Истории о ребятах и зверятах-1. Хуторянка Зиночка

Учились Зина с Колей на одни пятерки. Дети любили играть в школу. Учительницами девочки были по очереди. «Учительница» задавала уроки, проверяла их выполнение. Но чаще учителем был Коля, как старший. Он любил задавать младшим своим ученицам примеры и задачи по арифметике. Помогал им учиться читать, запоминать прочитанное, а потом рассказать своими словами о том, что они прочитали. Очень любил Коля сам читать и запоминать стихотворения. У него была просто феноменальная память. Мама рассказала, как он выучивал целые поэмы и читал их на память в деревенском клубе по праздникам. Он мог читать стихи часами. Вот и «учитель» Коля тренировал своих «учеников» запоминать стихи, читать их с выражением. И вообще он был большой выдумщик. Потом на войне всё это ему пригодилось.

Так, однажды сели Зина с Колей обедать после школы. Родители на работе, старшие сёстры и брат учатся в старшей школе в деревне Мазиха. Коля налил суп в большую тарелку, отрезал по куску хлеба. Тогда в деревнях многие ели из общей глиняной миски по очереди. Ложкой зачерпнул суп и дай возможность зачерпнуть другому. Так было заведено давно. Посуда была дорогая. Только богатая семья позволяла есть каждому из своей тарелки. Вот Коля и предложил младшей сестренке:

— Давай есть одновременно. Я провожу посредине тарелки черту и ты будешь есть из своей половины, а я — из своей.

Зина согласилась. Брат провёл в супе невидимую черту ложкой и быстро-быстро стал зачёрпывать суп и глотать. Конечно, Зина не успевала за старшим братом и ей супа досталось гораздо меньше, чем половина. Но Зина не обижалась на такие хитрые проделки брата — сама виновата, что не сообразила — в чём была хитрость. Зина никогда не жаловалась на эти маленькие обиды. За это брат всегда брал сестрёнку в свои игры со старшими мальчишками и защищал её. Она очень тепло вспоминает о своём братишке Коле и через много прошедших лет. Хоть и озорник он был, но добрый мальчик.

Дети всегда любят играть. Сегодня игры стали совсем другими. Теперь дети во время игры сидят перед компьютером, смартфоном или телевизором, смотрят на экран и не видят партнёров по игре. А в те далёкие времена игры были другие. Дети бегали на перегонки, искали друг друга в играх «в прятки», в жмурки и «в казаки-разбойники». Играли в городки. Эту игру в родных местах Зины называли — игра в рюхи. Вместо шайбы или мяча на льду мальчишки гоняли пустую банку из-под консервов. Вместо клюшек играли кривыми палками. Шум тогда стоял и от банки, и от споров знатный.

При этом дети учились в реальном пространстве и времени бегать, прыгать, прятаться, точно попадать в цель, находить спрятавшихся., а теперь игры переместились в виртуальный, не настоящий мир. Это не плохо. Каждому времени свои игры. Но здоровье человеку приносит реальное движение, реальная еда. И в жизни выросшему человечку приходится много ходить, бегать, носить. А для этого нужно тренировать свои мышцы, тело. Иначе в реальной жизни нетренированный человек будет побеждён менее умным, но более сильным. Или более хитрым. Это закон природы. В нашем реальном мире всё движется, борется с препятствиями, помехами и так выживает. Не только люди или звери борются, но даже растения. Те же деревья в лесу борются за свободное пространство, чтобы поднять свои листочки к свету, к тёплому солнышку выше, чем у соседа. Слабым, низкорослым приходится жить в тени сильных и больших деревьев. У людей в реальной жизни много похожего. Натренированное тело помогает выросшим мальчишкам выживать и побеждать на войне, да и в мирной жизни тоже надо уметь побеждать трудности, преодолевать неожиданные препятствия.

Многие из этих игр прошлого сегодня не знакомы детям, разве что играют в прятки. Кстати, игра в кол — это усложнение игры в прятки. Водящему не надо считать, закрыв глаза. Вместо этого перед началом в землю каждый участник делает удар чем-нибудь тяжёлым по колу, забивая его в землю. После последнего удара водящий пытается вытащить кол из земли, а все остальные убегают прятаться, пока водящий занят вытаскиванием кола из земли.

В 4-й класс в 39-м году Зина с Валей стали ходить со старшими детьми — братом Колей и друзьями Геной и Зоей в новую школу в деревне Мазиха. Правда, смешное название деревни? Это в семи километрах от деревни Озерцы. Надо было ходить через лес, мимо своего бывшего родного хутора и по большаку (большой дороге, мощёной камнями) в сторону Гдова. В Мазихе была построена новая красивая школа. В новых классах пахло свежим деревом. Окна были большие. Поэтому в классах было светло. Здесь уже каждый класс имел свою классную комнату. Причём, детей было много. Поэтому в школе было по два класса с четвёртого по седьмой. Правда, младшие четвероклассники учились в отдельном здании поменьше. Вся территория школы была огорожена красивым забором — штакетником. Тогда это было необычно. В школе кроме учителей работали уборщица, сторож и он же истопник. Дети сами не убирали классы. В этой школе уже была учительская комната. Во дворе были спортивные снаряды для физкультуры.

До начала большой войны оставалось меньше двух лет. Но дети пока этого ещё не чувствовали.

Осенью и зимой дни были короткие, поэтому уходили в школу утром затемно. Старшие дети зимой шли на лыжах, а младшие — такие как Зина и Валя, шли по лыжне в валенках. Лыжи-то были самодельные, тяжёлые.

Дорогу из деревни до большака иногда чистили волокушей (это треугольный сруб из бревен, как клин). Волокушу прицепляли тросом к трактору. Трактор тащил волокушу и снег с дороги вдоль стенок волокуши сдвигался на обочины. В войну волокушу таскали взрослые женщины, старики и мальчишки с девчонками. Иногда кто-то проезжал на санях по лесной дороге. Тогда было полегче. Времени и сил требовалось на дорогу до школы не мало.

После уроков в школе обычно путь домой тоже проходил в темноте в лесу. Вдоль дороги росли огромные ели, леса были большие и дремучие. Часто ветер шумел в лесу, как шум большого водопада. Маленьким или одиноким путникам от этого шума становилось страшно.

А если ещё и темно-о! Тогда, просто, ужас! А в этих лесах тогда жили настоящие волчьи стаи, жили большие бурые медведи, лоси. Зимой медведи спали в своих берлогах в лесу под снегом, а вот волки были голодные и злые.

Младшие дети заканчивали учебу раньше и ждали своих друзей и попутчиков из старших классов, у которых продолжались уроки. Собирались дети домой в группы и шли вместе. Особенно много зверей появилось в здешних лесах после Финской войны 1939 года. Видно, бои вынудили зверье уйти от войны в более спокойные леса в России. Появилось много волков, медведей, лосей и под Гдовом. Медведям нравилось поесть и поваляться летом на поле со зреющим овсом. Таких мишек называли — овсяниками.

Осенью тоже ходили вместе. Зина с Валей уговаривали Зою с хутора Костиновский рассказать по дороге сказку. Я говорил уже, что она знала много сказок и любила их рассказывать. Иногда Зоя говорила, что уже рассказала все сказки, какие знала. Но малыши просили рассказать любую ещё раз. Она улыбалась и начинала сказку. Обычно она рассказывала их на разные голоса с криками и пугающими звуками. То волком она завоет, то медведем зарычит. А то страшную бабу Ягу изобразит. Маленькие боялись, пищали от страха, но просили продолжать.

Глава 6 В школу босиком

В этой и нескольких последующих главах предлагаю Вам вместе со мной отправится в машине времени в 30-е годы, в лесные края рядом с Чудским озером и с древним городом Гдов. Отправимся снова на родину хуторянки Зиночки. В то время была она маленькой, но очень любознательной девочкой Зиной. Родилась она на хуторе Белый в двадцати километрах от Гдова среди дремучих лесов, где жили и медведи, и волки, и лоси.

Многие знают, что в этих местах русские воины из Суздаля, Пскова, Гдова под руководством князя Александра Ярославича Невского и его брата князя Андрея Ярославича разбили полки Ливонского ордена рыцарей, датских рыцарей и воинов Дерптского епископа Германа Буксгевдена (включая ополчение из эстов). Битва эта теперь зовётся — «Ледовое побоище», потому, что били русские богатыри рыцарей на льду Чудского озера в начале апреля 1242 года.

Итак, снова готовимся отправиться на машине времени в прошлое.

***

Мы сидим за столом, пьём свежий чай. Мы — это я, мои мама и папа. Беседуем о разном. Вдруг мама припомнила очередную историю из своего детства... Мы снова летим в страну детства Зиночки.

Поздняя осень 1936 года. Раннее утро на хуторе Белый между Гдовом и селом Прибуж, вблизи Чудского озера, известного каждому русскому человеку, каждому школьнику в этих краях, слышавшему о Ледовом побоище и князе Александре Невском.

Вот мы и на месте. Лесной хутор Белый. Осень 1936 года.

Мать разбудила Колю и Зину в школу. Коле 10 лет, Зине — 7 лет.

Их мама — Наталья — объяснила младшему сыну Коле, что поесть на завтрак, оставленный на плите, и ушла с мужем —Степаном Константиновым на работу. Степан бригадир колхоза, а Наталья руководит полеводами. Полеводы выращивают полезные растения на полях —хлеб, гречиху, картофель, морковь и ещё много всего.

Коля с Зиной быстро поели, оделись, схватили свои тетрадки и куски хлеба с сахарным песком (иногда с жареной рыбой или кусочком мяса), побросали их в портфели и выбежали на улицу.

В школу надо идти в деревню Озерцы. Там начальная школа. Тогда такие школы называли школами первой ступени.

Ночь и утро стояли морозные. Трава покрыта инеем. Грязь на дороге покрылась тонкой коркой, а лужи —тонким льдом. С хутора Белый до школы в Озерцах два с лишним километра сначала по лесной дороге, потом среди убранных колхозных полей.

В лесу дорога местами покрыта глубокими лужами воды, постоянно поступающей из Покровского мха (болота) в лесу. Здесь в основном ездят на телегах или ходят пешком, обходя лужи по кустам.

Дети идут быстро — почти бегут, иначе босые ноги совсем замерзнут.

Вдруг Зина остановилась. Глаза в слезах. Кричит:

— Колька, стой!

Коля вернулся.

Зина с плачем говорит брату:

— Больше не могу — ноги совсем замёрзли (девочка сказала «совсем затерпли»). — Я их почти не чувствую.

Коля самоотверженно кидает на землю свою шапку и ласково говорит младшей сестрёнке:

— Ставь ножки в шапку. Она тёплая. Постой в ней. И три одной ногой другую. Так они быстрее согреются.

Через несколько минут ноги отогрелись, и Зина успокоилась. Коля хватает с земли шапку, вытер её о штаны и надел. «Бежим» — крикнул Коля и дети снова бегут по холодной траве и земле в школу.

Я прервал мою маму (она и была той маленькой Зиной) и спросил:

— А почему вы бежали в мороз босиком?

Она ответила, что в валенках по грязи и мокроте не побежишь, они быстро промокнут. А валенок у нас было только по одной паре у каждого члена семьи. Они ещё нужны будут зимой. А сапоги носили только по праздникам, если они были. Поэтому так ходили почти все, пока не ляжет окончательно снег. Да и лаптей в такую грязь и сырость не напасёшься.

Правда, отец Зины привёз из Гдова по паре ботинок младшим ребятишкам — Лёше, Коле и Зине. Но эти ботинки из кожи со шнурками берегли. Лёша — это старший брат Зины — ходил уже в пятый класс в школу второй ступени в деревне Мазиха. Поэтому младшие бегали в школу в Озерцы одни.

Я помню, что даже уже в моё школьное детство мы завидовали тем, у кого были кирзовые сапожки. Мне их купили в третьем или четвертом классе. Это при том, что мой папа был офицером и получал не плохую зарплату и времена были другие — конец 50-х.

В начальную школу в Озерцах ходили пешком из деревни Слудка, с окрестных хуторов: Белый, Кангуров, Савиков, Дубокор. Необычные названия, правда?

Иногда уроки у Зины и других — младших учеников, кончались раньше. Тогда Зина и остальные дети ждали рядом со школой своих более старших братьев и сестер, чтобы потом вместе идти по лесным дорогам домой.

Зина с Колей приходили домой, когда родители уже пообедали и снова ушли на работу. Дети доставали горшки с едой из печи, ели и садились за уроки. Световой день осенью совсем короткий. Надо успеть, пока светло. Зимой приходилось делать уроки в школе или дома при коптилке или при керосиновой лампе. Керосин надо было экономить, его покупали в городе. А там он был не всегда. Поэтому часто пользовались народным светильником — блюдце с льняным или подсолнечным маслом и тряпочным жгутиком в нём. Это и есть коптилка.

Мне в моем времени в 50-х тоже мама иногда сооружала коптилку, когда отключался электрический свет. А это случалось тогда часто. А после 10 вечера — всегда. Экономили электроэнергию.

В блюдце с маслом кладется свернутая полоска полотна длинной 8—10 см. Полоску кладут так, чтобы основная часть была в масле, а короткий кусочек опирался на край блюдца, чуть свисая. Когда такой фитилек пропитывался маслом, его поджигали. Блюдце ставили рядом с учебниками и тетрадью и делали уроки. Если света было мало, то в блюдце с маслом клали два или три фитиля и зажигали их. Тогда было значительно светлее и можно было готовить уроки не одному, а с друзьями.

Да, керосин надо было экономить. Его привозили редко. Дорога была не близкая — более 20 километров до города. Отец Зины ездил в Гдов обычно осенью или зимой, когда урожай был убран. В городе можно было продать часть урожая, мясо свинины или баранины. А на вырученные деньги Степан покупал керосин, соль, мыло, стаканы, которые часто лопались от горячей воды, инструменты, гостинцы для детишек.

Приезжал отец из Гдова уставшим и порядком замёрзшим. Степан говорил жене, что лошадь сама знает куда и как надо ехать. Поэтому в дороге Степан дремал в телеге (зимой в санях), а лошадка везла его не спеша домой.

Коля с Зиной знали с малолетства, что папа обязательно им привезет что-нибудь вкусного из города.

Степан распрягал не спеша на улице лошадь, уводил её во внутренний двор. Разгружал телегу и убирал привезенные из Гдова запасы. А дети сидели у окна и ждали. И вот отец входил в дом и, улыбаясь в бороду, садился на лавку и говорил им:

— А ну, помогайте мне снять валенки. Кто первый снимет, тот первым получит подарок.

Дети бросались на перегонки к отцу и начинали тянуть с его ног каждый свой валенок. Потом каждому он доставал из кармана по кулечку конфет. Это были обычные карамельные подушечки с вареньем внутри или горошинки разного цвета. И это было детское счастье. Так хотелось сладкого!

Так что уроки спешили делать быстро. Коля и Зина учились с удовольствием. Коля легко заучивал большие поэмы. А любимой игрой Зины и её подружек была игра в школу. Учителями они были в играх по очереди. Чаще учителем был, конечно, Коля — он старше, а подружки Зины — Валя и Нина Андреевы, и Зинин молочный брат — эстонец Валера Юхкам — были чаще учениками. Учитель Коля по настоящему задавал учить стихотворения, решать арифметические примеры. Дети с удовольствием делали заданные Колей уроки. Если что-то у учеников не получалось или они ошибались, то учитель Коля объяснял, как надо выполнить задание. А когда Коля уходил играть с друзьями, тогда учителя выбирали оставшиеся дети и продолжали учиться…

Глава 7 Волк

Продолжим наблюдать из нашей машины времени за жизнью ребят почти 100-летней давности.

Однажды зимой 1940-го года получилось так, что пришлось Зине с подружками Валей и Зоей идти домой одним. Старшие их не дождались и ушли домой раньше. Девочкам всего по десять лет. Маленькие совсем.

Идут девочки по большаку. С обеих сторон дороги стоят огромные ели со снежными сугробами на их могучих ветках. Тишина. Что там в глубине тёмного леса? Нет, лучше об этом не думать! Вокруг темнота, Луны и звёзд не видно. Зоя закончила рассказывать подружкам очередную сказку и у поворота на Слудку свернула к себе домой на Костиновский хутор. А Зина с Валей пошли дальше в свою деревню Озерцы.

Дорогу расчистили волокушей. Волокуша — похожа на нос корабля. Это сруб из брёвен, в котором три стены соединены между собой. Такой треугольник, который трактор или лошади тащат по дороге острым углом вперёд. снег с дороги волокуша расталкивает в обе стороны, как ледокол льдины. Поэтому на обочинах с обеих сторон дороги высокие валы вытолкнутого с дороги снега.

Подходят девочки к Костиновскому мосту через реку Черму. Под мостом слышно, как журчит в полыньях в реке ещё незамёрзшая кое-где вода. Вокруг лес, темнота и снег. Луны так и нет — совсем темно, еле дорога видна. Электричества и лампочек на столбах у дороги тоже не было. Столбы-то есть, но по ним протянуты стальные провода радио и телефонных линий. Провода на морозе стали короче, сильно натянулись между столбами, как тетива в луке или струны гитары и громко гудят. Как будто сказочные привидения или лешие пугают девчонок. Под ногами похрустывает снег.

Вдруг девочки видят впереди за мостом красный огонёк прыжками скачет к ним. Испугались девчонки, остановились. Подумали, что волк крадётся.

А надо сказать, что в войну с финнами в 39-м году в эти места много и волков, и медведей, и лосей перекочевало. Подальше от войны. А зимой лесному зверью голодно.

Достали девочки свои тетради и спички (они всегда ходили со спичками— на всякий случай). Начали жечь свои тетради, чтобы отпугнуть огнём волка. А красный огонёк всё равно приближается. И слышно уже, как хрустит снег у волка под лапами. Убежать они не успеют. Спрятаться за вал снега на обочине не получится — очень высоко карабкаться. Девочки со страху упали на коленки, закрыли глаза руками и стали плакать в голос и ждать, что сейчас волк на них бросится и съест. Вот он уже почти рядом. Девочки открыли глаза, чтобы подсмотреть, какой он этот волк. Но волк почему-то не нападал.

И вдруг, они увидели через щёлочки между пальчиками, что это не волк. Это был мужчина. Он идёт один по дороге, курит и размахивает цигаркой в темноте. От цигарки летят искры, как глаза нескольких волков. Увидел мужчина напуганных насмерть девчонок и спрашивает:

— Почему вы сидите здесь на снегу в темноте одни на дороге и плачете?

Девочки объяснили дядьке, что приняли огонёк его цигарки за глаза волка в темноте и очень испугались.

— Мы думали, что волк нас сейчас съест.

Мужчина засмеялся и пошёл дальше. Даже и не подумал проводить детей домой. Может быть, очень спешил. Да и детей тогда воспринимали более взрослыми, чем сегодня. Поэтому перепуганные девочки заспешили домой одни.

Надо было пройти ещё около трёх километров и из них — полкилометра по дремучему, тёмному лесу между Покровским и Волосовским болотами. Их здесь называли мхами потому, что они зарастали мхом. А там, как рассказывала им в своих сказках Зоя, водятся водяной, кикиморы, а может быть, и черти. Девчонки пробежали это страшное место бегом. Даже не заметили, что снег был здесь глубокий. Тропу, по которой засветло протоптали ушедшие раньше школьники, в темноте они не увидели. Выбрались из леса на колхозные поля перед деревней и еле отдышались. Встали и начали громко смеяться. Стало им весело. Страх куда-то спрятался. Идут, портфельчиками размахивают, пересказывают друг другу, как они боялись и ждали нападения волка, думали, кого первого он съест. Стало вдруг светлее. Это Луна выглянула из-за туч. Яркая. Видно, ей тоже захотелось посмотреть на весёлых девчонок.

Дома они со слезами рассказали, что испугались волка и сожгли школьные тетради. Ждали, что их теперь накажут и будут ругать. Но их мамы пожалели, успокоили, обогрели, приласкали.

На следующий день в школе узнали о приключении девочек. За сожженные тетради их не стали ругать и, даже, похвалили за находчивость.

Благодаря этому случаю, вскоре девочек определили в интернат при школе в Мазихе. Школа и общежитие были новыми, недавно построенными. Шёл 1940 год. Зине зимой в середине февраля исполнилось 11 лет. Больше им не пришлось ходить по лесам в темноте в школу и домой из школы.

Повезло не только Зине и Вале, но и девочкам из других дальних деревень — из Подоспы, из Крутого, из Захаровщины и других. Дальние девчонки были постарше и заняли места в углах комнаты и у стен. Младшим — Зине с Валей досталось место в середине комнаты. Кроватки их были рядом. Но подружки были и этому рады. Приключение с волком напугало их. Мальчишки в классе норовили их попугать рассказами о том, что они видели не одного волка, а целую стаю. И ребята еле от них отбились на дороге. Девочки слушали широко раскрыв глаза от ужаса, хоть и сомневались — правду ли мальчишки говорят. Сами-то мальчишки верили, что так всё и было. Главное, что они смелые и отогнали палками целую стаю волков.

Отапливали комнаты в общежитии печью.

На кухне была плита с тремя конфорками и печь, которую топили дровами. Рано утром приходил истопник и растапливал печь и плиту, разогревал большой чайник воды. Приносил воду из колодца и наливал в умывальники. Когда плита разогревалась истопник будил девочек. Истопник с вечера подготавливал печь — чистил от золы, приносил дрова и мелкие щепки для растопки. Днём печку тоже топил истопник, пока дети были в школе, чтобы было тепло и девочки могли после школы приготовить еду — сварить простой супчик, картошку «в мундирах» (неочищенную от шкурки) или молочную кашу.

Утром перед уроками девочки варили себе манную кашу на молоке, которое приносили из дома, и ели её с хлебом. После уроков они варили себе супы. Младших старшие девочки тоже научили готовить простую еду. Вечером они любили есть картошку с солениями – огурцами, грибами, салом.

Зине молоко и овощи из дома носил её брат Коля. Иногда он выпивал молоко для Зины по дороге в школу и потом просил сестру не жаловаться родителям. Зина очень любила брата и никогда не ябедничала. Приходилось варить манку на воде и есть с хлебом. До сыта в деревнях в то время редко ели, разве что — по праздникам. А их было немного. Поэтому толстых детей и взрослых тогда в деревнях и не было. Они привыкали с детства есть немного и много трудиться. Так было всегда. Так они привыкли. Но все мечтали о лучшей жизни в будущем.

Ну хотя бы для своих детей.

Глава 8 П