Отагон. Точка зеро

— Там же полная темнота и ядовитый конденсат! — подал голос Калеб, но в его глазах уже горел исследовательский азарт. — Мне понадобятся все наши аккумуляторы, чтобы собрать портативные ультрафиолетовые фонари и заглушки для локальных сканеров «Армора»!

— Ты сделаешь их, Калеб, — мягко проговорила Кэра, подарив молодому технику редкую, но искреннюю улыбку. — Я знаю, что ты лучший инженер в этом секторе.

Калеб покраснел до корней волос и быстро закивал, сразу же принявшись перебирать свои детали с утроенной энергией.

— А я подготовлю фильтрационные инъекции, — сказала Сара, решительно подтягивая к себе медсумку. — Конденсат в коллекторе содержит тяжёлые металлы. Если мы будем дышать этими парами больше часа, у нас отнимутся ноги. Я сделаю блокираторы на основе тех ампул, что мы забрали из санчасти.

— Вот это разговор, — буркнул Марк, и на его израненном лице появилась широкая, белозубая ухмылка. — Я возьму на себя расчистку пути: там нападало столько мусора, что без гидравлического лома и моих бицепсов вы там застрянете через десять метров.

Дилан посмотрел на свою команду. Всего несколько часов назад это были отчаявшиеся, загнанные в угол люди, ждавшие своей участи в вонючем подземелье. Сейчас, благодаря разуму Кэры и найденной надежде, они превратились в единый, слаженный механизм, готовый пробить лбом стальные стены Отагона.

— Отдыхаем три часа, — скомандовал Дилан, оглядывая присутствующих. — Проверяем оружие, пакуем снаряжение. В ночной цикл, когда напряжение в сети «Зеро» упадёт до минимума, мы выходим.

Марк и Сара ушли в дальний угол серверной, где на расстеленных плащ-палатках можно было урвать немного сна. Калеб тихо обложился паяльниками и светодиодами на противоположном конце верстака.

В центральной зоне остались только Дилан и Кэра.

Тишина снова окутала комнату, но теперь это была тишина предвкушения, наполненная незримым током между двумя людьми, чей мирокончательно изменился.

Кэра медленно отошла от терминала и приблизилась к небольшой нише, где из ржавой трубы медленно капала относительно чистая техническая вода. Она набрала немного в металлическую кружку и попыталась смыть графитовую пыль с пальцев. Руки еёслегка подрагивали — сказывался огромный стресс последних часов и осознание масштаба той бездны, в которую они собирались шагнуть.

Дилан подошёл к ней бесшумно. Он не стал ничего говорить. Он просто взял из еёрук кружку, поставил еёна выступ стены, а затем бережно обошёл девушку сзади и обнял еёза талию, прижав к своей груди.

Кэра тихо ахнула, еётело на мгновение напряглось от непривычности этого жеста, но уже через секунду она расслабилась, откинув голову на его прочное плечо. Еёплатиновые волосы коснулись его щеки, и Дилан почувствовал их шелковистую, прохладную текстуру.

— Ты веришь в это? — тихо прошептала она, смотря на тёмный бетонный потолок, за которым угадывались километры стальных конструкций Отагона. — В Зелёную точку? В то, что там… действительно есть жизнь?

— Я верю в то, что вижу прямо сейчас, — тихо ответил Дилан. Его губы касались еёвиска, выдыхая горячий воздух на еёбледную кожу. — Я вижу девушку, которая изменила мою жизнь. Которая заставила меня повернуть оружие против системы не из ярости, а ради будущего. Если ты говоришь, что там есть зелёная точка, Кэра… значит, она там есть. И я приведу тебя туда, даже если мне придётся пронести тебя через эти шлюзы на руках.

Кэра повернулась в его объятиях. Еётонкие пальцы поднялись к его лицу, осторожно скользнув по жёсткой щетине на челюсти, касаясь края старого шрама возле его разноцветных глаз.

— Я никогда никому не верила, Дилан, — прошептала она, и в еёголосе прозвучала искренность, от которой у командира перехватило дыхание. — В «Эгиде» нас учили, что доверие — это системная уязвимость. Что эмоциональная привязанность делает человека слабым и предсказуемым. Мой отец повторял это каждый день.

— И что ты думаешь об этом сейчас? — Дилан чуть улыбнулся, накрыв еёладонь своей и прижав еёпальцы к своей щеке.

— Я думала, что он прав, — Кэра чуть приподнялась на цыпочках, их лица снова оказались в опасной, сводящей с ума близости. — До тех пор, пока не встретила тебя. Теперь я знаю, что доверие — это единственный источник силы, который «Архитекторы» не могут просчитать на своих суперкомпьютерах. Ты… ты сделал меня живой, Дилан.

— Ты всегда была живой, принцесса, — ответил он, и его голос стал сочным и бархатистым.— Просто тебе нужен был кто-то, кто поведёт тебя танцевать на ржавых железяках.

Она коротко, тихо засмеялась — этот звук был похож на звон хрустального колокольчика в склепе, настолько чуждым и прекрасным он казался в мрачных стенах серверной. Дилан не удержался. Он наклонился и поцеловал её— долго, глубоко, с затаённой страстью, которая копилась в нём все эти беспокойные часы.

Кэра ответила на поцелуй без колебаний. Еёруки обвились вокруг его шеи, притягивая его ближе, стирая последние границы между ними. В этом поцелуе не было страха перед завтрашним днём, не было цифр и вероятностей. Были только двое людей, нашедших свою собственную «зелёную точку» в глазах друг друга посередине сгнившего мира.

Когда они наконец разжали объятия, в глазах Кэры больше не было холода. Там светилось то самое неоспоримое, глубокое чувство, которое не поддавалось никаким формулам.

— Пора, — тихо проговорил Дилан, заметив, как на экране терминала сменился таймер системного цикла Отагона. — Время ночного сброса.

Они вернулись к команде. Марк уже стоял полностью снаряжённым, проверяя натяжение ремней на своём тяжёлом штурмовом рюкзаке. Сара аккуратно застёгивала медицинский подсумок, а Калеб бережно прятал в защитный кейс свои свежесобранные приборы.

— Все готовы? — Дилан оглядел своих людей. В его взгляде проскользнула гордость.

— Все, командир, — отозвался Марк, вскидывая на плечо массивную стальную арматуру, переделанную под пробойник. — Пора выпустить из этой банки немного гнилого воздуха.

— Помните порядок движения, — быстро внесла последние указания Кэра, снова становясь собранным тактиком, но теперь с тёплой искрой в глазах. — Первым идёт со сканером глушения. В центре — Сара с медикаментами. Мы с Диланом прикрываем фланги и тыл. Любой контакт с автоматикой — безусловное уничтожение. Мы не должны оставить следов нашего ухода.

Тяжёлая стальная дверь серверной со скрежетом подалась назад. За ней открылся мрачный, затопленный паром технологический тоннель, уходящий в самую бездну сектора «Зеро».

Группа начала спуск.

Дренажные каналы нижнего яруса встретили их ледяной сыростью и гулким эхом. Вода, сбегавшая по стенкам тоннеля, пахла тухлой серой и химикатами. Каждый шаг давался с трудом — ноги скользили по слизистому налёту, покрывавшему перфорированные металлические мостки.

Марк двигался впереди, как настоящий ледокол. Его гигантская фигура легко рассекала клубы пара, а в руках готовый к бою пробойник казался невесомым. Время от времени он останавливался, прислушиваясь к гулу в трубах, и оглядывался назад, чтобы убедиться, что Сара успевает за ним. Когда медсестра оступалась на мокрых решётках, огромная рука Марка мгновенно подхватывала еёза ремни рюкзака, возвращая ей равновесие с удивительной для такого гиганта осторожностью.

— Спасибо, Марк, — шептала Сара, вытирая капли конденсата с лица и улыбаясь ему.

— Держись за мной, синичка, — бурчал боец, краснея в темноте. — Пока я жив, ни одна ржавая железяка на тебя не упадёт.

Калеб сбоку непрерывно сверялся со своим прибором. Маленький экран в его руках бросал синеватые блики на его потное, напряжённое лицо.

— Сканеры «Армора» чисты! — шептал он, нагоняя Кэру. — Мой глушитель работает! Для их центрального сервера мы сейчас — просто стайка крыс, бегающих по коллектору!

— Отличная работа, Калеб, — тихо отозвалась Кэра, осторожно переступая через оголённый кабель высокого напряжения. — Главное — сохранять этот режим, пока не пройдём третий аварийный клапан.

Дилан шёл замыкающим, держа наготове лёгкий автомат с кустарным глушителем. Его взгляд непрерывно сканировал верхние ярусы тоннеля, где в любой момент могли появиться разведывательные дроны. Но гораздо чаще его взгляд возвращался к силуэту Кэры, двигавшейся перед ним. Еёуверенные, грациозные движения, собранность и невероятная внутренняя сила восхищали его всё больше с каждым шагом.

Через сорок минут тяжёлогоперехода они обнаружили покрытую слоем зелёной плесени и ржавчины стальную заглушку. Это и был Технический Шлюз Четырнадцать.

Над гермозатвором горел тусклый, умирающий красный диод, показывавший, что система находится в глубокой консервации.

— Вот он… — выдохнул Марк, подступая к шлюзу и пробуя пальцами толщину замкового механизма. — Ну и дура. Тут металла тонны две.

— Замок механический с гидроприводом, — Кэра подошла ближе, освещая панель узким лучом фонаря. — Калеб, подключайся к аварийному разъёму. Тебе нужно подать импульс на клапан сброса давления, а Марк в этот момент должен выбить стопорный палец.— Сделаем! — Калеб моментально опустился на колени прямо в грязную воду, вытаскивая минуту под заржавевшим корпусом замка. Что-то тяжело зашипело, вырвался столб белого пара.

— Марк, давай! Сейчас! — крикнул Калеб.

Марк зарычал, упёрся ногами в мокрый бетонный настил и вставил стальной пробойник в паз заклинившего рычага.

Мышцы на его спине и плечах натянулись до предела, ткань рубахи затрещала. С ужасающим, тошнотворным металлическим треском стопорный палец лопнул, и гигантское колесо гидрозатвора медленно провернулось на четверть оборота.

С противоположной стороны шлюза раздался длинный, протяжный свист. Это был не запах гнили Отагона. Сквозь щель в заклинившей двери вырвалась струя воздуха — ледяного, резкого, чистокровного, пахнущего свежим снегом, озоном и далёким, неведомым лесом.

Все замерли. Сара невольно сделала глубокий вдох, и на еёглазах выступили слезы.

— Вы чувствуете? — прошептала она, прикрывая рот ладонью. — Это… это настоящий воздух. В нём нет гари!

Дилан подошёл к Кэры и встал рядом с ней у приоткрытой щели шлюза. Настоящий, внешний ветер подхватил прядь еёплатиновых волос, взъерошив их. На еёгубах застыла улыбка —полная восхищения и глубокого, осознанного счастья.

Она повернула голову к Дилану. В еёледяных голубых глазах отражался свет далёких звёзд, пробивавшийся сквозь длинный выходной туннель шлюза.

— Четырнадцать и шесть десятых процента, — тихо напомнила она ему, и в еёголосе звучала победа.

— Для нас этого вполне достаточно, принцесса, — ответил Дилан, беря еёза руку и крепко сжимая еёпальцы в своей ладони. — Команда, за мной. Впереди — Зелёная точка.

И они сделали шаг в темноту технического туннеля, оставляя мёртвый Ковчег Отагон навсегда позади.

Глава 8. Сквозь железный занавес

Узкий технологический лаз, выводивший из Шлюза Четырнадцать во внешний межактивный контур, напоминал пищевод стального чудовища. Здесь уже не было вентиляционных решёток и привычного белкового удушья «Зеро». Металл стен был покрыт хрупкой, игольчатой изморозью, а сквозь глубокие трещины в старом бетоне сочился воздух, от которого с непривычки жгло в груди.

Это был первый настоящий холод в их жизни. Не искусственное охлаждение серверных блоков «Эгиды», а дикий, неконтролируемый мороз открыто