Нашлась принцесса! Но неприятности продолжаются

Как трактовать этот дурацкий сон?!

Мелен уже не спал, занимался готовкой и посмотрел на меня с беспокойством.

– Что тебе привиделось?

– Это личное, – сухим горлом сглотнула я.

– Ах, простите, Ваше Косичество. Как я посмел интересоваться?

Ладно, о видении поразмыслю в другое время, не под пристальным взглядом стальных глаз.

Чтобы хотя бы просто сходить в туалет и не сдохнуть при этом от переутомления, я наложила на себя три заклинания, а потом ещё столько же – на Мелена. Настолько паршиво физически я ещё никогда себя не чувствовала. Даже со сломанной лодыжкой и ночёвками в кладовке дело обстояло лучше.

Как там говорил мой герой? Дракон сжевал и выплюнул? Отличное описание, только в данном случае меня пережевали и выплюнули горы.

Мелен приготовил сытный вечерник, только есть особо не хотелось.

– Я никуда не пойду, – честно сказала ему.

– От дома нас отделяет всего одна ночь пути. Там есть сладости, горячая вода, мягкая постель, вкусный свежий хлеб…

– Мне всё равно, – закрыла я глаза и легла на живот, страдая от того факта, что у меня в организме так много мышц. – Мелч, дай накопитель.

Одним махом высосала из него всю энергию, наложила по новой три заклинания – обезболивающее и противовоспалительное, а также снимающее отёки, потому что руки натурально опухли.

Полегчало.

– Ночью здесь будет ужасно холодно, – продолжал увещевать Мелен.

– Смерть от холода милосердна. Мы просто уснём и не проснёмся.

– Заблуждаешься. Бывает такая гипотермия, при которой суженные на холоде сосуды вдруг резко расширяются, и человек начинает раздеваться. На морозе, на снегу, на ветру. Человеку дико жарко, и он умирает ещё быстрее, сходя при этом с ума. Нет, Валюха, умирать вообще не особо приятно, я пару раз пробовал – ощущения наигнуснейшие. Но если ты действительно не можешь идти, то какое-то время я тебя понесу. Рюкзак стал сильно легче. Если кинуть здесь подстилку, спальник, бухты верёвок и остальное ненужное…

– Хватит называть меня Валюхой!

– Ладно. Если ты сейчас встанешь и пойдёшь, я буду называть тебя Валери. Даю слово.

– Ты сволочь, Мелен. И нет, я не встану, даже если ты пообещаешь на мне жениться.

– Так, ты кто такая и где моя Валюха? – обеспокоенно спросил Мелч, но я закрыла глаза и сделала вид, что ничего не слышу.

Он устроился рядом, усадил меня и начал насильно кормить. Вероятно, это было к лучшему. Не факт, что мои пальцы удержали бы ложку.

– Это последний марш-бросок, я обещаю, – тихо уговаривал Мелен. – Я знаю, как нечеловечески ты устала, но осталось совсем немного. Я буду тебя поддерживать на ходу. Всего одна ночь – и мы дома. В тепле, в комфорте, в сытости.

– Мы и так не голодаем.

– Лично я голодаю, – не согласился Мелен. – Я последние дни даже на тараканов поглядывал как на источник приятно хрустящего на зубах диетического мяска. Просто если бы я ел, сколько хотел, продуктов нам бы хватило на пару дней всего.

– Поешь травы…

– Я же не козёл.

– Очень спорное заявление, – настала моя очередь не соглашаться.

– Вот ты и прокололась, Валюха. Если есть силы язвить, то силы идти домой тоже есть. А дома я тебя познакомлю с дедом. Знаешь какой у меня шикарный дед? У него почти на каждый случай жизни есть прибаутка. Мало того, что похабная, так ещё и рифмованная! Просто лингвистический экстаз! У вас во дворце такого точно не найти, там одни зануды. Пойдём поскорее, он уже не так молод, чтобы долго ждать возможности оказать на тебя крайне дурное влияние.

– У меня нет сил… – честно сказала я, снова закрыв глаза.

– Возьми у меня или из накопителей.

– Моральных и физических, а не магических… И я просила не называть меня Валюхой.

– Это бесчеловечная просьба, но я готов её исполнить, если ты встанешь и пойдёшь.

– Шантажист, демагог, пошляк, бабник и… и…

– Кучерявый красавец? – услужливо подсказал Мелен.

– Мохнатое чудовище, – выдохнула я.

– Ладно, ты не оставляешь мне выбора.

Мелч собрал лагерь, упаковал оба рюкзака в один, а затем сгрёб меня в охапку вместе со спальником.

– Не-е-ет! – запротестовала я.

– Да, – отрезал он, рывком поднял и взвалил себе на плечи.

Сделал несколько уверенных шагов и схватил пятернёй за задницу – видимо, ради удобства.

Минут пять я повисела на его жёстких плечах, испытывая жуткий дискомфорт от тряски, а потом сдалась:

– Ладно, я пойду сама, только спальник забери.

Мы двинулись по высокой осоке в сторону дома Мелена – он перекинул мою руку себе на плечо и придерживал за талию, отчего идти было капельку легче, но я всё равно предпочла бы лечь и больше никогда не вставать.

Стало понятно, почему норты так любят свою малую родину – ночь здесь действительно отличалась от южной, как эвклаз отличается от стекляруса. Огромная долина будто лежала в ладонях у соединивших руки горных дев, а высокие пики действительно казались склонившими головы невестами, оросившими слезами-озёрами своё сокровенное плато.

Жаль, Геста убывала – хотелось больше света, чтобы разглядеть пейзаж в мельчайших подробностях. По мере спуска, плавного, как погружение на глубину, природа менялась. Появлялись заросли кустов со звеняще-зелёными свежими листиками, а кое-где даже виднелись заборчики.

– Это пастбища нашей семьи, – сказал Мелен.

– Так странно… везде осень, а тут – как будто весна только началась.

– В этом особенность Нортбранны. У нас всегда прохладно, но лето длится очень долго, до самого октабриля. За ним следует багряная осень и стремительная, мягкая зима.

– Но все говорят, что у вас холодно.

– У нас холодно, – согласился Мелен. – Даже летом иной раз околеть можно. Высокий северный хребет экранирует Нортбранну от полярных ветров, а через седловину на западе заходит влажный морской воздух, он сглаживает суточный и сезонный перепад температур, однако сильно разогреться долина тоже не может – мешают облачность и близость ледяного моря. В итоге мы имеем долгое, холодное лето и короткую, мягкую зиму. Тёплые озёра в долине дают много тумана, а ещё у нас почти всегда пасмурно днём, что приятно для магов. Даже летом в полдень можно погулять по улице и не сгореть. Горы закрывают нас от штормов и внешних ветров, но и наружу низкие облака не выпускают. И дышится так легко…

Мелен глубоко вздохнул, словно напитался сладковатым, густым воздухом досыта. Мне тоже здесь дышалось легче, чем в Эстрене. Свободнее как-то. Подумалось, что люди, дышащие таким воздухом, действительно не могут терпеть гнёта.

– А ночи ясные… – тихо проговорила я, наблюдая за мерцающими звёздами.

– Да, чаще, чем дни. Туманы и облачность в основном с рассвета и до обеда, а к вечеру уже рассеиваются. Иной раз поморосит, но сильные ливни у нас тоже редко бывают.

– Ты хочешь вернуться сюда?

– Когда-нибудь – обязательно. В старости южная жара меня точно доконает.

– Расскажи ещё о ваших обычаях.

– Мы считаем, что еда без супа или густой похлёбки – не еда. Мы делаем самые вкусные во всём мире сыры. Мы способны засолить и съесть что угодно.

– Даже дерьмо? – не удержалась от шпильки я.

– Ага, у каждой хозяйки свой рецепт, – невозмутимо ответил Мелен. – У нас хорошо растут злаки, поэтому много видов хлеба с разными добавками. А ещё здесь обитают ламы и козы, дающие пух, из которого прядут тончайшие нити и вяжут невесомые очень тёплые шали. Такую можно сложить в маленькую шкатулку, а накрыть ею целую кровать. Вообще у нас делают лучшие на свете шерстяные плащи, такие тёплые, что в них можно на снегу спать и не замёрзнуть. Но мы вообще любим спать в холоде, под толстенным одеялом, с грелкой в ногах. Если честно, я сегодня первый раз нормально выспался после этой пещерной жары…

– Я тоже люблю спать в холоде и с грелкой в ногах. И супы люблю. И жару не особо жалую, если честно, хотя на маяке мне с ней нечасто приходилось сталкиваться. Только воду холодную ненавижу.

– А у нас всюду горячие источники. Почти в любом озере можно хоть в мороз купаться, не замёрзнешь. Эти озёра тоже сглаживают температурные пики. Иной раз воздух холодный, а землю трогаешь – она тёплая, живая, – с нежностью проговорил Мелен.

– Горячие источники мне нравятся, – одобрила я.

– Может, ты как Кайра? Латентная северянка? – улыбнулся Мелен и хитро на меня посмотрел.

– Может быть, я пока не определилась – не хватает данных.

Не знаю, откуда у меня взялись силы дойти до дома Мелена, но я дошла, несмотря на периодически простреливавшую боль в лодыжке.

В предрассветном тумане его дом – огромный, распластанный между изумрудными полями и небольшой хвойной рощицей – приглашающе светился окнами издалека, и этот мягкий жёлтый свет разливался по округе, делая образ сказочным.

Наверно, именно поэтому я не ожидала, что на подходе к нему нас ждёт засада.

Из густой сизой дымки выросли две тени и двинулись на нас.

Двадцать шестая неприятность, вызванная недопониманием

Тринадцатое сентабреля. За два часа до рассвета

Принцесса Валерианелла Лоарельская

– Мелч? Ничего не хочешь объяснить? – недовольно спросил незнакомец.

– Десар! – радостно выдохнул мой герой, а потом шагнул к тёмной тени, сграбастал её в объятия и стиснул так, что послышался подозрительный хруст. – Живой! А Эрер? А Кайра?

– Кайра тоже жива, – раздался насмешливый женский голос, и вторая фигура выступила из тумана, откидывая капюшон. – А Эрерчик дрыхнет, сейчас наша смена тебя караулить.

Мелен принялся обнимать ещё и её, а я замерла в неверии, но сдержанно улыбалась, делая вид, что всё в порядке. Это сильно помогло, когда взгляды встречающих обратились на меня. На секунду повисло напряжённое молчание, а потом Десар спросил:

– Ваше Высочество?

– Можно просто Валери, – ещё вежливее улыбнулась я, глядя, как Мелен всё ещё обнимает высокую Боллар.

Мою будущую подругу, обещанную видениями.

Нет, этого просто не может быть! Не должно! Всё неправильно!

Но Мелен продолжал скалиться и по-хозяйски обнимать… Кайру Боллар.

Да все уже поняли, что ты счастлив её видеть! Хватит! Отойди от неё!

Причём сама Боллар явно не возражала, ещё и по кудрям его потрепала так, будто… будто… это в порядке вещей!

Но как такое может быть? Почему «Дарина Роделлек»?

Я взяла себя в руки и не позволила никому заметить, как меня корёжит от ревности. Повторяла, как мантру: это усталость, просто усталость. Завтра будет лучше. Возможно, я не всё учла. Возможно, она станет моей невесткой. Возможно, этих Роделлеков на Севере – по ущельям собирать замучаешься.

Нет, дар не мог так сильно меня обманывать. Не мог! Я должна в него верить!

К счастью, я слишком сильно утомилась для полноценной истерики, слишком жалела о своём недавнем эмоциональном всплеске и слишком хорошо помнила наставления матери – поэтому удалось сохранить лицо, несмотря ни на что.

– Как же я рад, что с вами всё в порядке! Вы бы знали! – воскликнул Мелен, и я удивлённо на него покосилась.

Таких восторгов у него даже подавальщица не вызывала, что было и приятно, и неприятно одновременно.

– Ты поэтому с такой скоростью от нас драпал по всей Эстрене? – хмыкнул Десар.

– Что-о-о?

– Мы дважды ловили твой след. У реки и у шахты. Насчёт последней – прими моё искреннее почтение и не менее искреннюю ненависть за этот ход. Мы так и не поняли, куда вы делись, облазили всю округу, однако пришлось уносить ноги, когда прибыло подкрепление эстренцев.

– Клянусь задницей Валюхи, я понятия не имел… – заверил их Мелен. – Несколько раз искал вас заклинанием, но оно ничего не показывало, а у меня с собой вашей крови было всего ничего. Я и предположить не мог, что вы в Эстрене!

– А мы не могли предположить, что ты потащишь принцессу к нортам, – довольно жёстко ответил Десар Блайнер.

Я с интересом разглядывала напарника, столько раз упомянутого Мелчем. Что же – высок, красив, брюнетист, аристократичен и скуласт. Не мой типаж. Мне больше нравятся кудрявые белобрысые засранцы с пристрастием к пошлым шуткам, подавальщицам и моим будущим подругам. Вот такой специфический вкус.

Боги, да что со мной не так?!

– У меня вариантов нет, – напряжённо проговорил Мелен. – Я всё объясню. Валюха устала и вымоталась, давайте дойдём до дома, где я всё в подробностях расскажу с самого начала. Возможно, стоило сделать это раньше, но я никогда не предполагал, что появится повод. Кстати, раз вы караулите тут, могли бы выйти навстречу и помочь! У меня чуть дерьмо из ушей не полезло от напряжения, когда я Валюху в одиночку спускал с горы!

– Не Валюху, а Валери, – устало поправила я. – И ты обещал больше меня так не называть!

– Не надо тут напраслину на меня возводить! Я бы выполнил обещание, если бы ты встала и пошла! А ты лежала, я тебя поднял и понёс, так что не считается.

– Но потом я же пошла! – до глубины души возмутилась я.

– Потом – гуляш с кротом, – фыркнул Мелч и добавил ласково: – Валюха…

Я сощурилась и даже немного взбодрилась от раздражения:

– Валери.

– Валюха.

– Валери!

– Валюха! – не унимался Мелч.

– Валери!!!

– Ваше Косичество Валюха Первая.

– Можно я его тресну? Даже меня уже бесит, – вдруг протянула Кайра и добавила, глядя на меня: – Поистине нужна королевская выдержка, чтобы столько времени провести в компании этого чудовища и не придушить его во сне. Моё почтение, – она отвесила насмешливый полупоклон.

Ладно, теперь хотя бы понятно, что могло меня в ней привлечь, однако никакой симпатии я пока не испытывала – только саднящую ревность.

– Вот и я говорю, что он чудовище. Мохнатое, – согласилась с ней, держа лицо.

– И похабное, – насмешливо дополнила список Кайра, выражающаяся совершенно неподобающим для нобларины образом.

Несмотря на смешанные чувства, я была вынуждена признать, что девушка она любопытная. Стоит, деловая, в провокационно обтягивающих замшевых брюках и сапогах выше колена, разговаривает вызывающе, а взгляд такой… Вот сразу видно, что если кто-то ей посмеет сказать фразочку наподобие «женщине место на кухне», то мгновенно ею подавится.

– Валюха правда устала, – с нажимом сказал Мелен. – Треснуть можешь попробовать позже, если получится. А если нет, то пеняй на себя: скручу и отшлёпаю.

– Ты поосторожнее в выражениях с моей женой, Мелч, иначе отшлёпаю тебя я, – насмешливо предостерёг Десар.

Капюшоны частично закрывали височные печати, поэтому поначалу я не обратила внимания, однако теперь разглядела: эти двое действительно были женаты. А значит… значит Кайра мне не соперница!

Взглянула на неё совершенно иначе: какая она, оказывается, замечательная девушка! Вот как замужество облагораживает женщину, любо-дорого посмотреть!

От облегчения я чуть не разревелась, настолько лучше мне стало. Нет, видение не обмануло! Значит, мы действительно будем подругами. Главное – не повторять ошибок и не кидаться ей на шею.

Услышав новости о женитьбе, Мелен аж крякнул от изумления, долго смотрел на Десара, а потом выдал:

– Надеюсь, Кайра хотя бы иногда разрешает тебе яйца носить.

– Иногда разрешаю, – не осталась в долгу Кайра. – Я добрая.

– Настолько добрая, что даже чесать их мне разрешает, – похвастался Десар. – Правда, только по праздникам.

– Идём, – скомандовал Мелен. – Трепаться можно и по дороге.

Мы двинулись сквозь туман вчетвером, причём Кайра пошла рядом со мной, что оказалось неимоверно приятно. Украдкой посмотрела на её профиль и подумала, что в вечернем видении она была сильно старше. Лет на десять, наверное. А за это время ещё многое может измениться.

Десар достал артефакт связи и вызвал Эрера, их четвёртого напарника, а когда они закончили разговаривать, Мелен задал вопрос:

– Скажи, куда выкинул вас портал?

– В лес! – вздохнула Кайра. – Представь картину: я, Десар, дикая чаща, из снаряжения только его броня, мои кинжалы, кусок ковра и ещё кое-что по мелочи. Я была просто в бешенстве. А главное – Десар не затыкался! Всё нудел и нудел…

– Из-за чего?

– Из-за отсутствия домогательств со стороны Кайры, – иронично пояснил Десар. – Я страдал и даже начал сомневаться в собственной неотразимости. Впрочем, безосновательно.

– То есть ты занудел её до изнеможения, а потом потащил к алтарю, когда она утратила все силы к сопротивлению? – полюбопытствовал Мелен.

– Именно! – подтвердила Кайра. – Он почему-то считал, что я должна в него влюбиться и броситься ему на шею, хотя ни в одной служебной инструкции об этом ни слова. Однако это я уже потом выяснила, когда было слишком поздно. В общем, можно сказать, что Десар заманил меня в брак коварным нудением. Кстати, Эрер тоже женился.

– Что? – Мелен споткнулся о кочку. – Вы издеваетесь? Вас что, на пару месяцев нельзя без присмотра оставить?! Вы сразу… жениться начинаете? – он возмущённо вытаращился на напарников. – Скажи, что ты шутишь!

– Она не шутит, – заверил Десар. – Эрер действительно женился.

– Вы… друзья, называется, – расстроился Мелен, а я незаметно позлорадствовала.

Ладно, заметно.

Фыркнула и насмешливо посмотрела на раздосадованного спутника.

Так ему!

– Твой дом караулим не только мы, поэтому сейчас следуйте за мной. И заклинания обновите, – скомандовал Десар.

Мы наконец-то приблизились к огромному одноэтажному дому с кучей пристроек. Он явно расширялся постепенно, по мере роста живущей в нём семьи. Середина была построена из очень тёмного, почти чёрного дерева, а самая свежая на вид пристройка ещё оставалась светлой. Одним краем дом уходил в холм, с него на крышу наползала густая трава, а на самом коньке стояла коза, заблеявшая при нашем появлении.

– Кто ещё наблюдает за домом? – спросил Мелен.

– Проще перечислить, кто за ним не наблюдает. Скажем так, Его Величество предвидел некоторые моменты – и совсем не в твою пользу.

– И почему я не удивлён? – раздался тяжёлый вздох. – Насколько плохо дело?

– А насколько тесно ты связан с Йеннеками?

– К сожалению, тесно. Клятвой. Валерианелла в курсе, я ей рассказал. Она согласилась подыграть. С каких точек наблюдают?

Десар показал, и Мелен кивнул, а потом уверенно повёл нас за собой, продолжая держать меня за руку. Это не укрылось от внимания его напарников, но комментировать они не стали.

– Располагайтесь пока здесь, нам всё равно нужно помыться, – Мелен подвёл нас к большой тёмной постройке, оказавшейся баней. – Свет пока не зажигайте, соблюдайте конспирацию. Присмотрите за принцессой, я сейчас вернусь.

Он растворился в предрассветном тумане, прикрытый заклинанием. Мы вошли внутрь уютного, пахнущего хвоей помещения. Разулись и сняли плащи в небольших сенях, а затем прошли в просторную гостиную, обшитую деревом. Посередине стоял огромный стол, вдоль стен располагались устланные шкурами лавки.

Внутри бани оказалось довольно прохладно, хотя топили недавно – стена парной была тёплой на ощупь. Я села на лавку спиной к прогретым камням и прислонилась к ним затылком.