Ай-тере. Великая ночь

— Дея умеет разрушать печати. Может, и ты умеешь? — спросила я тихо.

— Дея — маг жизни, — отрывисто ответил Стеф. — А я, если ты заметила, нет.

— Но ты же сам сказал, что работаешь с нитями силы. Можно попробовать.

— Допустим. — Стеф усмехнулся. — Допустим, у меня получится. Что потом? Примешь его клятву?

— Я… не смогу.

Тед. Никто не знает, в какой момент ему понадобится вернуться к нам. И я должна быть готова в любой миг принять его клятву.

— Но временно, пока найду другую иль-тере…

— Бред, — перебил меня Стефан. — Ты себя слышишь? Другую иль-тере в Тассете. Тогда надо было дать парню спокойно умереть. Или в сопротивлении много девушек с силой «иль»?

— Мало, — ответила я. — Парни есть, а девушек почти нет.

— Вот и я о том же. Так как? Сказать Максу, чтоб не мучился?

Я закусила губу. Стефан прав! Единственный шанс, если получится снять печать, — оставить паренька у себя. Иначе он погибнет.

— Для начала надо снять печать, — сказала я белому льву. — И пока он станет моим ай-тере. А с Тедом поговорим.

— Кстати, что-то не видно черного лиса, — хмыкнул мой собеседник.

— Он… нашел себе другую иль, — ответила я.

— Ух, ты! Использовал магию на очередной девчонке?

— Не знаю, использовал или нет. Я не спрашивала.

Не знаю, до чего бы мы договорились, но на пороге веранды появился Макс.

— Что скажешь? — обернулся к нему Стефан.

Целитель только выругался — так цветисто, что у меня заалели кончики ушей. Он прошел мимо Стефа и сел на витую скамейку с подушками.

— Сигара не найдется? — спросил отрывисто.

Эо Тайрен протянул ему портсигар, и в воздухе поплыли струйки сизоватого дыма.

— Так плохо? — уточнил Стеф.

— Да. Его убивали. Долго, целенаправленно. Немного не добили. — Макс глубоко вдохнул дым и закашлялся. — Чтоб ему… Сам говорил Дилану, что нечего себя травить. Видел бы он меня!

Мы со Стефаном переглянулись. Диланом, если я правильно помню, звали еще одного ай-тере Хайди. Бывшего. Точнее, Деиного нынешнего.

— Одним словом, чем мог, помог, конечно. — Макс смотрел в пустоту сада. — Но без иль-тере он будет восстанавливаться очень долго, а с иль-тере, я так понимаю, у нас проблемы.

Я кивнула.

— Пока у мальчишки ступор, — продолжал целитель. — Он не понимает, что произошло. Поймет — ставлю на истерику. Потом уже начнет мыслить здраво. Думаю, с момента обретения силы прошло месяца два.

— Меньше, — откликнулся Стефан. — Магический фон нестабилен. Готов поспорить, он не пробудил ни одну из своих ипостасей.

— Возможно. Одним словом, веселье только начинается. Я сегодня останусь у вас, если не возражаете.

— Да, конечно, — поторопилась заверить я.

— Позвоню только Эжену, они ждут. С вашего позволения.

И сбежал от нас, а Стефан покачал головой.

— Почему из всех женщин в том зале мальчишка достался именно тебе? — поинтересовался он. — У тебя такая легкая рука?

— Не сказала бы. — Я едва сдержала вздох. — Но иначе, он уже был бы мертв. Идем?

— Идем. Познакомимся поближе с твоим приобретением.

Мы вернулись в гостиную. Мальчику точно стало лучше. Он сидел на диване, поджав колени к подбородоку, и уже не казался умирающим. Забавный — золотистый, с мелкими веснушками на кончике носа. Увидел нас и нетвердо поднялся на ноги.

— Сиди. — Я поспешила к нему и усадила обратно на диван. — Как ты?

Ай-тере пожал плечами.

— Лучше, — сказал он тихо. — Как у вас получилось мне помочь?

— Теперь ты понимаешь, что дальше тебя он никуда не пойдет? — поинтересовался Стефан, занимая одно из кресел. — Мне хватает славы белого льва. Лишние сплетни ни к чему.

Я только устало кивнула, обнимая парнишку за плечи. Он все еще мелко вздрагивал, никак не мог успокоиться.

— Как тебя зовут? — спросила я.

— Тони, — ответил он устало.

— А меня Лалли. Не волнуйся, здесь тебя никто не обидит.

Погладила золотистые кудри — и тут же кожей ощутила недовольство Стефана. И зачем, спрашивается, злится?

— Ник! — позвала я.

Ай-тере тут же появился в комнате. Уверена, остальные трое тоже толкутся под дверью.

— Ники, найди для Тони комнату, пожалуйста, — попросила я. — И устрой на ночь Макса. И…

Я покосилась на Стефана. Тот вскинул брови — мол, меня тоже оставишь?

— Пока все, — сказала Нику.

— Хорошо. Идем со мной, — позвал он ай-тере, но мальчишка сразу сжался в комок и словно сросся с диваном.

— Ник тебя не обидит, Тони, — увещевала я.

— А можно я посплю здесь? — не сдавался ай-тере.

— Ладно. Ник, тогда принеси ему подушку и одеяло. Стеф, а ты? Останешься?

— Пожалуй, проконтролирую, чтобы у вас точно все пошло по плану без новых неожиданностей, — ответил белый лев, и я удивленно замерла.

— Отдыхай, — сказала я Тони. — И зови, если что.

А сама вышла из гостиной. Хватит с Тони на сегодня вопросов. Пусть отдохнет, потом и поговорим. Уже в дверях гостиной столкнулась с Максом.

— Я побуду с ним, — на ходу пообещал целитель.

— Спасибо.

А Стефан вышел следом за мной. Мы в молчании поднялись по лестнице, вошли в мою маленькую гостиную, примыкавшую к спальне.

— Останешься со мной? — устало спросила я, чувствуя, что ноги уже не держат.

— Останусь, — ответил Стефан, будто это было чем-то само собой разумеющимся.

Вот и хорошо. Я толкнула двери спальни, прошла в комнату и села у зеркала, вынимая шпильки из прически. Корсет праздничного платья впивался в кожу. От этого казалось, что вот-вот задохнусь. И вдруг ощутила, как пальцы Стефана касаются моих волос, вынимая шпильку за шпилькой. Легкая, ничего не значащая ласка успокаивала меня, дарила надежду, что мы найдем выход.

— Забавные шпильки. — Стефан покрутил одну из них в руках. — Почему стрекозы?

— Лето. — Я пожала плечами. — Просто захотелось чего-то светлого.

— Хм, светлого, да.

Даже если бы не было отражения в зеркале, все равно бы чувствовала, что Стеф улыбается.

— Ландыши мне понравились больше.

Я покраснела. Ландыши… Как давно такие шпильки были в моей прическе, а он помнит.

— Тебе надо больше отдыхать, Лалли, — снова раздался его голос. — Я чувствую твой магический дисбаланс.

— А может, дело не в отдыхе? — буркнула я.

— Может. — Губы Стефана коснулись моей шеи. — Думаю, за спасение парня мне полагается награда. Что скажешь?

— Возможно, — ответила ему, и легкий поцелуй обжег ушко. — Стеф!

— Что? — мурлыкнул он. Я обернулась, чтобы увидеть янтарные львиные искорки в карих глазах.

— Иногда мне кажется, что твой лев имеет ко мне чисто гастрономический интерес.

— Лев? Он как раз нет.

Стеф принялся за шнуровку моего платья. Я поднялась, чтобы ему было легче справляться с завязками. Безумие! После такого жуткого вечера наслаждаться чужими прикосновениями. Но Стефан прав. Моя магия пребывала в смятении. Мысли путались, хотелось раствориться в объятиях любимого мужчины и забыть обо всех кошмарах сегодняшнего дня. Поэтому я и подхватила правила игры.

— Помочь? — Я обернулась, когда Стеф особо яростно дернул завязку.

— Теряю хватку, — усмехнулся он. — Скоро хорошенькие девушки начнут засыпать раньше, чем сниму с них платье.

Я только фыркнула. Уж кому-кому, а ему точно не грозит. Упрямое платье, наконец, упало к моим ногам, и я осталась в тонкой нижней сорочке. Тут же попала в плен жарких объятий, ощущая на коже пылающие поцелуи. Магия Стефана привычно окутала тело, сразу принося покой.

— Э, нет, мы так не договаривались. — Он подхватил меня на руки. — У тебя такие сонные глаза, будто ты сейчас уснешь у меня на плече.

— А ты против? — невинно поинтересовалась я.

— Решительно против, — подтвердил он, опуская меня на кровать.

Сорочка полетела куда-то на пол, присоединившись к платью, а я мужественно сражалась с пуговицами на чужом пиджаке, затем рубашке.

— Мрак какой-то, — пробормотала под нос. — Зачем тебе столько одежды?

— Зачем тебе столько завязок?

Кое-кто и не собирался мне помогать, но, видимо, терпение лопнуло, потому что мгновение спустя я гладила обнаженную кожу, едва сдерживаясь от желания большего, гораздо большего. А мой лев медлил. Ластился, играл со мной.

— Стеф! — рыкнула я, когда он в очередной раз коснулся поцелуями внутренней стороны бедер и отстранился.

Хотелось сказать, что люблю его, но часть меня понимала — тогда он сбежит. Нет уж, не выйдет! И я цеплялась за него, обвивала руками и ногами, не желая выпускать, Наверное, расцарапала спину, потому что Стефан зашипел, и ничего не могла с собой поделать. Если не он, то никто! Никто мне не нужен.

Мне никогда в жизни не было так хорошо, как с ним. И так одновременно сладко и страшно.

— Мое безумие, — прошептал Стефан.

Кто уж чье… И больше всего пугало, что неминуемо наступит утро. А значит, Стефан вспомнит, что ему со мной не по пути. А пока я ловила каждое мгновение, каждый поцелуй — и чувствовала себя до глупого счастливой.

ГЛАВА 5

Стефан

Просыпаться с Лалли было приятно. А еще хорошо протрезвило голову. Накануне я, кажется, сошел с ума. Собирался ведь не приближаться, но снова пьянел от одного ее присутствия и глупо ревновал к каждому из ее ай-тере. Вообще к любому мужчине в этом городе. Вот так и теряют остатки разума…

Лалли еще спала, забавно подложив ладони под щеку. Временами смешно посапывала, и я поймал себя на том, что улыбаюсь. Пора вставать. Я тихонько выбрался из постели, принял привычный прохладный душ и оделся.

— Далеко собрался? — Лаура приподнялась на локотке.

— Проверить, как обстоят дела у твоего приза, — ответил я. Между прочим, чистейшую правду. С мальчишкой надо что-то делать. Каждый раз прибегать к моей помощи — это не выход хотя бы потому, что в какой-то момент меня может не оказаться рядом.

— Проверим вместе. — Лалли потянулась за сорочкой, подхватила ее и скрылась в ванной. Понятно, побег не удался. Да я и не собирался бежать. Нам надо было поговорить откровенно, расставить точки, чтобы знать, куда двигаться дальше.

Хозяйка комнаты вернулась через четверть часа, прислуга принесла ей домашнее платье, Лалли оделась и ловко заколола волосы.

— Идем? — Она протянула мне руку.

— Давай сначала поговорим. — Я потянул ее на себя, и Лалли присела на кровать рядышком.

— Звучит угрожающе. — Она натянуто улыбнулась.

— Возможно. — Я старался подобрать слова. — Послушай, ты мне очень нравишься. Думаю, это и так заметно. Мне хорошо с тобой, меня к тебе тянет, но… Я для себя принял решение, что в моей жизни не будет серьезных отношений, и уж тем более семьи. Поэтому я не вправе тебя обманывать. Ты не заслуживаешь быть объектом легкой интрижки.

— А с чего ты взял, что меня интересуют серьезные отношения? — Лалли повела плечиком. — Если ты не заметил, моя жизнь мало мне принадлежит. И уж точно я не вижу себя матерью семейства и примерной супругой. Не раньше, чем падет строй Тассета, а случится ли это — один Инг знает. Так что не забивай голову, Стефан. Мне тоже с тобой хорошо, этого достаточно. Не правда ли?

Я кивнул. Врет? Или она серьезно? Слова Лалли не походили на ложь. Ее жизнь — это бесконечная борьба. Наверное, семейный уклад и ей был бы в тягость.

— Что ж, тогда вопрос исчерпан, — ответил ей. — Можем вернуться к делам.

И мы пошли в гостиную, где накануне оставили ай-тере. Тони уже не спал. Он о чем-то тихо беседовал с Максом. Кажется, прогноз целителя оправдался — глаза мальчишки даже сейчас были на мокром месте. Видимо, истерика миновала, остались последствия.

— Господа! — Тони вскочил при виде нас с Лалли.

Стоит признать, он выглядел гораздо лучше, чем накануне. Макс неплохо его подлечил. Наверное, иль-тере Макса это стоило огромного количества энергии. Наверное, она уже не рада такому проблемному ай-тере.

— Доброе утро. — Лалли улыбнулась новенькому. — Как ты?

— Лучше.

Я больше не видел в мальчишке страха. Только готовность принять судьбу, какой бы она ни была. Достойно уважения, и в то же время глупо. Борьба никогда не прекращается. Или ты идешь вперед, или останавливаешься, сдаешься и гибнешь. То, о чем почти забыл я сам.

— Тогда давай ты расскажешь нам, как оказался у Авроры эо Шейд, — предложила Лалли, и мы заняли кресла, готовясь слушать занимательный рассказ. А в его занимательности я не сомневался.

— Ничего особенного. — Тони зябко поежился, и даже веснушки на его носу будто стали бледнее. — Полтора месяца назад у меня пробудилась сила ай-тере. Я жил с мамой, она пыталась найти для меня иль-тере, но никто из знакомых не соглашался — у них хватало своих. Тогда я ушел из дома, чтобы мать не видела, как умру. Свою иль-тере я повстречал в городском парке. Она подошла, предложила помощь. Я согласился, и…

Тони замолчал. Его плечи снова задрожали.

— Она собиралась уехать на время, — продолжил он. — Затаиться. А мне не доверяла, поэтому подарила эо Шейд. Поиграть. Так и сказала, поэтому и клятву не вернула. И уехала, а я остался.

— Имя? — спросил я. Если все-таки придется искать его иль-тере, надо знать хоть какие-то признаки.

— Кэтти ди Реан, — ответил мальчишка, и я сжал руки в кулаки, а Макс растерянно обернулся к Тони, а затем ко мне.

— Та самая? — уточнил он.

— Думаю, что да, — сказал я. — Первая иль-тере Эжена. Скажи-ка мне, Тони, сколько сейчас ай-тере у госпожи ди Реан?

— Со мной было трое, — хрипло ответил он.

— И в кого они обращаются? Ты должен был видеть.

— Пес и пантера.

Парнишка подтвердил мою догадку. Так вот кого я встретил, когда почувствовал не так давно зов силы Лалли. Вот кто входит в число подражателей. А Шейд, видимо, играет на два лагеря. Узнает что-то в «Обществе чистой силы» и несет в клювике подражателям.

— Неужели это она стоит за убийствами семейных пар? — Лалли смотрела на меня огромными глазами.

— Тех, кого не достало «Общество»? У меня не осталось сомнений, — ответил я. — Думаю, нам стоит отыскать госпожу ди Реан и напомнить ей, что нехорошо обижать юных ай-тере. А еще пообщаться с семейством эо Шейд. И на двух тварей в городе станет меньше. Пойду, займусь делами.

Я поднялся с кресла.

— Я с тобой! — Лалли тут же вскочила следом.

— Грязное дело, — напомнил я.

— А вам не кажется, что еще кое-кому может захотеться пообщаться с госпожой ди Реан? — поинтересовался Макс.

— Эжену нечего в этом участвовать, — огрызнулся я. — Насколько мне известно, его счет закрыт.

— Но сказать стоит, — настаивал целитель.

— Сначала Кэтти нужно найти, — напомнила Лалли. — Стеф, клятва Тони позволит это сделать?

— Я попытаюсь. Зависит от того, насколько она далеко. Куда собиралась твоя иль-тере, Тони?

— Она говорила, что у нее могут быть проблемы, поэтому решила уехать из города, — сказал парнишка. — И насколько я ощущаю, она действительно далеко.

— Давай взглянем.

Я пересел на диван к Тони, опустил руку ему на плечо. Ай-тере сразу мелко задрожал.

— Мне нет смысла сначала спасать тебя, а потом калечить, — напомнил я ему. — Успокойся.

И сосредоточился на ниточке силы, которая тянулась от Тони куда-то. Достаточно слабой, да. Кэтти хорошо собиралась спрятаться. А ведь есть вариант… Можно не оставлять Тони здесь, а повезти с собой. Тогда я смогу охлаждать его резерв, пока мы не отыщем ди Реан, а ниточка силы позволит найти, где спряталась эта гадина. А вот пытаться снять с мальчишки клятву я не рискну. Иначе это может его убить.

— Где-то пара дней езды, — сказал я. — Не так уж далеко. Можем добраться. Но Тони лучше будет взять с собой, чтобы я по нити силы нашел Кэтти. И сначала навещу эо Шейдов.

— Вы действительно найдете ее? — удивленно спросил ай-тере. Видимо, ему и в голову не приходило, что кто-то может искренне желать помочь. — И заставите вернуть клятву?

— Да. — Я похлопал его по плечу. — А теперь простите, дела.

И пошел к выходу. Лалли нагнала меня уже у двери.

— Возьми меня с собой, — попросила тихо, чтобы не услышал кто-нибудь, особенно ее ай-тере.

— К Кэтти?

— К Авроре, — ответила она. — Эта тварь знала, что Тони вот-вот умрет, и устроила из его боли спектакль! На что она рассчитывала?

— Может, на то. что мальчик погибнет на глазах у гостей? Хорошее развлечение, не правда ли?

— Прошу, Стефан. Я не буду мешать.

— У меня к Шейдам свои вопросы.

— А у меня — свои, — упорствовала Лалли.

— Хорошо, но потом не жалуйся, что тебя мутит от моих методов.

— Не стану, — уверенно ответила иль-тере.

— Тогда собирайся, жду в авто.

И я вышел из дома. Лалли не переставала меня удивлять. Понимала ведь, что прольется кровь, и все-таки ехала со мной. Зачем? Чтобы взглянуть, как лев убивает? Не самое приятное зрелище. А я уже знал, что Аврора и ее супруг не останутся в живых. Подражатели должны быть уничтожены. Все. Иначе за ними пойдут другие, которых я уже не смогу остановить. Жестоко? Да. Но когда это меня останавливало?

Стоит признать, Лаура действительно быстро собралась. Она вышла из дома в очень скромном темно-коричневом платье и шляпке с вуалеткой. Одна. Уверен, ай-тере уже успели высказать все, что думают о ее затее, но пока Лалли со мной, им не о чем волноваться.

— Едем? — Девушка скользнула на соседнее сидение.

— Не передумала? — счел я нужным уточнить.

— Нет.

— Тогда едем.

Автомобиль с урчанием помчался по улицам столицы. Лалли выглядела спокойной. Я улавливал легкие волны тревоги, исходившие от нее, но не более того. Неужели и правда не боится?

— Ты странно на меня поглядываешь, — тихо сказала моя спутница, поправляя кинжал, спрятанный в рукаве платья.

— Удивлен, что решилась сопровождать меня, — ответил честно. — А еще — что твои ай-тере на это согласились.

— Поверь, я их не спрашивала. Ребята страшно злы и уже звонят Джефри.

— Только кузен может на тебя повлиять? — Я едва не рассмеялся.

— Да, — Лалли лишь кивнула. — Он наш лидер. Конечно, это не означает, что я слушаюсь его во всем, но все-таки кто-то должен быть главным и пользоваться авторитетом у всех. Иначе ничего не получится.

— Согласен.

— Стеф, а тебе самому не страшно? — Лаура повернулась ко мне. — Ты ведь уже понимаешь, чем закончится встреча с Шейдами.

— А должно быть? — Я безразлично пожал плечами. — Пример дражайшего родителя отучил меня бояться подобных ситуаций. Неприятно, не более того. Можно было бы поручить это кому-то из «Общества», я бы нашел причину. Но мне нужна информация. А значит, выбор невелик.

Лалли замолчала. И хорошо, потому что мы подъезжали к дому, где совсем недавно отгремел праздник, и мне надо было сосредоточиться.

Автомобиль я оставил на соседней улице. В уме уже просчитывал, как сделать жертвы минимальными. В доме прислуга и ай-тере как хозяина, так и хозяйки. Не повезло ребятам. Надо проверить, замешаны ли ай-тере в делах Шейдов. Если нет — пусть остаются в живых. Если, конечно, не встанут у меня на пути.

— Зайдем через парадный вход? — Лалли замерла неподалеку от ворот.

— Тогда придется убрать всех, кто нас увидит.

— Я сделаю так, что никто не сможет вспомнить, кто сегодня посетил хозяев дома, — пообещала иль-тере, и я понял — моему удивлению вряд ли наступит предел.

Мы позвонили, и вскоре у ворот появился слуга.

— Чем могу помочь, господа? — спросил он.

— Передайте хозяевам, что с ними жаждет встречи лев, — ответил я.

— Так и передать? — удивленно переспросил слуга, привыкший не спорить с иль-тере.

— Именно.

Он скрылся в доме, оставив нас у ворот. Ожидание было недолгим. Не прошло и пяти минут, как нас со всеми почестями проводили в гостиную. Хозяева уже были там — одетые по-домашнему и очень испуганные. Лев чуял страх и радовался: ему нравились будущие жертвы.

— Господин эо Тайрен, госпожа эо Дейнис! — Хозяин дома всплеснул руками. — Чем обязаны?

— Убедитесь, что нас никто не побеспокоит, — приказал я.

— Уже сделано. В ближайших комнатах никого нет.

Я проверил свои ощущения — действительно никого. Ай-тере находились этажом выше и вообще в другом крыле. Прислуга занималась рутинными делами, не приближаясь к гостиной.

— Отлично, — сказал я. — Предупреждаю сразу: любое ваше неосторожное движение будет расценено мной как попытка нападения. Скажите мне то, что хочу услышать, и останетесь в живых.

— Что вы, господин эо Тайрен! — Руки эо Шейда мелко задрожали. — Я никогда…

— Молчать! — гаркнул я. — Откуда у вас ай-тере, которого выиграла госпожа эо Дейнис?

— Ай-тере? — Глаза Авроры эо Шейд забегали. — А что с ним не так?

— Он связан клятвой, — ответила Лаура. — И говорит, что не с вами.

— Увы. — Аврора отвела взгляд. — Иль-тере бросила беднягу на произвол судьбы и уехала. А я… Это была всего лишь шалость. Розыгрыш.

— Розыгрыш не удался, — объявил я сурово. — Ай-тере при смерти, моя подруга расстроена.

— Мы же не знали, что госпожа эо Дейнис — ваша подруга. — Аврора прижала ладони к щекам, быстро терявшим краски.

— Имя, — сказал я спокойно и безэмоционально. — Имя иль-тере, с которой он связан.

— Я не знаю…

— Имя!

— Кэтти ди Реан, — взвизгнула Аврора. — Она уезжала из города и оставила мальчишку мне. А я решила… избавиться.

— Такой способ избавления лучше назвать пыткой, — тихо сказала Лалли. — На что вы рассчитывали? Что мне будет приятно наблюдать, как Тони сгорает заживо?

— Он ай-тере, — выплюнул господин эо Шейд. — Невелика ценность.

— Он человек. Живой человек, которому больно. — Лаура сжимала кулаки. — А вы мучили его.

— Я всего лишь его передарила, — вмешалась Аврора.

— Зная, что парень умирает.

— Да!

— Вопрос даже не в этом. — Я откинулся на спинку дивана. — А в том, что вы посчитали меня идиотом. Подражатели «Общества чистой силы». Мне нужны имена. Немедленно!

— Мы не понимаем, о чем вы, — упорствовал эо Шейд.

— А мне кажется, наоборот. Помните мои слова? Либо вы ответите на мои вопросы, либо умрете.

— Я все скажу! — Аврора оказалась решительнее мужа. — Кэтти ди Реан — одна из нас. Есть еще!

— Возьмите бумагу и пишите.

Аврора завертела головой, нашла случайно оставленный лист, хотела кликнуть прислугу, но я отрицательно покачал головой. Лалли достала откуда-то из внутренних карманов казавшегося простым платья огрызок карандаша, и Аврора принялась торопливо писать.

— Сколько вас? Кто ваши лидеры? — спрашивал я эо Шейда.

— Около тридцати, — просипел он. — А лидеры… Нет у нас лидеров! Мы все принимаем собственные решения.

— Как глупо!

— Нам надоело терпеть ваш произвол, господин эо Тайрен!

Прозвучало как издевка.

— Вот! Вот список! — Аврора передала мне листок, и я изучил очень знакомые имена. Все те же лица!

— Благодарю, госпожа эо Шейд, — улыбнулся я, и Аврора побледнела. — Лалли, отвернись.

Лаура не отвернулась. Лев прыгнул, брызнула кровь. Эо Шейд оказался быстрее супруги и успел призвать магию. Но ударить не смог — я поднял щит, а затем клацнули зубы льва. Я обернулся обратно. Два трупа.

— Отводи от нас чужие взгляды, Лалли, — сказал тихо. — Нам пора.

Всколыхнулась ее магия, и мы побежали прочь: ай-тере уже почувствовали, что случилась беда, и спешили в гостиную. Тем не менее, мы успели покинуть дом до того, как кто-то нас задержал. Снова сели в автомобиль и поехали прочь.

— Ты уверена, что завтра никто не вспомнит, кто к ним приходил? — спросил я Лалли.