АТРОПАТЕНА

–Боюсь, что когда мы вернемся, мы не застанем его в живых. Так что надо торопиться. А что касается тамбуканов, то будь с ними поосторожней. Помни, что в том лесу они были похожи на беспомощных жеребят, сходивших с ума от жажды А теперь это уверенные в себе гиганты, твердо стоящие на земле. Теперь ими как раньше, не покомандуешь.

– Господин, тогда выходит, что нам придется идти в Дильмун пешком? Ведь если так, то пока мы туда доберемся, то даже кости нашего Ваче сгниют…И лошади наши остались в лесу. А ведь это были самые лучшие лошади в Албании..

Сказав это, Огуз обхватил свою голову и погрузился в глубокомысленные размышления.

Албанер взял свой походный мешок и пошел туда, где за обломком скалы лежал Харун. Увидев, что мальчик погружен в глубокий сон, он улыбнулся. Затем вынул из мешка засушенную перо, краску и телячью шкуру, и перенес на нее тот самый наскальный рисунок, где указывалось местонахождение Сахиры. На всякий случай, он внимально рассмотрел изображение на коже и постарался впечатать его в свою память…

***

До сих пор Огуз бессильно лежал у родника. Обнаружив, что Албанера нет рядом, он очень испугался, подумав, что остался здесь один. Поглядев вокруг и увидев, что Албанер стоит у того самого обломка скалы, он встал и подошел к нему. Еще раз взглянув из-за обломка на безмолвно отдыхающих чудовищ, он спросил у Албанера:

–Господин, а слышал ли ты раньше что-нибудь об этих тамбуканах?

– Нет, Огуз. Мне кажется, что они прибыли неизвестно откуда, с каких-то неведомых звезд. Однако как они здесь оказались, остается для меня загадкой.

– Да, господин, и я ничего и никогда о них не слышал. Во всяком случае, нам нужно уносить отсюда ноги.

– Да, уже время. Иди разбуди Харуна. Интересно, пойдет ли он с нами или нет?

Огуз подошел к мальчику. Наклонившись, он несколько раз встряхнул его за плечи. Разбуженный Харун потер глаза и, рассерженно взглянув на Огуза, спросил:

– Чего тебе? Что тебе надо? Ты мне дашь поспать?

Албанер тоже приблизился к Харуну и сказал:

– Харун! Нам надо срочно ехать. Мы не могли уехать без тебя.

Харун внимательно взглянул в глаза Албанеры и сказал:

– Албанер, я сейчас нахожусь на своей родной земле. Конечно, я не хочу с вами расставаться, но здесь лежат мои родные и близкие . Кто знает, что будет дальше? Сейчас здесь есть вода. Теперь хранителем и хозяином родника должен быть я. Вскоре все, кто живет в пустыне, узнают, что он снова начал давать воду, и станут сюда приезжать. Тогда я уже больше не буду один.

Харун встал и огляделся . Увидев, что тамбуканы снова поднялись на ноги и прильнули огромными пастями к воде, выходящей из родника, глубоко вздохнул и ответил:

– Да, я хочу остаться здесь. Но было бы хорошо, если бы этих мерзких зверей здесь не было. Не знаю, как они поведут себя дальше, когда вы уедете.

Не стоит беспокоиться, Харун. В конце концов, они тебя уже знают и должны принимать тебя, как своего. Но в любом случае, не теряй бдительности.

Албанер забросил свой мешок за спину. Затем, затянув пояс, он проверил, как надежно сидит на плече его лук и и поправил меч на поясе. Попрощавшись с Харуном, Албанер и Огуз удалились.

Едва они пешком покинули оазис, как Албанер обернулся к своему спутнику и строго наказал:

– Огуз, смотри, не делай лишних движений и следуй за мной. И ничего не говори.

Затем, немного поколебавшись, пояснил:

– Тамбуканы не должны подумать, будто для нас неважно, остались ли они здесь или нет.

Огуз, как приказал ему Албанер, не открывая рта, последовал за ним. Следующей их целью должен был стать Дильмун.

Албанер и его оруженосец уже прошли долгий путь, когда послышался знакомый топот, сотрясающий песок пустыни. Албанер, глядя вперед, бросил Огузу:

– Не оборачивайся и продолжай идти!

Хотя Огуз и догадался, чей это топот, но не зная, зачем они идут за ними и что собираются сделать, со страху закрыл глаза.

Звуки гигантских шагов все более усиливались. Их затылки уже чувствовали дыхание колоссов, напоминающее горячий ветер. Внезапно тамбуканы перерезав дорогу, остановились перед ними. Огуз, не зная что делать, растерянно посмотрел на Албанера, ставшего с ним рядом.

Албанер, взглянув на вожака тамбуканов, стоявшего посреди своих сородичей и разглядывавшего его своими огромными глазами, поднял голову вверх и сказал:

– Что, мой друг? Видно, тебе есть, что сказать. Тебе не понравилось, что мы уехали?

Вожак сел на песок и показал головой в сторону Дильмуна. При виде коленопреклоненного тамбукана, Албанер все понял. Он подошел к нему и, забравшись по броне на его спину, крикнул:

– Огуз, садись на другого!

Когда и Огуз уселся на своего тамбукана, вся группа двинулась в дорогу.

Они уже прошли некоторое расстояние, когда сзади послышался знакомый голос:

– Эгей, постойте! Подождите меня!Эгей!

Албанер и Огуз дружно обернулись назад. Албанер дал вожаку знак остановиться. Увидев это, остановились и остальные тамбуканы.

Харун, изо всех сил бежавший за ними вдогонку, с трудом переводя дух, сказал:

– Я тоже еду с вами.

Албанер с улыбкой взглянул на мальчика.

– Харун, ведь ты же сказал, что остаешься. Я же говорил, поедем с нами. Вот и тамбуканов мы увели, чтобы тебе было спокойно на душе.

– Нет, я не хочу оставаться там один. Возьмите меня с собой!

Албанер взглянул на Огуза. Тот, пожав плечами, сказал:

– Господин, решай сам.

– Хорошо, Харун. Ты можешь ехать с нами.

Сказав это, Албанер дал знак третьему тамбукану сесть на землю и подсадить на себя Харуна.

Через некоторое время в направлении Дильмуна двигались три гигантских животных. На спине вожака сидел Албанер, на остальных двух тамбуканах ехали Огуз и Харун. Сидевший на спине своего тумбакана Харун с восхищением посматривал на Албанера. Он был бесконечно изумлен, с какой покорностью подчиняются рыцарю из неизвестной ему страны под названием Албания самые гигантские живые существа в мире…

***

Вдали завиднелись крепостные ворота Дильмуна, самого большого морского порта на свете. Каждый день у его берегов швартовались десятки торговых судов, прибывавших из всех стран мира. Караваны верблюдов входили в город с одной стороны и выходили с другой.

Когда вожак остановился и, с трудом развернув свою голову в сторону Албанера, издал знакомый птичий звук, Албанер понял, что они доехали до Дильмуна. Они стояли у отрога высокого песчаного холма. Остановились и остальные тамбуканы. Спустившись с вожака, Албанер оглянулся по сторонам. Слева от него плескалось море, которое бороздили большие парусные корабли. Выходит, сам город должен был находиться по ту сторону холма.

Огуз с удивлением спросил:

– Господин, почему мы остановились?

Албанер улыбнулся и ответил :

– Мы уже доехали. Дильмун прямо за этим холмом. Понимаешь , Огуз, если нас увидят сидящими верхом на таких гигантских чудовищах, нас не пустят в город. К тому же они перетопчут все, что попадется им на глаза . И еще, если дильмунцы увидят нас вместе с ними , это привлечет к нам особое внимание. А это нам не нужно. Однако, мой друг, я знаю, что моя очередная новость тебя не обрадует.

Огуз с тревогой спросил:

– Господин, что это за такая новость?

Албанер сделал паузу и спокойно сказал:

– Вы останетесь здесь присматривать за тамбуканами. А то они заскучают и сбегут. . Не забывай, что они – наилучшнее средство передвижения, и что нам еще возвращаться домой.

– Господин, неужели ты собираешься ехать в Сахиру в одиночку? – с волнением спросил Огуз . – Прошу тебя, разреши мне ехать с тобой.

– Нет, Огуз, – наотрез отказал ему Албанер. Вы с Харуном будете ждать меня здесь.

Албанер вынул из мешка горсть драгоценностей и передал их Огузу.

– На них купите у проходящих мимо караванов шатер, продукты и другие нужные вещи. А я уже должен уходить.

Затем он подошел к вожаку тамбуканов и сказал:

– Вы остаетесь здесь. До моего возвращения не двигайтесь с места. Огуз и Харун остаются с вами. Ты понял?

Вожак кивнул головой в знак согласия. Албанер попрощался с Огузом и Харуном и стал подниматься на вершину холма…

Девятая глава

Албанер спустился с вершины холма и направился туда, где виднелись крепостные стены Дильмуна. Через несколько минут он уже стоял неподалеку от городских ворот, изумленно наблюдая происходящее здесь столпотворение.

Все пространство перед высоким арочным входом напоминало человеческое море. Перед городскими воротами стоял какой-то среднего возраста низкорослый стражник и копьем отгонял людей назад. Несколько поодаль от толпы лежали груженые и порожние верблюды, ожидавшие, когда их хозяева войдут в город, и вернутся за ними.

Устав от натиска толпы, стражник улучил момент и перебежал к одному из этих верблюдов. Сев на него и заставив подняться, стражник встал на ноги и громко, надрывая голос, закричал:

– О люди! Я предупреждаю всех! Те, кто приехал в Дильмун не для торговли и те, кто не имеет при себе денег, в город пропущены не будут!

Из огромный толпы раздался единый возглас:

– Но почему?

– Почему? Потому, что в последнее время в наш священный город из всех стран мира стали наезжать всякие воры, разбойники и головорезы. Как только какой-нибудь проходимец услышит о волшебной короне Сахиры, ему тут же взбредет в голову, что не сегодня-завтра он может стать самым могущественным правителем в мире, и он тотчас отправляется в Дильмун. Посмотрите-ка на них. Вон как аппетит разыгрался! И духом не ведают, что ни сахирских кораблей, ни самих сахирцев никто не может увидеть. Они входят в город в простой одежде и, поторговав, уезжают из города, как все обычные люди.

Многие из тех, кто столпился перед городскими воротами, протолкались к нему. Один из них, забравшись на свой тюк с товарами, показал на стражника и закричал:

– Полюбуйтесь на него! Мы всегда приезжаем в Дильмун. Мы самые известные в своих странах купцы! И правитель Дильмуна знает многих из нас.

Он еще громче возвысил голос:

– Люди торговые! Скажите, кому из вас нужна золотая корона сахирцев?.

– Никому! – хором ответила толпа.

Он еще раз закричал:

– Ведь все что нам нужно – это купить и продать товар и уехать домой! Так?

– Да! – раздался громкий хор.

Тут стражник, стоявший на верблюде, поднял руку вверх и сказал:

– Люди! Каждый из сынов человеческих жаждет безраздельной власти! Но он этого он не показывает. Но как только он ей завладеет, он ни за что от нее не откажется. Поэтому этот приказ распространяется на всех. В город будут пропущены только те, кто приехал исключительно в целях торговли. Остальные пусть себя не утруждают.

Албанер, шагнув вперед, присоединился к ряду купцов, бывших впереди. Здесь он услышал, как один пожилой купец сказал стоявшему рядом с ним молодому купцу:

– Сын мой Ктаро, видишь, как глупы люди, и как они рвутся к власти! Если бы корону сахирцев можно было бы купить с такой легкостью, так наверно, они сами подыскали бы ей достойного хозяина и не взяли бы с него никакой платы.

– Верно говоришь, отец! Мне кажется, что люди совершенно лишились разума.

От слов молодого купца Албанера бросило в пот сожаления. "Гм. Значит Надовар и в этот раз всех обманул. В словах старого купца есть большая правда. Если бы у сахирцев было бы намерение передать корону кому-либо, то, наверно, они отдали бы ее, тому, кому они доверяют!

Албанер все еще раздумывал об этом, как вдруг раздался громкйи возглас молодого купца, который только что обращался к пожилому купцу, называя его отцом.

– Попался, вор!

Обернувшись, Албанер увидел, что купец, схватив за руку какого-то дюжего мужчину, пытается вырвать у него небольшой кинжал.

Тут он крикнул Албанеру:

– Глянь под свои ноги!

Албанер посмотрел вниз и удивился.. Под его ногами сверкало много небольших драгоценных камней.

Все еще с трудом удерживая руку незнакомца, купец бросил Албанеру:

– Посмотри! Он подрезал твой мешок и ловил их на лету!

Албанер, не раздумывая, бросился на негодяя. Схватив вора за горло, он стал душить его обеими руками. Тут левая рука вора расслабилась, и он выронил кинжал. Он схватил Албанера за руки и попытался перебросить его через свою голову.

Люди, столпившиеся у ворот, отошли от них назад и стали в круг. Пока Албанер дрался с вором, молодой купец поспешно подобрал мешок Албанера и накрепко завязал разрез. Затем так же быстро, пока рассыпавшиеся на землю драгоценности не стали добычей случайного вора, стал перекладывать их обратно.

В это время здоровенный вор, перебросив Албанера через себя, уже освободил свои руки. Когда он собрался ударить упавшего на спину Албанера, тот ударил его ногой в грудь и свалил на землю. Не теряя времени он тут же сел на грудь вора, лежащего навзничь и, достав свой кинжал, ударил рукоятью по его голове. Потеряв сознание, вор повалился набок и замер.

Приветствуя победу Албанера, стоявшие вокруг купцы высоко подняли руки и начали ему аплодировать. В это время к Албанеру подошел молодой купец. Передавая ему мешок, он сказал:

– Давай познакомимся. Меня зовут Ктаро.

Взяв свою поклажу, Албанер протянул ему руку:

– А меня – Албанер. Спасибо, Ктаро!

Попрощавшись с ним, он забросил мешок за спину и направился к воротам.

Стражник, загородивший было ему дорогу, улыбаясь, сказал:

– А, это ты! Молодец, юноша! Хорошо же ты проучил этого мерзавца! Проходи!

Немного распахнув парные городские ворота, он пропустил Албанера внутрь. Затем стражник стал снова отгонять назад ринувшийся вслед за ним люд, говоря: – Назад! Все равно, пока всех вас по одному не проверят, никого в город не пустят.

Когда Албанер через ворота вошел внутрь, перед его глазами предстал прекрасный город с красивыми постройками и широкой мощеной улицей. Судя по всему, это была центральная улица города. По обеим ее сторонам стояли многочисленные купцы и торговцы. Стоя возле подстилок и ковров, на которых лежал их товар, они во весь голос расхваливали его покупателям. Вся улица напоминала огромный рынок, где люди перемешивались с идущими по ней гружеными верблюдами. То, что его первым из всех пропустили в город, Албанер объяснил тем, что он уложил вора на лопатки. И это при том, что сюда не пускали самых уважаемых купцов. Тем не менее, он не ожидал, что это произойдет так скоро.

Когда Албанер увидел выставленные вдоль улицы сочные фрукты и аппетитные кушанья, он только сейчас вспомнил, что уже сколько времени почти ничего не ел. У него вдруг сильно засосало под ложечкой.

Еще немного пройдя вдоль улицы, он увидел одно здание, похожее на типичный караван-сарай и решил зайти.

Так оно и было. Хозяин гостиного двора приняв Албанера со всем почтением , привел его в большую комнату на первом этаже:

– Пожалуйста, устраивайтесь, – сказал он. – Сейчас я распоряжусь, чтобы вам принесли воду для омовения и еду.

Добавив это, он удалился.

Албанер бросился на покрытую шелковым покрывалом тахту, стоявшую в посреди комнаты, и погрузился в глубокий сон.

***

В это время до правителя Дильмуна уже дошла весть, что за холмом на окраине города были замечены какие-то похожие на верблюдов гигантские существа. С наступлением темноты он послал туда в разведку нескольких своих рыцарей. Скрытно подобравшись к указанному месту, они увидели здесь темнеющие вблизи громадные туши тумбаканов и небольшой шатер. Тихо подобравшись к нему, они откинули занавесь шатра и, войдя внутрь, зажгли свечу. Увидев спящих Огуза и Харуна, они оглушили их, заткнули им рты тряпками и, связав по рукам и ногам, набросили им на голову мешки. Затем, не издав ни звука, рыцари вернулись в Дильмун.

Поскольку речь шла о серьезной угрозе безопасности города, правитель Дильмуна приказал бросить и Огуза, и маленького Харуна в тюрьму и допросить их.

Когда до смерти напуганные Огуз и Харун проснулись в совершенно темном помещении, Огуз, не понимая, в чем дело, завопил:

Очутившись в полной темноте, Огуз вообразил, что либо его затоптали тамбуканы, либо он попал в желудок одного из проголодавшихся чудовищ. Едва он представил эту картину, он снова начал кричать:

– Эй, кто тут есть? Где я?

В это время совсем близко него послышался тихий голос Харуна:

– Огуз, и ты зздесь?

Огуз тут же пополз в сторону, откуда раздался этот голос, и в темноте рукой нащупал мальчика .

Словно впервые за все это время встретив близкого себе человека, он добрым голосом сказал в сторону, где находился Харун.

– Дорогой Харун! Как хорошо, что и ты здесь. Ты не знаешь, где мы ?

– Нет, Огуз. Как раз и я хотел тебя об этом спросить, – ответил из темноты мальчик.

– И что теперь нам делать? Наверно и Албанер не знает, где мы.

Сказав это, Огуз протянул руку и двигая ее в разные стороны, почувствовал, что она наткнулась на каменную стену. Не отрывая ее от стены, он поднялся на ноги и начал кричать:

– Эй, есть ли здесь кто? Кто бросил нас сюда? Эх, где ты, вожак тамбуканов!

В это время с противоположной стороны послышался какой-то стук и звук скрипнувшей двери. С той стороны на пространство между стеной и полуоткрытой дверью заструился слабый свет.

Огуз и Харун, увидев, как к ним приближаются два темных человеческих силуэта, чьих лиц они еще не могли различить, встали.

Один из этих силуэтов повелительно сказал:

– Следуйте за нами!

Они пошли за ними в сторону, откуда струился свет, и вышли наружу.

Отсюда вверх шла какая- то лестница, на которую ступили и стали подниматься эти неизвестные люди. Огуз и Харун последовали за ними. Тут уже было не так темно.

Огуз, шагавший позади этих людей, не выдержал и шагнув на следующую ступеньку, сказал в спину тому, кто шел выше него :

– Я хочу знать, кто вы и куда вы нас ведете?