Читать книгу Венец (Сигрид Унсет) онлайн бесплатно на Bookz (24-ая страница книги)
bannerbanner
Венец
ВенецПолная версия
Оценить:
Венец

4

Полная версия:

Венец

А теперь у нее такие же жаркие глаза – и она добилась своего. Она сидела в полутени, прислонясь к шелковым подушкам постели. В мерцающем свете свечей она была вся золотая – золотой венец, золотая рубашка, золотые волосы на обнаженных золотых плечах… И глаза у нее не были уже больше скромны.

Отец содрогнулся от стыда.

Хотя сердце у него обливалось кровью. За то, что не досталось ему самому! За жену, лежавшую тут, рядом с ним, которой он не мог дать того, чего она хотела.

До боли чувствуя к ней жалость, он нащупал в темноте руку Рагнфрид.

– Да, мне кажется, мы с тобой хорошо жили, – сказал он. – Я думал, ты горюешь о наших детях… И что ты от природы такая грустная. Но мне никогда не приходила в голову мысль, что я, быть может, не был тебе хорошим мужем!..

Рагнфрид дрожала, словно тело ее сводили судороги.

– Ты всегда был хорошим мужем, Лавранс!

– Хм!.. – Лавранс сидел, упираясь подбородком в колени. – И все же для тебя, может быть, было бы лучше, если бы ты вышла замуж так, как наша дочка нынче…

Рагнфрид вскочила и вскрикнула низким, резким голосом:

– Ты знаешь?.. Как ты узнал? Давно ли ты знаешь?

– Я не знаю, о чем ты говоришь, – сказал Лавранс немного спустя странным глухим голосом.

– Я говорю о том, что я не была девушкой, когда стала твоей женой, – отвечала Рагнфрид, и голос ее был ясен и звонок от отчаяния.

Немного погодя Лавранс ответил тем же голосом, что и раньше:

– Этого я никогда не знал – до сегодняшнего дня.

Рагнфрид лежала на сене, содрогаясь от рыданий. Когда приступ прошел, она приподняла голову. В отверстие в стене начал уже просачиваться слабый серый свет. Она могла уже различить фигуру мужа – тот сидел, обняв колени руками, неподвижный, будто окаменевший.

– Лавранс… Скажи мне что-нибудь! – взмолилась она.

– Что же ты хочешь услышать от меня? – спросил он, не двигаясь.

– О, я не знаю… Чтобы ты обругал меня, побил!..

– Теперь это было бы, пожалуй, немного поздно, – сказал муж; в голосе его прозвучала как бы тень насмешливой улыбки. Рагнфрид снова заплакала.

– Тогда я не думала о том, что обманываю тебя. Мне казалось, что я сама была так обманута и так обижена! Никто не щадил меня. Ко мне явились с тобою, – я ведь видела тебя всего три раза до свадьбы, – мне казалось, что ты совсем еще мальчик, белый и румяный, такой молоденький и по-детски простой…

– Я и был таким, – сказал Лавранс, и голос его на этот раз зазвучал увереннее… – И потому мне хотелось бы думать, что ты как женщина должна была бы больше бояться… обмануть… обмануть юношу, который был так молод, что ничего еще не понимал.

– После я и сама это поняла, – рыдая, сказала Рагнфрид, – когда узнала тебя. Очень скоро наступило время, когда я согласилась бы двадцать раз отдать свою душу, только бы не чувствовать своей вины перед тобой!

Лавранс сидел молча и неподвижно; жена опять сказала:

– Ты ни о чем не спрашиваешь?

– К чему? Это был тот… Это с его гробом мы встретились на Фегинсбрекке, когда носили Ульвхильд в Нидарос?..

– Да, – сказала Рагнфрид. – Нам пришлось сойти с дороги прямо на луг. Я видела, как его тело проносили мимо на носилках, окруженных священниками, монахами и вооруженными слугами. Я слышала, что он умер хорошей смертью, примирившись с Богом. Я молилась, пока мы стояли с носилками, на которых лежала Ульвхильд, чтобы мои грехи и моя скорбь были положены к его ногам в день Страшного суда!..

– Да. конечно, об этом ты и молилась! – сказал Лавранс, и та же тень насмешки снова зазвучала в его голосе.

– Ты не все еще знаешь, – сказала Рагнфрид в холодном отчаянии – Помнишь, он пришел к нам в Скуг в первую зиму после нашего брака?..

– Да, – ответил муж.

– Когда Бьёргюльф боролся со смертью… О, в тот раз никто не щадил меня! Он был пьян, когда поступил так со мною… А потом сказал, что никогда не любил меня и не хочет брать меня в жены, он просил меня забыть все… Отец мой не знал об этом, он не обманывал тебя, никогда не думай этого! Но Тронд! В то время мы были с ним большими друзьями, и я пожаловалась ему. Он хотел угрозами заставить этого человека жениться на мне… Но он был только мальчиком, и его отколотили… Потом он посоветовал мне молчать об этом и выходить за тебя…

Она посидела немного молча.

– Когда он приехал в Скуг… Прошел уже целый год; я не задумывалась особенно над этим. Но он приехал туда, сказал, что раскаивается, что теперь он хотел бы взять меня в жены, если бы я не была замужем… что он любит меня. Так он говорил!

Один Бог знает, говорил ли он правду. Когда он уехал, я не смела броситься в фьорд, не смела из боязни греха… и ради ребенка, которого ждала… И потом… И потом я начала уже так любить тебя! – Она вскрикнула, словно от невыносимой муки. Муж быстро повернул к ней голову.

– Когда родился Бьёргюльф – о, мне казалось, что я люблю его больше собственной жизни! Когда он лежал, борясь то смертью, я думала: угаснет он – умру тогда и я! Но я не молила Бога пощадить жизнь мальчика…

Лавранс очень долго сидел молча, прежде чем спросил мертвым и тяжелым голосом:

– Оттого, что я не был его отцом?

– Я не знала, был ли ты его отцом! – сказала Рагнфрид, вся похолодев.

Долго сидели они молча, в мертвой тишине. Вдруг муж спросил пылко:

– Во имя Бога, Рагнфрид, зачем ты рассказываешь мне все это теперь?

– Ах, не знаю! – Она заломила руки так, что пальцы захрустели в суставах. – Чтобы ты мог отомстить мне! Прогони меня из своего дома!..

– Неужели ты думаешь, это мне поможет? – Его голос дрожал от презрительной насмешки. – А потом у нас есть дочери, – тихо сказал он, – Кристин… и малютка.

Рагнфрид некоторое время сидела молча.

– Я помню, как ты осуждал Эрленда, сына Никулауса, – тихо сказала она. – Какой же приговор ты произнесешь тогда надо мной?..

По телу Лавранса медленно пробежала холодная дрожь, и это вывело его немного из неподвижности.

– Ты жила… Мы прожили с тобой почти двадцать семь лет! Это не то, что судить о чужом человеке! Я понимаю, что тебе за все эти годы было хуже худого.

Услышав эти слова, Рагнфрид, рыдая, упала на сено. Она осмелилась протянуть руку и коснуться его руки. Лавранс не пошевелился и сидел тихо, как мертвый. Тогда Рагнфрид стала плакать все громче и громче, – муж продолжал сидеть все так же неподвижно, глядя на слабый сероватый свет, брезжущий вокруг двери. Наконец Рагнфрид смолкла и лежала тихо, как будто выплакав все свои слезы. Тогда Лавранс быстро погладил ее по плечу и руке. И Рагнфрид принялась опять плакать.

– Помнишь ли ты, – сказала она сквозь слезы, – того человека, который приходил к нам однажды, когда мы жали в Скуге. Того, который знал старинные песни? Помнишь ли одну из них – о мертвеце, который вернулся на землю из мира мучений и поведал сыну своему о том, что он там видел? Как слышался скрежет из глубины преисподней – это неверные жены мололи своим мужьям землю вместо хлеба! Окровавлены были те камни, которые они ворочали, окровавленные сердца висели из их грудей!..

Лавранс ничего не сказал.

– Все эти годы я думала об этих словах, – сказала Рагнфрид. – Мое сердце исходило кровью каждый Божий день, потому что мне каждый день казалось, что я перемалываю для тебя землю вместо хлеба!..

Лавранс сам не знал, почему он ответил на это так, как он ответил. Он чувствовал, что грудь его стала пустой и впалой, как у человека, которому вырезали на спине "кровавого орла"[60].

Но он тяжело и устало опустил руку на голову жены и проговорил:

– Земля ведь должна перемалываться, моя Рагнфрид, чтобы на ней мог вырасти хлеб.

Когда Рагнфрид хотела поцеловать его руку, он быстро отдернул ее. Потом взглянул на жену, взял ее руку, положил к себе на колени и приник к ней своим холодным, застывшим лицом. И так сидели они, не шевелясь и не разговаривая больше…

Примечания

1

Сил, – местность и долине Гюдбрандсдал, пересекающей центральную часть Южной Норвегии с севера на юг.

2

Фоллу – местность южнее Осло.

3

Во всех норвежских именах собственных ударение надает на норный слог Кристин, Лавранс, Инар, Йеслинг, Сюндбю. Рагнфрид и т. д.

4

Лагман – выборный или назначенный чиновник, наблюдавший за исполнением законов и имевший право чинить суд.

5

Ярл – в Скандинавии высшее знание после короля.

6

Нидарос – ныне Тронхейм, к те времена – самый большой город Норвегии. Здесь находился собор покровителя Норвегии святого Улана ТТ резиденции архиепископа.

7

Сетер – пастбище па альпийских лугах с пастушьей хижиной.

8

В старину в Норвегии летом спали на чердаке стабюра – сарая, строившегося в два этажа и ставившегося па четыре камня или на сваи. Внизу хранились разные продукты; перед входом на чердак была галерея, на которую вела открытая лестница

9

Долина Гюдбрандсдал делится на отдельные отрезки, совпадающие по большей части с церковными приходами и разделенные невысокими холмами. Вог, где была расположена усадьба Сюндбю, лежала в боковой долине выше (севернее), чем Силь, где был расположен Йорюндгорд. Ниже (южнее) долина тянулась через множество приходов вплоть до города Хамара.

10

Деревянные кровати, частично встроенные к стену горницы, имели вид ящиков, завешенных занавеской или запирающихся дверцами; у подножия такой кровати была деревянная ступенька.

11

Крестьянские гильдии – союзы крестьян-собственников и издольщиков, объединявшихся для взаимопомощи и защиты и выбиравших себе «патроном» какого-нибудь снятого.

12

Лишенными мира назывались люди, поставленные вне закона за кровную месть и другие преступления. Перед крестьянской войной XII-XIII веков и в последующие годы гражданской войны к горах укрывались крестьяне и издольщики, спасавшиеся от феодального гнета.

13

В домах не было окон и свет шел через отверстие в крыше над очагом, закрывавшееся деревянным засовом или ставней.

14

Имеются в виду латинские слова католического богослужения.

15

Имеется в виду Томас Бекет из Кентербери (1118-1170), английский политический и церковный деятель.

16

Минориты – орден нищенствующих монахов, то же, что францисканцы.

17

Христос родился! (лат.)

18

Где, где, где? (лат.)

19

Вифлеем, Вифлеем, Вифлеем! (лат. искаж.)

20

Пойдем, пойдем! (лат.)

21

Хочу, хочу, хочу! (лат.)

22

По-видимому, имеется в виду Нигебёсрг Датская, жена короля Магчуса IV (1263-1280).

23

Титул «господин» перед именем давался людям, посвященным в рыцари; перед именем жены рыцаря ставился титул «фру».

24

Имеется к виду Эйрик II (1260-1299), сын Магнуса IV.

25

Под знатными (по-норвежски буквально: большими) людьми имеются в виду как рыцари, так и родовитые и богатые свободные крестьяне (бонды), носящие оружие и нередко ведшие феодальное хозяйство.

26

Маргрет – жена короля Хокона IV Старого, внука Сверре.

27

Скюле – вождь партии баглерон

28

Почетным местом называлось возвышение под балдахином на столбах у одной из стон горницы, где сидел хозяин дома иди почетный гость; остальные сидели на скамьях.

29

То есть сто лет назад.

30

Женские скамьи ставились вдоль коротких стен, поперечно к мужским, длинным скамьям.

31

Тинг – род веча. Тинги бывали местные и областные.

32

Эуфемия – жена короля Хокона V, царствовавшего в Норвегии в то время.

33

Хуведёй – остров в глубине Ослофьорда, перед входом в порт Осло, в старину славившийся своим монастырем.

34

Основатель царствовавшей и Норвегии династии, король Сверре, глава биркебейнеров, был сыном гребенщика, хотя выдавал себя за королевского сына.

35

В средневековой Норвегии за календарным счетом времени следили только церковники, имевшие таблицы для расчета тех праздников и постов, которые не связаны с определенной датой, а зависят от фаз луны и т. и. (например, Пасха), и для их соотнесения с праздниками, рассчитываемыми но солнечному календарю. В быту время считали не но месяцам и числам месяца, а от праздника к празднику. Важнейшими праздниками, но которым население ориентировалось во времени, были: Сретение (2 февраля), Григорьев день (13 февраля), Благовещение (Мариин день, 25 марта), день начала лета (14 апреля), день Халварда (15 мая), Иванов день (21 июня), день мужей из Сельс (8 июля), день Улава (29 июля), день Лаврентия (10 августа) , Варфоломеев день (24 августа), Рождества Богородицы (Мариин день, 8 сентября), Воздвиженье (14 сентября), Матвеев дет. (21 сентября), Михайлов день (29 сснтября), день начала зимы (14 октября), Симонов день (28 октября), день Клемента (Зю ноября) и Рождество (неделя, начиная с 25 декабря).

36

Агнец Божий (лат.) – род талисмана с изображением ягненка, символизирующего Христа.

37

Эйкаберг – высокая гора на юго-восточной окраине Осло.

38

Трэлаборгская дорога вела на юг, вдоль фьорда, но склонам горы Эйкаберг, и сторону южной Швеции.

39

В старонемецком языке было достаточно слов, похожих на старонорвежские, чтобы Кристин могла с пятого па десятое попять, что си говорят по-немецки. Прнисдсимые здесь немецкие слона означают «поцелуй» и «кошелек».

40

Гердарюд – местность южнее Осло, где была расположена усадьба Осмюнда, дяди Кристин, – Скуг.

41

Рукава носились отдельно, не пришитые.

42

Холугаланд область в Норвегии, у Полярного круга.

43

Варгёйхюс – город на самом севере Норвегии.

44

Халланд – местность , на юге Швеции, и то время датская.

45

При аббатстве снятой Женевьевы (по-норвежски – Геновевы) находился Сорбонский университет и Париже.

46

Только девушки могли ходить с распущенными полоски и непокрытой головой. Замужние женщины были обязаны прятать полосы под повязку или платок.

47

Король Эйрик II (1280 – 1290), брат предшественник короля Хокона V, был женат на Изабелле (по-норвежски – Исабель), дочери шотландского короля Роберта Брюса.

48

Акерснесе – мыс в порту Осло с городской цитаделью.

49

Имеется в виду король Хокон IV Старый (1217 – 1263).

50

Имеется в виду малолетний шведский король Магнус.

51

Горе земле, где царь ребенок (лат.).

52

Удачно (старофранц.)

53

В Тюнсберге умер король Хокон V, отец Ингебьерг.

54

То есть из Хюсабю.

55

«Святая кровь» – якобы капли кропи распятого Христа, хранившиеся и монастыре и Шверине (Северная Германия) и особенно почитавшаяся скандинавскими пилигримами.

56

То есть с 1280 года, следовательно – уже около сорока лет.

57

Рак (лат.).

58

Хатт – одно из воплощений Одина, главного Бога древнескандинавской мифологии.

59

То есть немного менее килограмма чистого серебра.

60

«Кровавый орел» – казнь, которая применялась во времена викингов. Осужденному вырезали ребра со спины и вырывали через рану легкие и сердце. Иногда приговоренные к казни сами просили вырезать им «орла», чтобы доказать снос мужество и презрение к смерти.


Вы ознакомились с фрагментом книги.

bannerbanner