
Полная версия:
Вьетнамский Сталинград: сражение за Дьенбьенфу. Малоизвестные страницы войны в Индокитае. 1953— 1954
Во-первых, блокировать главные маршруты поступления оружия, продовольствия и снаряжения из Китая и районов Северного Вьетнама, контролировавшихся ВНА, коммунистическим формированиям ПФЛ.
Во-вторых, с указанного плацдарма планировалось наносить удары по тыловым коммуникациям ВНА в случае развертывания ими широкомасштабных наступательных операций в Лаосе.
Среди возможных мест размещения будущей базы рассматривались Луангпрабанг, Вьентьян, Лайтяу и Дьенбьенфу. Французский командующий остановил выбор на Дьенбьенфу. Наварра к такому решению привели доводы полковника Л. Бертея, командира 7-й мобильной группы. В конце мая 1953 г. он лично посетил селение и изучил возможные варианты использования долины. В начале июня полковник был переведен в штаб Наварра на должность начальника оперативного отдела.
16 июня 1953 г. на совещании со старшими офицерами в Сайгоне Наварр изложил собственную концепцию обороны Верхнего Лаоса. На совещании командующий в качестве будущей базы в Северо-Западном Вьетнаме выделил Дьенбьенфу. Луангпрабанг и Вьентьян были отвергнуты в силу своей удаленности от районов военных действий. От Лайтяу также пришлось отказаться в силу весьма серьезных оснований.
Взлетно-посадочная полоса в Лайтяу была очень короткой. Кроме того, ее периодически затапливало из-за частых дождей. Аэродром располагался в низине; приземлявшиеся и взлетавшие самолеты постоянно попадали под интенсивный огонь вражеских зениток. Причем французские летчики жаловались, что их обстреливали не снизу вверх, а сверху вниз22. Это было намного опаснее. Таким образом, выбор пал на Дьенбьенфу.
Во время совещания дивизионный генерал Р. Коньи высказал мнение об активизации наступательных действий в Аннаме. Кроме того, он рекомендовал провести ряд беспокоящих ударов по вражеским базам и коммуникациям в Северо-Западном Вьетнаме и в районах, граничивших с Верхним Лаосом. По мнению Коньи, действовать из Дьенбьенфу должны были диверсионные отряды. Наварр оставил без внимания это предложение.
13 июля Наварр со своим штабом разработал оперативную директиву № 563. Этот документ предусматривал проект действий колониальных войск по захвату Дьенбьенфу в случае наступления сил ВНА из Северо-Западного Вьетнама в Верхний Лаос23. Однако главнокомандующий запретил доводить директиву № 563 в войска, пока ее не одобрит официальный Париж. Через несколько дней генерал Наварр отбыл во Францию.
17 июля Наварр выступал перед Комитетом начальников штабов в Париже, высказав свои рекомендации по обороне Верхнего Лаоса. Несмотря на доводы генерала, комитет не поддержал его точку зрения. Наварру рекомендовали обратиться за поддержкой к Англии и США в обеспечении территориальной целостности королевства.
Следует учесть, что во французском правительстве не существовало четкого единства по решению проблемы Индокитая. Четвертая республика была истощена конфликтом во Вьетнаме. Росло антивоенное движение. Видный политик Мендес-Франс ратовал за переговорный процесс с Вьетнамскими коммунистами. Его поддерживали некоторые влиятельные члены кабинета24.
Важное значение имела и международная обстановка. Завершалась корейская война. 13 июля министр иностранных дел Ж. Бидо за две недели до подписания перемирия в Корее заявил, что Франция окажется в «неустойчивом положении», если «мир был восстановлен в Корее, в то время как в Индокитае война будет продолжаться»25.
24 июля состоялось совещание Национального комитета обороны Франции, которое должно было принять окончательное решение по рассматриваемому вопросу. В работе этого ведомства принимали участие французский президент, премьер-министр, министры внутренних и иностранных дел, национальной обороны, по делам армии, ВМФ, ВВС, начальники штабов вооруженных сил и т. д.
Е[о мнению командующего экспедиционным корпусом, потеря Верхнего Лаоса, особенно Луангпрабанга, станет не только военно-стратегическим, но и политическим поражением Франции. Наварр заявил, что после этого продолжение войны в Индокитае потеряет всякий смысл.
Мнения разделились. Некоторые участники форума заявили, что французским войскам нет необходимости защищать Верхний Лаос, так как этот район не имеет ни военного, ни экономического значения для Индокитая в целом. Другие считали, что оборона королевства от вторжения ВНА должна осуществляться исключительно политическими методами.
На совещании Наварр опять высказал мнение о создании в Дьенбьенфу крупной военной базы с аэродромом. Министр ВВС генерал Корнильон-Молине, бывший боевой летчик, побывавший в 1946 г. в Дьенбьенфу, высказал сомнения относительно целесообразности такого решения. Он заявил, что селение окружено горной цепью и значительно удалено от Ханоя. Эти два обстоятельства могли стать серьезными препятствиями для оказания поддержки ВВС гарнизону базы26.
Таким образом, Национальный комитет обороны Франции поддержал выводы Комитета начальников штабов. Вместе с тем Национальный комитет и администрация премьер-министра Ж Ланьеля не дали конкретных инструкций генералу Наварру по обороне Верхнего Лаоса. Париж, фактически, отстранился от ответственности за развитие военно-политической ситуации в этом регионе. Генерал Наварр должен был самостоятельно осуществлять решение проблемы защиты Верхнего Лаоса.
Предстоявшая военная кампания требовала серьезного усиления французского экспедиционного корпуса. Штаб Наварра не мог рассчитывать на прибытие сильных резервов из Франции и ее североафриканских колоний. В этой связи особую актуальность приобрело увеличение численности правительственных армий Вьетнама и Лаоса. 15 июля 1953 г. глава Вьетнама, бывший император Бао Дай, подписал указ о проведении генеральной мобилизации. Данное мероприятие должно было проводиться в два этапа и продолжаться в течение 10 месяцев. Призыв в армию должен был увеличить ее численность в 2,5 раза, по сравнению с 1952 г.27
С принятием «плана Наварра» была расширена финансовая и военная помощь США Франции. Президент Д. Эйзенхауэр согласился выделить для осуществления проекта 385 млн долл.28 В течение 1953–1954 гг. Вашингтон передал экспедиционному корпусу в Индокитае 100 танков, 285 самолетов различных типов, 60 боевых кораблей, 7 тыс. автомашин. Ежемесячный объем американских поставок увеличился с 20 тыс. до 40 тыс. тонн29.
В это же время, при отсутствии Наварра, командование экспедиционного корпуса активизировало свои действия в Северном Вьетнаме. 17 июля была успешно проведена операция под кодовым наименованием «Hirondelle» («Ласточка»). В соответствии с замыслом два парашютных батальона были десантированы в Лангшоне. 1 – й парашютный батальон Иностранного легиона высадился в Локбине. Их главной задачей было нанесение ударов по тыловым базам противника.
В результате десантники уничтожили крупные вражеские склады с 5 тыс. тонн снаряжения, горючего и боеприпасов30. После выполнения задания парашютисты отошли к побережью и были эвакуированы французскими ВМС. Потери колониальных войск были незначительны.
Успех десантников оказался столь очевидным, что его признало командование ВНА. При этом действия колонизаторов оценивались «поспешными, почти паническими»31. Кроме того, вьетнамцы утверждали, что отход парашютистов осуществлялся под прикрытием бронетехники. Вьетнамские историки оценили нанесенный ущерб как незначительный.
Утверждение о паническом бегстве парашютистов звучит, по меньшей мере, странно. Во-первых, никакого бегства не было. Был запланированный отход, что в сложившейся ситуации вполне естественно. Во-вторых, что касается скорости отступления колонизаторов из Лангшона и Локбиня. Десантники действовали в тылу врага. Боевую задачу они полностью выполнили. Противник стремительно стягивал крупные силы в район проведения операции «Ласточка». Промедление для парашютных батальонов могло привести к их полному уничтожению.
Что касается утверждения вьетнамской стороны об использовании французами бронетехники, то оно изначально неверно, так как это было технически невозможно. Колониальные десантники, высадившиеся в Лангшоне и Локбине, не имели танков и бронемашин. Кроме того, как показали предыдущие операции, взаимодействие бронетехники с парашютными подразделениями, как правило, было малоэффективно.
28 июля колонизаторы приступили к осуществлению операции под кодовым наименованием «Camargue» («Камарг»). Для этого были сосредоточены четыре пехотных и два парашютных батальона, три бронегруппы, два артиллерийских полка, 12 боевых кораблей, 160 амфибий и 60 самолетов32. Это было беспрецедентное по размаху наступление, так как в предыдущих операциях французы уступали противнику в численности.
Главной задачей колониальных войск была попытка силами трех дивизий уничтожить в Аннаме 95-й полк ВНА. Это подразделение коммунистических сил при взаимодействии с партизанскими отрядами весьма успешно действовало в районе шоссе № 1 на участке Хюэ – Куангчай. Данная коммуникация имела важное стратегическое значение.
В отличие от операции «Ласточка» своих целей французы не достигли. Вьетнамские части немедленно перешли к партизанским методам войны. Успешно маневрируя, они уклонились от столкновений с превосходящими силами противника33. Колониальные войска понесли существенный Урон.
Французы официально утверждали, что уничтожили 182 бойца ВНА, взяли в плен 387 чел. По мнению американского военного исследователя генерал-лейтенанта Ф. Дэвидсона, приведенные цифры весьма условные34.
СМИ Франции на этот раз весьма критично отнеслись к действиям военных во Вьетнаме. Во-первых, в публикациях центральной прессы отмечалось, что операция «Камарг» была весьма затратной. Что было весьма болезненным уколом на фоне общего неблагополучного состояния экономики, роста социальных проблем в метрополии.
Во-вторых, не выдерживала никакой критики результативность действий колониальных войск. Например, пресса подчеркивала, что французская группировка, в десять раз превосходившая противника, «не смогла достичь убедительной победы… Когда огромная ловушка захлопнулась, 95-й полк исчез»35. Журналисты с горечью отмечали, что солдаты, участвовавшие в этой операции, были обречены «погружаться по колено в грязные поля, расширяя свои глаза, пытаться рассмотреть что-нибудь в ночной темноте, не обсуждать печальную судьбу тех, кто попал в „волчью яму“ с криками ужаса»36.
Операция «Камарг», на которую французское командование возлагало большие надежды, завершилась безрезультатно для колониальных войск. Основные цели не были достигнуты. Войска, принимавшие участие в «Камарг», понесли потери и были серьезно измотаны боями в джунглях.
В начале августа французы приступили к плановой эвакуации базы в Насане. Здесь дислоцировались три мобильные группы. Общая численность колониальных войск составляла 12 тыс. чел.37 Для того чтобы избежать большого урона, французы умело организовали радиоигру. Подозревая об информированности частей связи ВНА относительно секретных кодов врага, командующий гарнизоном Насана отправил сообщение в штаб Коньи с просьбой о присылке подкреплений. Разведка ВНА не придала значения полученному радиоперехвату, так как такие послания были частым явлением.
В итоге, когда на аэродром Насана стали прибывать транспортные самолеты, вьетнамская разведка сочла это за обычную перегруппировку. ПВО ВНА не препятствовала полетам. В результате французам удалось беспрепятственно эвакуировать из базы несколько тысяч военнослужащих.
8 августа эвакуация Насана вступила в решающую фазу. Французы в спокойной обстановке вывезли самолетами весь личный состав гарнизона, вооружение. Объекты базы были выведены из строя. Вьетнамская разведка слишком поздно поняла свою ошибку. Подразделения ВНА оказались не в состоянии осуществить удар по противнику в момент отступления. Эвакуация Насана стала важным успехом колонизаторов.
14 октября французы начали широкомасштабную операцию под кодовым наименованием «Monette» («Чайка»). Ее целью было соединить коридором контролируемые колонизаторами территории в Северном и Центральном Вьетнаме. Кроме того, штаб Наварра планировал разгромить в районе г. Ниньбинь основные объекты дислокации 320-й дивизии ВНА – одного из самых боеспособных соединений коммунистов38.
Согласно утверждению французского командования, основной целью этой операции было «осуществление глубокого проникновения в базовый район противника, где дислоцировалась 320-й дивизия. Усилия были направлены на то, чтобы уничтожить главные силы этой дивизии и предотвратить проникновение 304-й дивизии ВНА в дельту р. Красная»39.
На предстоящую операцию командование колониальных сил возлагало большие надежды. Впервые штаб Наварра сконцентрировал крупную группировку численностью около 40 тыс. чел.40 Для их поддержки были привлечены ВВС, большое количество амфибийных средств.
Операция началась успешно. Шесть ударных мобильных групп колонизаторов быстро заняли коммуникации Фули – Хунгйен – Хайдыонг. Однако их дальнейшее продвижение натолкнулось на сопротивление противника. Тяжелые бои в джунглях приобрели затяжной характер.
В конце октября операция «Чайка» получила и важное международное значение. 1 ноября Ниньбинь посетил вице-президент США Р. Никсон. Штаб Наварра был заинтересован в том, чтобы американский высокопоставленный политик убедился в боевых успехах французов. Командование потребовало активизировать наступательные действия. Победа должна была позитивно отразиться на объемах военной и экономической поддержки США Франции.
В связи с тем что Никсон решил побывать в районах военных действий, колониальные подразделения взяли под жесткий контроль участок шоссе № 1 – важную стратегическую магистраль Вьетнама. Колонизаторы не без оснований опасались, что вьетнамцы могут организовать диверсии на данной коммуникации. До 7 ноября в указанном районе шли жестокие бои41.
Несмотря на то что разгромить 320-ю дивизию противника французам не удалось, коммунисты также не смогли удержать занимаемые районы. Они понесли большие потери, нуждались в резервах и боеприпасах. Командование ВНА было вынуждено вывести дивизию из зоны боев на два месяца для пополнения и технического переоснащения.
Французское командование оценило результат проведенной операции как крупную военную победу. Штаб Наварра объявил о полном уничтожении 320-й дивизии ВНА. Вьетнамские потери французский командующий оценил в 3 тыс. чел. убитыми. Американский исследователь, генерал-лейтенант в отставке Ф. Дэвидсон, согласился с цифрами урона, понесенного ВНА в ходе операции «Чайка». Однако, по его мнению, упомянутое соединение коммунистов не было разгромлено и сохранило свою боеспособность42.
Французы также утверждали, что 304-я дивизия ВНА полностью блокирована в Тханьхоа. Таким образом, по мнению командования колониальных войск, в ходе операции «Чайка» был сорван план осенне-зимнего широкого наступления коммунистов в Северо-Западном Вьетнаме. Вероятно, Наварру было необходимо оправдать понесенные потери.
7 ноября штаб Наварра выпустил приказ, который подтверждал оптимистические настроения: «…Операция „Monette“ была первым ударом, который я намеревался нанести противной стороне. В этой операции мы достигли своей цели, чтобы выиграть время. Мы были в состоянии вынудить Высшее командование Вьетминя пересмотреть свой план атаки. Мы овладели инициативой и желали удержать ее»43.
Французские СМИ придерживались официальной информации о событиях в Индокитае. Они дали еще более высокую оценку итогов операции «Чайка». В газете Paris Presse подчеркивалось: «Генерал Наварр выиграл первый раунд»44. Реальность представлялась в ином цвете.
Активизация военных действий в Северном Вьетнаме сочеталась с маневрами администрации Ланьеля. 22 октября 1953 г. правительства Франции и Лаоса подписали Матиньонское соглашение. В соответствии с содержанием документа Лаос обретал независимость и становился равноправным субъектом Французского Союза45. Однако в тексте договора никак не оговаривался вопрос обороны Лаоса колониальными войсками.
Генерал Наварр считал, что данное соглашение является подтверждением обязательства Франции защищать территориальную целостность своего субъекта. Мнение генерала поддержали министр по делам ассоциированных государств М. Жаке и верховный комиссар в Индокитае М. Дежан. Тем не менее основное содержание Матиньонского соглашения не пересматривалось Парижем.
В 1955 г. специальная комиссия под председательством генерала Ж. Катру расследовала причины поражения французских войск под Дьенбьенфу. Несмотря на то что глава комиссии выражал личное нерасположение Наварру, следствие не нашло убедительных документальных доказательств вины главнокомандующего экспедиционным корпусом в принятии окончательного решения по обороне Верхнего Лаоса, а значит, и поражении вверенных ему войск на северо-западе Вьетнама весной 1954 г.
Если бы администрация Ланьеля приняла решение по Лаосу, то в этом случае она должна была осуществить ряд следующих мероприятий.
Во-первых, официально признать королевство Лаос уже не как субъект Французского Союза, а как суверенное государство.
Во-вторых, отдать соответствующие распоряжения администрации Французского Индокитая.
В-третьих, разработать график эвакуации колониального гражданского аппарата и вывода французских войск из королевства.
В-четвертых, дать четкие инструкции командованию своих войск в Лаосе по их дальнейшим действиям.
В-пятых, широко осветить через СМИ свою политику в Лаосе для международной общественности.
Тем не менее из вышесказанного Париж ничего не сделал. Следовательно, с формальной точки зрения генерал Наварр, как командующий экспедиционным корпусом в Индокитае, поступал правильно. Главной задачей вверенных ему войск продолжала оставаться защита интересов Франции в ее владениях – Вьетнаме, Лаосе и Камбодже.
В период 1946–1953 гг. во Франции почти каждый год проходила смена правящего кабинета. Растерянность и неуверенность, царившую в администрации Четвертой республики, показали проходившие 23–28 октября парламентские дебаты по проблемам Индокитая. Париж оказался перед сложным выбором: продолжать непопулярную и весьма затратную войну или приступить к политическому диалогу с руководством ПТВ. Во время дебатов президент Ланьель заявил, что, по мнению его правительства, ситуация в Индокитае не обязательно должна быть решена военными методами.
В начале ноября 1953 г. состоялось очередное заседание Национального комитета обороны Франции. Форум признал необходимость переговоров с вьетнамскими коммунистами. Вместе с тем участники заседания считали, что перед началом диалога колониальным войскам в Индокитае следует «заставить врага признать невозможность достижения решающего военного исхода»46. Подобный шаг объяснялся стремлением Парижа сохранить свой международный авторитет. Кроме того, успехи экспедиционного корпуса могли серьезно укрепить позиции французской стороны в ходе переговорного процесса с лидерами ПТВ.
В это же время Ланьель заявил: «Если бы было видно почетное урегулирование, будь то на местном или международном уровне, Франция была бы счастлива принять дипломатическое решение конфликта»47. Следовательно, Париж рассчитывал на ряд преференций для себя в случае переговоров с противником, которого не удалось победить на поле боя.
Единственным способом достижения этого преимущества было нанести поражение основным силам ВНА в Северном Вьетнаме. Тем не менее из Франции в Индокитай был командирован адмирал Кабанье с диаметрально противоположными инструкциями. Ему было предписано рекомендовать Наварру избегать крупных операций. Следовательно, Париж отдал предпочтение политическим мерам урегулирования конфликта.
История знает немало примеров, когда полководцы, игнорируя традиционные приемы ведения войны, распоряжения правительств своих стран, принимали судьбоносные решения. Все зависело от затрат и конечного результата кампании. Несомненно, Наварр был разочарован позицией, которую занял Париж, и решил действовать на свой страх и риск.
Позже в мемуарах он писал: «Долг военных советников правительства смотреть в глаза реальности, какой бы жестокой она ни была, а не предлагать легкие решения… Предположим, я бы оставил Лаос по собственному усмотрению и открыл Вьетминю путь к победе. Сегодня на меня показывали пальцами как на человека, наплевавшего на честь своей страны»48.
Планы Наварра относительно обороны Верхнего Лаоса неоднократно менялись в течение второй половины 1953 г. Французское командование могло построить оборону, закрыв войсками границу с Вьетнамом. Однако колонизаторы не располагали силами, чтобы осуществить такой проект.
Командование экспедиционным корпусом могло передислоцировать в Северо-Западный Вьетнам крупные войсковые контингенты, предпринять попытки по разгрому баз снабжения ВНА и коммуникаций в данном регионе. Однако этот вариант был также абсолютно несостоятельным.
В предыдущие периоды войны подобные операции, как правило, заканчивались неудачей для колониальных войск. Крупные соединения, располагавшие бронетехникой и тяжелой артиллерией, не могли эффективно сражаться в условиях труднопроходимой местности. Они утрачивали возможность маневрирования. Части ВНА, в случае встречи с превосходящими силами неприятеля, немедленно переходили к партизанской тактике и становились практически неуязвимы для противника.
Французское командование могло сосредоточиться исключительно на обороне Луангпрабанга и Вьентьяна. Однако удаленность этих городов от основных баз снабжения и аэродромов ВВС исключала воздушное сообщение и поддержку гарнизонов Вьентьяна и Луангпрабанга.
В качестве четвертого варианта обороны Верхнего Лаоса рассматривалось проведение крупной наступательной операции в Северо-Западном Вьетнаме накануне вторжения главных сил ВНА в королевство. Данная операция носила бы отвлекающий характер. Тем не менее французы осуществляли подобные акции в 1947 и 1952 гг., но терпели неудачи.
Победа в Верхнем Лаосе, даже локального значения, была для Наварра не только делом чести, но и важным шагом для удержания под контролем Франции Индокитая. Следовательно, оставался последний вариант – концепция «ежа». Наварр критично относился к этому решению. Но, по его собственному мнению, другого выхода у него не было.
Выбор штаба Наварра объяснялся еще и следующими причинами.
Во-первых, Наварр считал, что географическое положение Дьенбьенфу, отсутствие дорог не позволят командованию ВНА в короткие сроки скрытно сосредоточить в этом районе крупные силы.
Во-вторых, значительная удаленность Дьенбьенфу от вьетнамо-китайской границы (300 км), плохое состояние коммуникаций и нехватка транспорта не позволят командованию ВНА наладить бесперебойное снабжение своих войск всем необходимым.
В-третьих, любые маневры противника вокруг будущего плацдарма могут быть быстро обнаружены французской разведкой, парализованы ударами дальнобойной артиллерии, расположенной непосредственно в Дьенбьенфу, и, особенно, бомбардировкой самолетов, размещенных на аэродромах базы.
Таким образом, штаб генерала Наварра принял весьма противоречивое решение, полагаясь на собственные силы и расчеты, не приняв во внимание реальные возможности противника, его боевой потенциал. Французское командование рассматривало Дьенбьенфу как важный стратегический плацдарм в Северо-Западном Вьетнаме, который должен стать исходным рубежом для колониальных войск по нанесению внезапных ударов по тылам ВНА, в случае развертывания вьетнамцами широких наступательных операций в Верхнем Лаосе. При благоприятном развитии военной кампании это позволило бы надолго парализовать действия коммунистических сил в 1953 г., а возможно, и дольше.
1.3. Планы командования Вьетнамской народной армии на 1953 г
У командования ВНА и политического руководства ДРВ был свой взгляд на развитие военно-политической ситуации в Индокитае на предстоящий год. В начале 1953 г. Центральная военная комиссия разработала план зимне-весенней кампании.
Президент ДРВ Хо Ши Мин вспоминал о резолюции ЦК Партии трудящихся Вьетнама: «Наше главное направление в освободительной войне – вести затяжную войну на истощение. Следовательно, мы должны воздержаться от субъективности, недооценки противника и поспешных акций. Мы должны вести борьбу, когда мы уверены в победе, и отказываться от нее, когда победа неочевидна»49.
Хо Ши Мин отмечал: «Сжатая в кулак рука сильна. Каждый отдельный палец легко будет сломан. Мы должны найти пути и средства, чтобы вынудить группировку вражеских мобильных войск на пять или семь частей, и уничтожить их друг за другом до окончательного поражения»50.
Мнение президента ДРВ поддерживал генеральный секретарь ПТВ, второе лицо в партийной иерархии после Хо Ши Мина, Чыонг Тинь: «Дельта Бакбо (р. Красная) – очень сложное место для нас, чтобы атаковать противника. На других участках вражеские позиции относительно слабы, но они не могут быть отвергнуты, особенно в горных районах. Если мы развернем наступление в северо-западном направлении, мы вынудим противника рассредоточить его стратегические мобильные силы.