Отравленная галка

– Еще скажи, что я соучастник! Или я истец? Короче, я не соитствую всему этому…

– Прекрати.

Я убрал фотоаппарат, и повернулся к Сергею.

– Сергей Антонович, как проявлялась ненависть Леонида к матери?

Брови Сергея взметнулись вверх, он был явно сильно удивлен.

– Что, простите?

– Как проявлялась ненависть вашего брата к матери?

– Ненависть? Он её ненавидел?

– Ну, если верить записям…

Люкса встала в торжествующую позу. Мол, «Видал, все не так просто». Но Сергей обломал её.

– Хм… Это многое объясняет. В основном он лишь недовольно на нее зыркал со спины… Хотя в разговоре всегда был вежлив и сдержан. Неужели…

Сергей схватился за голову, а его очки немного перекосились. Я отвел взгляд. Нехорошо получилось. Ну, и ладно. Я поднялся, повернувшись к выходу.

– Благодарю за содействие. Я проверю все из своих источников. Вы же… Пока не говорите ничего Леониду. Будет не хорошо, если вы его спугнете. Так и пособником убийцы стать недолго…

Люкса стукнула меня по плечу.

– Хозяин, угрожать людям в печали не хорошо.

Сергей тем временем поднялся. Из его глаз катились слезы.

– Да-да, шмыг, разумеется. Нужно… Я не могу поверить… О, простите. Я провожу вас…

Я вышел за порог, и попрощался с Сергеем. Пока он скорбит и убирается в комнате Леонида, мне предстоял другой путь. Сопоставить все улики. Пока что они косвенные, но я слышал, бывали прецеденты, когда и дневников достаточно.

Глава 5

– Спасенья не найти, на краю пропасти, в которую летит город грехов…

Я сидел за ноутбуком, пока Люкса напевала себе под какую-то песню. Хорошо хоть лежит на столе, а не под ухом… Пока она страдает бездельем, я займусь серьезными делами.

Итак. Четыре даты из дневников. Четыре убийства. Точных дат смертей нет ни в одной газете, однако, даже приблизительные даты сходятся. А про известные мне – и говорить нечего. Придется воспользоваться полицейской базой. Не люблю я это, но придется. Она еще и закрытая, со своим ноутбуком туда не попадешь.

Собравшись и закинув уснувшую фею в сумку, я направился в полицейский участок. После короткого разговора мне дали доступ к компьютеру, а рядом посадили сержанта с фамилией Подкопенко – контролировать. И пока я рылся по делам, Люкса активно с ним развлекалась.

– У-у-у, сержант… Большой, здоровый!

– Ну… Стараемся.

– Прямо как египетские строители!

– Да они вроде нормальные были…

– А как же пирамиды?

– А вы не знали? Есть теория, что эти каменные антенны для связи с другой галактикой построили при помощи звуковой левитации, и там…

Мой мозг отключился в этот момент от их диалога. Не выношу конспирологов. Вернусь-ка я к делам.

Галина Галабанова, в девичестве Тракторова, погибла шесть лет назад, вскрытие показало отравление стрихнином. Следы убийства – отсутствуют.

Дмитрий Теплов, погиб полтора года назад, найден через две недели после смерти. Вердикт вскрытия – отравление стрихнином. Следы убийства – вскрыто окно квартиры, на полу следы ботинок с неправильной походкой, размер ноги 44. Жертва была закреплена на собственной кровати ремнями. Работал в компании GAL-Co.

Александр Самойлов, погиб год назад, найден через неделю после смерти. Вердикт вскрытия – отравление стрихнином. Следы убийства – отмычками вскрыта дверь квартиры, на ковре грязные следы ботинок, примерно 44 размер, жертва закреплена на двери спальни, в форме распятия.

Алла Стриженова, погибла несколько дней назад, найдена на утро. Работал в компании GAL-Co. Вердикт вскрытия… Отравление стрихнином.

Тут четко виден подчерк. Настолько явно, что дураку понятно, что сделано это одним и тем же человеком. Да, жаль, Леонид не проходил ни по одному делу как подозреваемый, его данных тут нет. Кстати, про данные. Что там по нашему генацвале? Нет, к сожалению, у директора «Лезгинки» другие пропорции тела…

Я откинулся на стуле и закрыл глаза, потирая пальцами переносицу. Хорошо. Любое деяние, в том числе преступное, стоит из мотива и возможности. Зная оба этих компонента, можно предсказать прошлое и будущее этого деяния и человека. Попробуем собрать мотив. Просто так человек убивать не будет. Мать была убита по ненависти. Этого говорит о Леониде, как неуравновешенном человеке. Это подтверждается нашей с ним попыткой поговорить. Алла вызывала много проблем и вступала в конфликты, а значит, тоже могла попасть в ненавидимых Леонидом людей. Один раз случайность, два раза совпадение. Но не первый и последний. Скорее всего, эти двое тоже были убиты в порыве ненависти. Если окажется, что Леонид с ними не ладил, то все сойдется.

Теперь пройдется по возможностям. Откуда он достал яд? Да еще такой неприятный… Не думаю, что он продается в аптеках, в открытом доступе. И как отравлял жертв? Ни в одном отчете патологоанатомов нет про дырки в коже. То есть, введен яд иначе, не через шприц.

Мать он отравил через лекарства. То есть, яд у него в виде порошка или таблетки. Это объясняет, зачем он обездвиживал жертв. Но откуда у него таблетка? Да и подчерк убийства Аллы. Показательный, но исполнен профессионально. Без мафии тут точно не обошлось.

В принципе, этого уже достаточно, чтобы попробовать выдвинуть обвинение. Но лучше я наберу побольше доказательств. Прийти к Леониду сам я не смогу, однако, есть кое-кто повыше.

Я достал телефон, что вызвало у сержанта серьезное напряжение. Я отмахнулся, и набрал номер Антона Галабанова. Несколько гудков, раздался приятный женский голос.

– Добрый день, компания GAP-Co, секретарь Светлана слушает.

– Добрый день. Следователь Путов Всеволод Егорович. Можете соединить с Антоном Галабановым?

– По какой причине?

– На его сына и подчиненного, Леонида Галабанова, есть серьезные подозрения, в деле об убийстве.

– Э-э-э… Секундочку!

Я услышал, как она положила трубку на стол, встала из-за своего стола, и как поцокали каблуки по паркету. Открылась дверь, и послышался её отдаленный голос: «Антон Леонидович, в-вас вызывает следователь, говорит, обвинения против Лени… Хорошо.». Девушка вернулась к своему месту.

– Але? Владислав Егорович, вы тут?

– Всеволод. Да, я все еще здесь.

– Соединяю.

Щелчок, и послышался уже другой голос. Голос старого бизнесмена, который уже устал от жизни.

– Добрый день, товарищ следователь. Итак, что у вас?

– Добрый день, Антон Леонидович. Я Всеволод Егорович Путов, если сомневаетесь в моей компетенции, можете проверить мой личный сайт. Учитывая мое имя, найти его не сложно.

– Хватит самолюбования, юноша.

– Разумеется. Вам известно о смерти журналистки Аллы Стриженовой?

– Аллы… Ну, Леня что-то рассказывал про некую «Аллочку», но я не вникал. В ссоры мужчины и женщины лучше не встревать. Так как её смерть связана с моим сыном?

– Она была показательно отравлена. Следов убийцы довольно мало. Используемый яд иногда применяется в медицинской практике, я бы сказал, что это довольно действенное… лекарство.

Я услышал, как скрипнула сжатая в ярости телефонная трубка.

– К чему вы ведете, юноша?!

– К тому, что Алла Стриженова, и Галина Галабанова, в девичестве Тракторова, а также еще два человека, погибли одинаковым образом. Благодаря содействую вашего сына Сергея, мне удалось сфотографировать дневники Леонида. В них подозрительно совпадали даты смерти указанных людей, и даты, когда он писал о том, что его враг… «наконец уснул». Однако, когда я пришел в отдел к Леониду, он даже не стал меня выслушивать, и сразу вышвырнул. Доказать его невиновность я не могу.

На минуту в трубке повисло молчание. После чего, сильно охрипший голос Антона все же зазвучал.

– Через полчаса, подъедете к моей квартире. Покажите мне эти дневники.

– Разумеется. До встречи.

Я оборвал звонок, поднимаясь со стула.

– Благодарю. Люкса, пойдем.

– И что скажешь?

– Будь мы в театре, я бы сказал, что пьеса подходит к концу.

– Как романтично… хотя, до сих пор ведь не было антракта.

Поблагодарив за помощь доблестных сотрудников полиции, я направился к квартире Галабановых. План был прост. Я показываю дневники, или их фотографии, Галабанов позволяет мне осмотр рабочего места Леонида, и заставляет того пройти через допрос. Для допроса будет лучше опять попросить помощи у полиции. У них есть гипнотизеры, которые способны достать любую информацию из человека. Жаль, у меня только летающий фонарик, а то бы все дела давно раскрыл…

В подъезд я зашел вместе с тем, как Антон заехал на своей машине. Я демонстративно, встал около входа в его подъезд, открыв папку с надписью «ДЕЛО №». В ней ничего не было, но я таскаю такую в своей сумке. Полезная вещица, сразу авторитета прибавляет. Вот и Антон, увидев меня, не перепутал меня в очередной раз с молодежью криминальной направленности.

– Всеволод Егорович?

– Добрый день, Антон Леонидович.

Я убрал папку в сумку, пожав руку мужчине. Внешне он выглядел… так же, как и звучал. Старый, худощавый мужчина, некогда может и бывший накаченным, однако сейчас… не сказать, что он в форме. Темные волосы заметно осветлились за счет седины, да и черно-белая борода явно не то, что можно встретить у молодого мужчины. Надо будет, кстати, побриться. Одет Антон в довольно дорогое пальто, а под ним, видимо, не менее дорогой костюм и туфли.

Вскоре мы поднялись в их квартиру. На щелканье замка из глубины квартиры вышел Сергей.

– Пап? Что слу… А. Здравствуйте, Всеволод.

Антон заметно прищурился, кивнув себе. Еще одно его сомнение подтвердилось. Я очистил ботинки, и все проследовали в комнату Леонида. По старой схеме, Люкса направила меня к дневникам, и мы достали всю стопку. В них появились новые записи, в которых я фигурировал, и при этом меня называли шарлатаном, лишь потому, что я не выгляжу, как положено выглядеть детективу.

Пока Люкса смеялась, говоря, что «Тебе клетчатый беретик бы пошел, мешки под глазами выделил!», Антон читал и с каждым дневником лишь мрачнел. Сергей, как уже смирившийся с произошедшим, ушел на кухню, готовить отцу успокаивающий чай. Я послал за ним Люксу, но та не увидела ничего подозрительного.

В конце концов, Антон встал и начал бродить по комнате. Он явно кипел, желал позвонить Леониду и все высказать… но это значило спугнуть его. Я поднял руку.

– Антон Леонидович, после всего, что вы узнали, я прошу у вас провести обыск в отделе Леонида, и уговорить Леонида пройти допрос. Если мы ничего не найдем, то…

– Разрешаю. Я… я хочу лично убедиться, что это всего лишь шутка. Лишь бы эта была шутка…

Стадия торга, или еще отрицания? Неважно. Важно другое. Пришло время подключить к этому делу полицию. Стоило сделать это пораньше, но теперь я уверен, что все могу организовать. Звонок знакомому офицеру из следственной группы. Мы с ним работали еще тогда, когда я был помощником у Фролова.

– Добрый де… уже вечер, Станислав Федорович.

– Всеволод? Доброе, доброе. Слышал, тебе дело дали. Что, нужны мои ребятки?

– Так точно.

– Что и где?

– Обыск и допрос, компания GAL-Co.

– Мои ребята свободны, повезло тебе. Когда?

– Сейчас получится?

– Сейчас – нет. Через полчасика – вполне. Ордер они привезут.

– Понял. Благодарю.

– Работай.

Он положил трубку. Наше общение может показаться холодным, но… скажем так. Он верит тому, чему меня научил Фролов, и готов отреагировать быстро. Да и сам Станислав Федорович человек принципиальный. Не любит разгула преступности.

Антон тем временем смотрел на меня круглыми глазами.

– Вы куда сейчас звонили?

– В полицию. Через полчаса группа будет на месте. Если уж обыскивать, то как положено. Пойдемте. Нам еще как-то нужно попасть в компанию…

– Так… я могу отвести.

– Буду благодарен.

Поездка показалась мгновением. Я уже чувствовал мандраж. Все близится к финалу. Люкса активно бурчала.

– Чем выше шкаф, тем сложнее добраться до глубин антресольки…

Я её не слушал. Все решится сегодня! А эта мелкая перетерпит. Или забудет все по моему приказу.

Мы чуть-чуть опоздали. Пара полицейских машин уже стояли у ворот компании. Четверо полицейских с собакой стояли у входа, ожидая моего появления. Все те же, старые знакомые. Сержант Степан Родников, кинолог, с верным Гариком. Лейтенант Екатерина Глазко, красивая молодая девушка, получившая звание через военную кафедру. И два механика, прапорщики Федор Котушкин и Анатолий Неваляйло, следят за машинами. Меня они уже неплохо знают, так что проблем быть не должно.

Стоило мне выйти из машины Антона, как полицейские построились, а Екатерина достала из дипломата бумаги – ордера.

– Лейтенант Путов, оперативно-розыскная группа построена. Командир группы лейтенант Глазко.

Кто бы знал, как часто помогает звание. Наставник не ошибся, когда заставил меня пройти через полицейскую академию.

– Вольно.

Группа расслабилась, а Екатерина протянула мне бумаги. Я кивнул, и направился к тому же КПП. Охранник, видя не только полицию, но и директора предприятия, побелел и не знал, что делать. Не нашел ничего лучше, чем пропустить. Появившаяся охрана с автоматами, увидев ордера и удостоверившись в их подлинности, только сопровождала нас.

Наше появление в офисе вызвало фурор. В воздухе повисло напряжение и страх. Я махнул рукой.

– Лейтенант Всеволод Путов! Никому не двигаться! Мы ищем подозреваемых по одному делу, и все улики привели нас сюда! Рекомендую сотрудничать со следствием. Лейтенант, приступайте к обыску.

Люкса, сидевшая на плече со странным, лукавым выражением лица, посмотрела вперед и хмыкнула.

– Птица говорун отличается умом и громкостью, умом и громкостью… Интересно, каков на вкус её поджаренный хвост?

Делает вид, что догадалась, что у меня ничего не получится. Знаем мы эти игры. В прошлые разы ей просто везло.

Я направился к дверям кабинета начальника отдела. Впрочем, оттуда уже пулей вылетел Леонид.

– Что здесь происходит?!

Практически чеканя шаг, я подошел к Леониду, демонстрируя удостоверения и ордера. За все это я удостоился еще одной колкости от Люксы: «Павлин».

– Здравия желаю, гражданин. Лейтенант Путов. Вы арестованы по подозрению в убийстве. Поднимите руки.

– Чт… Пап, что происходит?

Антон встал рядом со мной, и посмотрел на сына невероятно холодно.

– Леня, ты сильно меня разочаровал.

– Да что происходит?!

– Не прикидывайся идиотом! Отравления четырех человек, Леня!

– Какие отравления?

Я прервал их перебранку, доставая наручники.

– Разберемся в участке.

Щелчок. Он у меня. Люкса дернула меня за щеку.

– Не улыбайся так, маньяк.

Леонид недоуменно посмотрел на свои руки, после на отца.

– Пап, почему ты веришь этому шарлатану?

– Леня, тебе уже показали все документы. Он не шарлатан.

– Но мне пришло письмо, от ФСБ, о том, что…

Ага. Пытается отговориться. И тут внезапно появляются спецслужбы, так и поверил. Значит, у нашего пациента еще и мания величия? Я махнул рукой, указывая на кабинет.

– Что же, покажите нам это письмо.

– Угу.

Мы вошли в кабинет, и Леонид, кое-как управляясь связанными руками, открыл браузер, и попытался войти в почту. Буквально после первого же ввода пароля сайт выдал: «Ошибка доступа: аккаунт заблокирован. Причина: попытка нелицензированного доступа. Срок блокировки: 24 часа». Глаза Леонида сильно расширились.

– К-как…

– Кажется, никакого письма нет. Вы ведь не можете войти в почту и показать его?

– Но оно есть!

– Доказательства?

– А доказательства моей вины?!

– Ваши дневники.

– … Каким образом, если там только расписание дел на день?

– Да что вы говорите.

Я достал из сумки самый свежий дневник.

– Узнаете?

– Да. Мой нынешний дневник. Вроде бы. Обложка немного…

– Подтвердили. Хорошо. Как вы поясните эту запись?

Я открыл дневник на нужной странице, и указал на дату, когда умерла Алла.

– Я этого не писал!

– Хорошо. Вон та записка – ваша?

– Д-да. А зачем вам…

Я взял со стола заполненную надписями под разным наклоном. В основном – какие-то пометки, расчеты, идеи. Но мне нужен был только подчерк. Приставив листок к дневнику, я увидел тот же подчерк.

– Тут даже не нужно быть графологом, чтобы сказать, что написано вашей рукой.

Леонид растерялся. Ровно в этот момент послышался цокот каблуков, и в кабинет вошла Екатерина.

– Всеволод, ребята нашли кое-что. Вам понравится.

Она протянула мне запылившуюся бумагу. А на ней – знакомый мне подчерк. И надпись: «Возьми эту дуру. Брось в лесу. Яд в бардачке, ключ на кармане. И позвони ментам. Будет забавно смотреть, как они суетятся». Я скосил глаза на Люксу.

– Ну что там ты говорила про шкаф и его падение?

– На твою самооценку сейчас скалолазов отправлять можно. Учти, упадешь – я буду лишь смеяться.

– Да-да. Екатерина, попробуйте найти еще.

= Есть. Разрешите идти?

Мы развернулись с ней одновременно, как в кино. С торжествующей улыбкой я подошел к столу, за которым сидел Леонид. И просто приложил записку к дневнику и той бумажке. Антон наклонился, прочитал… и побагровел. Но промолчал. Я лишь смотрел в испуганные глаза Леонида.

– Ну так что, явку с повинной?

– Какую явку? Тут какая-то ошибка!

– Скажите, что подчерк не ваш?

– Я этого не писал!

– Проведем графологическую экспертизу? Леонид Антонович, а может, у вас раздвоение личности? Или вы одержимы дьяволом?16[1]

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

0

От слова «путы», «опутывать», а не то, что вы подумали.

1

Ну не Альпийское Золото же рекламировать, мне никто не платил.

2

Во многих старых играх и произведениях, где фея является спутником героя, они начинают свою речь с «Эй, послушай» («Hey, listen!»). В какой-то момент это всем надоело, и над этим клише кто только не иронизировал.

3

В сети интернет используется IP, который показывает адрес сети/устройства в сети. Беда в том, что есть два метода присвоения IP-адреса – статичный и динамический. Статичный IP – адрес есть у устройств, подключенных по проводу к общим серверам. Их IP почти никогда не меняется. Динамический же IP чаще появляется у беспроводных технологий – то есть, модемы и телефоны. За счет того, что они меняют свое положение, отключаются и переподключаются, их IP меняется при каждом отключении от сети. Из-за чего на них не работает отслеживание по IP, и бан по IP.

4

Маленькая девочка (груз.)

5

Пошло оно к черту (груз.)

6

Девушка (груз.)

7

Красивая девушка (груз.)

8

Так бы себе в жены и забрал (груз. Если неправильно, простите, все претензии к переводчику)

9

друг (груз.)

10

Плазма крови человека является водным раствором различных солей, но 93% из них – это натрий, входящий в состав пищевой соли (NaCl). Именно поэтому физраствор, который применяется в медицине – буквально соленая вода. Не делайте его дома, медики лучше знают, ребят. Тем не менее, можно смело назвать кровь человека соленой.

11

Сложная штука, если говорит просто – это размер дорожки и расстояния между дорожками в процессоре. Чтобы вы понимали, насколько все плохо. Примем, что один транзистор в процессоре так же имеет ширину в 80 нанометров. Ваш волос имеет толщину примерно 0,05 миллиметра. То есть, 50 000 нанометров. На срезе вашего волоса можно разместить до 625 элементов, если ставить их только по диаметру. Расчет приблизительный, так как количество элементов зависит от компоновки и структуры.

12

Это не опечатка, это каламбур с «орет» и «Алла».

13

Во время второй мировой, когда еще были в ходу атаки в ближнем бою, когда патроны кончаются, многие страны делали штык-ножи с хрупким участком. Будь то надрез или умышленная перезакалка, суть была одна – если штык нож застревает в теле, то быстрым движением его можно было сломать, чтобы освободить оружие, и двинуть тем же прикладом. Однако, были и казусы – такие штык-ножи легко ломались от падения на пол. Есть упоминания, что таким отличался советский штык 6Х4, но интернет не уверен на этот счет.

14

Вот теперь попробуйте найти, в каком городе происходят события, муа-ха-ха-ха!!! Пояснение: в большинстве городов пост-советского пространства есть улица Ленина.

15

Довольно популярные отговорки убийц в прошлом веке. Раздвоение личности – дело Билли Миллигана, а одержимость демоном – дело Арне Шайенна Джонсона. Почему Всеволод среагировал – упоминания спецслужб в преступной практике так же встречается, например, дело Джон Ален Кушар Зегруса. Как склонять имена из четырех сегментов, кто бы сказал… Так вот, тот на суде представился гражданином Эфиопии, и при этом агентом ЦРУ.