Не злите моего Т-Рекса принц Локи

Он сделал шаг вперёд и крепко, по-братски обнял её за плечи, прошептав на ухо:

— Я невероятно горжусь тобой, сестрёнка. Ты утерла нос всей этой заносчивой банде.

Скай замерла. Эти слова от старшего брата — вечного отличника и гордости семьи — были для неё дороже любых наград Совета. У неё даже на мгновение защипало в глазах от подступивших слёз, но она быстро взяла себя в руки, вернув на лицо привычную весёлую маску.

Алекс отстранился, подмигнул ей и встал в боевую стойку, активируя защитную магию эльфийских рун:

— Ну а теперь — держись. Гордость гордостью, а спарринг никто не отменял. Посмотрим, чему тебя научил твой Клыкастый!

— Ой, держите меня семеро! — задорно крикнула Скай, и вокруг её рук заплясали зелёные искры нимфийской магии. — Клыкастый, ты слышал? Нас вызывают! Покажем им, как развлекаются настоящие Короли!

Магический спарринг между братом и сестрой действительно удивил всю Академию. Из-за ментальной связи с Клыком магия Скай совершила колоссальный скачок: её привычные нимфийские чары наполнились древней, первобытной мощью земли. Защитные барьеры Алекса трещали по швам, и бой, к восторгу зрителей, закончился абсолютной ничьей, что для «средней» нимфы было сродни триумфу.

Но самое интересное ждало всех впереди. Профессора скомандовали перейти на Большую Арену — колоссальный открытый амфитеатр, окружённый тройным контуром рунических щитов. Здесь должны были сойтись в тренировочных боях сами ящеры.

Учителя распределяли пары с максимальной осторожностью: миролюбивые трицератопсы и паразауролофы мерились силой в тактических маневрах, а более мелкие хищники показывали скорость и ловкость. Люциус весь извёлся на трибунах. Гордость принца из расы Богов была жестоко уязвлена дневными неудачами. Он буквально повис на плече у главного судьи, красноречиво доказывая:

— Профессор! Карнотавр — идеальный противник для демонстрации контроля! Мой Бальтазар обучен высшей боевой тактике Богов. Кто, если не мы, проверит, способна ли эта нимфа сдерживать своего монстра? Позвольте нам спарринг!

Профессор боевой магии долго сомневался, но, взглянув на спокойную Скай и лениво плетущегося за ней Клыка, всё же сдался:

— Хорошо, Люциус. Но учти: при малейшей угрозе жизни животных бой будет остановлен!

Люциус победно вскинул голову и повёл своего рогатого хищника на арену. Бальтазар, Карнотавр Люциуса, был действительно силён: мощные задние лапы, угрожающие надбровные рога и чешуя, покрытая боевой символикой Богов. Чувствуя амбиции хозяина, ящер грозно взревел, оглашая арену боевым кличем.

Скай лениво оперлась на ограждение, скрестив руки на груди. Клык медленно, с достоинством истинного монарха, переступил границу боевой зоны. Его массивный хвост плавно скользил по песку.

«Клыкастый, этот рогатый парень настроен серьёзно», — мысленно шепнула Скай, на её губах играла привычная дерзкая усмешка. — «Его хозяин жаждет зрелищ. Не разочаруешь публику?»

«Его хозяин глуп, как новорождённый птеродактиль, малышка», — раздался в её голове глубокий, рокочущий бас Т-Рекса, полный абсолютного спокойствия. — «А ящер лишь исполняет чужую волю. Смотри, как побеждают Короли».

— Бой! — громыхнул голос профессора.

— Бальтазар, в атаку! Снеси его! — истошно закричал Люциус, активируя руны на своём кольце, усиливающие ярость его динозавра.

Карнотавр с места развил огромную скорость. Он нёсся на Клыка по прямой, опустив голову для мощного таранного удара рогами. Трибуны замерли. Люциус уже мысленно праздновал победу.

Но Клык даже не сдвинулся с места. Он стоял неподвижно, как скала, лишь его янтарные глаза внимательно отслеживали траекторию бега противника. За долю секунды до столкновения, когда рога Бальтазара готовы были вонзиться в его грудь, Клык сделал молниеносный для его габаритов шаг в сторону.

Карнотавр по инерции пролетел мимо, а Клык, выждав идеальный момент, мощным ударом своего тяжёлого хвоста подсёк ему задние лапы. Бальтазар с грохотом повалился на песок арены, поднимая гигантское облако пыли.

— Вставай! Вставай, тупая ящерица! Используй огненное дыхание! — в панике завопил Люциус, понимая, что его «идеальная тактика» провалилась в первые же секунды.

Карнотавр тяжело поднялся, его глаза налились кровью от ярости хозяина. Он широко раскрыл пасть, собирая сгусток магического пламени, и ринулся в ближний бой, пытаясь достать шею Т-Рекса своими бритвенно-острыми зубами.

Клык принял вызов. Оглушительный, первобытный рёв Короля Юрского периода сотряс Большую Арену так, что магические щиты над трибунами вспыхнули тревожным красным светом. Клык перехватил Карнотавра в воздухе. Его гигантские, сокрушительные челюсти сомкнулись прямо на загривке Бальтазара, намертво прижав хищника Богов к земле.

Трибуны ахнули. Преподаватели повскакали со своих мест, выхватывая посохи, готовые остановить кровопролитие. Люциус побелел как мел, осознав, что его любимец сейчас погибнет из-за его собственной глупости.

Челюсти Клыка могли одним движением перекусить хребет Карнотавру. Бальтазар жалобно заскулил, полностью признавая поражение.

«Клыкастый...» — тихо позвала Скай через ментальную связь, вложив в эту мысль всю свою нежность и доверие. — «Он всё понял. Хватит».

«Я знаю, малышка. Королям не нужно убивать, чтобы доказать свою власть»,

— ответил мудрый ящер.

Клык не стал сжимать челюсти. Вместо этого он медленно разжал пасть, сделал шаг назад и просто наступил своей огромной, массивной лапой на бок поверженного Карнотавра, окончательно фиксируя победу. Он поднял голову к небу и издал победный, но спокойный рёв, заставивший всех динозавров в радиусе километра склонить головы.

На арене воцарилась оглушительная тишина. Никакой крови. Никакой слепой ярости. Только чистая, осознанная демонстрация абсолютного превосходства. Профессора медленно опустили посохи, глядя на Т-Рекса с благоговейным ужасом и восхищением.

Скай победоносно посмотрела на Люциуса, который стоял с отвисшей челюстью, не в силах вымолвить ни слова.

— Ну что, Люциус? — звонко крикнула нимфа на всю арену, весело подмигнув поверженному сопернику. — Кажется, твоей «высшей боевой тактике» срочно требуется домашнее задание. А Клык, как видишь, джентльмен. Он не ест тех, кто и так ниже его по уровню!

Клык убрал лапу с Бальтазара, повернулся к Скай и мысленно проворчал: «Пойдём, малышка. От этих криков у меня разболелась голова. И где мой заслуженный кусок мяса?»

Скай громко рассмеялась и пошла навстречу своему Королю, под восторженные шепотки и аплодисменты изумлённых учеников.

Глава 4. Явление Царя Богов

Песчаная арена всё ещё помнила сокрушительный триумф Клыка, когда небо над Академией внезапно, за долю секунды, изменило свой цвет с лазурного на иссиня-чёрное. Солнце скрылось за грозовыми тучами, которые закручивались в гигантскую воронку прямо над амфитеатром. Сильнейший порыв ветра взметнул в воздух тонны песка, заставив учеников прикрыть глаза руками, а рунические барьеры арены жалобно зазвенели от колоссального давления извне.

Люциус, который в этот момент яростно пинал песок и ругал своего побитого Бальтазара, испуганно замер.

Раздался оглушительный, раскалывающий небеса взрыв. Ослепительная фиолетово-белая молния ударила ровно в центр Большой Арены. Земля содрогнулась так, что многие не удержались на ногах. Когда свет погас, а дым и искры рассеялись, в центре выжженного круга предстали три величественные фигуры.

Впереди стоял Один — Высший Царь Богов, верховный правитель всего сущего. Его золотые доспехи слепили глаза, единственный зрячий глаз горел первобытным огнем, а в руке он сжимал легендарное копье Гунгнир. По правую руку от него стоял Тор — могучий, широкоплечий бог грома с массивным молотом на поясе и открытой, искренней улыбкой, в которой, впрочем, читался азарт воина. По левую руку, чуть отступив в тень, стоял Локи — высокий, статный, в тёмно-зелёных одеждах с золотым шитьем. Его бледное лицо казалось точёной мраморной скульптурой, а на губах играла тонкая, едва уловимая и загадочная усмешка.

Совет Академии во главе с Орионом в ту же секунду сорвался с трибун. Старейшины пали на колени перед верховным правителем.

— Приветствуем тебя, Всеотец, — благоговейно произнес Орион, не смея поднять глаз. — Мы не ожидали твоего визита. Что привело правителя богов в наши скромные земли?

Один даже не взглянул на Совет. Его тяжёлый, давящий взгляд был прикован к тринадцатиметровому тираннозавру и хрупкой восемнадцатилетней нимфе, которая спокойно стояла рядом с чудовищем. Клык глухо, предупреждающе зарычал, прикрывая Скай своим массивным плечом.

«Малышка... От этого одноглазого пахнет древней, опасной силой. Мне не нравится, как он смотрит на тебя», — пророкотал Клык в сознании Скай.

«Спокойно, Клыкастый. Главное — не подавать виду, что мы его боимся», — мысленно отозвалась нимфа, хотя внутри у неё всё сжалось. Она сделала шаг вперёд, расправила плечи и дерзко посмотрела прямо в глаза Верховному Богу.

— Я пришел лично увидеть то, во что до последнего не мог поверить, — громовым голосом произнес Один. Каждое его слово отдавалось эхом в ушах присутствующих. — Нимфа среднего звена приручила Короля-Рекса. Существо, чья воля сжигала величайших воинов моего народа. Орион! — Царь Богов резко повернулся к главе Совета. — Как вы допустили это? Вы понимаете, какая угроза нависла над миром? Если эта девчонка потеряет контроль, этот зверь утопит континент в крови!

— Всеотец, обряд прошёл по всем древним канонам... — попытался оправдаться Орион, но Один прервал его взмахом копья.

— Молчать! Законы иерархии нарушены. Боги должны править, а не нимфы — владеть силой, способной сокрушить богов. Эта связь должна быть разорвана. Ради безопасности мира.

На арене повисла леденящая тишина. Разорвать связь «Принятия» означало убить и Клыка, и саму Скай. Алекс, старший брат Скай, сделал шаг вперёд, готовый выхватить меч, но его остановил жест профессора.

Скай почувствовала, как внутри неё закипает чистая, нимфийская ярость. Она сделала ещё три шага навстречу Одину, проигнорировав испуганные вздохи учителей.

— Высший Царь Богов, — громко, звонко и без тени страха произнесла Скай. — При всём уважении к вашему золотому копью и сединам... Вы сейчас говорите глупость.

Трибуны ахнули. Люциус чуть в обморок не упал от такой дерзости.

— Малышка, — Один сощурил свой единственный глаз, и воздух вокруг него раскалился. — Ты понимаешь, с кем говоришь?

— Прекрасно понимаю, — Скай задорно улыбнулась, хотя её сердце бешено колотилось. — Вы боитесь. Великий Один боится, что какая-то «девчонка» оказалась способна на то, что не под силу вашим хвалёным воинам. Клык — не оружие и не угроза. Только что на этой арене он победил Карнотавра вашего племянника, но не причинил ему вреда. Он проявил мудрость. То, чего вам сейчас, кажется, немного не хватает. Наша связь не разорвется. Потому что если вы убьёте нас, вы докажете всему миру, что Боги правят лишь потому, что трусливо уничтожают каждого, кто становится чуть сильнее!

Один нахмурился, его рука крепче сжала Гунгнир. Гром над ареной громыхнул с новой силой. Но прежде чем он успел отдать приказ, вперёд с громогласным хохотом вышел Тор.

— Клянусь праотцами, отец, а девчонка имеет характер! — Тор сильно хлопнул себя по бедру, его глаза азартно блестели. Он подошел ближе к Скай, бесстрашно разглядывая Клыка, который недоверчиво фыркнул ему в лицо. — Назвать Одина трусом прямо в глаза — для этого нужны стальные нервы! Мне нравится твоя дерзость, нимфа. И твой ящер... Ха! Посмотри на эти мускулы. Я бы с удовольствием сразился с ним в честном бою, без магии! Что скажешь, Скай? Будем друзьями? Если кто-то в этой Академии посмеет тебя обидеть — только скажи, мой молот Мьёльнир быстро объяснит им правила хорошего тона.

Скай удивленно моргнула, не ожидав такой бурной и дружеской реакции от бога грома.

— Эм... Спасибо, Тор. Буду иметь в виду. Но, надеюсь, Клык сам справится с обидчиками.

Пока Тор весело общался со Скай, Локи медленно, бесшумной скользящей походкой обошел Клыка с другой стороны. Т-Рекс проводил его подозрительным взглядом, но Локи даже не смотрел на ящера. Его зеленые, как колдовское пламя, глаза были прикованы исключительно к Скай.

Он остановился в паре шагов от неё. От бога обмана веяло прохладой, ароматом полуночных цветов и тонкой, дурманящей магией. Он склонил голову набок, разглядывая её с таким неподдельным, глубоким интересом, словно перед ним была величайшая загадка вселенной.

— Какое восхитительное безрассудство, — тихо, почти интимно произнес Локи. Его голос, бархатный и вкрадчивый, проникал под самую кожу, заставляя сердце Скай сделать странный кульбит. — Бросить вызов Всеотцу ради дикого зверя... Знаешь, нимфа Скай, в этом мире так мало по-настоящему интересных существ. Все эти Боги, эльфы... они предсказуемы и скучны. Но ты... Ты — глоток свежего воздуха в этом затхлом царстве пафоса.

Скай почувствовала, как её щеки начинает заливать румянец под его пристальным взглядом, но дерзость никуда не делась.

— Надеюсь, этот воздух не слишком холодный для тебя, Локи? — парировала она, вздернув подбородок.

Локи тихо, чарующе рассмеялся, сделав ещё один шаг к ней, так что Скай почувствовала тепло его дыхания.

— О, нет. Напротив. Он чертовски горячий. И мне безумно хочется узнать, какие еще секреты скрывает твоя маленькая, но такая сильная душа.

«Малышка... этот скользкий тип смотрит на тебя так, словно хочет украсть. Мне откусить ему плащ?» — раздался в голове Скай ворчливый голос Клыка.

«Не надо, Клыкастый... Хотя признаю, плащ у него красивый», — мысленно ответила Скай, не сводя глаз с Локи.

Один, видя реакцию своих сыновей и понимая, что казнь Скай прямо сейчас вызовет бунт среди нимф и ведьм, тяжело вздохнул. Он опустил копье.

— Хорошо, — холодно произнес Всеотец. — Я даю тебе шанс, нимфа. Академия станет твоим испытанием. За каждым твоим шагом будут следить. Но если твой Т-Рекс проявит хоть каплю слепой агрессии — приговор будет приведен в исполнение незамедлительно. Локи, Тор, мы возвращаемся.

— О, отец, идите, — с невинной улыбкой отозвался Локи, приложив руку к груди. — Я, пожалуй, задержусь в Академии. Мне нужно... проверить местную библиотеку. И проследить за безопасностью, разумеется.

Локи посмотрел на Скай, и в глубине его зеленых глаз вспыхнул опасный, манящий огонек, обещающий нимфе совершенно нескучную жизнь.

Глава 5. Надзор Богов

Суматоха на Большой Арене наконец улеглась. Один, несмотря на всю свою грозную монументальность, был правителем мудрым и дальновидным. Он прекрасно понимал, что казнить нимфу на глазах у всей Академии — значит развязать межрасовую рознь. Повернувшись к застывшему в поклоне Совету, Высший Царь Богов громогласно произнёс: