Начало и Конец Тайвасти. Терпение - это оружие

Дверь резко отворилась. Слуга, стоявший перед ней, с испуганными глазами молча попятился и наклонил голову. В комнату без стука вошёл Джим. Он властно оглядел покои Максима и гулкими шагами направился к постели.

«Вечерняя подборка новостей? — ухмыльнулся Джим, цепляясь взглядом за бумаги. — Я тоже не с пустыми руками — отличные новости насчёт Светлой страны».

Он подошёл так близко, что его силуэт заслонил секретарю весь свет от окна. Игорь Иванович сполз с кровати Максима, сложил бумаги обратно в портфель, встал, выпрямился и поправил погоны на плаще одной рукой, второй крепко сжимая портфель. Он смотрел на Джима привычным деловым взглядом, ожидая ответа.

«Игорь, извини, конечно, но сейчас не до тебя», — лениво махнул рукой Джим.

«Понимаю, да» — кивнул Игорь Иванович и начал аккуратно отступать.

Джим похлопал проходящего мимо секретаря по плечу, на мгновение задержав его, а затем рука опустилась, и тот продолжил путь к выходу. Джим взял стул из другого угла комнаты и, проскрипев им по полу, поставил напротив кровати, усевшись в свободной позе. Игорь на мгновение обернулся, крепко вцепившись пальцами в свой портфель, но всё ещё не подавая вида. Дверь скрипнула.

«Ну-ка угадай, кто сегодня заявился на приём граждан? — Джим чуть наклонился корпусом к Максу. — Гордон».

Макс отвёл взгляд. Его мимолётная улыбка дрогнула.

«Давно его не было в Дюловке», — сухо заметил он.

«Безусловно. Но ещё я договорился насчёт Мондо, — нагнетая интригу, голос Джима стал громче и шире. — Нам выделили дополнительное финансирование. Кандидатура твоего сына Вольфа теперь полностью устраивает».

Максим слушал регента, не перебивая, кивал, соглашался с новостями. В голове у него сложилась чудовищная картина, и по лбу прокатилась холодная капля пота.

«Как же всё замечательно складывается — Максим сделал паузу, вспоминая слова Игоря и примеряя к ним сказанное Джимом. — Одна хорошая новость за другой. Сердечный приступ по сравнению с этим — малая цена».

Джим отпрянул от Макса. Стул громко скрипнул на всю комнату. Джим почувствовал, что говорить стало тяжело, и он не смог откашляться с первого раза.

«Что за мысли у тебя?.. — с опаской проговорил он, бросив косой взгляд на Макса. — О чём это вы с Игорем говорили?»

«Когда ты можешь только лежать на одном месте, начинаешь задумываться обо всём, что успело случиться», — рассудил Макс.

«Что за чушь?» — Джим уже хотел вставить свою фирменную колкую фразу, но опешил. Он опустил глаза и покачал головой.

«Макс уже не тот», — пронеслось у него в голове.

Лицо Джима застыло в гримасе, в которой смешались строгость и тяжесть. Он молча положил руку Максу на грудь, другой крепко сжав его ладонь.

«Встанешь ты ещё на ноги, встанешь».

Макс медленно убрал руки Джима и не шелохнулся, лишь потупил взгляд. Джим недовольно фыркнул, бросая взгляд по комнате в поисках зацепок. И тут в голове у него словно щёлкнуло — Мондо.

«Ладно Тогда вот тебе ещё новость: я готов заниматься с Мондо, как и обещал», — рассудил Джим, заметно приободрившись.

Макс повернул голову в его сторону, помрачнев.

«Игорь уже занимается с Мондо. Разве ты не в курсе? — спросил он так, будто в глубине души уже знал ответ. — Игорь мне буквально только что докладывал об успехах. Вот» — он хотел потянуться за бумагами, но не нашёл их. — «Точно, он же их унёс»

«Что? Он что сделал?.. — слова застряли в горле. Джим почувствовал, как кровь прилила к лицу, но заставил себя выдохнуть. — За моей спиной!» — произнёс он уже тише, почти шёпотом, но оттого прозвучало ещё страшнее.

Неожиданно Джим опомнился: один из слуг Макса потрогал его за плечо. Он обернулся. Слуга лишь заковылял обратно, указывая глазами на Макса — тот жестом приказал ему подойти. Джим посмотрел на магистра.

«Всё нормально, можешь не беспокоиться. Тем более всё сложилось как нельзя лучше. Быть может, это свободное время ты сможешь уделить своему сыну? Слышал, он уже дорос до того, чтобы околачиваться за пределами одной Твердыни», — предложил глава дома.

«Нет! Не нормально!» — тихо отрезал Джим и резко встал.

Он развернулся к выходу, но обернулся.

«Так ты ещё собираешься учить меня, как обращаться с собственным сыном?»

«Джим, я не» — не успел закончить Макс, как начал издавать звук, похожий на забитый дымоход. Он вытянул руку вперёд, наклоняясь корпусом, неуклюже потянулся за лекарством. Слуга дёрнулся, но Джим строгим взглядом остановил его и сам быстрым шагом подошёл к столику, взял лекарство и вложил его прямо в руку магистра, а в другую тут же всучил стакан воды. Почему-то именно это привело его в чувство. Дыхание стало ровнее, голос — спокойнее.

«Да Значит, вот как» — сказал Джим, опустив взгляд. Он замолчал.

«Вот что ждёт и меня в скором будущем: кровать как кандалы, слуги, что шепчутся за спиной, и люди, предвкушающие кончину», — подумал он про себя.

«Не переживай лишний раз. Я позабочусь, чтобы тебя никто не тревожил. Врачи сказали — покой. Значит, будет покой», — вздохнул бывший советник.

Макс отвернулся, не желая видеть лица Джима.

«Извини, если что не так» — бросил Джим, не глядя на Макса. Макс не ответил.

Джим развернулся и направился к двери, но в последний момент замер на пороге. Его словно осенило.

«Ну и твой старый друг пришёл к тебе. Он не мог уехать из города, не увидев тебя».

Джим вышел из комнаты. Наступила тишина. Опять свист ветра, слуги чуть съёжились от этого противного звука, но Макс, казалось, уже привык к нему. А потом: стук-стук. Пауза. Стук-стук. Пауза. Стук. Макс развернулся к двери. Это был он.

«Ну давай, входи!» — заметно приободрился Макс.

В комнату вошёл Гордон. Толстые линзы очков почти полностью скрывали его глаза. Он потянулся к дужке и снял их.

«Максим Бенович! Ну, привет!»

«Ну, здравствуй! Не мог покинуть столицу, не попрощавшись со мной?» — усмехнулся Макс.

«Да уж, в некотором роде. От лица Солнечной страны и Вольфа в частности — слова о том, что мы переживаем за твоё здоровье, и всё такое» — Гордон неловко ухмыльнулся, опираясь о дверной косяк.

Макс понял намёк и приказал слугам покинуть комнату. Те переглянулись и послушно вышли. Гордон закрыл за ними дверь.

«Представляешь, каким шоком стала для меня эта новость? Смотрю, тебя потрепало», — заметил Гордон растянутым, успокаивающим голосом.

«Не сильнее, чем ты Джима!» — Макс издал звук, больше всего похожий на искренний смех.

«Шутить ты так и не разучился!» — обрадовался Гордон, качая головой.

Он сделал несколько шагов к кровати, расстёгивая пуговицы плаща.

«Никому не мог доверить, — проговорил он, копаясь в его недрах. — Вёз из самого Стыка»

Гордон достал мучное изделие, отдалённо напоминавшее бретцель, но при этом ни на что не похожее. Макс рукой указал на стол — и гость послушно поставил угощение, а затем уселся на край кровати.

«Именно такие мелочи и сближают людей» — проговорил Гордон.

Макс закивал, наслаждаясь моментом. Но в груди снова возникло это чувство: внутри всё проваливается и остро колет одновременно, а дышать становится ещё тяжелее. Он попытался вздохнуть, но издал лишь страшный, громкий хрип. Гордон от нахлынувшего ужаса бросился к столику с лекарствами, беспомощно перебирая их. В тот же миг в комнату ворвались слуги, схватили нужное лекарство, положили магистру в рот и, запрокинув голову, помогли проглотить. Макс с облегчением выдохнул, но тут же опустил голову.

«Жаль, что ты видишь меня именно таким», — сокрушённо произнёс он.

Гордон лишь надел очки обратно, всматриваясь в лица пришедших слуг.

«Дайте нам пару секунд. Это конфиденциально!» — строго произнёс он.

Слуги что-то пробурчали и вновь удалились.

Гордон замешкался, достал из-за пазухи конверт с именной печатью Вольфа и тут же вручил его Максу.

«Прочти».

Макс надломил печать и начал водить пальцем по тексту. Написано было совсем немного, но в горле стало так сухо, что даже сотни стаканов воды не увлажнили бы его. Макс почувствовал, как внутри всё похолодело.

«Почему я?»

«Вольф сказал, что доверяет именно тебе».

Макс сжал бумагу двумя руками, ещё раз вчитываясь в написанное: «В ПР завёлся имперский шпион». В этот миг от сквозняка окно распахнулось, и в комнату ворвался поток воздуха, ударивший в нос присутствующим.

«И что же нам теперь делать?» — произнёс Макс полушёпотом.

«Ждать дальнейших указаний».

Глава 28

Гвиздо не спалось. Не помогали ни свежий воздух из открытого окна, ни стакан воды. Он ворочался с боку на бок, взбивал подушку, перекладывал одеяло — но сон не шёл. За дверью раздавались странные звуки: то ли скрип двери, то ли завывание ветра — протяжный стон, который то появлялся, то исчезал и с каждым разом всё сильнее раздражал парня. В какой-то момент звук затих. Гвиздо расслабился и почти провалился в дрёму — как вдруг снова.

«Да сколько можно?!» — воскликнул Гвиздо и вскочил с кровати, одетый в пижаму.

В темноте нащупал спичку, зажёг свечу и натянул домашние туфли.

«Сколько здесь живу — и ни разу такого не слышал! — возмущался он, направляясь к двери. — Если это гости успели что-то сломать, сдеру с них двойную плату».

Хозяин гостиницы остановился, обдумывая сказанное.

«Тройную! Да!» — заключил он и открыл дверь.

Прислушавшись, Гвиздо определил, что звук идёт с балкона.

«Так-так! Минутку, а вдруг это не гости? — насторожился он и вернулся в комнату. — А может, воры?»

Он ринулся к шкафу, открыл дополнительный отсек и достал деревянную трубку вместе со специальными дротиками. Зарядил — и сунул в карман.

«Гвиздо безжалостный...» — сказал он себе и уже чуть увереннее двинулся выяснять происхождение раздражающего звука.

Выйдя в коридор, он шаг за шагом пробирался вперёд, освещая себе дорогу.

«Кто здесь?» — дрожащим голосом спросил Гвиздо, выставив перед собой догорающую свечу.

Тень метнулась по стене и замерла. Сглотнув, он направил поток света туда.

«Мышь... — Гвиздо выдохнул. — Просто мышь. Обычная, серая. Напугала...»

На мгновение он даже улыбнулся, отводя взгляд. Набрал воздуха в грудь и двинул дальше. Встав за угол у балкона, снова отчётливо услышал этот звук — теперь стало ясно: чей-то протяжный стон.

«Гвиздо безжалостный!» — повторял он про себя и шагнул в проём, соединявший коридор с балконом, — под стук собственного сердца.

Гвиздо удивился, увидев огромную тушу, забившуюся в углу балкона. Своего нового постояльца он узнал сразу. В углу балкона, вжавшись в стену огромной тушей, сидел Корк.

«Ого! Здоровяк, это ты?» — озадаченно произнёс парень.

Услышав голос, амбал замолчал и бросил взгляд на Гвиздо — но, бегло взглянув на малознакомого человека, будто от испуга отвернулся и ещё сильнее вжался в угол. В голове Гвиздо пронеслось что-то до боли знакомое, руки тут же задрожали.

«Успокойся, Гвиздо, надо взять себя в руки, — начал рассуждать хозяин гостиницы вслух, другой рукой машинально потянувшись к трубке. — Причём буквально!»

Затем он принялся осматривать громилу на свету, выискивая что-то.

«Что с тобой случилось, большой парень?» — осторожно спросил Гвиздо и сам задумался.

Корк даже не шелохнулся.

«Ты боишься свечи?» — уточнил парень и тут же накрыл её ладонью. Бугай перестал трепетать. — «Тебя как зовут?»

«Корк», — протянул тот в своей манере, как-то неуверенно.

«У тебя весьма необычное имя, — подметил хозяин гостиницы. — А меня зовут Гвиздо, помнишь?»

Но Корк никак не реагировал — застыл в своей позе, глядя в сторону.

«Может, позвать твоего спутника — Фарка?» — рассудил предприниматель и повернулся к его комнате.

«Стоть!» — неожиданно выкрикнул Корк.

От такого поворота Гвиздо вздрогнул на месте и с небольшим трепетом обернулся.

«Не смей так больше...» — выговорил парень, переводя дыхание.

Он на носках шагнул чуть ближе и с недоумением уставился на Корка — на его пульсирующее, сжимающееся тело и красное от горя лицо.

«Что же ты хочешь тогда?» — спросил предприниматель.

«Я страшно!» — ответил Корк.

Гвиздо замер. Рука с трубкой безвольно опустилась. Всё внутри билось и стучало, мышцы ног уже сжимались в готовности. Но Корк не двигался — только смотрел. Да, он был огромным и в игре теней довольно страшным, но при всём этом таким... беспомощным. Как побитый пёс, который не понимает, за что его бьют. Гвиздо сделал осторожный шаг вперёд.

«Почему ты говоришь это мне?» — развёл руками Гвиздо.

«Ты хороший человек, — протянул Корк в своей манере. — Дал тепло. Дал уют».

Парень даже засмущался.

«Тогда чего же ты боишься?» — уточнил он.

«Люди», — нехотя ответил бугай.

«Что?! — воскликнул предприниматель. — Ты же такой высокий, да ещё широкий — комплекцией не обделён. У тебя все задатки, чтобы держать людей в страхе: у них небось одна мысль была — не попасться тебе на глаза!»

«Люди смотреть на меня и видеть монстра. Я в деревне быть хорошо», — открылся амбал.

Слова Корка снова заставили Гвиздо задуматься.

«Завтра же твой друг собирался выдвигаться в Лорды. Там будет полно народа!» — отметил парень.

«Там будет Фарк. Он защитить меня», — ответил Корк.

«Значит, боишься людей, только если один! Интересно-интересно», — рассуждал предприниматель.

«Нет. Я бояться новый люди», — поправил Корк.

«Мне будет тяжело это переварить. В голове вряд ли укладывается», — продолжил вслух Гвиздо.

Парень сполз вниз и сел на холодный пол, не отрывая глаз от Корка. Опустил руку ему на плечо. Тот замер. Гвиздо чувствовал его тяжёлое дыхание, но руки не убирал. Другой рукой поставил свечу рядом с Корком и опустил взгляд в пол, вспоминая.

«Вот у меня раньше был напарник — ростом в два, а то и в три раза выше меня. Гора мышц, грубая сила — все признаки настоящего воина, так говорил о нём один милорд».

Казалось, Корк перестал дышать, внимая словам Гвиздо.

«С таким напарником — да каким напарником, другом — всё было нипочём. А главное, с ним любые темы можно было обсуждать. Без ссор, конечно, никуда, — Гвиздо улыбнулся, водя пальцем по полу, словно вырисовывая силуэт бывшего товарища. — «Но взаимопонимания всегда было куда больше. Как жаль, что он... — Гвиздо запнулся, поняв, что начал рассказывать слишком много. — «Может, именно этого тебе так и не хватает. Вот сейчас ты меня понимаешь — и я тебя понимаю, — Гвиздо похлопал Корка по плечу и поднялся на ноги. — Честно говоря, мне сейчас кажется, что вы чем-то похожи».

Гвиздо посмотрел на Корка — его было уже не узнать — и сам от сонливости начал зевать.

«Всё, большой парень, я спать. И не ныть больше!» — Гвиздо шутливо погрозил пальцем, но в голосе не было злости.

Он направился к двери и на пороге обернулся. Корк смотрел на него снизу вверх — огромный, беспомощный — и сидел на том же месте. Края губ парня дрогнули.

«Спокойной ночи», — тихо сказал Гвиздо, кивнул в сторону комнаты Корка, и закрыл дверь.