Нулевой переход

Юрий Лог

Нулевой переход

Пролог

— Господин, — гулко раздался металлический голос, — риск не оправдан.

— Лонь, не начинай снова, — устало отмахнулся архимаг и откинулся на спинку парящего над полом кресла.

Сиденье под стариком успокаивающе завибрировало, кресло отодвинулось от окна и зависло перед дубовым столом. Архимаг любовно провёл рукой по тёмной столешнице. Когда-то давно ему пришлось обменять жёлудь чёрного мэллорна на стол первого императора Нейры. Он успел до того, как катаклизм отбросил могучую цивилизацию на уровень раннего Средневековья.

— Господин, — механическая речь прозвучала из стоявшего на столе кристалла, — что делать, если отклонение от плана превысит 15 процентов?

— Ничего! — строго приказал архимаг. — Я категорически запрещаю влиять на запущенный нулевой переход! После окончания первой фазы при любом результате запускай пятую ступень. И не спорь! Сколько мы с тобой?! Сама всё прекрасно понимаешь!

— Мы вместе 103 жизни, хозяин, — сухо констатировал голос.

— Это был риторический вопрос, Лонь, — эмоциональная вспышка забрала остатки сил древнего мага, и в кресле включился модуль магической подпитки. — Как там наш мальчик?

По круглому периметру кабинета пробежала рябь, скрывая книжные стеллажи, шкафы и открывая прямую трансляцию из Запретного леса. Пахнуло свежестью лесных трав, и птичий щебет порадовал слух. Гармонию нарушило противное воронье карканье.

— Ворона? Лонь, ты серьёзно? — улыбнулся старик. — Почему выбрала именно её?

— Вороны обитают по всей территории материка. Её появление не вызывает подозрений. Птица отличается исключительным умом и сообразительностью, все странности её поведения выглядят закономерно, — монотонно отчитался голос.

Среди деревьев появился молодой охотник. Он умело перемещался по лесу, не задевая деревьев и не оставляя следов. Шёл быстро, чему-то улыбаясь. Тёмные, почти чёрные глаза цепко осматривали окрестности. За спиной висел объёмный мешок путника. Коричневая кожаная куртка и штаны сливались с фоном, делая его почти незаметным.

В глубине леса мелькнула чёрная тень. Высокий человек двигался напролом, стремительно сокращая дистанцию.

— Пора, — прошептал старик. — Спусти меня в лабораторию.

Глава 1

Разморило меня, что ли?

Солнышко ласково прогревало лесную поляну. Беззаботно щебетали птицы. Лёгкий ветерок поиграл белыми цветочками и убежал дальше. Пахло травой, землёй и чем-то металлическим. Кровь?

Я попытался сесть и тут же рухнул обратно. Спину обожгло так, что я заорал. Рука метнулась к пояснице и наткнулась на рукоять. Нож. У меня в спине нож.

Я лежал, тяжело дыша, и смотрел, как крупный шмель деловито собирает нектар. Кто это меня так? Меня… меня… Имя не приходило. В голове зияла пустота.

Глаза слипались. «Я ж так и сдохну», — вяло зашевелилась мысль.

Совсем рядом мерзко каркнула ворона. Я вздрогнул и открыл глаза. На траве прямо передо мной прыгала алчная тварь. Я дёрнулся назад и взвыл. Птица недовольно каркнула и улетела. Медленно, не делая резких движений, я сел и отдышался.

Выдёргивать клинок с ходу было опасно, слишком глубоко тот сидел. Подвернулся какой-то сучок, который я и зажал зубами.

Меня бросало то в жар, то в холод, а лесная поляна размывалась в сплошное пятно. Секунды тянулись, как смола. Наконец, с мерзким хлюпающим звуком лезвие выскользнуло на траву.

Тело обмякло. Я едва успел подставить руку, чтобы не упасть. Ладонь вляпалась в липкую лужу, напомнив, что я, вообще-то, истекаю кровью.

Кое-как стянул рубаху, пальцы подрагивали и не слушались. Я стиснул зубы в попытке удержать сознание. Сложил ткань гармошкой и приладил к ране. Рукава затянул потуже на талии.

Пока мучился, взгляд то и дело возвращался к окровавленной рукояти. Может, я ничего и не помнил, но нутром чуял, что кинжал — ритуальный.

Изогнутый клинок отливал неестественной синевой. Чёрную рукоять покрывали длинные ряды чисел. Взгляд залипал на центральной извилистой спирали, заползающей на металл.

Я набросил на кинжал куртку, и мир включился вновь. Разом вернулись краски и появились звуки. Жуткий клинок. Я ошарашенно смотрел на цветущую поляну. Мда…

Не то, чтобы я жаловался, но это не самое подходящее место для ритуального убийства. Может, убивали меня в другом месте, а я благополучно сбежал? Ну, не вяжется у меня эта солнечная поляна с продуманным ритуалом.

Поднимался с трудом, опершись на длинную палку. Натекло подо мной изрядно, но никаких кровавых дорожек или капель не было. Побег отменялся. Кинжал всадили в меня именно здесь.

Зато большая лужа крови по соседству порадовала, а ещё больше широкий кровавый след, тянущийся от неё к деревьям. Надо бы догнать и допросить бедолагу, пока не сдох.

Меч лёг в руку, как родной. Пробный взмах, и тело вспомнило. Неплохо… неплохо… Меня повело в сторону, в глазах на миг потемнело. Не боец, но он-то вообще ползёт.

Крадучись вошёл под кроны деревьев, лицо обдало приятной прохладой. След был один, но расслабляться не стоило. Впрочем, долго идти не пришлось. Через пяток метров я застыл в ступоре.

В этом месте подыхающий убийца встал, о чём свидетельствовали красный отпечаток ладони на дереве и кровавые следы от обуви, уводящие в чащу. Я неверяще мотнул головой. Сделав всего несколько шагов, он побежал.

Да, как так-то? Только что еле полз, подыхая, а тут встал и чудесным образом побежал. Откуда у него столько сил?!

Преследовать дальше не было смысла. Лёгкий допрос полутрупа отменялся, а к новой схватке я готов не был.

Обуреваемый глубоким разочарованием, я вернулся на поляну. Отсутствие памяти напрягало. Голову я уже проверил, по ней не били. Рана в боку была единственной. Болтавшийся на шее невзрачный деревянный кругляш не говорил мне ровным счетом ни о чём. Может, в вещах найдутся подсказки. Мне бы хотя бы имя вспомнить. Казалось, будет имя, и память зацепится и польётся широким потоком.

Восстановить картину боя по следам оказалось не сложно. Боя, как такового не было. Он меня пырнул кинжалом, а я в ответ саданул топором. Оба повалились на траву. Только вот придурок очнулся первым и уполз, хотя лужа под ним натекла куда больше.

Я вернулся по следам, чтобы разжиться хоть какой-то информацией. В то время как я двигался аккуратно, почти не оставляя следов, ритуальщик ломился напрямик, целенаправленно сокращая дистанцию. И я его не слышал. Бред же. Да и шёл он слишком уверенно, будто точно знал, где я.

Когда из следов больше вытянуть было нечего, я перешёл к разбросанным вещам. Заткнул за пояс топорик и присел у мешка путника. В нём было всё, что нужно для длительного путешествия по лесу. Тяжёлый такой мешок, основательный. Он-то меня и спас, когда этот гад со спины напал.

В моих вещах оказались бумаги. Затаив дыхание, я развернул сложенный вчетверо пергамент.

Это была карта леса. Ответа на вопрос «Где я?» она не давала. Хотя да, карта была очень подробной. Даже слишком. Но кроме леса на ней ничего не было. Вообще ничего. Не считая непонятного красного крестика.

Как вообще можно сделать настолько детальную карту, чтобы на ней были кусты? Да и зачем? Как ориентироваться, когда один куст похож на другой?

Я мотнул головой, покрутил развёрнутый лист и даже понюхал. Бумага неестественно плотная и выглядела, как новая. А между прочим, лежала она в бесформенном мешке, и так идеально выглядеть не могла.

Покончив со своими вещами, я перешёл к сумке напавшего. Ремень был порван, а ткань заляпана кровью. Внутри обнаружились травы. Листья табака, корешки златня и одна единственная лепёшка. Живёт он неподалёку. Значит, и бежать ему недолго. Надо поторапливаться.

Я окинул поляну прощальным взглядом и двинулся к лесу. Златня? Я замер на месте. Я разбираюсь в травах? Обернувшись назад, я оценил поляну новым понимающим взглядом. Я даже потянулся вниз, чтобы сорвать ординию. При добавлении в отвар она даёт приятный мятный вкус, который сначала холодит, а потом согревает. Я одёрнул себя и двинулся в лес.

А почему, собственно, я решил, что я — охотник? Меч? Так это вообще не подходящее оружие для леса. Топор для рубки веток, нож для разделки, получается, что у меня ничего нет против зверя.

Лес не казался мне безобидным, а у меня при себе набор туриста. При этом я и ходить умею, и в травах разбираюсь, и следы читаю. Так кто я?

Слуху я больше не доверял, двигался параллельно тропе, постоянно оглядываясь. Дойдя до ручья, скинул с плеч тяжёлый мешок и выдохнул.

Этот хитрец дальше пошёл по воде. Я наполнил флягу холодной водой и присел на траву. Выберу сейчас не то направление, время потеряю, а я и так задержался на поляне.

Уже допивая флягу, я заметил брызги на камне и перевёл взгляд вверх по ручью. Мокрое пятно на земле, облитая галька, залитая трава. Да, он бежал по воде, как и по лесу. Завидная скорость. Мне этот неспешный проход дался с трудом: рана ныла при каждом шаге и мешала разогнаться. А он преодолел его на одном дыхании. Может, деревня фанатиков совсем рядом.

Тяжело вздохнув, я поправил повязку и набросил на плечи мешок. Мочить кожаные сапоги не стал, шёл по берегу, постоянно оглядываясь. Звериных следов было много, и не все из них маленькие. По спине пробежался холодок. Я плавно извлёк из ножен меч и пошёл ещё тише, перетекая с ноги на ногу.

Свежий отпечаток сапога на земле я увидел минут через пять. Вот и смысл идти было по воде, чтобы оставлять такие следы на выходе?

Птицы смолкли, а чуйка взревела об опасности. На меня шла охота, и неудивительно. От меня же кровью разило на километр! Я приподнял меч на уровень груди, выдвинув остриё вперёд, а другой рукой плавно извлёк нож.

Угроза исходила от деревьев, за которыми скрылся несостоявшийся убийца. И как я ни старался, но прыжок почти пропустил. Ждал противника снизу, а хищник бросился с ближайшего дерева.

Рыжая тень мелькнула, и к моим ногам упала крупная кошка. Между глаз твари торчала рукоять ножа. Я не помнил, как бросил. Всё случилось за доли секунды. Чудовищная реакция!

Я монстр! Впору бы гордиться собой, но меня не отпускала мысль — как тогда ритуальщик зашёл мне за спину? Допустим, я временно оглох, но чуйка почему не сработала? По спине заструилась кровь, обмотка больше не помогала.

Я поднялся вверх по ручью, не забыв прихватить и тушку. Разделся полностью и забрался в ручей, смывая кровь и запах. Повезло, что хищник оказался одиночкой.

Из ручья вылез продрогший и тут же закутался в чёрный плащ. Не мой, кстати. Очередная вещь в копилку странностей, уж больно добротный. Плотный, грязь к нему совсем не прилипает. Богатые фанатики, однако…

Пропитанные кровью вещи утопил в ручье. В мешке путника нашлась запасная одежда из холщовой ткани. Выбрал рубаху, что похуже, и обмотал рану.

Пока переодевался, успел разглядеть зверя. Слишком умная тварь. Длинные когти, кинжальные клыки. Уверенными движениями я разделал тушу. Непропорционально большое сердце. Тварь явно могла ускоряться. Печень тоже увеличенная, я отрезал кусок, потом ещё один. Так и не заметил, как съел всю. Я потерял много крови, а так и не скажешь. Осторожно отлепил край повязки и пощупал рану, она подсохла. Так быстро не бывает. Печень, наверное, запустила регенерацию.

Солнце клонилось к верхушкам деревьев. Пожалуй, не попрусь в деревню на ночь глядя. Это они у себя дома, а я на чужой территории, раненый.

Присмотрел раскидистое дерево в стороне. Разложил на подходе сухие ветки, старый охотничий приём. Хрустнет под ногой, даст мне пару секунд форы. Не гарантия, но лучше, чем ничего. Живот требовательно заурчал.

Я потянулся к вещам, чтобы найти огниво. У меня был котелок и крупа, я предвкушал кашу с мясом и взвар. Горячее всегда лучше восстанавливает.

Перерыл весь мешок. Нет огнива! Вытряхнул содержимое на траву. Да как так-то?! Я с ужасом подумал об альтернативных способах добычи огня. Тереть палку о палку? И тереть, и тереть, и тереть…

Я мрачно уставился на кучу барахла. Ну и ладно. Костёр демаскирует. Это всё равно, что сказать всем вокруг — вот он я, здесь.

На ужин у меня была лепёшка травника, внутрь которой я сложил мясо тонкими полосками и посыпал перцем. Вышло неплохо. Ещё бы горячего чайку, но маскировка превыше всего. Да, именно, враг рядом.

Я зло посмотрел на сваленные вещи и потянулся к карте.

Развернув её, я уставился на крестик. Недалеко от него был ручей. Кстати, да, похожая поляна, раскидистое дерево, два куста слева. Я сориентировал карту по сторонам света. Допустим, я — здесь. Тогда вот эта полянка, где на меня напали. По всему выходило, что до нападения я двигался к крестику. И травник бежал туда же. Зачем? На карте там ничего не было. Просто поляна.

Озадаченный, я решил прикинуть, сколько осталось идти до отметки. Растянул пальцы и замерил расстояние. Я чуть сдвинул фаланги, и карта вдруг переменилась. Масштаб стал мельче.

Это я сделал? Я повторил движение, и карта изменилась снова. Экспериментируя, сдвигая и раздвигая пальцы, я уменьшил масштаб до предела, и передо мной легла карта материка. Ни единой надписи, только крестик.

Заснеженные горы кольцом запирали холодный фронт на севере. Зелёные леса переходили в редколесье и перемежались красочными долинами.

Я находился в центре суши в огромном лесном массиве. Красный крестик располагался в лесной глуши со стороны гор, опоясывающих лес с востока. При приближении в той стороне в горах был переход, а у подножья небольшое поселение за высокой стеной. Очень уединённое место, если подумать, и ближайшее ко мне. Фанатики. Всё сходилось. Меня подослали следить за ними, а я так глупо попался. От крестика до деревни полдня пути, отличный наблюдательный пункт.

Я сверился с направлением. Да, именно туда я и шёл до нападения. Туда же сейчас бежал травник. Тут рукой подать, он уже там, на пустой поляне. Засаду устраивает? Впрочем, сейчас я этого не узнаю, а гадать бессмысленно. Я вернулся к карте в поисках полезной информации.

Я попробовал отыскать поселение, из которого я вошёл в лес. Я медленно двинулся вдоль северной границы леса. Город нашёлся. Меня определённо могут опознать там, если что.

Дальше поиграть в изучение местности помешали сгустившиеся сумерки. Я с сожалением убрал карту в мешок.

Изумительно тонкая работа. Определённо мне выдал её заказчик, тот, кто и послал меня к крестику. Могущественный маг или очень богатый и влиятельный человек, которому этот маг служит. Посмотрим.

Спал я вполуха, завернувшись в чёрный плащ, между толстых корней дерева. Уже под утро опять сработали рефлексы, и моя рука поймала мелкую тварь, которая рылась в мешке. Хватка оказалась излишне сильной. Я и моргнуть не успел, как зверёк затих между пальцев.

Зелёный грызун обладал шикарным пушистым хвостом и красивыми чёрными кисточками на ушах. Печень и сердце и у него оказались аномально большими и, к тому же, вкусными. Съел их сырыми, убедил себя, что времени возиться с костром нет.

След по-прежнему был чётким. Старик не вышел из ручья в случайном месте, он двигался по едва заметной тропке.

На небольшую полянку с одинокой хижиной по центру я вышел внезапно.

Чёрные от старости брёвна, покосившаяся соломенная крыша, невысокий забор, от которого осталось одно название. Дом выглядел нежилым.

Из трубы не шёл дымок, не доносилось ни звука. Я осторожно обошёл хижину по кругу, прячась в тени деревьев. Следы травника отчётливо вели в дом. С противоположной стороны в лес уходила ещё одна тропинка, на этот раз хорошо натоптанная.

Нашёлся и просевший колодец. Отхожая яма пованивала. Травник определённо жил один, и сейчас он был в доме.

Утром я размотал рану и с удивлением обнаружил, что она затянулась. За одну ночь. Шов был ровный, будто прошли недели, а не часы. Теперь шанс один на один у меня был неплохой. Особенно, если застану его врасплох. Он же спит. А то бы и печь растопил.

Не выходя на открытое место, я опустил мешок вниз и извлёк карту. Крестик вёл сюда. И на этой столь детализированной карте хижины не было. Все кусты были на месте, а вместо хижины росло дерево. Впрочем, сейчас я всё и узнаю.

Мешок я спрятал в кустах, обнажил меч и осторожно перебежал ко входу. Дверь слегка скрипнула. В ответ — тишина. Я плавно втянулся внутрь.

Постоял, прислушался, привыкая к полумраку и смраду. Очертания предбанника стали проявляться. Ещё одна новость — я отлично вижу в темноте.

Дом выглядел временным пристанищем проходящего мимо путника. Хотя трав над потолком набралось предостаточно. Они приглушали неприятный запах.

Я медленно двинулся по грязным следам на полу. Травник лежал на кровати возле печи. Подкравшись, я обнаружил, что он не спит. Он был давно мёртв.

Мутные глаза смотрели в потолок. Окровавленная одежда с налипшей травой и гнилостный запах. Я распахнул окно и высунулся наружу, хватая ртом воздух.

Отдышавшись и натянув на нос рубашку, я вернулся к трупу. Перевесил себе чёрные ножны от кинжала, их тоже покрывали бесконечные ряды чисел. Кругляш с шеи срезал и завернул в тряпицу. У меня был похожий. В кармане нашёл необычный компас с одинокой стрелкой, завернул туда же.

На запястье виднелся тонкий ожог. Задрав рукав, я обнаружил, что всё предплечье покрывала знакомая спираль с рядами чисел. Вероятно, появилась у него в тот момент, когда он воткнул кинжал в спину.

Седые спутавшиеся волосы, длинные уши. Да это эльф! Я вспомнил, как он ломился через лес. Эльфы так не ходят. Не могут. Их с детства приучают, вбивают на уровне инстинктов. В добавок убогое жилище и неряшливость. Это был какой-то неправильный эльф. Взгляд скользнул на кровавое пятно на одежде.

Две глубокие раны от топора на шее. Не обработаны и не перевязаны. Как же он бежал в таком состоянии? Ответов не прибавилось, а вот несостыковок — хоть отбавляй. Надо бы обыскать и другие помещения.

Я осмотрелся и только сейчас заметил странный прозрачный купол над обеденным столом. Сама комната выглядела неухоженной. Грязная кружка из-под отвара в раковине и горка немытой посуды. И при этом на столе под куполом стоял свежий пирог и кувшин молока.

Я устало присел на единственный табурет в комнате. И только тут понял, что оказался под куполом. Смрад как отрезало. Ноздри заполнил одуряющий запах свежей выпечки. Я сглотнул накатившую слюну и потянулся к пирогу.

Ел жадно. Вишнёвый пирог оказался горячим, а молоко холодным. Остановился только, когда всё съел и всё выпил.

Я обвёл комнату сытым взглядом. Стены внезапно качнулись, а в глазах потемнело. Я мешком повалился на пол.

Глава 2

Очнулся я от невыносимой головной боли. Кое-как выбравшись на свежий воздух, я несколько минут тупо сидел на крыльце и боялся пошевелиться.

Светало. В ветвях противно каркнула ворона. Неприятный звук эхом пронёсся по пустой голове.

Расфокусировав взгляд, я попытался расслабиться. В груди поселилось странное неудобство, как будто надел чужую обувь. Захотелось встать и встряхнуться, чтобы вещь села ровно. Только страх перед новым приступом боли остановил порыв.

И вообще, зачем держать ядовитый пирог в доме? Сначала я возмутился, потом нахмурился. Кто-то решил отравить эльфа.

А меня почему яд не взял? Молодой и крепкий организм против старого и немощного? Эльф реально был тощим. Тьма его забери, я ведь слопал целый пирог! Всю ночь провалялся, пока организм вырабатывал противоядие. Ну или я что-то о себе не знаю. Я нервно захихикал и подозрительно осмотрелся.

А собственно, что это за место? Первую мысль, что это форпост на подходе к деревне фанатиков, отмёл сразу. Хижина была запущена, будто её давно не использовали по назначению. Что он вообще тут делал? Эльф жил здесь временно, вон травы развесил. Удобная отмазка, скажет, что пошёл редкие растения собирать. Любой проверяющий увидит пучки и успокоится.

Вполне может быть, что пирог — это личные счеты. Кто-то из фанатиков решил убрать его, пользуясь удобным случаем. И этот кто-то может вернуться. Я не о том думаю. Он не готовил еду сам! Так что придут, ещё как придут. Может даже к завтраку, а значит, не так-то и много времени у меня осталось.

Надо быстро закончить обыск дома. Там была ещё одна комната, поменьше. Я поднялся со ступенек, натянул рубаху на нос и шагнул внутрь. Перед дверью поставил пустое ведро, звякнет, если кто войдёт.

Тесный кабинет пробуждал безысходность. Пыль, грязь и бардак. Стол, стул и небольшой шкаф. Он-то и привлёк моё внимание. Среди хлама стояли магические книги, один вид которых вызывал трепет. Книга, объятая пламенем, или обёрнутая водой. Я с усилием отвернулся и направился к столу. Там была разложена большая карта леса и главной реки. С надписями.

Бросились в глаза говорящие названия. Города: Магов, Читальня, Артефакторов, Ярмарка. Место, куда я мысленно поселил фанатиков, называлось деревня Кожевник. Ну, не знаю… Может, они шифруются? Не будут же они себя называть деревня Ритуалистов?

Я ещё раз пробежался взглядом по карте. Плотность населения невысокая. Если меня нанял влиятельный человек или могучий маг, то жить он должен в крупном городе. Подозреваемых наверняка можно по пальцам пересчитать. Думаю, искать надо там.

Наиболее вероятным казался город Магов. Он был единственный за высокой крепостной стеной. Вернее, их было две. Внутри самого города была ещё одна, скорее декоративная. Туда пойду.

Оставался ещё вариант с городом Артефакторов. Карта травника, по сравнению с моей смотрелась жалкой поделкой. Так что изготовитель карты мог быть известным артефактором. Да и другие находки на поляне хорошо бы показать, чтобы разобраться, что это.

Я быстро прикинул маршрут: деревня Кожевник, через проход между горами до города Артефакторов, а там переправлюсь через реку, и в город Магов.

Отыскал по-быстрому городок, из которого зашёл в лес, он назывался — Охотник. Скудная местность над ним — Пустоши. А находился я в Запретном лесу. Дурно пахнуло магической катастрофой. То, что здесь повышенное содержание маны, я уже убедился — звери изменённые.

Я свернул обе карты и убрал за пазуху. Взгляд упал на листок бумаги, на котором был написан рецепт какого-то зелья. Названия ингредиентов мне ни о чем не говорили. Какие-то травы и органы животных. Часть дозировки была зачеркнута и выставлены более крупные значения. Примечательно, что в составе были ягоды. Вишнёвый пирог? А что, если эльф и не собирался есть пирог сам? Что, если он собирался кормить им кого-то другого? Покупателя.

Я застыл, поражённый новой догадкой. Перевёл взгляд на шкаф. Книги. Эльф был здесь из-за книг. Но расставаться с таким сокровищем он не собирался. И меня… меня сюда послали за этими книгами! Ну, а зачем же ещё?

Я быстро залез в кошелёк, чтобы проверить догадку. Золота у меня было много, но эти книги, они бесценны. Допустим, один великий маг решил продать их другому. Одно это прозвучало, как бред. С такими вещами не расстаются, а значит они ворованные. Теперь идти к потенциальному заказчику было опасно. Я ж легко могу попасть к тому, кого обокрали. Нет! Я должен вспомнить!

На полке стояло двенадцать томов, и все очень разные. По первому корешку бежал огонь. Однако он не перекидывался на соседнюю книгу, щедро украшенную драгоценными камнями. «Ответы», — прочитал я. Мне как раз нужны ответы.

Я осторожно тронул корешок. Огонь не обжигал. Я медленно потянул книгу на себя и раскрыл в произвольном месте.

«Знать и понимать — разные вещи. А, учитывая субъективность собственного восприятия, истина всегда остаётся где-то там».

Перевернул наугад, но и там меня ждала какая-то заумная дичь. Я разочарованно захлопнул книжку, и та в ответ пыхнула в лицо жаром. Я аккуратно положил книгу на стол. В пустоту мироздания такие ответы!

Книги надо срочно вынести, да и вообще убираться отсюда поскорее. Я оглядел кабинет в поисках куска ткани, куда можно завернуть всё это богатство. Ничего подходящего не было. Тогда я выдернул из стола верхний ящик, и высыпал содержимое на пол.