Миссия в июнь 1939 года

За полчаса до полуночи три человека вышли из здания дачи и быстро забрались в легковушку, стоящую у калитки штакетника, запустился двигатель, и машина тронулась по подсыпанной мелким гравием дороге. Встречных машин не было, и водитель довольно быстро домчался до одиноко стоящей на окраине леса другой дачи, огороженной небольшим забором. Предусмотрительно выключив свет, он остановился метров за сто от нее. Майор обратился к спутнице: «Готовь шприц со снотворным». Та быстро достала из сумки коробочку из нержавеющей стали, достала ампулу и, отломив конец, наполнила шприц. Они вышли наружу. Тихонько оторвав несколько досок от забора, Артем пробрался внутрь участка, затем за руку помог спутнице перебраться к нему. Тихонько подкравшись сбоку к зданию, он остановился, видя, что на крыльце дежурит охранник, он негромко стукнул по стене, но так, чтобы тот услышал. Оглядевшись вокруг, в свете молний дежуривший вынул наган и направился прямо к стоящим за углом людям. Как только он поравнялся с ними, майор не сильно, но резко ударил его ребром ладони по горлу, тот присел, хватая воздух ртом. Артем обхватил его шею локтем и дал знак Нете, та, задрав плащ-палатку, вонзила иголку шприца в руку охраннику. Через минуту тот перестал сопротивляться и обмяк. Подтащив парня к углу здания, где было сухо, майор быстро перочинным ножом вынул штапик из большого окна летней веранды, затем стекло и ловко забрался внутрь. «Жди крика совы», – сухо приказал он спутнице и исчез во тьме.

Терраса дачи старшего майора Гришаева, 00:00

Уже несколько часов шел заунывный дождь, не приносящий разрядки атмосферы, и вся природа ожидала грозу. Лазарь Гришаев с женой Саррой уже собирались ко сну после обильного застолья с выпивкой. Было очень душно, и заснуть даже в гостиной представлялось невозможным.

– Дорогой, – простонала изнеженная супруга, – давай ляжем на террасе, там больше воздуха, я постелю там, – через полчаса они лежали на разложенном диване, и она вновь обратилась к мужу. – Ты все опасаешься мести за того нищеброда Ваньку Шлыкова с его дурой женой-гойкой?

Он посмотрел захмелевшими глазами на жену и невнятно промычал:

– Ты видишь, что делается? Сущий ад на улице.

В этот момент огромный ствол молнии ударил в землю рядом с домом и раздался такой грохот, что в окнах зазвенели стекла.

У женушки апломб враз весь пропал. Прижавшись к мужу она, стуча зубами, пробормотала:

– Чай ничего, все-таки охранник на крыльце и пистолет у тебя под подушкой.

Он обнял ее правой рукой и, обдав водочным запахом, буркнул:

– Давай спать, – через несколько минут она мирно засопела.

…Что-то сильно стукнуло внутри террасы и муж, спавший неглубоко, открыл глаза: гроза успокоилась, и было тихо, лишь дальние отблески молний периодически освещали помещение террасы; в дальнем углу был виден силуэт человека во всем белом, у энкавэдэшника мурашки пошли по коже, он хотел достать из-под подушки наган, но его там почему-то не оказалось. Дрожащим голосом он спросил: – Кто ты, что тебе здесь надо?

– А ты подойди поближе, – глухим голосом, растягивая слова, произнес силуэт и стал манить белой рукой.

С легкой дрожью в ногах мужчина подошел к стоящему в углу и в ужасе отпрянул назад, защищаясь руками:

– Нет! Этого не может быть, Ванька Шлыков, я сам видел, как тебя расстреляли, ты не мог никак сюда явиться!

Призрак в белой одежде плавно подошел к упершемуся задом в стол старшему майору и схватил его руками за горло, в ужасе негодяй наблюдал перед собой белое, как снег, лицо с черными впадинами глаз и стучавшими в злобе зубами.

– А разве к таким негодяям приходят только живые? Я решил мертвый к тебе прийти и послушать, как ты оболгал мою Марфу в колдовстве, а меня в том, что прикрываю заговор против наркома Ежова. Хоть раз в жизни скажи правду, ха-ха-ха-ха, – раздался ужасный смех призрака. Старший майор весь трясся от страха, дышать ему было тяжело, так как призрак душил его, но и все члены свела судорога, он не мог ни пошевелиться, ни выдавить ни слова. – Раз ты не хочешь ничего говорить мне, тогда позову из могилы свою жену, пусть она поговорит с твоей благоверной.

Раздался громкий и протяжный крик совы, дверь на террасу скрипнула, и в открывшемся проеме замаячил еще один призрак в светлом плаще и белом берете, он с вытянутыми руками направился к кровати жены, которая проснулась и в ужасе наблюдала происходящее. Подойдя к трясущейся Сарре, призрак женщины оскалился черным ртом и прошипел:

– Рассказывай, гадина, как твой мерзавец честным людям дела шил, как моего Ваню под пулю подвел, иначе выдавлю твои поганые глаза, – он согнул свои длинные пальцы, чтобы вцепиться ей в лицо, полное ужаса!

– Не надо, я все расскажу, – заревела Сарра и уже сквозь слезы продолжала. – Ежову не нужен был Шмелев, так как он тяготел к Берии, и он начал убирать его людей. Когда очередь дошла до майора Шлыкова, Лазарь ввел в дело болтавшегося у него на крючке педераста из наркомата торговли, и тот дал ложные показания на Вас, – она заверезжала и закрыла лицо скрещенными руками.

Призрак, держащий за шею Лазаря, несколько ослабил объятие и шипящим голосом спросил:

– Куда же ты дел этого твоего свидетеля? Говори, – при этом он поднес к глазам остолбеневшего энкавэдэшника светящуюся матовым светом штуковину. – Рассказывай, иначе сейчас ты ослепнешь.

Еще больше испуганный таким необычным свечением старший майор рассказал, как убил лжесвидетеля и закопал его в лесу примерно в километре отсюда:

– Но это еще не все. Комиссар Госбезопасности 3-го ранга Палевский, старшие майоры Гриневич и Норт, майоры Чебукович и Платонов – вместе мы составили группу с целью устранения Шмелева, чтобы подобраться к Берии и затем потихоньку сместить его.

– Превосходно! На первых порах этого достаточно, остальное потом выложишь, – неожиданно призрак сильно ударил энкавэдэшника в солнечное сплетение, и тот, потеряв сознание, рухнул на пол. Завернув ему руки за спину и надев на них наручники, привидение подошло к испуганной жене. – Говори, сучка, где твой ублюдок прячет копию дела на меня? Иначе ослеплю и живую в землю закопаю, узнаешь, как лежать там, на глубине метр восемьдесят, – он поднес к ее глазам светящийся аппарат и потянулся к ее горлу.

– Я хочу жить, только не закапывайте меня! – истерично заверещала испуганная до предела баба. – У мужа в кармане ключи от сейфа, который находится в гостиной за картиной.

Вынув из кармана лежащего на полу старшего майора ключи, быстро отыскав в зале картину, Артем вынул оттуда несколько папок с делами, снова запер сейф, вытер ручку и ключи платком, вернулся на террасу. Подойдя к Сарре, он уже с ухмылкой сказал:

– Все, голуба, протягивай ручки, я и тебе браслетики надену, в них ты будешь лучше смотреться.

Было уже без четверти два, когда, затащив охранника в помещение дачи, Артем с Нетой подвели супругов Гришаевых к легковушке, стоящей на обочине.

– Куда вы нас повезете? – изумленно спросил очухавшийся Лазарь.

– На тот свет, соколики, на тот свет, – засмеялся майор и затолкал обоих в эмку. Когда Нета села спереди, дал распоряжение водителю. – Давай, сержант, на дачу Шмелевых.

Дача комиссара Шмелева

Какой был пассаж, когда перед глазами не спавшего комиссара 2-го ранга предстали ничего не понимающие Лазарь и Сарра Гришаевы, они стояли посреди гостиной, щурясь от яркого света лампочки, висевшей над ними. Комиссар несколько раз обошел их, убедившись, что они в наручниках, покачал головой и улыбнулся в адрес стоящих чуть вдалеке молодых людей. Было видно – он торжествовал. Можно было только догадываться, что думал этот абсолютно честный человек в этот момент, когда справедливость и правда готовились восторжествовать над злом и подлостью. Майор подошел к комиссару и передал ему несколько папок, изъятых на даче Гришаевых, сверху было дело Шлыкова.

– Что, Лазарь, – обратился к нему комиссар, – похоже, ты все-таки докрутился, и на сей раз дружки тебе не помогут.

– Как все это понимать? И что это за театральные постановки, кто эти люди, которые проникли к нам на дачу? – дрожащим голосом спросил Гришаев, немного овладевший собой. – Дешевые приемы применяете, Игорь Витальевич.

Комиссар взял левой рукой Лазаря за воротник плаща:

– Не тебе меня судить, ублюдку, который всех своих подозреваемых допрашивал с пристрастием, даже сам на других допросах выступал, как заплечных дел мастер, замучил и отправил на тот свет не один десяток людей. Теперь сам на себе сполна испытаешь все прелести машины, разработанной твоим патроном Ежовым, дай Бог, чтоб ты оказался ее последней жертвой, – он приказал стоящему у двери сержанту отконвоировать обоих в гараж и там запереть до утра. Подойдя к молодым людям, Игорь Витальевич поцеловал Нете кончики пальцев, а Артему крепко пожал руку и обнял. – Какие слова придумать мне, чтобы выразить всю ту благодарность, которую я сейчас к вам обоим испытываю?! Доброе имя Вани Шлыкова и его жены будет восстановлено, – комиссар стоял со слезами на глазах. – Что смотрите и улыбаетесь? Идите смывайте этот ужасный грим и отдыхайте, завтра отправлю гадов в Москву и поговорим.

…Утро 11-го июня было теплым и солнечным. Дверь на веранде дачи была открыта, и в проем было слышно щебетание птиц, которые, как и люди, радовались наступившему летнему дню. Таисия Олеговна уже накрыла утренний стол, на котором кроме самовара и чайных приборов стояло варенье и сахар в небольших хрустальных вазах, а также белый хлеб и масло на расписанных глазурью тарелках. Потихоньку за стол стали стекаться домочадцы: Татьяна Сергеевна заботливо намазала маслом ломтик белого хлеба и подала сыну, который сегодня был в хорошем расположении духа и даже весело, по-мальчишески улыбался; доктор вышел в белой, расшитой на украинский манер рубахе, вежливо пожелал всем доброго утра; молодые люди присоединились к общей компании, и Артем заботливо наливал всем чай в чашки из самовара.

– А, скажите, Иван, – обратилась к нему хозяйка дачи, – как Вам у нас здесь, нравится, или что-то не так?

Вы все молчите.

– Здесь все превосходно, даже хлеб! Признаюсь, честно, никогда не ел такого. Видимо, там, где я живу, эти технологии оказались утерянными, я уж не говорю про воздух елового бора, который просто звенит в ушах, – редкое явление. Вот хотим прогуляться после завтрака, пока Игорь Витальевич не вернулся, если Вы не возражаете.

– Конечно, не возражаю. Здесь еще есть прекрасная река, с полкилометра строго на юг, там у нас лодка даже привязана, можете взять ключ от замка и покататься, прекрасные места!

Сын, уже допивший свою чашку чая, вдруг встрепенулся:

– Мам, могу я пойти с дядей Ваней и с тетей Нетой на речку? Уж так на улицу хочется в такой солнечный день!

Мать перевела взгляд на сидевших напротив молодых людей:

– Если они захотят взять тебя с собой, я не против.

Нета поблагодарила хозяйку и домработницу за угощение и, встав из-за стола, подошла к мальчику, поцеловав его в щечку:

– Давай, Васек, иди собирайся. Только белую панаму от солнца не забудь, чувствуется, будет очень жарко. Игнатий Семенович, может, и Вы присоединитесь к нам? – обратилась она к доктору. Тот, немного задумавшись, все же отказался, сославшись на необходимость ознакомиться с несколькими медицинскими журналами, где имеется несколько новых монографий.

Они втроем не спеша брели по лесной дороге, ведущей к реке, наслаждаясь теплотой и свежестью июньского утра. Вдоль дороги, у края леса, было много уже поспевшей лесной земляники, и Вася, быстро набрав ее, угощал идущих с ним взрослых. Неожиданно из чащи выбежал лосенок и, остановившись поперек дороги, удивленно смотрел на людей, шевеля длинными ушами. Мальчуган, быстро набрав полный кулак ягод, предложил их лосенку, тот, сначала немного не доверяя, все же вытянул губы и отправил ягоды в рот, Вася погладил его лоб и потрепал загривок. Всю дорогу, пока шли до реки, маленький сохатый шел за людьми, надеясь получить еще лакомства. В летнем лесу было необычайно красиво: ельник иногда переходил в молодой березняк, и ветки берез гирляндами свисали над дорогой, шелестя молодой светло-зеленой листвой; обилие цветов по обочинам дороги радовало душу и ласкало глаз своим разнообразием; запах от цветов и спелых ягод был потрясающим. Артем поднял голову и посмотрел на небо, оно было синим-синим, а высокие кучевые облака выстраивались во всевозможные воздушные замки.

– Просто в голове никак не укладывается, – вслух произнес он, обращаясь к возлюбленной. – У нас и лес, и небо, и облака точно такие же. Как такое вообще возможно? Ведь 100 лет разница, целый век, фантастика!

Молодая женщина крепко сжала ему руку:

– Знаешь, я сама об этом тоже только что подумала. Мне это вообще трудно понять, мне кажется, что ты просто шел куда-то по лесу и мы случайно встретились. Все уже случившееся мне еще долго нужно будет как-то внутри переосмысливать.

В такой непонятный разговор взрослых неожиданно вмешался подросток, шедший сзади с лосенком:

– Дядь Вань, отец давал мне в руки свое оружие, у него наган, у Вас такой великолепный пистолет, я такой вижу впервые, разрешите подержать в руках, так хочется посмотреть, – Артем вынул сзади из-за ремня ТТ, разрядил его и, сделав контрольный выстрел в землю, передал мальчугану, тот с блеском в глазах взял оружие в руки и стал рассматривать. Не прошло и минуты, как послышался его новый вопрос. – Дядь Вань, а год на пистолете выбит 1952-й. Я знаю, у нас таких еще нет на вооружении.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Молодые красавчики от безделья найдут себе девочек из деревень, приоденут их в Москве и сразу же потащат в театр.

2

Органы НКВД, где я имею честь служить, мало интересуются сельской интеллигенцией, так как в ней мало гнили, а вот среди трухлявой интеллигенции Москвы часто встречаются враги народа. Предъявите ваши документы, а там уж разберемся.

3

Почему английский? Все сейчас взялись за немецкий, ввиду надвигающейся угрозы.

4

Видите ли, в том мире, где я живу, СССР доминирует, но английский язык остался языком международных отношений, мы не захотели здесь ничего менять.