Наматука. Продвижение

- Ого. И ты пойдешь на эту акцию?

- Пойду. Ради тебя, пойду. Чтобы твою любовь вернуть, пойду. И такой ритуал может вышибить из меня капли, оставшиеся от лунного демона. Такое только ты в силах провести. Племя тоже простит, но ещё перед этим, я должна ходить по деревням и просить прощения у всех буквально.

- Лады, попробуем, особенно если демоническое вывести сможем. Обещаю бить потихоньку. Не представляю, как тебя лупить плеткой можно.

Она улыбнулась.

- Ты мой славный Славич, ты как обычно, добряк, но потихоньку не получится, увидят подлог заставят повторять. Я вытерплю, не сомневайся, а так как ты готов меня вернуть, я и на большее могу пойти, лишь бы ты и все простили.

Жили со всеми шаманами на нашей усадьбе. Спать рядом с Перри не мог, хотя тянуло к ней не для секса даже, просто обнять поцеловать и то счастье. Спал на улице в гамаке, как когда-то в начале нашего знакомства. В первое утро проснулся на той же желтой подушечке и под тем же пледом, что были в первое время нашего знакомства. Сохранила их, оказывается. Ох и хитра женушка, знает, чем меня возвращать, но я порадовался этому, потому, что понимал, делает от души, а не по необходимости. Старался вида, что начал «таять» не подавать, да и прочитать мое подсознательное, она теперь не могла. Так и ходил хмурый и напряженный постоянно.

Однако по приезду на остров мы приступили к подготовке акции переноса саркофага демона луны на большую глубину, подальше от людей. Я подготовил свою старую застоявшуюся яхту, заправил её горючкой. На корме установили мощную лебедку с прочным тросом на полторы сотни метров. Со мной на акцию пошли три шамана освобожденных и заряженных идолом, а также Бату и Орту и ещё двое из моих учеников и бывших матросов. Пэрри брать не стали, так как она боялась попасть под влияние демона ивновь всё испортить.

Нашли на расстоянии 30 километров от острова на глубине 100 метров саркофаг. Плазмоид прошлый раз, когда вмешался и помог нам, сформировал этот прочнейший контейнер и упаковал, более слабого демона в него, но сбросил в море недалеко от наших островов и на небольшую глубину. Поэтому пленник даже оттуда мог влиять на некоторые события и людей. Хоть и не достаточно сильно, как раньше. Демон чувствовал нашу миссию и её цель. Начал там гудеть волновать море. Шаманы и я объединились в единую магическую систему, давили на него нейтрализующим заклятием и тем сдерживали.

Вышли, таки над ним, опустили трос с мощным захватом я направлял к кольцу на саркофаге. С пятого раза удалось захватить кольцо и приподнять на 30 метров под днищем яхты. Затем двинулись кратчайшим путем к максимальным здесь глубинам, одной из расщелин, где глубина 4500 тысяч метров.

Пока шли на море почти штиль, а рядом с нами, поднялось локальное волнение на 4, 5 баллов. Мы давили на демона вчетвером, сдерживая его проявления, как могли. Он и матросов и Бату с Орту пытался развернуть против нас. Пришлось им одевать состояние глухоты и изоляции от внешнего мира. Они могли только вести корабль по прямой. Четыре часа так мучились, подошли к краю расщелины, фактически пропасти наполненной водой. Волнение и сопротивление демона усилилось, мы на пределе уже. Прошли ещё десять миль и решили заканчивать с ним, пока он нас не убил. Уже двигаясь вперед, начали опускать трос. Видели, что под нами 2000 метров. Мало, ещё надо. Прошли до трех тысячной глубины и находясь в тяжелейшем, психически сложном состоянии, опустили трос на максимум. Стали открывать зажим, чтобы отпустить саркофаг, а он не работает. Заклинило намертво. Дело принимало серьёзнейший оборот, мы уже едва сдерживали этого чёрта. Ещё немного, и он нас заставит вернуть его, и не на место, а на остров, что чревато для всего племени. Я рванул в каюту вытащил мощный карабин. Зарядил обойму крупнокалиберных патронов. Вылетел на палубу, выстрелил в трос, лишь на четверть порвал, второй выстрел, вообще мимо. Успокоил сознание и третий выстрел, слава богу, был точен, трос лопнул и утонул увлекаемый саркофагом, а тот постепенно начал опускаться, пошёл на дно. Чем глубже, тем слабей чувствовалось влияния демона. Мы ментально наблюдали за тонущим. На двух тысячах прекратилось волнение, и его визг от которого казалось лопнет мозг, значительно ослаб. На три тысячи он вообще заткнулся, но продолжал тонуть. Повезло что встали у самого края пропасти и саркофаг тонул до 3800 метров. Там и зацепился в какой-то щели. Злыдня этого уже не слышали и не чувствовали, так на его возможности повлияла толща соленой воды. Мы наконец расслабились и сняли защиту с матросов. Они повели яхту домой, а мы, все четверо обессиленные, но довольные сидели на палубе и отдыхали, улыбаясь друг другу. Конечно, большое дело сделали, даже осознать непросто, какое значительное дело.

Прибыли домой, еле выползли с яхты. Пэрри быстро довезла всю команду до нашего дома на электрокаре, напоила живительной влагой, очень эффективные настои и отвары в комплексе, и предложила нам отоспаться, чтобы восстановить силы. Всем шаманам по отдельной кровати, я конечно на семейной вновь отказался, но ещё не готов простить Перри окончательно, лежал отвернувшись и чувствовал её мучения, она потихоньку плакала в подушку, на этом осознании её неподдельного горя провалился в сон. Беспробудно проспал сутки.

Утро солнечное, радостное от того, что всё закончилось благополучно. Нас накормили отличным завтраком. Пэрри постаралась. Рассказала, что уже все островитяне знают, как наш маленький шаманский отряд совершил большое дело, упрятав Демона Луны, на дно океана. Всё понимали, какой серьезный поступок мы совершили. Опять везде говорили о подвиге Наматуки, и шептались о предательстве Пэрри, хотя она уже некоторым помогла вылечиться от проблем со здоровьем. Ходила в каждую деревню вставала на колени перед жителями, умоляла простить за ошибку. Они её символически били прутьями, но не сильно и даже так, она приходила домой немного, но исполосованная ударами. Хорошо хоть не в полную силу били. Я отчётливо увидел настроение племени, они всё же хотели её возвращения, очень хотели. Любили её, несмотря ни на что, а я, вообще горел к ней чувствами, кое как сдерживал эмоциональное, но хотел ещё помучить, чтобы навсегда запомнила и сам я забыл произошедшее, насколько возможно.

Предложил отвезти шаманов по своим родным местам. Договорились держать связь между собой и проводить раз в год праздник избавления от Демона Луны. До небольшого необитаемого острова я долетал на вертолётной тяге. А там, где никто не увидит, приземлившись перестроился на платформу Макса. Так летели в десять раз быстрее. Тихо высаживал каждого на его территориях и последнего на островах Самоа. Оттуда сразу домой.

Возвращение семьи. Новый ритуал.

По дороге обратно думал, как же быть с Пэрри. Разбегаться с ней не хотел, любил и любил по-прежнему сильно, но оставалось липкое чувство недоверия к ней и сомнение в целесообразности воссоединения вновь. Она уже который день ходит по деревням, почти не ест и не пьет, просит у людей прощения, мол оступилась обманули её, и демон луны особо. Вижу ей стараются верить, ведь была такой хорошей шаманкой для племени. Однако, нужно что-то сделать, чтобы она прониклась ситуацией. Общественная порка, это прекрасно, но ещё нужно что-то, что её заденет до глубины души. И тут я вспомнил, что как раз перед отлетом на Гавайи, меня попросил пообщаться мужчина с другого острова. У него образовалась проблема, жена рожает только дочек, уже две. Он взял вторую жену, молодую, но и она родила дочку, он в панике, нужен наследник его большого хозяйства, а мальчика нет. Думали всем посёлком. И придумали, вызвать Наматуку, просить меня переспать с его любой женой, чтобы она и мальчика родила и от самого Наматуки вдвойне удача. Он мне предлагал золотые горы и показал большую, как я находил когда-то, но почти чёрную жемчужину. Её растили почти десяток лет и теперь готовы отдать за ночь с женой. Я был польщён конечно, сказал, что подумаю, но не собирался этого делать, потому, что хотел только Пэрри. Но внезапно понял, ведь это был шанс, если Пэрри увидит, как я соединяюсь в сексе с другой женщиной, то наверняка поймет, каково это было видеть и терпеть мне. Это был реально здравый план выровнять нашу ситуацию, который на островах никто не осудит.

Я приехал домой под вечер. Пэрри накормила, я пообщался с детьми после ужина, радостно меня встретившими. Юля отозвала меня сторонку и спросила шепотом:

- Папа, а правда, что наша мама очень красивая?

- Да Юля, конечно, красивей ВСЕХ.

- А, я, когда вырасту, тоже буду такая красивая?

Я погладил по волосам Юлю и поцеловал в лобик:

- Конечно доченька. Ты будешь такой же красивой, как наша мама. Даже не сомневайся.

- Здорово,- искренне обрадовалась Юля и побежала рассказывать Данилке, что папа сказал, какая она будет красивая, когда вырастет, как мама, так папа сказал.

Перри конечно своим сверх чувствительным слухом это услышала, улыбнулась, но одна слезинка покатилась по её щеке. И я на расстоянии метров в тридцать отчетливо увидел эту одинокую, маленькую размером, но большую по смыслу каплю раскаяния и счастья одновременно.

Данилка не растерялся и ответил сестре, что он, когда вырастет, тоже станет Наматукой, как папа. И они удовлетворённые своими мечтами побежали играть на улицу.

- Славич, хотела тебе сообщить, что обряд наказания жены состоится через три дня.

- Понятно. Но у меня есть ещё предложение, как ты посмотришь на то, чтобы до конца понять степень моих переживаний, чтобы уж раз и навсегда запомнить. И может как-то выровнять нашу ситуацию?

- Это как?

- Вчера Староста с другого острова предложил мне переспать с одной из его жён. Мол они рожают только девочек, а нужен наследник. Ну ещё важно, что почетно иметь сына Наматуки своим сыном. Я ему отказал, потому что ты для меня важнее всех и изменил тебе один раз по твоей же просьбе с Майей. И до сих пор жалею, что согласился, но тут особый случай.

Пэрри насторожилась, она всё правильно поняла и мысль мою поняла правильно, но ревность, вдруг дернула её «за пятку», так сказать. Тем не менее предложение было заманчивым, она действительно могла познать глубину моей горечи, но главное вернуть меня по-настоящему.

- Да это важно и правильно, хотя меня уже напрягает. Я могу смешать ваши соки, если он тоже, тут же переспит со своей женой после тебя, и ребенок точно будет мальчик и носить черты больше его, но и твои наверняка.

- Разве это возможно? Это же нонсенс, это невозможно. Никто такого не добивался, ученые точно не поверят.

- В, особых случаях, очень редко, это реально. Я не пробовала, пока, но способ знаю. Отец рассказывал.

- Обалдеть. Наверняка это технология не земная, может те далекие предки из другого мира знали и передали. В любом случае, это отличный выход, но не забывай, что я это не от удовольствия делаю, а показательно, для тебя. Не навреди невиновному.

- Конечно. Я всё понимаю и давай сегодня может...

Я связался со старостой сообщил ему, что согласен, но условие, что Пэрри будет помогать и переспать нужно с женой нам с ним по очереди, чтобы и его гены выпали мальчику. Староста от такой перспективы «охренел» и согласился моментально. Никто не подумал, что Перри может в принципе и без меня, попытаться помочь мужчине родить мальчика. Я не хотел ничего менять, а Перри деликатно помалкивала, чтобы вернуть меня.

Детей наших передали на сутки Тае с Бату, привычный ритуал и поехали лечить, как объяснили.

На вертолете долетели быстро. Нас встретили очень хорошо, покормили, Пэрри есть нормально не могла, уже волновалась. Показали двух женщин. Старшая миловидная, грудь большая, ей лет 35 уже, а вторая молодая ещё, 22 - чуть больше. Эта была лучше, стройная фигура полноватая, но очень в меру, напоминала Пэрри в прежние годы. Симпатичная и добродушней, чем старшая, которая заметно нервничала и уже напряглась. Проникнув в её сознание понял, она не хочет менять ситуацию, боится стать не главной женой.

Нам выделили вновь хижину на окраине. Я должен был первым переспать с молодой, затем её ведут к мужу.

Перри села в хижину за занавеску, вроде как отгородилась.

Привели девушку, ароматную красивую, она станцевала специальный танец, раздеваясь постепенно, от такого я возбудился хорошо. Секса то по милости Перри давно не было, а здоровья достаточно. Тоже скинул одежду, поймал обнаженную девицу и увлек её на ложе. Ей мои предварительные ласки очень понравились, и я ещё не вошел в неё, а она уже стонала от удовольствия. Тем временем, за шторкой назревала буря. Я подкинул Пэрри мысль, чтоб не натворила беды. Когда затёк на девушку и начал входить изящными и плавными движениями, девица уже закатывала глаза покрикивала от удовольствия.

Шторка в углу отлетела прочь, и красная от напряжения Перри заставила себя смотреть на это действие. Её пальцы сцепились в неимоверном каком-то замке, видел краем глаза этот захват менялся, но напряжение ещё усилилось. Перри дышала очень интенсивно её лицо выражало муку и борьбу, происходящую в её душе. В таком виде она меня не видела никогда, и жена получила серьёзный стресс.

Ну погляди родимая, каково мне было на твои выходки смотреть, но мучить любимую не мог, постарался ускориться довёл быстро до экстаза девицу. Всё закончилось тут же. Девушка не могла отдышаться и прийти в себя минут десять. Потом поднялась, кое-как оделась и пошла ведомая ещё напряженной, но взявшей себя в руки Пэрри к мужу. Слышал, как девушка понимая состояние Пэрри оправдывалась, что это не она придумала, но по-хорошему ей завидует, такой муж и ей был бы счастьем. Потом слышу, как Пэрри советует себя вести со своим мужчиной теперь, чтобы быть удовлетворенной и дать возможность зачать ребенка.

Я отмылся сам и ждал Пэрри. Она вскоре прибежала, с горящими глазами, взволнованная до сих пор. Позвала меня искупаться на море.

- Только море может смыть все эти чужие ошмётки.

Да зацепило её. Когда шли к берегу она вдруг высказалась:

- Слушай Славич, я всё поняла. И думаю, как ты меня не прибил после произошедшего. Это же такое увидеть и ещё спасать, и любить продолжать.

Она обняла крепко, как прежняя Пэрри. Лицо мокрое от слёз.

- Мой хороший, добрый, незаслуженно обиженный. Я тебя никому не отдам больше, буду как прежде отличной женой, всю себя отдам тебе и детям. Только люби меня, прошу, твоя любовь настоящая, огромная, как земля, красивая как солнце. Я без твоей любьви заглохну и как человек и как шаман, может хоть ради наших детей вернёшься ко мне, а я помогу душу успокоить.

И зацеловала опять вся зареванная.

- Пэрри, любимая, – я даже немного растерялся от такого напора, но порадовался её искренности.

Мылись в море вместе. Спали на песке прижавшись друг к другу, без приключений конечно. Утром поели, увидели счастливого старосту и его жен, таких же довольных. Оказалось, он ночью переспал успешно с обеими, ко всеобщему удовлетворению. Мы получили большую чёрную жемчужину и улетели. Завтра ещё один ритуал пережить.

Вечер, теплый и тихий, как часто это бывало. На площади собралось почти всё население деревни. Этот ритуал редкий, многие вообще его не видели. Подобные ситуации обычно решались по-другому, а тут старинный, с древних времен применяемый, как спектакль.

Горели костры по кругу. Пели национальные песни. Я сидел по правую руку Муату, как раньше Пэрри. Не знал, чего ожидать от этого ритуала. То, что жена рассказала не давало объективного знания. Ну посмотрим. Вдруг зазвучали тамтамы, на этот раз грозно, очень жёсткий ритм. В центр горящих костров зашла Пэрри, одетая в короткую до колен юбку, грудь подвязана тряпкой. Волосы распущены, она начала танец, означавший проступок падшей женщины. Топталась извивалась, виделись элементы сексуальных отношений, ритмично исполняемые ей. Она опять была великолепна и прекрасна, даже в отрицательной роли. Под тамтамы запели песню несколько женщин. В песне пелось, как замужняя женщина не удержала своих эмоций и вступила в половую связь с чужим мужчиной. Ей было хорошо, но как только всё закончилось, она осознала степень своего преступления и впала в отчаяние. Она дорожила отношениями со своим мужем и теперь страдала от вины перед ним. Пэрри изобразила страдания, плачь и заламывание рук, потом начала посыпать свои волосы пеплом. Всё это под песню рассказ и тамтамы с дуделками. Интересно, текст песен сочиняется к конкретному случаю или это стандартный вариант?

Закончив, эти страдания, Пэрри косматая и размалеванная какими-то красками подбежала ко мне и начала стоя на коленях целовать мои ноги, а хор в это время запел, о том, как женщина просила прощения у своего мужа.

Я растерялся, не ожидал такого и начал поднимать Перри на ноги, не хотел её унижать совершенно. Она подскочила, взяла у кого-то плеть с тремя хвостами из узких пропитанных жесткой смесью веревок, с шариками на концах. Вручила с колен, не глядя в глаза, эту плеть мне, встала на колени, открыла спину от копчика до лопаток и приготовилась. Хор запел быстрей, тамтамы и дуделки ускорились, и я услышал её призыв:

- Бей любимый, только не до смерти. Десять раз. Не волнуйся, я выдержу.

Вот же проблема. Мне так не хотелось бить её, ведь и так уж всё выяснили, но ситуация требовала. Я изобразил замах, но шлепнул её плетью по спине в четверть силы. Она ойкнула. Плеть была качественной, такой и до смерти можно забить. Я ещё бил по спине Пэрри под подбадривающую меня музыку, а она ещё ускорилась и уже всё племя пело одну и ту же фразу, постепенно ускоряясь за музыкой. Я поддавшись ритму и эмоциональной песне бил жену раз за разом и увидел после ударов, как на спине образовались ярко красные полосы. Девятый и десятый просто обозначил удары, рука не хотела подниматься совсем. Тамтамы, сбавили темп, хор тоже. Пели финал о том, что муж наказал жену и простил её, потому что она очень правильно его просила об этом. И теперь у них всё будет хорошо, как было прежде. Взвыли хором солисты и тамтамы забили радостную дробь. Люди начали плясать и веселиться, радуясь положительному концу. Потом они закричали, как один, громко и всё остановилось. Я понял, ритуал закончился и Пэрри простили и будут уважать, как прежде. Кинулся к ней стараясь не трогать исполосованную спину.

- Ой мамочки как больно, - простонала она, - не думала, что так больно будет.

К ней подходили женщины поздравляли её с избавлением от позора. Видно, что радовались её возвращению. Ведь она так много для них сделала, на самом деле и была действительно, любимицей племени.

Вдруг в кругу вождя Муату, началось какое-то движение, кто-то кричал, толпа зашумела. Кричала жена Муату, её двенадцатилетний сын, тайком просматривая спектакль, начал есть фрукты с большой косточкой, не вынимая косточки и подавился. Ему пытались помочь переворачивали, давили живот, но это не помогало, кость встала поперек дыхательного горла острыми краями и не желала выходить, паренёк уже начал задыхаться, тело билось в конвульсиях я поспешил туда обдумывая, как можно помочь. Такое непростое дело. Вдруг, меня обогнала Пэрри, она забыла о боли в спине, подбежала к мальчишке, поставила на колени с вертикальным корпусом, запрокинула ему голову ударила ладонями одновременно по груди и спине особым образом. Косточка вылетела, Пэрри поймала её рукой, а мальчик задышал и постепенно восстановился. Все, кто видел процесс радостно, даже не кричали, а буквально завопили. Муату поклонился ей в пояс. Они её любили и радость за неё была великой и общей.

Я донёс Перри до дома на плече. Так, чтобы спину не задеть.

- Перри ты лечись уже на ходу, что ты ждёшь то?

- Да пусть ещё поболит, чтоб запомнить на веки.

- Ну ты мазохистка, а что так получилось то, я тебя даже в четверть силы старался не бить.

- Да ты медведь сибирский, силы своей не знаешь, мне твоя четверть как полусмерть. Представляю, если в полную ударил, то перерубил бы пополам наверняка. Зверь - шутила она, но чувствовалось, что несмотря на боль довольна произошедшим, всё прошло на высоте. Правда, и спектакль, как на грани, реальности и эта проблема с сыном вождя, вообще кстати.

- Перри, а что за метод применила при кости в горле, вообще такого не представлял.

- Тоже, папа учил ещё, я до этого момента два раза пробовала успешно, поэтому делала уверенно, но способ не простой, это надо точно и очень вовремя сделать.

- Классно у тебя получилось.

- Спасибо.

Я принёс её домой, дети спят слава богу, положил животом на кровать.

- Так, что делаем?

- Сними одежду только осторожно.

Я снял с неё платье, хорошо, что удобно снимается. Лежит такая красотка, а спина вся красная в рубцах. Мне её так жалко стало.

- Ну что, лечить себя будешь? Или мне?

- Что-то не получается пока от боли сконцентрироваться не могу. Принеси пожалуйста тряпочки там в шкафу, и там же, есть красная бутыль литровая. Намочи из неё водой тряпочки и приложи на спину пожалуйста.

Побежал искать тряпочки и бутыль, а краем глаза вижу, лежит и улыбается. Вот лиса. Ну думаю поиграем, сегодня надо поиграть. Я ведь и сам мог бы её вылечить за пятнадцать минут. Прикладываю примочки, она пищит от боли, но лежит. Начинаю рассказывать русскую сказку «Лиса и скалка». Там лиса притворялась больной да слабой и просила помощи, а затем обманывала своих помощников.

- Сколько же сказок ещё знаешь, которые не слышала. Рассказываешь так здорово, просто мурашки по телу от удовольствия, от бархатистого голоса и классного перевоплощения. Расскажи волшебную какую-нибудь.

- Что прямо так нравиться?

- Да, очень, так бы и лежала слушала вечно. Расскажи.

- Хорошо. Я тебе ещё не поведал серию сказов от нашего народного писателя Бажова. Сегодня будет -" Хозяйка Медной горы", завтра - «Малахитовая шкатулка».

- Малахит, малахит. Это полудрагоценный камень зелёного цвета весь в естественных узорах.

- Да он самый. Значит было это не так чтобы давно, но при царе на Уральских промыслах...

Я начал рассказ, пытаясь передать колорит и теплоту сказа, меняя голоса героев, интонации и акценты. Смотрю Пэрри прямо заслушалась и переживает. Сказ идет, а рубцы на спине всё меньше и меньше. Закончил положительный финал. Она прямо выдохнула.

- Как хорошо, что у них получилось так. А хозяйка медной горы, реально существовала?

- Вообще-то считается, что выдумка простого народа. Однако, дыма без огня не бывает, может и был прототип.

- И что продолжение есть?

- Да, ещё несколько сказов есть.

- Может расскажешь?

- Нет уж, хорошего помаленьку, Всё сразу выдам, а потом чем потчевать? Кроме того, спина то у нас выздоровела ни полоски, ни ранки.

- Как так, это твоя работа?

- Нет, на этот раз, мог бы конечно, но ты же не разрешила.

- Вот блин, значит автоматически сама подлечилась, пока ты мне зубы сказками заговаривал. Ну и кто из нас лиса теперь?

- Но по крайней мере спина то в порядке и мучиться хватит. Я весь твой спектакль как на иголках провел. Бить вообще не хотел же.

- Что спектакль понравился?

- Да, с такой постановкой в серьёзных мероприятиях можно участвовать.

Перри была без одежды, лишь узкие черные трусики.

Она повернулась мягко на бочок, повела красивой ножкой, прикрывая лобок, но её полные красивые грудки мягко встряхнулись.

- А, это нравиться?

- Нравится конечно, но пока не могу. Ещё не отошёл от того, что видел. Майкл и ты в подсознании до сих пор. Я то по необходимости переспал, для меня это было, как какую-то работу выполнить, а у тебя, всё же в основе, твоё желание поменять мужика было, согласись. Тебя потому и смогли охмурить и обмануть, что ты была не против попробовать. Мы с тобой это знаем. Понимаю всё, и ты мне дорога очень, я люблю тебя как прежде и счастлив, что мы вновь вместе, но мне нужно некоторое время. Причем хочу тебя сильно, но какое-то напряжение ещё осталось. Я уже сам подсознание чистил, видимо не до конца. Твоя помощь, видимо, нужна. Помоги мне Перри, и я буду лучше, чем прежде. Магию не используй, как сейчас пытаешься, я её вижу, могу сдерживать легко. Нужно, чтобы настоящие чувства работали. Прости. Но по-другому, не получается.

Она всё поняла правильно, вздохнула с сожалением, обняла так, что я успокоился и тоже её обнял. На этот раз мы обнимались не страстно, а лишь проявляя друг к другу понимание и сочувствие.

Мы не только любовниками были, мы и большие друзья, такие, которым доверять хочется, а близость вернётся и наверняка в лучшем качестве. Ведь любовь без близости не долго продержится, а мы любили друг друга и так же сильно как прежде, только обстоятельства нас ненадолго разъединили.

Скоро произошло ещё одно важное событие, все помнили, что турбазу выкупал тот самый злополучный Майкл. Мы ждали, или его появления, или его представителей вновь из ЦРУ.

Прошёл месяц, и как выяснилось, Майкл не купил тур базу, а брал в аренду. Срок аренды закончился и база вновь перешла к прежней фирме. Видимо все эти приобретения делались только для того, чтобы построить акцию изъятия Пэрри с острова, так оценили жену в ЦРУ. Хотя арендатор, заработал неплохие деньги за это время. Турбаза пользовалась большим спросом и очередь на её посещение была постоянно. Владельцам пришлось, даже расширить её.