

Сейчас лето 1707-го года. Что дальше? А дальше будет большая кровь. Поздней осенью на Дон пожалует князь Юрий Владимирович Долгорукий с карательным отрядом и станет вылавливать беглых людишек. Ладно бы он вел розыск, как это делали до него стольники Пушкин и Кологривов, да тамбовский дворянин Бехтеев. Атаманы донские прикрыли бы ему глаза звонкой денежкой и отребье всякое выдали, от которого на казачьих землях одно беспокойство. Но не таков князь Юрий. Он спесив, заносчив и желает выслужиться, а значит, кинется на людей как дикий зверь, и разницы между казаком или вчерашним холопом увидеть не пожелает. Много зла князь натворит и как воздаяние за беспредел, будет убит, а казаки и беглые, что характерно, под кумачовыми, то есть красными, знаменами поднимут восстание.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7