Файролл. Сицилианская защита

– Так оно и есть на самом деле – подтвердил ему я – А у меня в редакции вот еще и вражья душа завелась до кучи. Скажите мне, Илья Павлович, что же ваши молодцы нас не защищают, чего у нас граница не на замке?

– Про «Консорциум» стало быть тебе уже поведали? – задушевно повел свои речи Азов – Вот ты спрашиваешь – «почему»? А потому, друг мой любезный Киф, что и с той стороны не шелупонь какая-нибудь обретается, а такие же как я профессионалы, последние обломки империи, которых еще держава учила. Ты всерьез думаешь, что я сплю тут, что ли?

В голосе Азова, поменявшим за всего пару предложений и тембр, и интонации отчетливо лязгнул затвор пистолета и раздался звук навинчиваемого на ствол глушителя. Мне стало сильно не по себе.

– Понятно, я ж без претензий. Спымаем злодея вместе – выставил я ладони перед собой – Но мы хоть что-то про него знаем?

– А как же – от слов Азова перестало тянуть запахом оружейной смазки – Он – человек.

Очень смешно. Я прямо сейчас от смеха в штаны напружу.

– А, ну при таких приметах я его уже через час-другой самолично повяжу и сюда доставлю – успокоено заверил я Азова – Чего ж мне сразу-то это не обозначили? Это ж такая примета, что по ней…

– Ладно все, хорош в остроумии упражняться – прервал наше общение Зимин – Илья Павлович, давай детали, а ты Киф слушай, не перебивай и на ус мотай.

И вот что я услышал. Подробностей того, где «Радеон» перешел дорогу «Консорциуму» Азов касаться не стал, но даже из пары мелочей, проскользнувших в рассказе, мне стало ясно, что вражда эта уходит корнями в какое-то дремучее прошлое и судя по всему боссы с обеих сторон питают друг другу ту светлую, незамутнённую ненависть, которая свойственна лишь бывшим одноклассницам и бизнесменам. Ну, это когда ты ему руку жмешь и мысленно мишень на лице рисуешь.

На текущий момент формально две мега-корпорации находились в состоянии внешнего нейтралитета, а на самом деле нормой вещей был промышленный шпионаж, переманивание сотрудников, наем профессиональных хакеров для распространённой народной забавы «Падение системы», в прошлом году была даже пара-тройка членовредительства мелких клерков с целью демонстрации серьезности требований по каким-то то ли невыполненным, то ли перехваченным тендерам и контрактам («Что поделаешь, пешки – развел руками Валяев – Размен фигурами») и прочие бизнес-аргументы, свойственные для современного делового российского мира.

– А где вы им перешли дорогу-то? Если в игровом бизнесе, то странно, отчего я о них ничего не знаю? – удивился я – Я ж про этот рынок груду материалов еще летом перелопатил.

– Ну, «Радеон» занимается не только играми, нам интересны многие области бытия – сложил руки замком Зимин – Хотя «Файролл» это наш основной проект, я бы сказал – главнейший, тем более что на нем частенько завязаны и побочные направления бизнеса, так как все в этом мире взаимосвязано. Но и иных источников дохода немало, вот и пересекаются у нас интересы. Плюс им и наш главный бизнес ох как не нравится, но тут у них кишка тонка, не по их ртам этот кусок, да и принципы их им мешают в серьезную драку с нами влезть.

– Ну и чего тогда этот «Консорциум» дергается? Онлайн-играми они не занимаются, то есть по основному бизнесу вы не можете бодаться, по второстепенным всегда договориться можно, небось не легендарные 90-е на дворе, чего они тогда? – я правда не мог это понять.

Зимин переглянулся с Валяевым, и я успел поймать движение его головы, контурно обозначившее «нет». Стало быть, рано мне пока лезть в калашный ряд, не вышел я пока лицом.

– Киф, в великом знании… Ну ты в курсе – Зимин пощелкал пальцами – Да и не надо тебе пока знать полную и даже частичную подоплеку нашей великой войны с «Консорциумом». И смею тебя заверить – лучше бы тебе ее и дальше не узнавать, хотя лично я уверен, что сделать это тебе придется.

– Как скажете – не стал спорить я, хотя конечно все равно мне было любопытно разобраться в чем там сыр-бор – Но про этих-то четверых может я все-таки что-то да узнаю от вас? И в первую очередь вот что мне не дает покоя – как так вышло, что вы сами не в курсе, кто там крыса?

Азов досадливо покачал головой.

– Вообще это мой недосмотр. Даже не недосмотр, это прямая недоработка. Плюс стечение обстоятельств и очень хороший план Уренцева.

– Кого? – у меня сегодня был день открытий.

– Уренцева Петра Елфимовича. Это начальник службы безопасности и активных операций «Консорциума». Вот такое у них название, это не отсебятина. Он профи с гигантским опытом, некогда в Египте такие штуки проделывал, что об них до сих пор там вспоминают. А что он на Черном континенте творил – уууу.

Азов повертел головой, показывая всем видом, что и врагов можно и нужно уважать. После продолжил —

– Все сошлось в одной точке. Запрос в университет был на три человеческие единицы, но, когда нам пришли оттуда документы рекомендуемых специалистов, то их оказалось четверо. И никто не мог сказать, откуда появилась четвертая кандидатура. Подняли переписку, опросили участников действа, все талдычат одно – уходил запрос на трех, в работу принят запрос на четырех. И все не врут, вот какое дело, я лично с ними общался, а я могу понять, когда люди врут, а когда нет.

– Если Азов говорит, что не врут, значит, так оно и есть на самом деле – явно со знанием вопроса заявил Валяев.

– Понятно, что четвертый человек появился не случайно – продолжил Азов – В свою очередь я, знал к тому времени наверняка две вещи. Первое – «Консорциум» еще тогда, на старте, пытался запихнуть в газету своего человека, но у них это не получилось, поскольку работали они в большой спешке, а потому топорно, плюс в то, что затевалось, тогда не то, что у них, у нас никто особо не верил. Ну, вы помните?

Зимин и Валяев синхронно кивнули.

– Второе – в этот раз к вопросу подошли всерьез, сам Петр подключился и человека он сам подбирал, это я знаю наверняка. Важным стало это направление, причем я тебе, Киф, точно даже не скажу, что именно им нужнее – газета с ее информацией или ты. Не скажу, потому что пока сам не знаю. Мой источник там не так уж высоко сидит, не так уж далеко глядит.

– Негусто – констатировал я – Из этой информации супа не сваришь. А персоналии вы пробили хотя бы?

– Конечно – Азов, по-моему, даже маленько обиделся на меня за одно только предположение, что я мог об нем так подумать – Само собой. До последней родинки.

– И ничего? – не усомнился я.

– Абсолютно – подтвердил Азов – Родились, учились, пили, гуляли, встречались с особями противоположного пола, – в общем вели нормальную жизнь нормальных людей. И никаких пересечений с «Консорциумом». Вообще никаких. Совершенно. Пробили практически всех их партнеров и сожителей – глухо. Родителей, одноклассников, одногруппников, сослуживцев – опять же глухо.

– Эта красотка, Шелестова, в «Белом Знаке» порядочно времени поработала – отметил я.

– Знаю – Азов кивком голову засвидетельствовал то, что он оценил мою информированность – Знаю. Ее первую на карандаш взяли, под микроскопом рассматривали. Ничего. В «Белом Знаке» она младшим помощником старшего дворника была, подай-принеси. Набиралась там ума-разума, зарекомендовала себя отлично, могла бы даже карьеру сделать, когда ей первый зам генерального предложил под него лечь. Там хоть и смотрят исключительно на деловые качества, но инстинкты пока никто не отменял, а девка она красивая до такой степени, что скулы сводит. Она отказалась, сдала его совету директоров и ушла. Сама ушла. Место ей предложили независимо от ее отказа переспать с тем кадром, его, кстати, после совета сразу сняли. Очень сильно принципиальная оказалась девка. Как не странно, она вообще очень принципиальная оказалась девица, по ней так и не скажешь. Не поверишь, но при всех ее достоинствах у нее даже любовника сейчас нет, хоть и монахиней ее тоже не назовешь, лет тому семь назад она так чудачила, что ой-ой-ой. При этом она сто раз могла и замуж выгодно выйти, да и папа у нее человек очень непростой и крайне небедный. После ухода из «Деляги» он предлагал ей газету купить или журнал, чтобы она развлекалась, а она все отказывается. То ли сама себе чего доказывает, то ли ему хочет внушить чего, поди пойми. Даже машину себе сама купила, «Мерс», при том подержанный, хотя могла бы любую новую тачку себе выбрать, ее просто ей к дому пригнали бы и все.

– «Мерс»? – я припомнил утро на стоянке – Серебристый?

– Да – Азов кивнул – Не сильно новый.

Я подумал, что об этом я Вике, пожалуй, не буду рассказывать. Ни к чему это.

– А остальные? – мне было интересно послушать про всех.

– А что остальные? С остальными тоже все очень прозрачно, а потому и непросто – Азов хрустнул пальцами – Жилин, например, бывший морпех, в армию загремел по несчастной любви…

– Это как? – не понял Валяев.

– Просто. Он и она, она уходит к его другу, он уходит в армию. Обычное дело.

– Идиотизм какой-то – Валяев повертел пальцем у виска – Полтора года жизни разменять на девку, каких полно. Велика ли разница – девчонки разные, ощущения одни и те же.

– У каждого в голове свои тараканы – дипломатично сказал Азов и продолжил – Вернулся из армии, восстановился в университете, учился отлично, попал в поле зрения наших хедхантеров. Все. Увлечений у него никаких особых нет, кроме качалки, стайкбола и подводного плавания. Ах да, еще он специалист по выживанию в лесу плюс рукопашка, занимался профессионально, даже в чем-то там участвовал и даже что-то там выигрывал. Долгов нет, обязательств нет, абсолютно чист. Живет один, от девок как черт от ладана шарахается до сих пор.

– Н-да – почесал я затылок – Пожалуй, его я гамадрилом или туловищем поостерегусь называть. Качалка, выживание… Блин, да он просто диверсант какой-то!

– Первое, что я про него и подумал. Но оказалось, что он на редкость миролюбив и это подтверждено огромным количеством свидетелей – немедленно отозвался Азов – Абсолютно неконфликтен, субординация соблюдается неукоснительно.

– А что по оставшимся двум? – Зимин был собран и сосредоточен.

– Соловьева Мариэтта, уроженка города Кимры, золотая медаль в школе, красный диплом университета, лезет наверх как матрос по вантам, без оглядки вниз. Комплексов нет, принципов нет, таланта тоже нет, но зато невероятно трудоспособна, это красной строкой выделяют все, кто с ней общается. Все, что у нее есть, ставится на карьеру. Чтобы попасть в поле зрения нашего хедхантера три года чуть ли не жила в ректорате, поскольку именно с того времени она стремилась попасть в пресс-отдел «Радеона»

– Принципов нет, комплексов нет, рвалась в «Радеон» – задумчиво протянул я – Чем не вариант?

– Всем не вариант – немедленно сказал нахмурившийся Валяев – С ней дела никто иметь не будет, она ненадежна как агент. Если она сочтет другую сторону наиболее выгодной, продаст не задумываясь.

– Верно. Плюс три года назад у нас были другие расклады с «Консорциумом», – Азов покачал ногой – Ну и наконец, Звягинцева Наташа или просто Таша. На последнее имя она отзывается охотнее, чем на первое. Коренная москвичка. Оригинальна, экстравагантна, не любит заурядности, безумно талантлива и невероятно нестабильна.

– В смысле? – не понял Валяев – Что значит «нестабильна»?

– То и значит. Будет заниматься чем-либо только до тех пор, пока ей это интересно. После того, как интерес пропадает, дело будет либо заброшено, либо перейдет в разряд «тянуть лямку». Но основная штука в том, что пока есть интерес, она генерирует идеи с невероятной скоростью и они почти всегда незаурядны. А как он пропадает, так и новаций не жди. Вот так.

– Что еще по ней есть? – Зимин потер подбородок.

– Интересуется Кореей, даже корейский язык выучила, аналитический склад ума, личная жизнь… Да нормальная личная жизнь молодой девушки, пусть даже и так странно одевающейся, по нынешним временам молодежь чего только не носит. Они нынче все продвинутые.

– И кто-то из них крот – обвел глазами я – И кто? Если они все темные лошадки и при этом все как на ладони?

Трое функционеров «Радеона» дружно посмотрели на меня. Я поерзал на кресле и опустив глаза изрек —

– Ну, в конце концов, есть же у вас какие-то методы, способы, средства. Препараты наконец…

– Есть – не рисуясь подтвердил Азов – Есть, как не быть. И способы, и средства. И психотропные разные штуки есть. И правды бы мы добились, может не сразу, не за пять минут, но за пару часов – с гарантией, но вот какая штука – нам это не слишком нужно. Мы узнаем только часть задания этого крота. Например, то, что он должен найти к тебе подход, но вот зачем, он точно не скажет, просто потому что не знает, а ведь это уже намного интереснее. А еще интереснее что «Консорциуму» надо от тебя. Это, конечно, при условии, что крот посажен по твою душу.

– А может и не по мою?

– Возможно и не по твою – подтвердил Азов – Его, например, могли посадить на дальнюю перспективу. А ну как он через год-другой переползет в основное здание, на второй этаж, а там еще выше? Мы точно этого не знаем, но должны узнать.

– А еще точнее – ты должен узнать. – Зимин посмотрел мне в глаза – Смотри, думай, оценивай, сравнивай, делай выводы. И жди. Я уверен – он пришел к тебе, ты им нужен. Раньше или позже на тебя выйдет кто-нибудь из «Консорциума», скорее всего какая-нибудь мелкая сошка, вот там и поглядим – куда бежать, кого мочить. Я в переносном смысле, конечно. Так что будем ждать момент истины.

– Какой истины? – обреченно спросил я.

– В последней инстанции – безмятежно ответил мне Валяев – Они будут пытаться тебя заполучить, причем твоей доброй волей, это их обычная практика, так они всегда работают, а возможности у них не меньше наших. Вот там и посмотрим, насколько ты нам предан.

– Я вообще не понимаю, зачем я им нужен? Ну что я, в самом деле, ваш аналитик что ли или хранитель секретов? Я обычный клерк, заштатный даже, поскольку сижу не в основном здании – начал прибедняться я.

– Ну да – в тон мне подхватил Валяев – Правда время от времени трескаешь коньяк с двумя ближниками Старика, ездишь к ним на дачу, да и они к тебе заезжают. Это как ты расцениваешь?

– Там знают многое. Не все конечно, но многое. И знают, что ты наш фаворит, этого уже за глаза хватит, чтобы к тебе подвести человека – жестко произнес Зимин – Это есть факт.

– Мне бы побольше про них узнать – обеспокоенно заерзал я – Предупрежден – значит вооружен. Это причем хорошо еще, если он один, крот этот самый. А если как азиатском боевике – их там двое или трое? И потом все так пистолеты как вынут и на друг дружку наставят?

– Вот выйдут на тебя – все и узнаешь, нечего фантазировать – сказал, как отрезал Зимин – И лишнего не надо тебе пока знать, я тебе уже это объяснил. А не выйдут – так и вовсе тебе такие вещи ни к чему.

Я кивнул, но затаил мыслишку, что все-таки надо будет потихоньку порыть в этом направлении, без суеты и огласки, но порыть. А ну как они по-хорошему не захотят?

– Ладно, давайте накатим уже – Валяев потер руки и начал намазывать икру на хлеб – Подсохла, видать – иранская. И чего ее так хвалят? Не стало хорошей икры, вот то ли дело было раньше, такая икра была. Киф, мать твою, давай, разливай. Палыч, ты с нами? Брось ты эти свои замашки режимные.

Азов посмотрел на часы, достал маленькую рацию из кармана и сказал в нее —

– Седьмой, ты за старшего. Я в кабинете у Зимина.

После махнул мне рукой – мол, давай, Киф, набулькивай.

Мы ахнули по стопке, причем я пил все из той же стременной, потом накатили еще по одной. По венам прокатилась огненная волна, в виски немного стукнуло. Становилось хорошо.

– Так что ты хотел про игру спросить? – обратился ко мне Зимин, отрезая кончик у очередной сигары.

– Ну, как что – я покатал стопку по столу – Нельзя ли мне как-нибудь жизнь облегчить в этом квесте, а? В том-то нельзя было, так может хотя бы в этом…

– Нет, друг мой ситный – Валяев подхватил бутылку, оценил уровень жидкости, лихо, без остатка, разлил его по емкостям и убрал ее со стола – Нет. Сам, все сам. Правила все те же – идешь, преодолеваешь, борешься. Ну, что ты приуныл?

– Да сам там опухнешь, поди – я даже не стал маскировать разочарование – Вы ж небось по всему материку гонять меня будете с этим квестом.

– И не только – Валяев злорадно заулыбался – Еще и… Ну ладно, пусть тебе сурпрыз выйдет!

– Киф, Киф, Киф – Зимин окутался сигарным дымом – Ну что ты прибедняешься, а? Несколько месяцев назад ты был голый и босый новичок, с деревянной палицей, ты был почти – питекантроп, пещерный человек. Сейчас ты опытный боец, с хорошими связями, как в среде игроков, так и среди НПС. Более того – у тебя налажены отношения с королевскими фамилиями, с кучей кланов. И денежки у тебя есть в конце-то концов.

Я изобразил недоумение.

– Ну-ну, не корчи жалобные рожи. Думаешь мы не знаем, что ты боднул щит Лихтенштайна этому, как его… Ну, жучку, в общем. Так что не хандри и не жалуйся, а двигайся вперед. Стимул у тебя есть, мозги тоже, так что – пер аспера ад астра.

– Ну да, к ним – я вздохнул и принял стопку, не дожидаясь тоста.

– А что, Палыч, из этих четверых кто в «Файролл» играл, или, может, сейчас кто играет? – неожиданно поинтересовался Валяев.

– Насчет сейчас – не знаю пока – Азов аппетитно скушал дольку лимона – Официально, на себя, капсулы покупали Звягинцева и Жилин, но сильно не вчера, пару лет назад, регистрация аккаунта и вход в систему производился тогда же. Звягинцева играла пару месяцев и после с ее аккаунта вход не осуществлялся, Жилин поиграл полгода, после тоже оставил игру. Продали они капсулы или нет, не знаю, но вряд ли, входов с них не было, как я и сказал. Шелестовой капсулу покупал отец, регистрация не осуществлялась, вход в систему с этой капсулы не производился. Ну, а Соловьева ни капсулы не имела, ни аккаунта.

– Вот у нас кадры в газете про игру, я упиваюсь этим фактом – Валяев встал, залез в какой-то шкафчик, встроенный в стену и начал там звенеть бутылками – Народу про игру рассказывают, а сами там, считай, там и не бывали.

– Это официальная информация – как ни в чем не бывало продолжил Азов – А вот что было на самом деле, я еще может и узнаю со временем. Никто пока не отменял ни левых аккаунтов, ни левых капсул. Мы биометрию не считываем, хотя я это и предлагал делать сто лет назад.

– Это незаконно – поморщился Зимин – Потом проблем не оберешься. Палыч, ты покопай, покопай. Это хороший хвостик.

– Сам знаю – Азов откинулся на спинку кресла – Киф, коли чего узнаю, так сообщу.

– Эти двое и мне сказали, что играли – вставил я свое слово – Как раз перед отъездом у них это спросил.

– Очко в их пользу – щелкнул пальцами Зимин.

– Или наоборот – не согласился с ним Азов – Игра в открытую, причем с открытой же информацией. Пока мы все играем в бирюльки, самое интересное будет не сейчас.

Мы выпивали еще часа три, не меньше, за окнами начало темнеть, когда Зимин сказал —

– Ладно, на этом закончим торжественную встречу. Киф, ты как?

Мне было хорошо, но в голове очень здорово гудело – коньяк был отменный, да и не спал я всю ночь.

– Ну как – начал я объяснять хозяину, жестикулируя – Вот эдак!

– Палыч – Зимин посмотрел на Азова, который, по-моему, совершенно не захмелел, только цвет лица немного у него поменялся – Сопроводи нашего друга вниз. Так будет спокойнее – это раз, и его законная мегера его пилить не будет, тебя побоится.

– Не-не-не – замахал руками Валяев – Я братку Кифа вниз сведу, у меня там дело.

Зимин страдальчески закатил глаза, но ничего не сказал.

У девушек на ресепшен был очень забавный вид, когда они увидели нас, вывалившихся из лифта в обнимку и распевающих старинную студенческую песню —

– Если насмерть не упьюсь на хмельной пирушке, (Тут Валяев показал кому-то фигу, и добавил «Что вряд ли»)

Обязательно вернусь к вам, друзья, подружки!

– Ваганты были славные ребята, должен тебе сказать дружище Киф – втолковывал мне Валяев – Пьющие, вороватые – но славные.

Тут он заприметил девиц и приосанился, отпустив мое плечо. Меня ощутимо шатнуло, но я устоял на ногах и обратился к барышням.

– Скажите мне, о шаловливые девушки – меня, после всех этих песнопений, непонятно почему пробило на восточный стиль – Никто ли из вас не знает, где знойная роза моего сердца, достославная Виктория ибн Евгеньевна?

– Сильно завернул – оценил Валяев – Прямо как какой-нибудь хорасанский шуар. Уважаю.

Роза моего сердца появилась минут через пять, в сопровождении миловидной блондинки с толстой косой.

– А вот и моя маликату-ль-джамаль – как кот облизнулся Валяев.

– Это по-каковски ты сейчас? – поинтересовался я

– Это по-арабски – ответил Валяев и, совершенно не качаясь, в отличии от меня, направился к девушкам – И откуда в нашем убогом здании две такие красавицы? Виктория, как всегда прекрасны, позвольте-ка ручку облобызать.

И громкий «чмок» ее длани в глазах ресепшена вознес мою… Да ладно, чего уж… Гражданскую жену на недосягаемую высоту.

Вика, до того видевшая Валяева только раз, и то при достаточно пикантной ситуации, но при этом отлично ориентировавшаяся в обстановке, совершенно не растерялась и немедленно завела с ним светскую беседу.

Я постоял, посмотрел на это, обратил внимание на то что Валяев уверенно плетет тенета вокруг русоволосой красотки, икнул и сообщил Вике, что мне бы хотелось отправиться домой. Она окинула меня взглядом, покачала головой и посмотрела на Валяева.

– Киф – Валяев подошел ко мне и обнял меня – Братское сердце! Давай, дуй отсыпаться.

Отпустив меня, он спросил у девушек —

– Машину Юрьевичу уже подали? – услышал, что да, и довольно кивнул.

Мы еще раз обнялись с ним, после чего он продолжил ездить по ушам попавшей в его сети Светлане, меня же Вика, взяв под руку повела к машине.

– Нет, в редакции тебе делать нечего – решила она, усадив меня на заднее сидение и посмотрев на мою улыбающуюся рожу, после чего, достав телефон, начала кому-то звонить. Кому именно – не знаю. Я уснул.

Глава четвертая

в которой герой преимущественно занимается всякими мелочами

Спал я крепко и безмятежно. Вика кое-как добудилась меня, когда мы подъехали к дому, я на автопилоте дошагал до квартиры, где практически сразу рухнул в кровать и снова уснул. Сны мне не снились, тень невинно убиенного Федерика мне не являлась, предчувствия новых трудов и лишений на время удалились. Проще говоря, усталость и коньяк сделали свое общее святое дело – я продрых без задних ног почти полдня.

Проснулся я сам, минут за пять до будильника, свежий и бодрый, как огурец с грядки. И голодный до невозможности.

– Ммм, проснулся – сонно пробормотала Вика, каким-то своим десятым чувством опознавшая мой переход от мира снов к реальности – Сейчас завтрак приготовлю, небось кишка кишке стучит по башке.

– Есть такое – приятно удивился я ее интуиции – Откуда знаешь?

Вика открыла глаза, фыркнула и одев халат, отправилась в сторону санузла.

Я посмотрел ей вслед, подумал о том, что она опять меня опередила на полкорпуса, поскольку я не только есть хотел, и пошел курить.

– Ты сегодня дома? – спросила Вика, с удовольствием глядя на то, как я, урча, убирал с тарелки разогретую отбивную с гречкой.

– Не, я сегодня в редакцию поеду – обрадовал я ее – Нельзя вот так прямо сразу этих новых шпаргонцев одних оставлять, ну, или только с тобой. Приглядеть за ними надо, как бы они дурить не начали, от энтузиазма и энергии излишней.

– Очень хорошо – с видимым облегчением вздохнула Вика – А то знаешь, все равно как-то…

– Понятное дело знаю – успокоил ее я – Мне ли не знать.

Я еще несколько месяцев назад сам был подневольным человеком, хотя, конечно, при этом и в каком-то смысле вольным казаком, но у меня и мыслей даже не было о том, что скоро мне придётся рулить коллективом, да еще и столь пестрым.

– Вик, ты позвони, закажи нам машину из гаража – еще вчера я для себя окончательно решил, что если уж пошла такая пьянка, то надо брать от «Радеона» все, что он дает. И даже если мне потом выставят счет, то он уже в любом случае будет настолько велик, что такие мелочи как казенная машина или оплаченный компанией ужин в ресторане никакой погоды не сделают. Я так и так банкротом окажусь.

Вика одобрительно кивнула и пошла за телефоном.

– Через час машину подадут – крикнула она через пару минут из комнаты.

Я доел, помыл посуду и пошел к ней, намереваясь было наконец посмотреть на ассортимент благ, находящихся в огромном пакете, который я естественно прихватил с собой из кабинета Зимина – мимо рта я ложку сроду не проносил. Но это благое начинание превратилось в ничто, поскольку Вика сочла, что час – это достаточно много времени, чтобы потратить его просто так, и ждала меня она в комнате во всеоружии. Аргументы вроде –